-18-
28 мая 2024 г., 10:04
Примечания:
Приятного чтения
— Плыли, плыли и приплыли, дочка, — в мягком кресле сидел седоволосый мужчина, руку которого поглаживала молодая девушка. — Знаешь, если вдруг я не доживу…
— Папа… не говори так, пожалуйста, — возмутилась блондинка.
— Не перебивай меня, пожалуйста. Итачи уже едет, тебе надо спрятаться.
— Хорошо, папа. Но пообещай мне, что с тобой все будет хорошо, — мужчина кивнул в знак согласия и дал сигнал своим людям спрятать дочь в защищенной комнате.
Итачи Учиха не заставил долго ждать.
Полностью безоружный он предстал перед ним, напрочь лишенный страха. По угольно-черным глазам он понял, что так и было. Молодой человек его не боялся.
— Здравствуй, Итачи, — медленно повернувшись к вошедшему Итачи, произносит старик.
— Чего ты хочешь, Данзо? Я перед тобой, — игнорируя приветствие, спрашивает брюнет.
Мужчина не спешил с ответом. Напротив, он вальяжно разглядывал бесстрашного брюнета, стоящего напротив него. А затем потянулся к белой чашке кофе, что стояла на журнальном столике.
— Что тебе предложить? Чай или кофе? — сделав глоток, он продолжил. — Мой врач запретил мне и то и другое, за исключением одной чашки в день. Ох уж эти доктора, — приподняв бровь, мужчина с ухмылкой на лице продолжил. — Как твоя жена? У нее все в порядке?
Лицо Итачи медленно каменеет, глаза наливаются красным. Старик пытается вывести его из себя, и у него это хорошо получалось.
— Кофе восхитительно, как и все запретное, — делая еще один глоток. — Знаешь ли ты, Итачи, что вокруг тебя одна ложь? — Шимура наблюдает за тем, как лицо Итачи излучает злость. — Вокруг одни лжецы. К примеру, твой дядя Обито, совсем не тот, кем является на самом деле, — мелькнувшее в глазах парня сомнение приносит мужчине в кресле неподдельное удовольствие.
— Что ты имеешь в виду?
— Что тебе рассказал твой дядя, басни, что рассказывают детям перед сном? Что я его бывший партнер? Что мы когда-то были друзьями? М? — он ставит чашку на стол и продолжает. — Мое появление сейчас ему как никогда на руку.
Внутри Итачи разгорелся ураган таких масштабов, что сдерживать себя становилось сложнее с каждой секундой.
— Он говорил тебе, кто убил твоих родителей? Нет? — Шимура насмешливо вскинул брови вверх. — Какое упущение с его стороны, я был уверен в том, что он и это скинул на меня. — Из-за спины Данзо достает пистолет, после чего вкручивает в него глушитель.
Итачи поднимает подбородок и смотрит на мужчину испепеляющим взглядом, а после пораженно замирает, глядя на то, как Данзо протягивает ему пистолет.
— Ты можешь прикончить меня прямо сейчас, если думаешь, что в твоего брата стреляли мои люди. А можешь перейти на мою сторону, и тогда ты узнаешь всю правду о том, что случилось с твоими родителями.
Приняв пистолет из рук врага, Итачи чувствует привычную тяжесть в руке, но не чувствует уверенности. Он целится в голову Шимуры и может одним точным выстрелом убить его, но сомнения, вызванные его словами, словно тиски держат его, не давая совершить очередной грех.
— Что такое, Итачи, ты все же засомневался? — глядя на замеревшего с пистолетом в руке Учиху, говорит он. — Тебе кажется что я прав не так ли?
— Да, но есть то, что требует возмездия, — отпустив пистолет, грубо произносит Учиха, неотрывно глядя в лицо мужчины.
— И что же это? — вскидывая брови в своей привычной манере, спрашивает он.
— Это слезы и боль моего брата и моей жены. На это у тебя есть объяснение?
— Нет, но они не имеют значения. Жаль, но это так. У тебя преимущество, ты стоишь с пистолетом в руках, я обезоруженный инвалид. Но если захочу, я доберусь до каждого, убью одного за другим. Твою жену, брата, племянницу. Превращу твою жизнь в ад. Есть тот, кто меня остановит?
