Ничего необычного

      В пятницу в одиннадцать десять вечера Уилл Байерс закричал и проснулся. Встревоженные мать и брат вбежали в комнату, заключили его в объятия и успокаивали, пока его рыдания не перешли во всхлипывания, а потом в шмыганье носом.       — Малыш, что случилось? — спросила мать.       — Не знаю, — ответил Уилл.       — Кошмар приснился?       Он кивнул.       — О чём?       — Я… я не помню.       

*

      В то же самое время в домике у Хоппера Джейн, лёжа в темноте, открыла глаза. Нахмурилась, глубоко вздохнула и невидяще уставилась в потолок.       Она заснула снова лишь перед самым рассветом.       

*

      Об исчезновении Билли никто не заявлял до понедельника. Он пропустил занятия, но даже тогда никто особенно не встревожился.       (В конце концов, Билли не раз прогуливал школу. Ничего необычного в этом не было.)       Когда он не пришёл на уроки, его отцу позвонили из школы, и тот, в свою очередь, связался с полицией.       — Ну, может, — сказал полицейский, — он прогулял?       — Я не видел сына с пятницы, — последовал ответ.       

*

      Оказалось, с пятницы его не видел никто.       — Утром он подвёз меня в школу, — сообщила его сестра Макс. — С тех пор мы с ним не пересекались.       — Ни разу за все выходные?       Она лишь пожала плечами.       — Да. По выходным он редко бывает дома. А когда дома, то сидит у себя в комнате. Ну мы как бы не особо общаемся.       Когда её спросили, не заметила ли она чего-нибудь странного в поведении брата, когда видела его в последний раз, она ответила:       — Он мне не родной брат, сводный. И нет, он вёл себя как обычно, то есть по-скотски. Молчал всю дорогу, потом сказал выметаться из машины.       

*

      — Наверное, свалил из города, — сказал Томми, один из подростков, с кем Билли обычно зависал. — Он только об этом и говорил, просто ненавидел здесь всё. Говорил, что как только ему стукнет восемнадцать, вернётся в Калифорнию. По ходу, не утерпел и уехал раньше.       Он зажёг сигарету, затянулся и махнул рукой, обозначая всё вокруг.       — И я его понимаю, если честно. Это ж глухомань.       

*

      Когда спросили отца, тот лишь вздохнул.       — Билли всегда был проблемным ребёнком. Особенно с тех пор, как умерла его мать, но, честно говоря, некоторые признаки проявились ещё в раннем возрасте. Он не уважает никого из членов семьи, ввязывается в драки и возвращается домой в синяках, увиливает от обязанностей…       Он покачал головой.       — Обычно я не знаю, как с ним вообще разговаривать.       — Когда вы видели его в последний раз?       — В пятницу вечером. Ввалился домой побитый и отказался рассказывать, что произошло. Кричал, ругался… напился, наверное или, ну я не знаю. Хорошо, что Сьюзан не было в городе, а Макс ночевала у друзей. Даже думать не хочу, что случилось бы, будь они дома. Что бы он с ними сделал.       — Понятно. Что было дальше?       — Он ушёл к себе в комнату, хлопнув дверью. Я не стал к нему заходить — обычно ему нужно время, чтобы остыть. В субботу я постучался к нему, но когда открыл дверь, там никого не было. Окно было открыто, и с подъездной дорожки исчезла его машина.       — Но вы не заявили об исчезновении?       — Слушайте, офицер. Мой сын… он не такой, как другие дети. Он целыми днями может не появляться дома.       Полицейский кивнул, убрал ручку и блокнот и направился к двери. Но перед тем, как ступить за порог, вдруг повернулся:       — Кстати, мистер Харгроув. Что у вас с рукой?       Отец Билли поглядел вниз и коснулся синяков на костяшках правой руки. Сжав зубы, он поднял взгляд:       — Ударил в стену. Общаться с сыном… бывает трудно. Но он всё-таки мой сын, и теперь он пропал.       — Ясно. Спасибо, мистер Харгроув.       

*

      Около кровати Билли обнаружили несколько капель крови, и на матрасе тоже. Но он же подрался с кем-то, так что неудивительно.       (Когда речь идёт о Билли, немного крови — это нормально. Ничего необычного.)       

*

      Однако в расследовании важно проверять все возможные версии.       — Не трогал я его! — возмутился Стив Харрингтон, когда к нему пришёл шериф Хоппер. — Какого хрена вообще?       Хоппер примирительно поднял руки:       — Ладно, успокойся. Я не говорил, что ты сделал что-то плохое. Просто отец Билли сказал, что он вернулся домой побитый, и ну….       Он показал на не до конца зажившие синяки у Стива на лице. Там осталась пара жёлтых пятен и красноватая царапина на подбородке.       Стив сузил глаза.       — Это был не я. Вы не думаете, что после драки с ним у меня появились бы свежие синяки?       Хоппер пожал плечами, и Стив фыркнул.       — Но я рад, что кому-то, наконец, удалось поставить его на место. Билли — тот ещё урод. Если узнаю, с кем он подрался, угощу того парня пивом.       — Нет, если узнаешь, с кем он подрался, ты скажешь об этом мне. Ясно?       Они поглядели друг другу в глаза.       — Конечно, шериф.       

