Только дай мне повод

- Кажется, ты обещала показать мне, как играть на гитаре, - с улыбкой произнёс Уилл. Эбби сама не ожидала, что ещё что-то запомнила из этого экскурса в историю штата. Но видимо, так и было. А значит беспокоиться не о чем. Разве что о том, что делал сейчас Уилл. Светловолосая ничего не говорила, лишь наблюдая за происходящим. Байерс вел себя самую малость странно. И странно не то, чтобы посмотреть время на её часах, а то, как быстро он отодвинулся, и вовсе отвел глаза куда подальше, только бы не видеть вопросительного взгляда Эбби. Уилла вовремя спасла оставленная у стены гитара, и он смог сменить тему, явно обрадовавшись этому. - Да, точно, - ответила Эбби, заразившись улыбкой Уилла, - мне нравится эта идея. Она поднялась с кровати, и взяв гитару, села перед Байерсом. Уложив гитару себе на колени, она принялась рассказывать всё с самого начала: - В общем, левая рука лежит на грифе, ей мы зажимаем аккорды – она провела рукой по высокой дощечке со струнами, этим обозначая, что такое гриф, - а правая на корпусе, ей делаются удары. Все просто. Она зажала аккорд, который вспомнила первым, и по комнате разлилась незамысловатая мелодия. Сыграв бой ещё на несколько аккордов, Эбби по привычке заглушила струны рукой и посмотрела на Байерса. Видимо тому понравилось наблюдать за этой вещицей в действии. - Нужно всего-то выучить пару аккордов, тогда сможешь сыграть любую песню, - разъяснила Эбби, заранее исключая все сомнения, потому что научиться играть действительно было достаточно легко. Не дожидаясь ответа, она подвинулась к Уиллу сбоку от него и стала показывать уже более определенные вещи. - Собственно, все что тебе нужно знать, чтобы ставить аккорды, так это то, что гитара имеет шесть струн: они так и считаются, начиная от той, что ближе к тебе, - попутно рассказу, девочка показывала это на самой гитаре, а Уилл внимательно слушал, - и струны разделены ладами, за счёт них и слышна разница между аккордами. Вот, допустим, первая струна на первом ладу, - она зажала эту струну, - четвертая на втором ладу, и так далее. - Вроде пока всё понятно, - вставил Уилл, не теряя сути объяснения. Эбби это порадовало. Улыбнувшись, она повернула гитару к себе и показала, как правильно ставить теперь правую руку. - А здесь все гораздо проще, правда, бывает сложно привыкнуть одновременно играть и менять аккорды. Проще всего сомкнуть пальцы вот так, - она сложила их «медиатором» и поднесла к струнам, уже подробнее объясняя, каким образом лежит рука, когда играешь ей, - и, просто опускаешь вниз, - послышалось короткое звучание аккорда, а затем ещё одно, - и так же вверх. Это всё, что тебе нужно знать, - заключила Эбби. Уилл кажется, удивился, что это всё, ведь это кажется так сложно, когда видишь со стороны. Впрочем, на практике наверное тоже сложно в первый раз. А возможно он уже запутался в этой максимально краткой информации по владению гитарой. Не успел он ничего и сказать, как Эбби всучила гитару ему. Байер действительно обрадовался, что Эбби с лёгкостью подхватила эту идею и согласилась прямо сейчас показать ему, как играть. К счастью, девочка не стала акцентировать внимание на этой неловкой ситуации с часами. Или может, она только Уиллу показалась неловкой? И зачем мальчик вообще полез к этим часам? Уилл и сам не ожидал, что возникнет эта странная пауза. Это вроде было самое обычное действие, хоть и необычное, но не настолько, как чувствовалось. Ему вспомнилось лето, проведенное в том лагере. В то далёкое и, кажущееся теперь таким нереальным, время, ему не было бы неловко сделать что-то подобное. Байерс решил, что просто разучился нормально общаться с людьми. Сначала Майк, теперь вот Эбби… В любом случае он был благодарен подруге, да и неловкость тут же улетучилась, стоило ему отвлечься на этот импровизированный урок музыки. Девочка настолько умело обращалась с инструментом, что Уиллу оставалось лишь сидеть, уставившись на ее пальцы, перебирающие струны. Было видно, как светловолосая переменилась в лице, как будто излучала теплый свет. Казалось, гитара была