Ангел рода Малфоев

Энджили: Голова гудит… Все тело болит, будто пробежала кросс с непривычки. Едва разлепив веки, моему взору открылся резной красивый потолок. Повернув голову и обведя взглядом темную комнату, поняла, что это одна из спален. Вот только чьего поместья? Лестрейнджей или Малфоев, а может Долохова?! Он как сегодня глаз не сводил, будто хотел дырку во мне просмотреть! Облизнув пересохшие губы, приподнялась на кровати, инстинктивно при этом нащупывая волшебную палочку. Ее не оказалось рядом, так же как и пальто, в котором прибыла в такой долгожданный особняк… Быстро привыкнув к темноте, обошла комнату. Дверь, конечно же, оказалась заперта. «Значит пленница?» Усмехнулась своим мыслям и подошла к окну. Открывшийся вид явно не оказался ухоженным садом мэнора. «Так, надо с этим что-то делать!» Ответом на мои мысли появился в комнате Долохов. Резко обернувшись, высокомерно, на манер Малфоев, взглянула на мужчину, но не слова не сказала, лишь отошла к кровати. Пожиратель закрыл за собой дверь, не сводя с меня своего пронзительного взгляда синих глаз. Как только Антонин оказался и вовсе рядом, я молча протянула руку, вздернув бровки и склонив голову слегка на бок. Автор: — Здравствуй, Энджили, — негромко произнес Долохов и тут же добавил: — Ты очень похожа на свою мать. Вот только волосы у нее в молодости были рыжими, а глаза зелеными. Девушка встрепенулась при упоминании о ее матери, которая жила среди этих отвратительных магглов и всячески оберегала дочь от малейших проявлений волшебства, заставляя ее с детства подавлять в себе и скрывать едва открывшиеся способности. Жаклин мало что могла рассказать о своей жизни в «другом мире», как она его называла. На вопросы Энджи об отце, мать отвечала, что он был из знатного рода и что его убили. Из какого рода? — об этом девушка узнала, лишь став взрослой. На восемнадцатый день рождения мама подарила ей старинную резную шкатулку с изображенной на ее крышке охотничьей собакой породы грейхаунд. Энджи с детства любила собак и хорошо разбиралась в их породах. Ключа от шкатулки у Жаклин не было, эта вещица хранилась в доме, как семейный сувенир. Но девушке, выросшей среди магглов в небольшом городке с дурной репутацией, и не нужен был ключ. Поблагодарив маму за ценный подарок и закрывшись в своей комнате, Энджи достала шпильку для волос, изогнула ее особым образом, вставила в замочную скважину и — вуа-ля! — крышка с грейхаундом, щелкнув, отворилась. Взору изумленной девушки предстал свиток пожелтевшего пергамента и деревянная палочка, похожая на те, которые в детских сказках имеют волшебники. Энджи хмыкнула про себя, повертев в руках палочку, а потом взяла пергамент. Это оказалось завещание, подписанное Гийомом Малфоем, которым он завещает всё своё имущество и волшебную палочку Жаклин де Лаваль, баронессе де Ре, и ребёнку, который у неё должен был родиться. Судя по всему, Гийом и Жаклин не успели вступить в законный брак, потому что Гийом ни разу не назвал ее женой. Там же стояла дата: 27 ноября 1972 года. Энджи задумалась. Сама она родилась в июне следующего, 1973, года. Значит, ребенок, которому Гийом завещал свое имущество и эту палочку, она? Ведь ее маму звали Жаклин Лаваль! Почему же мать ничего ей не рассказывала раньше? Крик с улицы вывел девушку из оцепенения. — Ведьма! Ведьма! Сжечь её! — орали соседские мальчишки. В открытое из-за летнего зноя окно полетела бутылка, с привязанным к ней горящим фитилем. Упав на пол бутылка разбилась, а вытекшая жидкость тут же вспыхнула. Энджи вскрикнула от ужаса. Ковер и занавески уже пожирал огонь, а за первой бутылкой полетели ещё две. Одна упала на кровать и подожгла ее, а последняя завертелась на уже пылающем полу, но не разбилась. Девушка, повинуясь какому-то инстинкту, схватила бутылку и швырнула её обратно, на улицу. Но это не спасло их дом, который уже вовсю полыхал. Энджи и ее мама едва успели выбежать на улицу, когда крыша их небольшого домика провалилась вовнутрь. Единственное, что девушка прихватила с собой, была та самая шкатулка с завещанием и палочкой. Мама плакала, глядя, как огонь губит остатки их жилища, а Энджи поклялась отомстить. . После того, как Энджели