Легенда «Поцелуя смерти»

Равно во все края вселенной Являлся ангел молодой; На всё, что только прах земной, Глядел с презрением нетленный; Его приход благословенный Дышал небесной тишиной…

- Да что он себе позволяет? Руки свои распускает! Может у меня вообще парень есть! Любимый человек! А он своими культяпками меня трогает! Брр, даже вспоминать противно! «Я попрошу поцелуй», - кривляет Ада Чимина, залетая в комнату сильно хлопая дверью. - То же мне, герой любовник нашёлся! Нужно в следующий раз в него плюнуть, если он так хочет слюной обменяться! - Ты в курсе, что прошли сутки? – Тэхён вальяжно раскинулся на кровати девушки, закидывая ноги вместе с ботинками и складывает руки на груди. – Сутки. Я места себе не находил. И ты пахнешь Чимином, ты что, была у него дома? - Ты шутишь? Мы были у Северной Грани с Чонгуком, зашли в Капитолий, жуткое место, кстати, не знаю, как он там живёт, а там был Чимин. Мы как-то повздорили один раз, и я даже хотела извиниться, а он стал сейчас руки распускать, чёр.. его возьми! Я не могу ругаться?? - Нет, пока не выберешь Грань. Или Озеро. Но сейчас нам нужно подумать о том, что делать с Чимином. Если он действительно хочет попросить у тебя поцелуй, то тут даже я помочь не смогу. Тебе как можно скорее нужно стать Ангелом и выбрать грань, до этого момента к Чимину близко не подходи, ладно? - Переживаешь, что мне понравится с ним целоваться? Или ревнуешь? – у Ады вырывается нервный смешок. - Ты дурная? Не знаешь, что значит поцелуй? – Тэхён ловит на себе ничего не понимающий взгляд и тихое отрицательное махание головой. Поняв всю ситуацию, садится на кровати в позу лотоса и стучит рукой по свободному месту, чтобы Ада села рядом. – Я расскажу тебе одну легенду, раз на уроках истории «другого» мира вас этому не учат. Падай рядом. - Легенду? Серьёзно? Это как-то должно мне помочь быстрее стать ангелом смерти? Как это вообще происходит? - Ты хоть когда-нибудь не возмущаешься? Возьми булочку, запихни её себе в рот, может хоть так помолчишь, и слушай внимательно. Это архи важно! - Да поняла я, поняла. Отдай одеяло. Ада удобнее села на кровати и стала внимательно слушать всё, что издавали уста Тэхёна.

***

«…Есть Ангел смерти. Всегда был, есть и будет. Идёт рука об руку с душами людей на протяжении всей жизни. В грозный час последних мук и расставанья – Ангел становится тем, кто крепко обнимает холодными объятьями и пустым взором в последний раз. Он заставляет сердце больно трепетать и свой последний взгляд отдать. Людям казалось, что увидеть Ангела и вернуться к жизни – самое яркое, сладостный удел для утешения души, но никто из них не понимал, что речи, сказанные в тишине, объятия и страсть – не больше чем желание надеждой обмануть. Что будет жизнь другая, что будет лучше и спокойней, а уходили они медленно, в небытие, в ничто… Жил Ангел, и был он в смертную влюблён. Её душа и стан были прекрасны, глаза – два солнца южных стран. Всё было ей забавой, смехом, пока однажды, в ночь чернее темноты, к ней не явился Ангел во плоти. Он следовал за ней, как прокажённый, спасал, даруя жизнь все десять раз. Его боялись, почитали, слушали, учились жизни и пытались все призвать. Она любила… Сильно так, что даже звёзды меркли под силою её любви. А вместе быть, увы, и после смерти, не смогли… Недалеко от волн земного океана, когда кружили коршуны в тиши, орлы стирали когти под землёй, услышал Ангел крик земной… В сумраке ночном, прикрыта дикими кустами, Его любовь от смертной боли рыдала, наполняя Озеро слезами. Он не помог ей, просто не успел… Почти без чувств, без дум, без сил Гонимый страстью жизнь спасти, Ангел летит с последнею причиной: Лишь поцелуй любви Заставит милую цвести. Увы, не знает Он, что боли Испытанною ей тогда Хватило бы и на спасенье Из Ада целого материка… Тут поцелуй - бессилен, Он станет ужасом для всех земных. Душа девицы больше не живая. Она до утра будет там, где солнце уж не нужно А ангел смотрит на Восток… Проходят годы, несколько веков. Но Ангел трепет в сердце бережёт, Он сохранил всю боль и всю её любовь, Надеясь встретить её вновь. Пусть поцелуй не стал спасеньем, Пусть он разрушил целый свет Для них – он был благословеньем, Любви написанный сонет. Теперь же, лучами тихими блистая, Как полуночная звезда, Взяв на себя обязанность такую: Манить всех смертных иногда, И провожал к дверям он рая Толпы освобожденных душ, И сам был счастлив. Но всё же, Теперь томит его объятье, И поцелуй его – проклятье…»