частью ее самой, а музыка, что разливалась по комнате – голосом ее души. Уилл завороженно слушал каждую мелодию, впитывая эту энергию. Все эти аккорды, лады и прочие слова были настолько непонятными, что мальчик прекрасно понимал, что никогда не научится играть так же хорошо, но сейчас это не имело значения. Гораздо важнее было видеть подругу такой воодушевленной. Когда девочка вроде как закончила свою лекцию, Уилл собирался похвалить ее и сообщить, что она потрясающе играет. Однако гитара, оказавшаяся перед ним, напрочь стёрла из головы все мысли. Девочка даже не протянула инструмент, а просто сунула его прямо в руки, заставив невольно отшатнуться, сидя на кровати. - Что? Я не могу! – запротестовал Байерс, и поднял ладони, отказываясь даже брать в руки гитару, которая, казалось, стоила целое состояние и была невероятно хрупкой. - Что ты не можешь? – засмеялась Эбби, видя реакцию Уилла, - Ты же сам просил научить! Такого она точно не ожидала. Уилл отодвинулся подальше, будто ему пытались вручить не гитару, а гремучую змею. - Уилл, ну, - все так же держа гитару перед Байерсом, проговорила она, чтобы тот наконец взял инструмент в руки. Без этого никак. Чтобы вселить больше уверенности, девочка добавила, - я тебе помогу. - Просил, - согласился Байерс, - но я.. – запинаясь, проговорил мальчика, - я думал, ты сама будешь мне все показывать.. Я бы не стал доверять самому себе такую штуку.. – сказал он, но когда девочка с уверенностью пообещала помочь, сдался и осторожно взял гитару в руки. Он понятия не имел, какой стороной ее держать, все инструкции Эбби благополучно покинули его голову. «Ладно, - подумал Уилл, - я сделаю это. Нельзя падать в грязь лицом перед Эбби». Настроив себя таким образом, он попытался вспомнить хоть что-то из рассказа девочки, но понял лишь, что по правде говоря, и не слушал толком, восхищенно наблюдая за ее действиями. Взяв гриф левой рукой, он уселся поудобнее и расположил гитару на бедрах. Ещё раз взглянув на Эбби и увидев одобрение в ее глазах, Байерс провел пальцами правой руки по натянутым струнам. Звук вышел громким и резким. Ничего общего с музыкой, которую создавала Барнс. Похоже Уилл не слушал Эбби точно так же, как она его с историей. Точнее, она пыталась. Но под ночь уже ничего не запоминается. Вот почему учеба всегда начинается с утра. В общем, понятно, все плохо. Эбби с детства играет на гитаре, и даже не думала, что кому-то может быть так сложно понять музыкальный «язык». Для нее это казалось простейшим из того, что можно делать. Просто берешь и играешь, главное – перенять такт музыки, тогда подыгрывать будет легко. Даже учиться не надо. Ну чтож, первые недочёты были видны сразу. Поэтому и звук получился громким и режущим уши. Байерс держал гитару не параллельно торсу, а паралельно лицу. Эбби быстро исправила это, повернув гитару корпусом к животу Уилла. - Если будешь смотреть на струны прямо, одна может порваться и прилетит в лицо. Шрам останется. И ещё одной ошибкой, уже скорее Барнс – да-да, в одном движении можно заметить многое, - было то, что звук получился очень громким. Она и забыла, что новичкам лучше не использовать озвученный способ, и делать удары подушечками пальцев. Девочка быстро поднялась с кровати, и встав позади Байерса, взяла его правую руку. - Лучше так, - рукой Байерса она провела по струнам, большим пальцем – вниз, указательным – вверх. Звук получился тише и приятнее. Эбби никого ещё не учила играть на гитаре, но это можно было сравнить с тем, как учить ребенка писать, вложив карандаш в руку. - Чувствуешь разницу? – спросила девочка, переведя взгляд на Уилла, к которому наклонялась. - Ага, - с улыбкой ответил Байерс, чувствуя лишь тепло рук Эбби, - так определенно лучше! – с благодарностью произнёс он, глядя в лучистые глаза девочки, которые были ближе, чем казалось. – Теперь я могу сыграть «Вместе навсегда» Рика Эстли? Звучный смех подруги не заставил себя ждать. Она тут же убрала руку с ладони парня. - Давай, я не шучу, какие там аккорды? – пытаясь сохранить серьезное выражение лица, спросил Уилл. Сквозь