и ее мама Жаклин остались без крыши над головой, и некоторое время вынуждены были обитать в приюте для бродяг, а девушка устроилась работать санитаркой в больнице для душевнобольных людей, именно в этот, тяжелейший для нее период жизни, произошла странная встреча. Это случилось ровно через год после пожара, когда наша героиня отмечала свой 19-й день рождения. К тому времени им с мамой удалось немного выбраться из глубокой нищеты, Жаклин работала уборщицей в гипермаркете и ей с дочерью выделили небольшую комнатку в общежитии для сотрудников торгового центра. Жалования матери и дочери хватало ровно настолько, чтобы не умереть с голоду. Так вот, именно в этот памятный день, когда Энджи была на смене и вместе с подругами — такими же санитарками и медсестрами, отмечала свой праздник в больничной столовой, к ним поступил новый пациент. Мужчина был одет довольно экстравагантно: в какую-то нелепую мантию зеленого цвета и точно такой же расцветки шарф с серебристыми полосками. На вопрос: кто он? — мужчина отвечал, что это не имеет значения, но что он должен передать важное послание, способное перевернуть мир. И в чём же состоит это послание? — спрашивали чудака. Он же повторял, как попугай: в этом году некий Избранный войдёт в Хогвартс и это станет катастрофой. После этих слов мужчина умолкал и замыкался в себе. Энджи вызвали в отделение прямо из-за стола, чтобы помочь оформить нового пациента. Этот пожилой мужчина почему-то вызвал у нее симпатию. Его серые глаза потускнели от возраста, но увидев молодую санитарку, они вдруг вспыхнули странным блеском.  — Жаклин? — Вдруг спросил он и тут же поправил себя: — Нет, та была бы уже старше, ты только похожа на нее… — И отчего-то тяжело вздохнул. Девушка встрепенулась от этих слов.  — Мою маму зовут Жаклин, — сказала Энджи. Старик удивленно уставился на неё. — Правда? — недоверчиво спросил он. Девушка кивнула. — Проводите меня в мою палату, — совершенно спокойно промолвил незнакомец, словно только и ждал этого. — Не бойтесь, я не кусаюсь, — улыбнулся он. — Будь осторожна, Энджи, — сказала одна из подруг.  — Категорически возражаю, — вмешался дежурный врач. — Пациентов должны сопровождать санитары-мужчины, а ваше, женское, дело — уборка палат да ухаживание за лежачими больными, которые не причинят вам вреда. Так написано в нашей служебной инструкции. Энджи не стала возражать, а старик только пожал плечами, когда его уводили. Через несколько дней, на следующем дежурстве, Энджи снова увидела странного старика в зеленой мантии. Он прогуливался в саду, вместе с другими пациентами. Девушка отважилась подойти к нему.  — Сэр, — обратилась молодая санитарка, — Вы знаете мою маму? — Да, — ответил старик. — Я видел её в Малфой-мэноре. У неё ещё был жених, такой крепкий молодой человек, явно загоняла квиддичной команды, по имени Гийом. Кстати, тоже из Малфоев, дальний родственник Люциуса. Они вдвоём приехали из Франции, собирались вступить в законный брак, хотели благословения от самого Тёмного Лорда... - Мужчина вздохнул. - Но не сложилось. Гийом погиб при каких-то странных обстоятельствах, а Жаклин и вовсе куда-то исчезла. Энджи вспомнила подпись под завещанием: «Гийом Малфой». А кто такой Люциус? И где находится этот Малфой-мэнор? Старик, назвавшийся (по секрету, на ушко Энджили) Малкольмом Эйвери, отцом «того самого Пожирателя Смерти, отбывающего срок в Азкабане, только — тсс, никому ни слова», открыл перед девушкой целый мир, где живут настоящие волшебники. Из его же рассказов она узнала о Темном Лорде, которого в молодости звали Том Марволо Реддл и с которым учился на одном факультете сэр Малкольм; о Пожирателях Смерти, одним из которых был Эйвери-младший; о хитром Люциусе Малфое, жестоком и фанатичном Антонине Долохове, тайно влюбленном в Беллатрикс Лестрейндж, о самой Белле, беззаветно преданной Темному Лорду, о других темных магах и той войне, которую они проиграли… Энджи слушала старика, а в её голове возникали живые картинки: она, как наяву, видела людей и события, о которых рассказывал сэр Малкольм. И вот однажды мистер Эйвери прошептал Энджи: — Завтра я умру… — Девушка испугалась, но старик продолжал: — Я скажу тебе адрес, по которому жил последние 11 лет, с тех пор, когда моего сына арестовали мракоборцы. Там ты найдёшь некоторые волшебные книги, которые я успел прихватить с собой, но, главное — омут памяти! — Что это? — спросила Энджи.  — Такая каменная чаша, в которой можно видеть воспоминания. Вот, возьми. — С этими словами сэр Малкольм протянул ей длинный ключ с вычурной бородкой и какой-то флакончик с серебристой субстанцией. — Вылей это в чашу и ты увидишь то, что когда-то видел я. Можешь вместе с мамой жить в той квартире, где раньше жил я. Прощай. Надеюсь, что ты найдёшь путь в тот мир, которому, по праву рождения, принадлежишь. На следующий день сэр Малкольм умер, а Энджи и ее мама Жаклин переселились из общежития в его ветхую квартиру. … — Энджи? — Антонин коснулся моей руки, дабы вывести из прошедших воспоминаний. Вздрогнув от его прикосновения, девушка отдернула руку, зло, смотря на Пожирателя и тихо, почти угрожающе произнося: — Немедленно верните мою палочку! Где моя палочка, пальто? Где я сама, наконец? — Успокойся, — всё так же тихо промолвил Антонин, — здесь тебя никто не обидит. Ты у друзей, это замок семейства Лестрейндж. Видишь ворона на их семейном гербе? — Она только сейчас заметила на входных дверях вырезьбленный щит с изображенной на нем птицей в короне. — Палочку тебе вернут, если ты пообещаешь быть послушной девочкой, — продолжил Долохов после небольшой паузы. — Тёмный Лорд, наш Повелитель, решил помочь тебе расквитаться с врагами и сделать одной из нас…- Сердце девушки бешено заколотилось в груди. В это трудно было поверить. Но Антонин не врал. Энджи знала, что Долохов — патологически честен, как охарактеризовал его покойный сэр Малкольм Эйвери. Но прикусила язычок и слушала дальше. — Так вот, Милорд желает испытать тебя: достойна ли ты вступить в ряды его воинства — Пожирателей Смерти? Для этого он назначил магическую дуэль, своеобразный турнир, между тобой и сыном лорда Малфоя, Драко, который тоже готовится принять Черную Метку. При упоминании о дуэли, пусть даже с мальчишкой Малфоем, которого Энджи видела вскользь, рядом с отцом, за столом в гостиной, вызвало у нее шок. Но отступать было некуда: она сама пришла сюда, значит, должна играть по чужим правилам. — Что ж, раз на то воля Вашего Повелителя, так и будет! Тем более что я хочу этого сама. — Молодая ведьма не сводила своего взгляда с мужчины. Серо-зеленые глаза блеснули в свете луны, а губки изогнулись в усмешке. — Я хочу, чтобы мне вернули мои вещи, Антонин! — Энджили впервые назвала его по имени все же требовательным тоном. — Пожалуйста…- уже тише добавила после затянувшейся между нами паузы — Отцовская палочка единственное, что у меня осталось… Долохов улыбнулся, но его искривленное лицо от этого стало ещё более зловещим. Он, как фокусник, взмахнул в воздухе рукой, и в его пальцах оказалась та самая волшебная палочка, которую Энджи когда-то нашла в шкатулке.  — Возьми, — сказал Антонин, — она, по праву, принадлежит тебе. С её помощью ты будешь осваивать заклинания, которые пригодятся тебе во время дуэли с Драко. Я же стану твоим учителем. Таков приказ Темного Лорда. — А без приказа Вы бы не стали меня учить? — Сорвалось с языка Энджи.  — Стал бы. Даже без приказа, — коротко ответил Антонин. — Ладно, хватит бездельничать. Прими душ, переоденься, — он кивнул в сторону платяного шкафа, — эльфы принесут тебе ужин. Когда поешь, я буду ждать тебя на крыльце. С этими словами Долохов развернулся и вышел, оставив дверь приоткрытой. — А ничееее так что сейчас зима, Долохов? — Только и услышал он ее слова, оставив их без внимания. Приняв душ, девушка переоделась в теплое платье в пол, тёмно-синего цвета, которое нашлось в шкафу. Через время эльф принес ужин в комнату и с тихим хлопком исчез. Запах вкусной еды пробудил аппетит и все же пришлось уступить своему организму и наестся досыта, а после, побродив по дому в поисках парадного холла, она оказалась рядом с Антонином, кутаясь в плащ. Энджили:  — Всегда тренировки будут проходить в темень и на холоде?! — Огрызнулась я, взглянув на него Антонин оглянулся на меня. Я заметила синие огоньки в его глазах. — Нет, — ответил маг. — Я просто хотел, чтобы ты