*

      Прошло несколько дней, но ни Билли, ни его машина так и не нашлись. В итоге все сошлись на том, что ему просто всё надоело и он уехал. В Калифорнию или ещё куда, подальше от Хоукинса.       Да, он никому ничего не сказал, не предупредил об отъезде, но честно говоря… это же Билли Харгроув. Для него это обычное дело.       

*

      Но всё-таки. В расследовании важно учитывать любые вероятности.       — Джейн?       — Что?       — Ты в последнее время не чувствовала ничего… странного?       Джейн подняла глаза на Хоппера. И кивнула.       — Я имею в виду Изнанку, — пояснил Хоппер.       Она как будто встревожилась на секунду, но затем покачала головой.       — Нет. А что?       Хоппер потёр лицо.       — Ничего. Один пацан пропал. Скорее всего, с ним всё нормально, просто хочу убедиться, что, ну знаешь, что оттуда… ничего не вылезало.       Она опустила взгляд.       — Я не чувствовала ничего. Оттуда.       — Ладно, хорошо. Спасибо, малыш.       Хоппер повернулся и ушёл, а Джейн, нахмурившись, тихо пробормотала:       — ...Необычного.       

*

      По Билли, в общем-то, никто не скучал. Уже где-то через неделю в школе сменилась иерархия, и мало кто вспоминал о его исчезновении. В конце концов, он пробыл в городе недолго и, как выяснилось, не завёл друзей. По крайней мере, таких, которые стали бы по нему скучать.       — По мне, так скатертью дорожка, — сказал однажды Лукас Синклер, когда в разговоре всплыло имя Билли. Они проходили мимо «Аркад», и он бросил виноватый взгляд на Макс, но если она и слышала, что он сказал, то не придала этому значения.       К тому же возражать ему всё равно никто не стал.       

*

      Одним вечером Хоппер и Джойс курили на крыльце, и он тяжело вздохнул.       — Я так устал ото всей этой параномальщины у нас в городе.       Она махнула сигаретой и, пожав плечами, подняла брови, как бы спрашивая: «Что?» Он покачал головой.       — Тот парень, Билли. Только всё успокоилось, как вдруг он исчез.       — Хоппер, ты же не думаешь, что это связано с тем, что случилось с нами? Думаешь…?       Он снова покачал головой.       — Нет, нет. Вряд ли. Он ненавидел город, это все знают. Наверное, вернулся в Калифорнию. У меня там есть знакомые в полиции, я попросил их звякнуть, если они заметят кого-то похожего. Просто…       Он опять вздохнул.       — Такой маленький город и так много пропавших людей и странных событий. Иногда я жалею, что не стал, ну… плотником, например. Да кем угодно, только не полицейским.       Посмотрев друг на друга, они усмехнулись и, докурив, зашли в дом.       

*

      Знакомые Хоппера из Калифорнии так и не перезвонили.       

*

      Вот, что было известно:       В пятницу Билли Харгроув появился в школе и вёл себя нормально. Ну, нормально для него: он прихрамывал на одну ногу и бравировал разбитой губой; выхватил сигарету у одного парня и толкнул младшеклассника на школьные шкафчики.       Тренер по баскетболу сказал, что Билли зашёл к нему перед самым обедом, и он устроил ему разнос за то, что тот подрался, — пока он не залечит колено, от него в команде будет мало толку. Билли спорил, что всё равно сможет играть, но тренер отказал, и Билли, показав ему средний палец, ушёл, хлопнув дверью.       Несколько людей видело, как он сел в машину, включил громкую музыку и уехал. Ничего особенного в этом не было, поэтому никому не пришло в голову, что они видят его в последний раз.       Через несколько часов он был замечен на заправке, где наполнил бак и затем уехал.       Ещё примерно через час кто-то видел его на обочине: он курил, опираясь на свою машину.       Вечером, по словам отца, он вернулся домой побитый и заперся в комнате.       Один свидетель, который возвращался в Хоукинс из командировки, видел, как машина Билли выехала из Хоукинса в полчетвёртого утра в субботу. Он не заметил, кто был за рулём, но кто бы это ни был, машина летела на бешеной скорости, собственно, поэтому он её и запомнил.       Значит, это был Билли. Он ведь всегда любил быструю езду, для него это в порядке вещей.       

*

      Вот и всё, что было известно. То есть практически ничего. Никто понятия не имел, куда он пропал и что с ним стало. А через некоторое время стало ясно, что никому, в общем-то, и не было до этого дела.       (Но это ведь Билли Харгроув, а значит, и тут тоже нет ничего необычного.)

КОНЕЦ