— Я, — уверенно произносит Итачи с долей безумия в глазах.
— И? Ты думаешь сможешь после этого выйти отсюда живым?
— Возможно, нет…— наклонив голову, произносит Итачи — Но…
— Но? — спрашивает Шимура.
Итачи снова вытягивает руку с пистолетом и, не раздумывая более ни секунды, стреляет в голову мужчины. — Я все же попробую.
Ино, сидевшая все это время в прикрытии, закрывает ладонью рот и обезумевшим взглядом смотрит на то, как голова отца откидывается в сторону. Учиха убил его. Единственного родного человека в ее жизни. Она обязательно отомстит за смерть отца. Слезы медленно скатываются по щекам. Она непременно отберет самое ценное, что есть у Итачи в его жизни. Иначе не звать ее Шимура Ино.
Учиха бесшумно покидает комнату, одного за другим убивает охранников, а после покидает окрестности их дома.
— А что, если я хочу остаться там, откуда меня гонят? — вопрос остается не заданным. А ответом служит лишь каменное лицо Итачи, повернутое в сторону от нее.
— Иди. Твоему кошмару пришел конец. Ты свободна.
— Уходи, Сакура. По другому будет только больнее. Тебе пора. — Сердце мужчины щемит так, как если бы в нее попала пуля. Итачи не ожидал, что прощаться будет так больно.
— Ты самый грубый, самый бесчувственный, самый эгоистичный, самый…
красивый — эмоции, кипящие внутри нее сдерживать сложно, вот только она не может злиться на него больше, чем несколько секунд.
Когда, черт возьми, когда она успела влюбиться в него. Когда так сильно полюбила, что расставание рвет душу на сотни частей. Она вертит головой из стороны в сторону. Не может расстаться с ним. Это выше ее сил.
— Давай. Излей душу. Выскажи все, что накопилось, — он готов слушать ее вечно, только бы продлить последнюю встречу с ней.
— Сожалеешь о том, что не убил меня тогда? — у нее есть возможность задать вопрос, что мучил ее последние несколько дней, и она этим пользуется сейчас.
— Сожалею, что не смог. Теперь тебе легче? Иди, ты свободна, Сакура, — ее общество приятно, но в то же время причиняет ему невыносимую боль. А контролировать эмоции сложнее с каждой секундой. Он вынужден спровадить ее как можно скорее.
— Захочу уйду, захочу останусь. Я, как ты выразился, свободна. И могу сама решать, что мне делать дальше, — ей хочется показать, как он ранил ее, но поймет ли он.
— Да, теперь ты свободна. Радуйся, — он не может смотреть ей в лицо. Смотрит в сторону. Она не должна заметить чувства, что кипят внутри него.
— Не приказывай мне, что мне делать, а что нет, — Сакура замечает проскользнувшую на долю секунду печаль в его глазах, но она тут же исчезает.
— Верно, — кивает головой и смотрит покрасневшими от напряжения глазами.
Уходи или я тебя уже не отпущу сомнения в голове готовы пробить его череп. Он уже не знает, готов ли отпустить ее навсегда.
— Насладись последними секундами, Учиха Итачи, — вздернув подбородок, она отступает на шаг.
Это конец. Она уйдет и они больше никогда не увидятся. Развернувшись, на ватных ногах проходит к раздвижным дверям аэропорта. Слезы вырываются наружу, обжигая щеки.
На секунду она останавливается. Прикрывает глаза. Представляет, как разворачивается к все еще стоящему у машины Итачи, бежит обратно. Рыдая кидается в его объятия и просит не оставлять ее одну. Он гладит ее розовые пряди, целует в щеку, говорит слова успокоения и крепко прижимает к себе.
Это сейчас ее маленькая мечта.
Распахнув глаза, она оборачивается, лишь для того, чтобы увидеть, как стоящий до этого на том же месте Итачи разворачивается и садится в машину. Автомобиль с визгом трогается с места и быстро скрывается из виду, оставив за собой лишь маленькие клубы дыма.
— Это и в правду конец нашей странной истории.
