Feeling no pain

Нет ничего более беззащитного, чем искренность. © Декаданский

***

— А каков красавец был: по тебе вся База ЩИТа текла! Сейчас без слёз и не взглянешь, что эта дура с тобой сотворила, кошмар просто, — причитал Старк, аккуратно обрабатывая оставшиеся ожоги на лице Брока, который только и делал, что закатывал глаза и мужественно сдерживал себя от словесного потока ответных комплиментов. Прошло примерно три недели с того дня, как Тони чуть ли не с боем отобрал раненого, контуженого и потерявшего все надежды на выживание Рамлоу у Фьюри, требуя перевести бывшего командира группы огневой поддержки СТРАЙК в его Башню для полного выздоровления и возвращения оному всего того, чего ему пришлось лишиться из-за самого Николаса. Причём Брок до сих пор не мог понять, на кой хер он сдался бывшему Стива, который, к слову, не долго думая, выбрал хмурого, дерзкого и матерящегося, как сапожник, Рамлоу, вместо весёлого, саркастичного и тактичного Старка. Это такой способ мести за то, что увёл у него из-под носа ходячую легенду, или ему действительно не безразлична судьба потрёпанного жизнью и самим Роджерсом командира? Он до сих пор не может понять толком. — Лестны слова твои, да боюсь, что не правдивы, — хриплым после долгого молчания голосом наконец отвечает Брок, ловя взглядом, как уголок губ Старка дёргается в кривой усмешке, и тот, закончив все процедуры, аккуратно складывает колбочки в аптечку и, убирая её в прикроватную тумбочку, откидывается на спинку стула, скрещивая руки на груди. — До сих пор страдаешь, как пёс, которого хозяин бросил одного в лесу и не вернулся? — насмешливо произносит Тони, с вызовом смотря на Брока, и тот почти верит, что гений не хочет перегрызть ему глотку за украденную когда-то любовь. Почти. — А ты уже нашёл нового хозяина и позабыл о старом? — в тон ему отвечает Рамлоу, неприятно морщась от глупых воспоминаний о проклятом Роджерсе. Особенно о его чёртовой улыбке, в которую он, кажется, влюбился с первого взгляда. Боже. Это так глупо и самонадеянно — влюбляться в человека, которого совершенно не стоишь. Ну, а чего он ожидал? Что Стив всю жизнь с ним проведёт душа в душу, пока смерть не разлучит их? Тьфу, посмотри на себя, Рамлоу, и скажи, какой ты придурок. Грёбанного Роджерса не смог удержать даже идеальный Старк! Закатай губу, балбес. — Нет, дружище, я нашёл такого же брошенного пса и решил, что лучше нам объединиться, чтобы выжить, — неожиданно мягко произнёс Тони, как-то резко расслабляясь всем телом. Его и без того красивое лицо стало ещё более привлекательным, словно он разом скинул лет пять: морщинки на лбу немного разгладились, стоило ему перестать хмурить брови; взгляд стал более мягким, будто ему искренне приятно находиться рядом с Рамлоу, да и аура стала какой-то менее напряжённой. Брок без сомнения назвал бы его красивым для своего возраста. Хотя, какая у них разница? Десять, одиннадцать лет? После тридцати такое становится не особо заметным, а после сорока и подавно. У Тони были очень красивые глаза, живые, искренние. Сейчас, когда он был так расслаблен, Рамлоу мог увидеть в них нотки тепла, мягкости и тщательно скрываемой усталости. Такой взгляд он видел у своей матери, которая бегала с одной работы на вторую, чтобы прокормить их с сестрой после смерти отца, а потом возвращалась домой и рассказывала им сказки на ночь, сидя на полу у кровати. Брок всегда удивлялся, как обычный человек способен нести весь тот ужасный груз, который свалился на его плечи, при этом ни разу не жалуясь на эту тяжесть и продолжая идти вперёд, игнорируя боль и усталость. В конечном счёте все ломаются под весом проблем и переживаний. Просто у каждого свой предел. — Я увёл у тебя парня, а ты просто взял и спас мне жизнь, — не удержавшись, выпалил Рамлоу, наблюдая, как Тони на мгновение напрягается всем телом, но тут же приобретает свой мягкий и расслабленный вид, дёргая уголком губ в усмешке: — Давай начнём с того, что никого, кроме Барнса, он никогда не любил, Брок, — тихим и немного охрипшим голосом, от которого внутри разливались волны наслаждения, ответил Старк, и Брок искренне захотел дать пинка Стиву за то, что променял столь шикарного мужика на какого-то несуразного солдафона. Боже, ну могут же идиоты так просирать своё счастье. — У вас, вроде как, всё серьёзно было, — вырвавшись из своих мыслей, произнёс Рамлоу, тут же получая в ответ насмешливый взгляд карих глаз, которые смотрели, кажется, прямо в душу: — Вроде как, — медленно повторил Тони, потирая ладонью центр груди, где раньше красовался реактор. — Всё было настолько абсурдно, что становится смешно, Брок. Я ему был не нужен. Ему было плевать на меня, так что я бы не стал относить это к серьёзным отношениям, — спокойно произнёс он, хмуря брови, от чего между ними залегла складочка, которую дико хотелось убрать, чтобы не портила красоту лица. — А с тобой всё ещё более абсурдно, — продолжил Тони, — он узнал, что ты связан с Барнсом, вот и решил воспользоваться случаем. Поступок не достоин Капитана Америки, да и любого порядочного человека в целом, я считаю. Даже мне бы на такое смелости не хватило, — на секунду, всего на секунду его лицо искажается гримасой боли и отчаяния, а в глазах читается вселенская усталость, но он быстро берёт себя в руки, изображая былое спокойствие и непринуждённость. «Годы тренировок и хороший самоконтроль» — думает Брок, без длительных раздумий подаваясь вперёд и кладя свою ладонь на плечо Старка, всматриваясь при этом в до одури красивые глаза. Раньше он считал, что красивее глаз, чем у Стива, не сыскать. Глупый какой. — Спасибо, что спас меня, Тони, — совсем искренне произносит Брок, впервые за всё это время благодаря Старка вслух. Тот мягко улыбается одними уголками губ, по-лисьи щурит глаза, заглядывая ими, кажется, в душу Рамлоу, и накрывает своей ладонью чужую: — Ну что ты, если б я этого не сделал, то мы бы по отдельности выли на луну в этом чёртовом лесу. Теперь-то нам хоть теплее и проще пережидать холода, — произносит Тони, мимолётно поглаживая пальцем ребро ладони Брока и от этого невинного жеста по всему телу прошлась горячая волна.

