Иронично вышло

      Все начиналось хорошо. Даже местами комично. Почему? Потому что это казалось обыкновенным фанфиком. Пак Чимин и Мин Юнги. Двое друзей детства. Уже звучит слишком обыденно. Так казалось и Пак Чимину. Мальчик с самого детства был привязан больше, чем хотелось бы, к своему лучшему другу, по совместительству сыну маминой подруги. Казалось бы, таких детей сравнивают между собой, но не этих двоих. Слишком уж они были разными.       Пак Чимин – 20летний омега, что пах легким запахом ежевики. Он был в меру сладким и резким. Хотя сам Пак не капли на омегу не походил внешностью. Он всегда выделялся. Хоть и душой он был всегда добрым и милым, старался всем помогать, казалось бы, даже милое лицо: в меру пухлое и вытянутое, не выдавали в него ничего особенного, но... Милый мальчик в тоже время мог дать отпор и самому грозному альфе. Омеги всегда смотрели с восхищением на него и равнялись, а альфы хотели оказаться рядом с этим партнером. Однако сердце ежевичного мальчика было занято уже кем-то. Его лучшим другом.       Мин Юнги – 22летний альфа. Он стал недоразумением с самого рождения. Когда родителям сказали, что у них будет альфа с сладким запахом цветов, отец сразу же ушел, сказав, что тот не сможет воспитывать такое недоразумение, ведь для этого альфы сладкие, а тем более цветочные запахи, среди альф считались ровным счетом ошибкой природы, а такого сына, тем более альфу вообще не хотел. Из-за чего сам Юнги рос лишь с матерью, чьё тепло получал и не нуждался в каких-то подачках. Он всегда выделялся, и не только запахом. Сам Юн с раннего возраста увлекался музыкой, он никогда не хотел заниматься чем-то другим. В школе ему было все равно на косые взгляды и то, что даже омеги на него не смотрят. Он выделялся таинственностью. Прятал запах как мог. Даже приходилось порой духи банками на себя лить, лишь бы скрыть данный запах. Только один омега смотрел на него по-другому, как на альфу, а не на предмет изучения ради забавы и истины. Это был Чимин.       Парни, можно сказать, росли вместе. Их матери учились в одном классе всю жизнь, а после, поступив в разные университеты, не прекращали общение друг с другом. Когда отец Юнги оставил его мать, родители Чимина уже были женаты. Те помогли им очень сильно, а спустя два года, когда родился сам омега, Юнги стал за ним ухаживать и все больше и больше сидеть с ним. В какой-то момент они стали не просто лучшими друзьями, но и как братья. Омега всегда восхищался старшим. Ему казалось, что Юнги даже в 7 лет пахнет очень вкусно и цветочный аромат все время сидел в носу даже после ухода Мина домой, когда тому приходилось сидеть не только с Чимином, но и готовиться к этой школе, которую сам Альфа возненавидел в первый же день.       С возрастом ситуация особо не менялась. Когда Чимин стал по старше, он пошел в одну младшую школу с Юнги а к десяти годам вообще заявил что хочет танцором быть, потому что тогда Юнги-Хён сможет для него песни сочинять. Родители ему не отказывали, однако с частых репетиций его забирал всегда Юнги, который на вопросы «Почему же ты всегда забираешь Чимина? Не влюбился ли?» отнекивался, что тому нравиться, как младший танцует и вдохновляется музыкой на создание собственного текста.       Самые большие проблемы Юнги начались, когда Чимину стукнуло шестнадцать лет. Течка омеги никогда не проходила трудно, для Юнги же это было вечным кошмаром. Он пил подавители, чтобы сам Чимин не смог учуять его запах, хотя это не помогало особо. Почему так? Он знал младшего слишком хорошо - тот сразу встречаться предложит, а Юнги не хотелось, чтобы Чимин встречался с тем, у кого даже дома своего не было еще. Сам же Пак всегда был сообразительным малым, но несмотря на все это, он никогда не думал, что они с Юнги Истинные. Это казалось ему невозможным. То, что ему от запаха старшего