***
Она пробуждается от яркого аромата свежесваренного кофе и пряных специй. После ухода Итачи, Сакура легла на холодный кожаный диван, ноги ее не держали, ей хотелось немного отдохнуть. В мыслях был Итачи и то, куда он ушел. Она догадывалась куда и зачем. Но не хочет об этом думать. За всеми этими мыслями она, по всей видимости, заснула. Немного потянувшись, она выпрямилась и обернулась назад. На кухне во всю хлопотал Итачи. Бросив короткий взгляд на часы, она поняла, что проспала больше половины дня. Потерев глаза, медленно прошагала к столу, который до отказа был забит вкусностями. — Ты покончил с ним? — внимательно глядя на своего мужа, спрашивает она. — С кем? — закидывая ломтик помидора в рот, спрашивает Итачи. Сакура терпеливо ждет ответа, не сводя с него взгляда. Он в хорошем расположении духа, что не остается ею незамеченным. — Ты о жаренном тунце? — указывая лопаткой на сковородку, в которой томилась рыба, спрашивает он, медленно выводя ее из себя. — Ты убил его? — снова спрашивает она. — Конечно убил, иначе как рыба попадет на сковородку. Нам ведь нужно как-то питаться, — ему нравится выводить ее из себя. Сакура медленно опускается на стул и проводит рукой по напряженному лбу. Она устала. Устала от всего происходящего. — Ты убил Данзо Шимуру, — уже не глядя на него, устало произносит она, понимая, что так оно и есть. — Может хватит, Сакура? Хватит повторять одно и то же. Хватит расстраивать меня. Да, ты моя жена. Но не надо рассказывать все, всем вокруг. Знаю, тебе плевать, но ведь ты не сдала меня тогда, так что продолжай в том же духе. Можешь ходить на работу, я не запрещаю. Но прекрати меня расстраивать. — выкладывая блюдо по тарелкам, будничным тоном говорит Итачи. — Составь список того, что я могу делать, а что нет. Это для нас лучший вариант, — уже с улыбкой на лице говорит Сакура. Мысленно удивляясь тому, когда они стали так хорошо понимать друг друга во время споров? — Составь его себе сама. Быстрее запомнишь, — Итачи присаживается напротив нее, не забыв поставить тарелку перед ней. В разрез ее мыслям, в голове проносится очередная мысль: их отношения напоминают американские горки. То они спокойны и понимают друг друга с полуслова, то готовы убить друг друга одним лишь взглядом. Просто поразительно. — Я еще не видел такого настойчивого человека, как ты, Сакура. Предупреждаю. Это не приведет ни к чему хорошему, — он указывает на нее палочками и заглядывает прямо в душу. — Ты что, угрожаешь мне? — на нее уже давно не действует его взгляд и уж тем более слова угрозы. Сакура кожей чувствует то, как он получает удовольствие, выводя ее из себя. Она хочет поиграть с его нервами в ответ, уж больно он спокоен. — Быстро схватываешь, — закидывая в рот кусочек жареной рыбы, говорит он. — О, Ками-сама, дай мне силы. — тихо произносит она. — Что ты сказала? — подняв на нее взгляд, переспрашивает он, кажется, она смогла его зацепить. — Ничего. Просто не могу понять, как ты постоянно попадаешь в неприятности, — пробуя рыбу на вкус, она мысленно ликует от осознания того, что у нее получилось задеть его. — Даже не пытайся. Не стоит играть в шпиона, Сакура — отмахивается Итачи, при этом чувствуя тонкий привкус горечи. — После обеда мы едем в больницу. — Зачем? Твоя рана беспокоит тебя? — инстинкты врача не покидают ее даже в самые неподходящие моменты. — Нет. Все хорошо, — Итачи мастерски скрывает улыбку за чашкой лапши, которую он поднес к губам. — Тогда зачем мы едем туда? — от волнения у нее пропадает аппетит, девушка замирает в ожидании ответа. Итачи как назло томит долгим молчанием. — Разве ты не работаешь в больнице? — Что? Я не могу вернуться туда после того, как обокрала ее, — она скрещивает руки на груди и откидывается на стуле. — Ты спасла жизнь своему брату. Так что все нормально. Расслабься и и прекрати ныть, — Итачи откладывает еду в сторону и снова