посмотрела, какая сегодня Луна: полная, большая и красивая. Мы, темные волшебники, верим, что именно Луна, которую мы называем Ночное Солнце, дает нам Силу. «А ему не чужда романтика», — отметила про себя я. — Темень и холод — такие же явления Природы, как солнечный свет и тепло. Мы должны быть готовы сражаться в любое время суток. — Почему Лорд так отреагировал? Хотел проверить смогу ли я выжить? — Тихо спросила я, смотря в небо и медленно оседающие снежинки. Ветер сдул капюшон, взъерошивая кудри. — Что ж, если это так, то я едва смогла унести ноги. Он применил ко мне леггилеменцию, до сих пор голова раскалывается, будто вбивали в череп гвозди — Возможно, — снова посмотрев на меня, ответил Антонин. — Но не сомневайся, что у нашего Повелителя на то были веские основания… Если бы я умела читать мысли других людей, то увидела бы воспоминания Долохова о той роковой ноябрьской ночи, 24 года назад, когда Люциус Малфой на дуэли убил Гийома, моего отца.  — Так мы будем, тренироваться сегодня или нет? — Спросила я на полпути к двери, собираясь вернуться уже в поместье. — Согласись сейчас улица не лучшее место для проведения тренировок. — И только я вновь собралась идти, мы оба услышали хлопки и двое голосов. Один из них был женский. «Кажется, я догадываюсь, кому принадлежит голос женщины» Обернувшись, я поняла, что оказалась права. К нам приближалась сама Беллатриса и мужчина, которого я не знала, но видела мельком на собрании. — Так-так, — улыбнулась женщина в своей манере, подойдя к нам. — Кто это тут у нас? Энджи? Я же смерила ее недовольным взглядом, окинув с ног до головы, и усмехнулась, произнеся: — Она самая. Дать автограф или может быть фото? Ах да, — я повертела палочкой в своей руке, — забыла! У вас же колдография!  — Рано тебе ещё язвить, деточка. — Едва сдерживая недовольство, сказала Белла. Мужчины стоящие рядом с нами наблюдали за нашей перепалкой. — Но никогда не поздно! — Ответила я и направилась внутрь. Автор: Белла негодуя, рявкнула на Долохова: — Научи эту мерзавку манерам, Долохов. Да пусть по придержит язык за зубами, дюж дерзкая. Антонин лишь усмехнулся, промолвив: — Дорогая моя Белла, уж поверь, своего я не упущу! Белла вошла вместе с гостем, а Антонин постаяв ещё немного, так же направился к Энджи. Девушка уже собиралась ложиться спать и переоделась в ночную рубашку — из того самого платяного шкафа, на который ей указал Антонин: там для неё был приготовлен полный комплект одежды, включая костюм с мантией черного цвета для тренировок. Энджи не успела погасить свет в комнате, когда на пороге возник её новый учитель боевой магии. От неожиданности она даже вскрикнула и подтянула одеяло к самому подбородку. — Входить в спальню к девушке, без приглашения или хотя бы стука в дверь, невежливо, Вы так не считаете, сударь? Антонин криво улыбнулся, синие дьявольские огоньки сверкнули в его глазах.  — Меня тебе не стоит бояться, — тихо произнёс мужчина, проигнорировав вопрос своей ученицы. — А вот с леди Беллатрикс, хозяйкой этого особняка, не следует портить отношения. Она злопамятна и может отомстить тебе тогда, когда ты меньше всего будешь этого ожидать. К тому же, мадам Лестрейндж — очень сильная ведьма, владеющая в совершенстве такими заклинаниями, о которых ты даже и не слышала. Но её любимое — это Круцио… — Услышав это название, девушка вздрогнула: покойный сэр Малкольм Эйвери как-то рассказывал ей о трёх непростительных заклинаниях и Круциатус он назвал «пыточным». Чтобы скрыть свой страх и выглядеть, как можно более уверенной, Энджи придала своему голосу дерзкий тон: — Ну надо же! Леди Беллатрикс, мадам Лестрейндж… Вы случайно не влюблены в неё, мистер Долохов, что так боготворите? Слова ученицы задели Антонина за живое, но он даже не подал виду, только улыбка исчезла с его изуродованного пытками в Азкабане лица.  — Это тебя не касается, — холодно и твердо произнёс он. — Завтра утром жду тебя на крыльце особняка. Спокойной ночи! С этими словами мужчина развернулся на каблуках и вышел из комнаты, хлопнув дверью. А Энджели почему-то хихикнула. «Он и вправду втюрился в эту Беллу», подумала она, вспоминая рассказ мистера Эйвери-старшего о Пожирателях Смерти.