смех Барнс проговорила что-то, но мальчик не понял ни слова. - Что, думаешь, не смогу? Ладно, - все ещё пытаясь не рассмеяться, с лицом профессионального музыканта, Байерс бросил вызов. Пальцами левой руки зажимая случайные одну-две струны, он принялся петь, ударяя пальцами правой руки по струнам в такт песне: - Вместе навсегда, и никогда не расставаться… - поняв по лицу подруги, что концерт его продлится недолго, он с удвоенной силой принялся бить по струнам, выкрикивая следующую строчку, - Навсегда вместе, вдвоем! Сначала она просто наблюдала за Байерсом со спины, все ещё не веря, что он действительно это сделает. Но он сделал. Отдаленно мелодия даже была похожа на оригинал. Его этим милейшим голосом песня звучала.. так забавно. Светловолосая ещё не слышала, как Уилл поёт. Сначала Эбби просто смеялась, но увидев, как именно играл Уилл, она попыталась забрать гитару, чтобы показать реальные аккорды этой песни, но Уилл видимо не собирался сдаваться. - Знаешь! – продолжал Байерс, невзирая на подругу, которая встала перед ним и потянула руки к гитаре. – Я горы сверну… Мальчик собирался уже выкрикнуть последнюю строчку припева и возможно даже перейти к одному из куплетов. Это не составило бы труда, ведь слова песни он помнил наизусть. Да и музыка получалась уже не такой отвратительной, или он просто перестал замечать это. Как бы там ни было, у Эбби были совершенно иные представления о музыке, и столь кощунственно обращаться с любимой гитарой девочка не позволит. Даже Уиллу. Барнс попыталась ловко забрать гриф из руки друга, но не тут то было. Стоило светловолосой девочке потянуться к гитаре, как Байерс, все ещё сидя на кровати, невероятным образом, словно жидкость, сумел увернуться от ее рук. Байерс, что уклонился в сторону и держал туловище уже практически параллельно кровати, воспользовался замешательством Эбби и спел таки концовку припева, ещё громче ударив по струнам: - Чтобы быть вместе с тобой навсегда! Это стало последней каплей. Барнс резко кинулась вперёд и с силой отобрала гитару из рук друга, но тот, что удивительно, с лёгкостью отпустил. - Извини, - сквозь смех пролепетал Уилл, закрываясь руками, когда корпус гитары готов был опуститься ему на голову. Эбби замахнулась гитарой, однако, когда деревянный пустой корпус со свистом разрезал воздух, девочка нарочно промахнулась, вместо этого свалившись на кровать рядом с Уиллом, переводя дух после длительного смеха. А затем музыка вновь зазвучала в комнате. Эбби сыграла несколько вступительных аккордов лёжа, держа гитару на животе. А затем поднялась, продолжив песню с того момента, где закончил Байерс: - Если тебя кто-то расстроит, я все исправлю, - пела Барнс под яркое звучание гитары с широкой улыбкой, предлагая Уиллу присоединиться. - Ведь я не хочу, чтобы ты хмурилась, - пропел Уилл так, будто это и вовсе была не песня, а просто его мысли. Он завороженно слушал, как Эбби меняет ритм, отчего мелодия стала только красивее. Мальчику даже не хотелось петь, чтобы не нарушить это исходящее от нее волшебство. Да, другим словом это и не назовешь. Но, как известно, практически невозможно не подпевать слова знакомой песни, поэтому Байерс допел оставшиеся строчки: - Я сделаю все, что могу. Нет ничего ошибочного, Это настоящая любовь, То, что на века. Ничего не изменится, Ты слышишь меня, Я хочу тебя на всю жизнь! Когда стих последний аккорд, Эбби и Уилл так и остались сидеть, глядя друг на друга. - Ты потрясающе играешь, - нарушил молчание Байерс. - А ты поешь, - ответила Эбби, улыбнувшись. У них и правда вышел неплохой дуэт. Хотя конечно это действительно была странная песня. Сама Эбби целиком не помнила слова, только припев и некоторые строчки. Поэтому остальное, ещё и в исполнении Байерса звучало даже как-то непредсказуемо. Но ещё более непредсказуем был звук провернутого во входной двери ключа. Глаза Эбби округлились. Она тут же посмотрела на часы. Они с Уиллом совсем потеряли счёт времени, и Барнс забыла, когда должны были прийти родители. Но вот они уже здесь. Эбби запаниковала. Она не знала, что делать, и