Небоскрёб желаний

— ТЫ ВСЕГО ЛИШЬ ЖАЛКАЯ СКОТИНА. ДАЖЕ ХУЖЕ КОРМА ДЛЯ ТИТАНОВ! — Кис Шардис унижал очередную жертву его «обряда инициации». Та согласно кивала, нервно сглатывая. Следующего назвали мусором, который умрёт до встречи с одним из них. Это звучало отвратительно, а кадеты боялись своей очереди. К слову, некоторых участь униженных и оскорбленных обходила стороной, но и лицо у них было отстранённое, потерянное. — Ты кто? Откуда будешь? — Кис возник как черт из табакерки с криками. — Рима Паволь из деревушки от стены Роза, — сделав «салют», она уверенно посмотрела в глаза мужчине. — Ты зачем пришла сюда? — лысая голова скланилась над русой, а глаза сверлили ее. — Вступить в Королевскую Полицию и защищать мирное население от угроз, учитывая, что никто не знает, как долго нам прослужат стены, — две тяжёлые руки легли на плечи девицы и та тихо пискнула. — Правда? — голос Коменданта был хриплым, резким и давал по голове. — Именно, — копна прядей начала трястись в такт с кивками, а их владелица отвела взгляд в сторону. — Такое ничтожество ничем не отличается от свиньи, куда уж там до служения королю. 5 ряд кругом, — после этого он даже не посмотрел в сторону перепуганной девушки, а пошел вперед, втаптывая чувством собственного достоинства в пол будущих солдат. Пытки кончились и толпа юнцов шла в столовую, где после столь странного знакомства с верхушкой все сидели, обсуждая лысину Киса и его бородку, подбирая ему прозвище. При этом озираясь с испугом. «Свинья короля» же осмотревшись по сторонам, села в углу деревянной постройки. К ней села Картофельная, Конни и Жан. Между ними завязался разговор о том, что же привело сюда на самом деле этих людей. — В полиции ты далеко от стен и с полным кошельком, так что я хочу безопасно и сыто, — Кирштейн хмыкнул и посмотрел на русую, — А ты? — Я решила идти в солдаты, ибо моя семья всегда ставила меня в пример сестрице. Ей быть не хочу, так что решила найти себя тут. Ах да, я Рима. — Эй, Жан, правда в тепло и уют? — Эрен посмотрела на парня с усмешкой и презрением. — Ну, я честен перед собой и в смертники не стремлюсь. Вся эта чушь про разведкорпус мне не вставляет, так что можешь впаривать ее своим дружкам. — Правда? Чушь? — прежде, чем Йегер успел осыпаться на Жана как гроза среди ясного неба, Микаса увела его прочь, под смущение Кирштейна. Веселье ночи кончилось, все разошлись по баракам. Рима посмотрела на своих товарищей и отошла в душ. В зеркале на нее смотрели серые глаза, круглое лицо, короткие волосы с выбритыми висками и затылком. Синяки под глазами никуда не пропадали всю жизнь, так что казалось, что сон совсем не по части девушки. После всего этого она зашла под душ, поливая себя тёплыми каплями, готовясь к новому дню. Учеба на УПМ, физическая сила, боевые навыки, командная работа и многое другое оценивались в течении нескольких лет, превращая детей в солдат и борцов за человечество. — Завтра вам предстоит выбрать направление, кем быть и кем стать. Борцы за стены, Разведкорпус, Полиция. В последние могут попасть только первая десятка, то есть лучшие в выпуске, — мужчина ушел, а все отправились праздновать свой выпуск из училища. Девушка посмотрела на Армина, Эрена и Микасу, что ушли из эпицентра веселья, после очередной стычки с Жаном, громких речей о спасении человечества и прочего цирка. Паволь же нахмурила брови, обняла себя руками и вышла. Сев напротив входа, на обратной стороне от дороги, она думала о том, куда все же идти, ведь в десятку то попала, хоть и с трудом. — Я стащила хлеб и мясо у простофиль, пошли есть, — Саша хихикнула и восторженно прижала мясо к груди. — Пошли, ибо добру пропадать нет смысла, — после чего обе пошли к Конни и Жану. — Вы завтра куда? — на этом вопросе все потупили взгляд. — Я в Полицию как и хотел, — Жан все так же высмеивал любые выкрики Эрена. Саша и Конни вздохнули и почти синхронно сказали о Разведкорпусе. На что Кирштейн прыснул и выгнув бровь, спросил сам: — А ты? Куда ты то идешь? Неужто через нас хочешь сама решить. Не стоит. Выбор должен быть твой, а то в будущем так и будешь зависеть от мнения окружающих, — казалось, Жан ее видел насквозь, от чего девушка сморщила нос. — Знаю, но… — палец однокурсника лег на губы девицы, а он помотал головой: — никаких «но» Рима, решай сама. В итоге Конни и Саша уснули на столе, а Жан ушел через полчаса, оставив Паволь этих идиотов. — Я пойду в Полицию, да, точно пойду в нее, — после этого русая по очереди отвела друзей до бараков, а сама вышла на улицу и сев на ступенях, смотрела на небо. Облака плыли вперед, скрываясь впереди, за стенами и горизонтом, оставляя девушку в мыслях: Что же за ним? Куда ушли эти облака и кого они увидят? Только титанов?