становилось легче, он сваливал на то, что тот был с ним с самого детства, от чего ему и было легче, но вот Юн…       Если у Чимина с желанием было все в пределах нормы, Юнги мог биться головой об стену от того, как ему нравился запах Чимина, и сам ведь дурачье. Сразу понял, что они истинные, сам начал пить подавители, а вот Чимину запретил на откос. Не хотел, чтобы тот здоровье себе портил. Такие недели казались омеге и дурацкими, из-за того, что старший его избегал и перестал приходить на тренировки так часто, но и приятными. Пока его знакомые омеги жаловались на огромное желание секса и ужасную боль, сам Пак смотрел на них, как король с трона, у которого даже ощущения боли не возникало.       Вроде бы в жизни этой пары ничего не могло бы измениться, пока в какой-то день Юнги не пригласил Пака к себе. Это было воскресенье. Юнги уже был студентом, от чего его визиты и общие встречи немного уменьшились. Омега же только собирался поступать. Вышло странно. Это был тот же универ, где и его лучший друг и Чимин даже не планировал. Тот сразу думал подать документы на училище, но его учитель по танцам снял их репетицию и отправил в университет искусств. Чимина приняли, а сам он даже не знал, как сказать об этой новости Юнги.       День был солнечным и ясным. Юнги уже ждал Чимина. В его квартире было светло и ясно. Она была не слишком большой, но альфе она казалось идеальной. Маленький коридор, удобная кухня с маленьким балконом, спальня, которая идеально подходило ему, ванна с душем и гордость Юна - его «Студия». Это место, где он создал большую часть хитов, которые начал продавать, а некоторые даже выпускал под псевдонимом August D. Все было оформлено в темно-синих и даже черных тонах. Казалось единственным светлым пятном было то, что подбирал Чимин ему на новоселье. Это была вешалка. Мальчик тащил её и как сам рассказывал, подарок был куплен на карманные мальчишки. Его светлая блондинистая макушка всегда приходила в голову, когда альфа приходил домой и смотрел на эту вешалку. Пак правда не бывал в квартире Мина. Это была какая-то странность. Юнги получил подарок от него только когда купил квартиру и даже не переселился. Эта вешалка сидела в комнатушке, которую он снимал, пока был на первом курсе, а после переезда до старшего дошло, что это действительно единственный белый предмет в его квартире. Ведь даже ванная получила оформление под черно-золотой мрамор.       Вернемся к самим парням. Юнги сам не понимал, почему не приглашал Чимина к себе. Возможно, университет и занимал много времени, но после того, как омега нажаловался, что к нему лип какой-то альфа на тренировках, он всегда его забирал, будто показывая, что это его территория, хотя метка у младшего отсутствовала, для всех, кроме самого Пака, было ясно. Эти двое не просто лучшие друзья. Альфа провожал своего «лучшего друга» домой каждый день, а когда Чимин просился к нему домой посмотреть, как там дела в квартире, не нужна ли помощь или что-то еще, Юнги говорил одну и туже фразу: «Пока не закончу с ремонтом и оформлением - ты туда и шагу не сделаешь.»       Так и получилось. Юнги зарабатывал и понемногу, сам не осознавая, квартира была уже готова, а Чимин так и не ступил сюда даже ногой. Все оформление заняло год, так как Юнги даже слышать не хотел о помощи со стороны мамы. Она только начала снова думать о своей жизни и встречаться с кем-то, так что сын решил, что будет сам платить за все траты. Вот и как-то по-дурацки получилось, что именно 14 февраля он пригласил домой Чимина, чтобы показать ему квартиру. Они знакомы всю жизнь, но почему-то ему казалось что это выглядело слишком странно, но не для младшего. Ему нравился Юнги. Ему нравился альфа, но тот почему-то сразу подумал о том, что альфа видит его лишь как лучшего друга, на самый крайний случай - как младшего брата. Так что приглашение на запоздавшее новоселье даже на 14 февраля не могло восприниматься им по-другому.       