***

Спустя каких-то пару месяцев Брока восстанавливают в звании и всех правах, и, чёрт подери, он готов буквально носить Тони на руках до конца своих дней, о чём он, на радостях, сообщает самому Старку. Тот смеётся, жмёт плечами и отвечает, что это слишком, но вдруг чего — предложение он примет, только если Рамлоу будет вести себя как хороший мальчик и не станет лезть в самое пекло, рискуя своей жизнью и «прекрасным телом», как выразился миллиардер. Несмотря на то, что к Броку вернулся его дом и земельный участок, Тони настоял на том, чтобы тот остался у него в Башне, так как ему одному скучно, а с ним есть хоть какая-то отдушина. Они часто проводят время вместе за тренировками, обедом, просмотрами фильмов и Рамлоу всё чаще замечает, насколько же Старк одинок среди своего окружения. От этого стало совсем печально. Тони смеётся, улыбается, ведёт себя слишком беспечно, весело, надменно, и Брок не видит ни грамма искренности во всём этом, потому что он видит его под другим углом. Он достаточно хорошо научился читать этого человека, чтобы знать одну простую истину: Энтони Эдвард Старк считает себя самым худшим человеком в этом мире, тщательно скрывая это за плотной маской нарциссизма и толстым слоем сарказма сверху. В его глазах — бесконечная усталость, боль и отсутствие желания жить. Именно поэтому, когда они в очередной раз сидят на диване за просмотром телевизора, Брок обнимает Тони так крепко, как только может, чтобы показать свою поддержку, потому что человек не способен нести такой тяжёлый груз в одиночестве. — Ты достоин лучшего, — шёпотом говорит Рамлоу, словно боясь, что его услышит кто-то. Не только тот, кому адресован эти слова. — Это лучшее, чего я достоин, — смеётся Тони. Тихо. Не искренне. Словно через боль. И обнимает в ответ. Упирается лбом в плечо, глубоко дышит и мелко, мелко дрожит, словно от холода. Броку хочется схватить его за грудки и заорать прямо в лицо что есть мочи о том, как же сильно, блять, он ошибается. О том, какой он прекрасный, добрый и щедрый человек, что достоин всего самого лучшего, но не кричит. Обнимает. — Ты заслуживаешь любви, Тони, — шепчет Брок, чувствуя, как напрягается в его объятиях Старк.