смотрит на нее. — Нет, скажи нормально. Зачем мы едем в больницу? Я не в состоянии разгадывать твои загадки. — Пора тебе начать спасать жизни обычным людям. — Ты серьезно? — в неверии ее сердце начинает биться сильнее. Она поддается вперед, на лице медленно расцветает улыбка. Сердце клокочет так сильно, что ей кажется, будто оно вот-вот выпрыгнет. Она бы никогда не могла подумать о том, что такие простые слова, могут вызвать столько счастья и радости в ее сердце. Слова, сказанные им, такие нужные и важные для нее. Она испытывает глубокую благодарность и понимает, что с каждым днем ее терапия, которую, как она надеется, Итачи не замечает, действует на него и действует положительно. Вот только она не понимает, почему ее сердце продолжает так бешено стучаться. Почему омуты его глаз затягивают так сильно, что порой она теряется в пространстве. — Я всегда серьезен, доктор, — после секундной паузы произносит он, не отрывая от ее сияющих зеленых глаз взгляда. Он не улыбается, однако Сакура читает по глазам. Итачи сейчас испытывает радость. — Доедай, и поедем. — с аппетитом доедая остатки своей еды, говорит Итачи.***
Несколько дней пролетели незаметно. С лица Сакуры не спадала улыбка. Коллеги на работе то и дело осыпали девушку комплиментами, что делало ее еще более счастливой. — Уже уходишь? — блондинка тихо юркнула в кабинет подруги, и наблюдала за тем, как та прихорашивается у зеркала. — Да, собираюсь зайти в гости к кое-кому, — оценивая свой образ, у зеркала проговаривает Сакура. — Что-то случилось? — заметив встревоженное состояние подруги в отражении зеркала, она обернулась назад. — В мой дом ворвались грабители, — вздыхает блондинка и присаживается на пустой стул. — Что? — Сакура подлетает к подруге. — С тобой все хорошо? — Меня не было дома, они просто переворошили весь дом, — произносить ложь и притворяться тем, кем она не является, давно вошло в привычку. Ее игра заслуживает Оскара. — Чего они хотели? — сжимая руку подруги, ее сердце так же сжимается в страхе за подругу. — Не знаю, я была дико напугана. Сразу позвонила Наруто. Он успокоил меня. Мы поговорили и, — Ино улыбнулась краешком губ. — И? — в нетерпении спрашивает Сакура. — Все, что ни случается, случается к лучшему. Харуно в непонимании смотрит на подругу и вскидывает бровь. — Наруто сделал мне предложение. — Твой дом ограбили, а мой брат делает тебе предложение? — Харуно поражена. — Как это было? Он совсем не романтик. — Я говорю, что мы с твоим братом скоро поженимся, а ты будешь так реагировать? Не поздравишь меня? — блондинка дует губы и смотрит на подругу с осуждением. — Боже, Ино, прости. Я со своими проблемами сама не своя. — Медик проводит рукой по лицу. — Итачи снова обидел тебя? Ты совсем не делишься со мной, подруга. Я обижаюсь. — Ино ожидает, что Сакура хоть что-то расскажет, но подруга молчит, задумчиво глядя в сторону. — Нет, дело в другом. Понимаешь, все не так, как мы видим и представляем. Иногда, люди могут оказаться совсем не теми, кем могут показаться на первый взгляд. — Ты говоришь про Итачи? — Ино склоняет голову в сторону. — Сакура, ты что действительно влюбилась в него? — Нет, конечно, нет. Просто живя с ним, я стала многое понимать, — уклончиво произносит девушка, проводя рукой по выбившимся прядям волос. — И тебе это понравилось? — Ино дотошна в своих вопросах, маскируя любопытство чрезмерной заботой о подруге. — Наоборот, мне все это совсем не нравится, — Сакура ничего не замечает. — Мне кажется, я скоро сойду с ума. Ино погружается в мысли. Она прекрасно понимает, что Сакура уже влюбилась в Итачи, вот только сама Сакура об этом еще не догадывается. В том, что Итачи испытывает чувства к своей жене, она не сомневалась ни на день. А значит, ее план будет идеальным решением, чтобы отомстить Учихе. Кивнув самой себе, она переводит взгляд на подругу и прощается. — Ладно, я пойду, меня еще