как объяснить родителям, что в одиннадцать вечера она сидит дома с парнем, о котором никогда им не говорила. Звучит все это слишком странно. Не то чтобы родители Эбби были слишком строгими, просто она не знала, как они отреагируют. А заставлять Уилла присутствовать при расспросах совсем не хотелось. - Уилл! – прошептала Эбби, надеясь, что хотябы у него будут какие-то идеи. Но у Байерса не было не только идей, но и хорошего слуха. Или он был настолько увлечен Эбби, что перестал реагировать на посторонние раздражители. Да что там, он даже не обратил внимания на шепот подруги. Так что, когда родители Эбби уже оказались в гостиной, мальчик в полный голос возразил: - Ну, это уже преувеличение! - речь шла о том, что Уилл хорошо поёт. Эбби вытаращила глаза, понимая, что мысленные посылы заткнуться не сработают. Поэтому светловолоса подошла ближе и попросту закрыла ему рот своей ладонью. - Родители вернулись, - прошептала она, указывая на дверь. – Тебя не должны здесь видеть. Она решила не объяснять дальше, и уже думала, что же предпринять, как мама позвала откуда-то снизу: - Эбби! Ты не спишь? – судя по звуку, та подымалась по лестнице. У девочки замерло сердце. - Может, опять уснула с включенным светом, - предположил отец, - не буди ее, просто проверь. Вдруг Эбби пришла в голову единственная, но совершенно дикая идея. Она быстро повела друга к окну и встретила его непонимающий взгляд. - Полезай, - скомандовала Барнс. Хмурое личико Уилла отражало не столько страх прыгать из окна второго этажа, сколько недовольство тем, что их так бесцеремонно прервали. - Ну давай же, Байерс, не тупи! – поторопила его Эбби. Другого выбора у нее не было. Одно дело сидеть с одноклассником и учить историю, пусть и поздно вечером, но совершенно другое – если родители увидят, как она выталкивает парня из окна. Брюнет выглянул в окно и понял, что там в принципе можно слезть на крышу первого этажа, а там уже не так высоко. - Ладно, я сегодня отлично провел время, как в старые времена, - только и успел сказать Байерс, как Эбби в прямом смысле слова вытолкнула его из окна. Спустя секунду после того, как следом полетел рюкзак с тяжёлой книгой, дверь приоткрылась. Как только Уилл оказался за окном, Эбби отвернулась от него и посмотрела на дверь, которая уже открылась. За ней показался папа Эбби – высокий, с темными волосами и в официальной одежде, только с работы. Он был совсем не похож на Эбби, и было трудно поверить, что они родственники. Впрочем, гены, как известно – непростая штука. - Привет, - сразу отозвалась девочка, прежде чем тот успел что-либо спросить. - Почему не спишь? Уже поздно, - обычно по приходу родителей, что работают допоздна, Эбби уже спала. - Просто засиделась с.. – начала говорить Эбби, но вовремя остановилась. Иначе для чего было проделано столько? И что там вообще с Уиллом? Взгляд упал на кровать и она поняла, как можно выкрутиться, -.. гитарой. Эбби взяла в руки инструмент, невинно улыбнувшись. Она решила убрать его на место, и пройдя к другой стороне комнаты, оставила гитару на специальном держателе, что был на стене. - Уже собиралась спать, - добавила Барнс для большей убедительности. - На улице холодно, закрывай окно, - проговорил отец, кажется собираясь уходить. У Барнс будто гора с плеч упала. Видимо он решил, что Эбби просто проветривала комнату, как нормальный человек. Вот и чудненько. - Да, хорошо, - ответила она с облегчением, что смогла так легко отделаться. Она подошла к двери и коротко обняла папу, - спокойной ночи. Он ответил ей тем же, и развернувшись, стал спускаться по лестнице вниз. Внизу послышались голоса родителей. Теперь Эбби могла закрыть дверь. Она подбежала к окну, ведь Уилл не издал ни единого звука, пока летел, и это пугало её. Она высунулась из окна, посмотрев вниз, и обнаружила Байерса на выступе первого этажа. Это однозначно было победой. Нет, конечно она знала, что это безопасно, но убедиться в этом на деле было приятно. - Увидимся завтра, - вполголоса сказала она и ярко улыбнулась, уже действительно закрыв окно, решив поскорее лечь спать.