***

Поцелуй был довольно нежным, чувственным и до боли необходимым им обоим. В нём не было ни любви, ни страсти, в него были заложены совершенно другие чувства. Он больше походил на молчаливую поддержку, чем на какой-то романтический жест. Просто они не знали, как выразить словами то, что чувствовали нутром. Объятия были крепкими, тёплыми и чертовски правильными. Всё, происходящее в данный момент, было правильным. Два человека, сломанные по разным причинам, при разных обстоятельствах и в разное время, потеряв частички себя, сейчас почувствовали себя полноценными, целыми. Уложив на диван Брока, Тони навис над ним, не разрывая телесный контакт. Потому что он был необходим им обоим. — Беру свои слова назад: ты такой же красавец, как раньше, — усмехается Старк, снова целуя Рамлоу, тем самым не давая ему возмутился по поводу подобного комментария. Брок обнимает его за плечи, наслаждаясь исходящим от него теплом, вплетает пальцы в густые волосы и нежно перебирает прядки, балдея от того, как хорошо чувствовать себя по-настоящему нужным кому-то. Тони яркий, живой и искренний. Такой живой и настоящий, что хочется разрыдаться от нахлынувшего чувства радости. — Мистер Старк, к Вам гости, — прервал их механический голос Пятницы, заставив обоих вздрогнуть от неожиданности. Старк протяжно застонал от недовольства, упираясь лбом в грудь Брока, который от чего-то весело фыркнул, массируя пальцами кожу головы миллиардера. — Эти гости не могут подождать? — хрипловатым голосом произнёс Тони, снова нависая над Рамлоу и по новой целуя его в губы, заставляя сознание уплывать куда-то за горизонт. Определённо, гений заслуженно получил звание лучшего любовника если не в мире, то хотя бы в США. — Это Стивен Роджерс, сэр. Тони тут же застыл, словно превращаясь в каменную статую самого себя. Он резко оторвался от губ любовника, поднимаясь с дивана и выпрямляя спину. В его глазах не отражалось ни одной эмоции, словно он смотрел внутрь себя, старательно выискивая что-то, но так и не находил. — Зачем он здесь? — совершенно отстранённым голосом произнёс Старк, заставляя Брока поёжиться. Чёртов Роджерс умеет всё испортить именно тогда, когда этого делать не стоит. — Мистер Роджерс сказал, что вам нужно кое-что обсудить. Он ожидает Вас в гостиной вместе с мистером Барнсом. Ну конечно же, блять. Брок поёжился, будто от резкого порыва холодного ветра, и, сам того не понимая, провёл кончиками пальцев по шраму на лице. От понимания, что его личный кошмар сейчас находится прямо здесь, буквально в паре этажей отсюда, внутри всё противно сжалось, будто в предвкушении глобальной катастрофы. — Передай ему, что я спускаюсь, — пугающе спокойно произнёс Тони, медленно поднимаясь со своего места. Его лицо не выражало никаких эмоций, но взгляд беспокойно метнулся в сторону Рамлоу, — Не думаю, что это займёт много времени, так что подожди меня пока здесь. — Я пойду с тобой, — удивляясь собственной решительности, возразил Брок, вставая на ноги, — Мне всё равно придётся с ним столкнуться рано или поздно, так что... — не дожидаясь, пока тот закончит, Старк просто мягко коснулся его плеча, оставляя невесомый поцелуй на щеке, и направился в сторону лифта первым.