ждет несколько пациентов, — Ино гладит подругу по плечу. — Береги себя, дорогая. — Прости меня за мое бестактное поведение. Я искренне рада за вас с Наруто. Позвоню ему сегодня вечером. Мне нужны детали. — улыбаясь уходящей подруге, сказала Харуно. — Увидимся, — Ино разворачивается к подруге спиной, и улыбка медленно сходит с ее лица. Она обязательно отомстит за своего отца. А кто именно пойдет в разнос, для нее не имеет никакого значения. Сакура вздыхает. В голове полный бардак. Она хватает сумочку и поспешно выходит из кабинета. За пределами клиники ловит такси и едет в гости к Хинате. Итачи наверняка разозлится, но ее это мало беспокоит. Она должна узнать, как себя чувствует малышка Сарада.***
Щебет и пение птиц в парке успокаивают, но Сакуре все равно тревожно на душе. После встречи с Хинатой и Сарадой она поняла одну простую истину. Несмотря на то, как оба брата открыто ненавидят друг друга, в глубине души эти двое готовы умереть. По крайней мере, Итачи уж точно. Вот только она не смогла сказать об этом Хинате. Это глупо, но она не смогла этого сделать. Хината поделилась с ней тем, что Саске был очень замкнутым с самого начала их знакомства. Он свято верил в то, что их родители погибли из-за Итачи и что тот бросил его, предпочитая жить с дядей Обито, оставив младшего брата на произвол судьбы. Сакура не сразу заметила приближающегося к ней Итачи. — Что ты здесь делаешь? — не скрывая недовольство в голосе спрашивает он. Сакура глушит в себе смешок, нет ничего удивительного, что он стоит перед ней. За ней следят его люди двадцать четыре на семь. — Я дышу воздухом. Гуляю. А тебе какое дело? — в тон ему отвечает медик. — Кажется, ты снова забылась. Ты должна спрашивать меня о таком Сакура. На все просить разрешение. Даже если нужно провести операцию пациенту. Поняла меня? — его напор сбивает с толку. — Ты что с ума сошел? — она поражается тому, как меняется его отношение к ней. Утром он внимателен, обаятелен и спокоен, а вечером может испепелить ее одним лишь взглядом. — Я всегда таким был. Что ты забыла в доме у моего брата? — Итачи помнит о том, как Саске просил держаться от них подальше. Он пытается, но вот Сакура снова все портит. — В доме живет не только твой брат, но и Хината, — пытается отбиться, но все тщетно. Он взвинчен. Обозлен. Итачи причиняет ей боль. Не физическую. Она не понимает в чем причина. А сердце обливается кровью, как если бы его проткнули насквозь. — Вы с Хинатой стали подружками? Болтаете о женском? — гнев не отпускает Итачи. — Именно. Ты что-то имеешь против? — скрестив руки на груди, очередная попытка защититься. — Да, против, — он берет ее за предплечье и тянет в другую сторону. — Не дергай меня! — слабая попытка вырваться из его хватки не увенчалась успехом. — Не зли меня, Сакура. — Да что с тобой произошло? — не выдерживает она и смотрит на его профиль. Лицо как и всегда не выражает никаких чувств, лишь глаза, на дне которых плещется густая тьма и бесконечный гнев. — Мне не стоило тогда спасать твою жизнь. Зачем ты ходила к моему брату? Отвечай? — остановившись у своей машины, припаркованной у входа в парковую зону. — Я виделась с Хинатой, навещала Сараду. Ты думаешь, я хотела тебя сдать? Если бы я хотела, то сделала бы это давным давно, — сглатывая горечь от его слов оправдывается она. — Больше ты не выйдешь из дома. Только в моем сопровождении, — он открыл ей пассажирскую дверь и посмотрел в ожидании. Сакура вынуждена принять очередное наказание. Сев в теплый салон автомобиля, Сакура отгораживается от внешнего шума и смотрит вперед. Анализирует и ничего не понимает. Как Итачи может быть таким разным. Ночная прохлада успокаивает недостаточно. Ему хочется нырнуть в холодное озеро. Слова дяди Обито, будто яд, бегут по венам, заставляя кровь и гнев кипеть в жилах. — Ты изменился, Итачи. Влюбился в эту девчонку и потерял голову. Дело не в