Однако, несмотря на всё это, он решил, что должен подарить Юнги шоколад, и в него положить открытку. Он решил, что это хороший случай признаться Юнги в чувствах, а начать он бы хотел именно с того, что его приняли в университет Юна. Только что-то все пошло не по плану.       Начинались их посиделки прекрасно. Они говорили друг с другом, им было хорошо. Юнги готовил, а Чимин помогал ему. Они обедали. а после решили посмотреть фильм. В какой-то момент у омеги начал садиться телефон. Тот попросил Юнги отдать ему зарядку. Альфа не стал отказывать этому милому малышу. Однако, чтобы возможно выкрутиться из ситуации, которая получилась с годом отсутствия омеги в квартире, тот сказал, что он сам может пойти и сам найти её у него в комнате, пусть ощущает себя как дома, ведь дом старшего для него всегда открыт. Блондин лишь кивнул. Он пошел искать зарядку, взяв с собой сумку, где был пакет с домашним шоколадом, который младший делал всю ночь. лишь бы угадать с предпочтениями Юна. Странно же то, что ему нравился шоколад с фруктами, но чтобы он был горьким, Чима же даже решил заморачиваться и приготовить его в форме музыкальных нот для музыканта, что на подобии своей квартиры, был черным с ног до головы, хоть волосы выделялись, ведь он их недавно покрасил в темно-темно синий. В той же коробке лежали две открытки. Одна о том, что Чимин поступил в тот же университет что и Юнги, а вторая с признанием. С признанием, которое омега не знал как лучше писать, поэтому пришлось звонить Тэхену - лучшему другу омеги. Тот давно сводил их друг с другом, но сам Пак отказывался верить в то, что Юн к нему не равнодушен. Хоть и послушал советы друга, но само письмо он начал совершенно по-дурацки, со слов «Дорогой Юнги-Хён, Тэхен-щи сказал ...». Найдя зарядку, тот решил уже достать коробку, где были шоколад и открытки, ну и собраться мыслями. Он сидел перед зеркалом в комнате, видимо для того, чтобы Юнги с утра не метался с одной стороны дома в другую. Смотря и репетируя тихо как он отдаст это Юну, он заметил что-то странное… Шкафчик был полу открыт, а через него было видно ясное название… Подавители… Юнги даже календарь держал, чтобы знать, когда их пить. Младший посмотрел на даты, что казались ему странными, а потом до него медленно начало доходить. Это были дни, когда у него была течка… Юнги пил подавители, чтобы Чимина не догадывался, что тот его истинный...       Омега не знал, что ему делать. Хотелось плакать, выкинуть весь шоколад в мусорную корзину, что лежала рядом. Он еле сдерживался, чтобы не ронять слезы. Коробка полетела туда где мальчик и думал, на плече у него был рюкзак, который свисал, в кармане телефон, который зарядился только до 15%, а в руке эти чертовы подавители и календарь. Когда Чимин вышел из комнаты, он выглядел мрачнее тучи, что Юнги сразу заметил. На руки обратил внимание лишь чуть позже, спустя пару секунд, но ссоры было не избежать. В тот день, который начинался прекрасно, произошло то, что они не ожидали. Первая ссора. Вроде бы мелочь, но так взбесило. Младший орал во весь голос, ругаясь перед альфой впервые матом. Он говорил о том, что Юнги ужасный человек, что скрывал столько времени то, что он его истинный что пил чертовы подавители, а самому Чимину запрещал, что тот его любит, но теперь видеть его не желает из-за такого.       