***

— Итак, что же от скромного меня требуется нашему Звёздному Капитану и его Величеству Холодное Сердце? — язвительным тоном произнёс Тони, стоило ему только войти в комнату, от чего у Брока невольно вырвалась улыбка: почему-то всё волнение разом ушло, оставляя после себя странное чувство неопределённости и фоновое ощущение полного отсутствия опасности рядом с язвительным Старком. Кэп, который было открыл рот для ответа, удивлённо вытянул шею, смотря на стоящего позади миллиардера Рамлоу, и тут же прикрыл его, хмуря брови. — Здравствуй, Командир, — непринуждённо произнёс Зимний, от чего у Тони дёрнулся глаз, но он с достоинством удержал свою маску шута перед суперсолдатами. — Чем обязан, Роджерс? У нас Конец Света или типа того? Кто-то умирает? — Я хотел кое о чём поговорить с тобой. Наедине, — выделяя последнее слово, ответил Стив, всё же отрывая взгляд от бывшего любовника и переводя его на Тони, который недовольно нахмурился, скрещивая руки на груди. — Наедине, Кэп, это когда только вдвоём, с тобой, а не с кем-то ещё, — он недовольно покосился на невозмутимо стоящего рядом со Стивом Барнса, который, видимо, пытался закосплеить часть интерьера, и снова перевёл его на Капитана, ясно давая понять, что либо Брок остаётся, либо разговора не будет. От понимания того, что Старк не собирается даже думать о том, чтобы он ушёл, сердце приятно сжалось. Кэп бы никогда не позволил ему остаться. Но Тони — не Кэп. Именно поэтому Брок до сих пор жив. — Этот разговор не для... — Для кого, Спящая Красавица? — обманчиво-ласковым тоном произнёс Старк, по-злому щурясь и полностью отбрасывая свою маску, — Дай-ка угадаю, мой дорогой, не для преступников? Не для убийц? Не для предателей? Не для кого, Стиви? Не для человека, который спас твою Принцессу из плена, где над ним годами издевались? Ну скажи уже, почему ты замолчал, м? — Старк злился, и это было чертовски сложно не заметить. Зимний, аки щеночек, бросил виноватый взгляд в сторону Брока, который так и продолжил невозмутимо стоять за спиной разъярённого миллиардера. Рамлоу не винил его в случившемся. Сложно винить во всём человека, которому годами насильно промывали мозги настолько, что тот перестал воспринимать себя за живое существо. Барнс не был виноват в том, что оказался намного более любим и важен для Стива, чем сам Брок или же Тони, поэтому нет никакого смысла в том, чтобы злиться на него. — По-моему, тебе стоит посмотреть на всё под другим углом, — всё же подал голос Кэп, угрюмо смотря на Старка, который удивлённо вскинул брови: — А может это тебе пора слезть со своего пьедестала и посмотреть на этот Мир под углом обычного человека? Или может хоть раз в жизни включить свой прокачанный сывороткой мозг и подумать логично? Как тебе идейка? — Он – предатель, Тони. Его место в тюрьме. Он не заслуживает этого. — О, а ещё он – спаситель любви всей твоей жизни, Роджерс. Поверь, он находится на своём месте. И, да, ты прав, он заслуживает намного большего, но я пока над этим работаю, — Тони многозначительно усмехнулся, бросая виноватый взгляд в сторону Брока, и тут же надел свою маску безразличия, в упор смотря на Стива, пытающегося что-то возразить, — Ты, Роджерс, сплошная психологическая травма, которую невозможно проработать ни с одним психологом. Ты думаешь, что все твои решения и действия правильны, что ты не можешь допустить ошибку, но ты её уже совершил как минимум дважды. Тебе плевать, что будет, главное чтобы итог был желанным. Тебе плевать на чужие чувства, но ты продолжаешь читать всем нотации о том, как важно думать, прежде чем что-то решать. Ты не можешь себе представить, что люди не делятся только на хороших и плохих. Ты не можешь себе представить, что кто-то поступает так от безысходности, потому что думаешь, что выход есть всегда. Ты идёшь по головам ради чего-то, при этом осуждая тех, кто делает то же самое и, чёрт возьми, мне тебя искренне жаль. — По-твоему, он — просто жертва обстоятельств? — злобно произнёс Роджерс, сверкая своими невероятными синими глазами, — Тони, он добровольно вступил в ряды Гидры! — Он сделал это под дулом пистолета, тупой ты осёл! — не выдержал Старк, дёрнувшись было в сторону Стива, но тут же остановился, чувствуя на плече руку Брока и немного расслабляясь, — Если бы не он, ты бы и дальше бегал за своей Красавицей в попытках догнать Призрака, который нихрена о тебе не помнит и знать тебя не желает, так что захлопнись и поблагодари его за то, что позволил тебе вернуть своё проёбанное счастье и уезжай отсюда к чёртовой матери вместе с Барнсом. Роджерс раздражённо выдыхает, хмуря свои широкие брови: — Нам не о чем говорить. Видимо, он успел хорошенько промыть тебе мозги, Тони. Я в тебе разочарован. — Завали. Ебальник, — Старк выделяет каждое слово, смотря на Кэпа с такой всепоглощающей ненавистью, что, Брок может поклясться, за окнами потемнело. Капитан разворачивается, стремительно ударяясь вон из помещения, а Зимний продолжает стоять с видом мокрого щенка на обочине безлюдной дороги у леса. — Спасибо за всё, Командир, — тихо произносит тот, всё же следуя за Стивом прочь с их глаз. Двери лифта смыкаются и Тони протяжно выдыхает, проводя пятернёй по волосам и устало прикрывая глаза. — Прости, что пришлось это слушать. — Спасибо, — как-то смущённо произносит Брок, подходя вплотную к Тони и обнимая его, тут же отмечая, как из мышц Старка пропадает напряжение и тот словно сдувается, становится в разы мягче и податливее, обнимая того в ответ. — Не за что благодарить, на моём месте так бы поступил каждый, кто имеет мозги, — в голове слышится нескрываемая усталость и Рамлоу прижимает мужчину сильнее к себе, утыкаясь ему в плечо. У них почти одинаковый рост, Тони всего на несколько сантиметров ниже, так что это не вызывает неудобства. — Пойдём в спальню, — предлагает Брок, и Старк весело фыркает. — Да, думаю, самое время подтвердить наши отношения, — он молчит примерно секунду, прежде чем залиться звонким смехом и останавливается только когда его затыкают поцелуем. — Брошенные псы, да? — Не-е-ет, уже нет, — снова смеётся Старк. Это внушает веру в то, что можно любить, не чувствуя боли.