ней. А в том, что ты отдалился от семьи. Отдалился ото всех. Но ничего. Я избавлюсь от нее. Растерев лицо руками, он садится на водительское кресло и заводит мотор. Итачи наконец решает все для себя окончательно и бесповоротно. Больше никаких чувств. Он снова вернется в строй Акацуки. Снова станет хладнокровным убийцей, которым по сути и является. Снова будет убивать врагов, не чувствуя при этом и капли сожаления. Он будет тем, кто защищает Саске от мира грязи, тьмы и убийства. А Сакура… Ее не будет в его жизни. Он сделает то, что должен. Точка. Чувства будут захоронены глубоко внутри. Ему не в первой проделывать подобное с собой. Справится. Первым порывом было запереть ее дома и больше никогда не выпускать. Вот только это не работает. Не с ней. Каждый гребаный раз, когда он пытался спрятать ее от врагов, от опасности и от себя самого, у него не выходило. Она каким-то образом окутывала его сознание и все равно добивалась своего. В этот раз он поступит по другому. В этот раз все решится раз и навсегда. Она получит то, чего так сильно желала. А ему больше не придется страдать из-за неразделенной любви. — Мы пропустили поворот домой. Куда мы едем? — Итачи гасит порыв дернуть уголком губ, он будет скучать по ее дотошным вопросом и не умолкаемой болтовне. — В аэропорт, — как можно безэмоциональнее произносит он. — Что? Зачем мы едем в аэропорт? Куда мы летим? — мысли снова путаются. Секунду назад она думала о том, как будет налаживать контакт и сглаживать ситуацию, в которой она оказалась, как на ее голову наваливается еще большая проблема. С Итачи она никогда не сможет заскучать. Не в этой жизни. — Ты летишь. Я остаюсь здесь, — Итачи уверенно смотрит вперед на дорогу, не меняясь в лице. — Почему? Нет. Я не хочу никуда улетать. Почему ты так решил? — она в ожидании смотрит на профиль мужчины в надежде на то, что он не разобьет ей сердце. — Просто уезжай туда, куда ты хочешь. У тебя наконец-то появилась возможность избавиться от меня. Это твой шанс. Воспользуйся им. О Наруто не беспокойся. Он не пострадает. Все будет хорошо, — глупо было полагать, что это будет легко. Как же глупо. Сакура поджимает губы и растерянно смотрит вперед. Неужели у него ничего не екает в сердце. Неужели ему так легко отказаться от нее. В голосе спокойствие, как и всегда. Она кивает головой, признает поражение. Переубедить его сейчас было сродни попытке сдвинуть скалу с места зарождения. После принятия ситуации она погружается в мысли и пытается понять причину его неожиданного поступка. И в голову приходит только одно имя. — Значит, Обито все-таки решил избавиться от меня, — уже тихо и пораженно произносит она. — Просто уезжай, Сакура. И не задавай больше вопросов. Поняла? Сакура молчит. Сглатывает горечь. Думает. Дорога проходит в напряженном молчании, она у здания аэропорта. — Иди, — остановив машину у входа, безэмоционально произносит он. — Это шутка? — в неверии она поворачивает голову в его сторону. Итачи открывает дверь и выходит. Сакура отстегивает ремень безопасности и делает тоже самое. Встает напротив него. — Вот так просто значит? Просто иди и все? — она поправляет розовые пряди и смотрит на его лицо, в надежде найти малейшую эмоцию. — Да. Иди, — смотрит в сторону. Мимо толпами проходят люди с чемоданчиками и сумками. Они стоят напротив друг друга, время будто замирает вокруг. Сакура не верит в то, что он поступает с ней так. Слезы медленно подступают к ее зеленым глазам. Она не уйдет, пока не увидит хоть одну эмоцию на его лице. — Скажи, куда мне поехать? — она вынуждена заставить его разговаривать. Из него и так тяжело вытягивать слова, а сейчас так и подавно. — Вспомни, что я говорил в машине. Поезжай туда, куда тебе хочется, — держать лицо с каждой секундой становится более мучительно и тяжело. Он отводит взгляд в сторону в ту самую секунду, когда замечает в ее глазах слезы и обиду.