Чимин просто выбежал из квартиры, пока не проронил ни слезинки, он убегал так быстро, как даже на физкультуре не бегал. Он сам не понял в каком направлении отправился, а дойдя домой, спустя два часа прогулок по парку и попыток успокоится, заперся в комнате, откуда не выходил дней пять и даже не ел. Юнги же сам себя гнобил. Он начал себя ненавидеть. За то, что не пошёл за Чимином, за то, что воспринял его слова о том, что не желает его больше видеть буквально, за чертовый порез, который появился на руке после того, как кружка, которую он взял в руки, сломалась под давлением альфы. Он возненавидел себя еще больше, когда спустя месяц как провел практически просто существования, а не жизни в студии, создавая песни и даже пропуская пары по мотиву «Больничный» не заметил того, что там всё ещё лежит коробка от Чимина. Тогда, когда ему уже захотелось выйти и вынести мусор хотя бы он ее заметил. Он мягко достал коробку глубокого синего оттенка. Этот почерк аккуратный, мягкий, красивый он бы узнал сразу. Это был почерк его мальчика, его омеги, что был здесь месяц назад, но чертов запах ежевики до сих пор оставался. Он открыл медленно и заметил шоколад… Тот самый шоколад, который и отдавал ежевикой. Он посмотрел на форму: неаккуратные потертости, от чего стало понятно, он сам его приготовил.       Слезы для альф многие считали признаком слабости, Юнги же об этом даже не думал, когда начал читать то что написал Чимин, тот ссаный документ, который говорил о том, что Чимин в его универе сейчас.       Он посмотрел на дату и на время. 14 марта. 12:57. Время пар… Он даже не думал, что скажет Чимину, что скажут его одногруппники, что скажет преподаватель, которого альфа пошлёт, если тот будет иметь что-то против, и плевать что у танцоров большую часть пар ведут шишки из деканата, и он может вылететь. Прямо сейчас он должен увидеть его. Этого милого и прекрасного, очаровательного и сексуального Пака, но он не это ожидал увидеть. Он влетел в университет, послав охранника, который хотел дать пройти без пропуска, потом декана, который и вел пару Чимина, а потом и всех и весь мир, когда увидел лицо своего ангела. Чимин за месяц исхудал. На лице были видны мешки под глазами, а его запах был слабым… От подавителей… Крышу снесло, а одногруппники сидели с лицом полного шока, когда альфа с третьего курса ворвался к ним в кабинет, послав самого декана, а потом и забрал Чимина, крича «Его не ждать больше на парах! Вопросы будут? Я Мин Юнги. Хотите выгнать - да пожалуйста!»       Чимин же молча на него смотрел сзади, а последний взгляд перед тем, как выйти из аудитории, бросил на Тэхена, чье лицо уже говорило: «Удачи тебе там, а вещи твои я соберу - потом возьмешь.» Он молча шёл за Юнги, не говоря ни слова. Тот не сразу осознал, куда они идут. Он просто скучал. Скучал по этой ладони и по тому, как бережно на него смотрел и держал его альфа. Только когда они зашли во двор, до Чимина дошло. Юнги отвозит его туда же, где они разошлись. В его квартиру.       Дойдя, Юн молча посадил Чиму на диван, который стоял на кухне, а потом принес его подарок, отдал омеге, а сам сел перед ним на колени и умолял простить его. Чимин минут 20 сидел и выслушивал речь альфы сквозь слезы о том, какой он плохой и ужасный, что довел свою омегу, которого безумно любит, до ужасного состояния, что он ощущает течку Чимина, и что ему больно от того, что запах Юнги пропал так резко из его жизни, что он сам просто ужасный, из-за того, что не побежал за ним, и вообще за то, что он не хотел раньше говорить ему о том, что эти подавители пил ради того, чтобы сам признаться Чимину в чувствах в тот грёбанный день.       Омега лишь обнял его, а после того, как он сам извинился за дурацкую ссору, из-за которой оба страдали, уткнулся носиком в шею Юнги, ощущая, как его лёгкие наполняются ароматом. Запах истинного. Запах Юнги.        - Как иронично вышло.        - О чем ты Чимини?        - Я тебе признался 14 февраля на день влюбленных, а ты мне спустя месяц - 14 марта, на белый день. Тебе не кажется это немного комичным?        - Есть такое.       Альфе это понравилось. Вышло действительно иронично, но теперь их ждет лишь хорошее будущее. Вдвоем. В теперь уже их квартире и в их совместной жизни.