***

- Тэхён, я… Я не понимаю. Что случится, если вдруг Чимин меня поцелует? Что значит «Разрушит целый свет?» - Ада крепче укутывается в одеяло и смотрит глазками-пуговками на парня перед собой. Если бы не такая странная ситуация их знакомства, девушка вполне могла бы пофлиртовать с ним. Но то, о чём он рассказывает страшно, поэтому мысли о заигрываниях уходят в тёмный уголок. - То и значит. Это не совсем легенда, такую историю Сирены изучают с детства из поколения в поколение. Мне рассказала её бабушка ещё когда я был совсем ребенком. Жители другого мира предпочитают думать об этом, как о были. В тот момент поцелуй не стал роковым, ведь девушка была почти мертва, но, если Ангел Смерти поцелует человека – беде не миновать, весь мир сгорит от Адского пламени, что изрыгнёт преисподняя. «Другой» мир исчезнет, стоит только земному серьёзно пострадать и наоборот. Мы зависим друг от друга. И я спешу тебе напомнить, что ты пока ещё не бессмертна. Поэтому прошу тебя, будь осторожна, не поддавайся на его провокации. Ему ничего не стоило извести свои Грань, так что подумай об этом. - Бабушка? Разве Вас не делает такими Озеро? - Эту историю я расскажу в другой раз, а сейчас тебе пора спать. Завра ты отправишься к Южной Грани вместе с Чимином, чтобы осмотреться. Но что-то мне подсказывает, что грань ты уже выбрала. Тэхён снова уходит в окно, но теперь больше удивляет его лёгкая улыбка и поглаживания по голове рукой. Казалось бы, Ада здесь каких-то пару дней, а за это время произошло гораздо больше, чем за всю жизнь в земном мире. Девушка не сомневается, что это место станет для неё лучшим в жизни, даже если для этого земная жизнь должна оборваться… Это ночь беспокойная. Аду мучают кошмары, духота и удушье. Темнота окутывает с каждой минутой всё сильнее, заставляя сжаться до атомных размеров. Вокруг пустота, нет даже эха от собственного голоса… Ещё ей снится момент падения куда-то вниз, в абсолютную неизвестность из которой её выхватывают сильные руки. Это снова Чонгук. Его большие ладони удобно умещаются на талии, а глаза светятся белым светом, что всё ярче и ярче освещает пространство… Внутри всё меняется, в нос резко ударяет запах спирта и медикаментов, а яркий свет всё сильнее режет глаза. Что-то мешает дышать, не получается пошевелить ничем, кроме глаз и пальца, что сейчас тепло держит чья-то рука. На секунду девушке показалось, что Чонгук просто решил поиграть с ней, но открывая глаза становится ясно, всё не так. - Ада? Дорогая? Она пришла в себя! Доктор! Ада, ты меня слышишь? Это мама!