we see it through

— Как мы расскажем твоему отцу? Вопрос застает Иккинга врасплох. Он моргает и немного поворачивает голову, чтобы краем глаза взглянуть на Астрид. Они сидят у причалов с другой стороны острова, подальше от любопытных глаз и таких же любопытных вопросов. Здесь, на Олухе, намного сложнее уединиться, чем на Краю, но, учитывая, что там все еще извергается вулкан, выбора у них особо-то и нет. Но это не помеха. Пусть Олух и их родной дом, но Иккинг не может не признать, что скучает, когда на острове было всего семеро человек. — Я думал, тебе не хочется, чтобы кто-то знал, — говорит он, наслаждаясь тем, как она нежно перебирает его волосы и заплетает маленькие косички. Астрид пожимает плечами. — Мы не можем скрывать это вечно, — просто говорит она. — Он вождь. Рано или поздно он узнает, и думаю, пусть лучше от тебя. Иккинг мычит, потому что знает, что она права. — Эх… я даже не знаю. Думаю… когда придет время, мы просто честно все расскажем. Молчание. Слишком длинное. Иккинг хмурится. — Астрид? Она вздыхает. — Просто… разве ты не нервничаешь? — Нервничаю? Я? Никогда. Ну, то есть немного, наверное. А вот вы, миледи, я конечно прошу прощения, кажется, излишне волнуетесь. — Этого я отрицать не буду, — она заканчивает плести ему косичку, наклоняется вперед и облокачивается на его плечи, прижимаясь своей щекой к его. — Я признаю это, но только потому что это ты. Просто я волнуюсь из-за его возможной реакции. Иккинг приподнимает бровь. — Почему? Ты вообще видела моего папу? Он обожает тебя! — Я имею в виду, просто… не знаю, одобрит ли он то, что я… — Астрид вздыхает. — Ну, в общем-то, твоя девушка. Иккинг выпутывается из ее рук и оборачивается. — Ты это сейчас серьезно? Она фыркает. — Да, я серьезно. Что, если он не одобрит меня? — Он одобрит. — А вдруг нет? — Астрид, — Иккинг берет ее руки в свои и нежно сжимает. Он понимает (по крайней мере думает, что понимает), что Стоик Обширный может немного пугать тех, кто знает его не так хорошо, как Иккинг. Но давайте откровенно, да? Иккинг думает, что когда придет время рассказать отцу правду, то он не будет слишком удивлен, да и вообще возражать не будет. Он на самом деле был бы в восторге от мысли, что Астрид когда-нибудь станет его невесткой. Но до этого еще далеко. Суть в следующем: — Папа точно одобрит. Если хочешь, мы можем поговорить с ним вместе, и ты сама в этом убедишься. Только верь мне, ладно? Все будет хорошо. Я не думаю, что он не одобрит кого-то столь замечательного. Он посылает ей обнадеживающую улыбку, которая становится все шире, по мере появления румянца на лице Астрид. (Они рассказывают все Стоику в тот же день, просто чтобы успокоится, и, конечно же, он совсем не удивлен. Он громко смеется, хлопает их обоих по плечам и добро говорит: — Добро пожаловать в семью, милая, — а потом заключает Астрид в сокрушительные объятия. — Я рад, что вы наконец сошлись. Долго же вы мялись).

***

— Ты когда-нибудь целовала кого-то еще? Астрид замирает и смотрит на него. Они, как обычно, патрулировали территорию вокруг Олуха, и единственная причина, по которой она и Громгильда не врезаются в скалу, это потому, что дракон успевает заметить ее. С возмущенным рыком она уклоняется, и Астрид морщится. — Прости, девочка, — бормочет она, наклоняясь, чтобы почесать Змеевику подбородок. — Конечно нет, — добавляет она, поворачиваясь к Иккингу. — Кого бы я еще тут целовала? Сморкалу? Фу. Иккинг пожимает плечами и направляет Беззубика ближе к ним. — Извини. Мне просто интересно было, только и всего. Астрид фыркает. — А ты кого-нибудь еще целовал? — Неа, — он смеется. — Я же вроде был белой вороной до Беззубика, помнишь? Не думаю, что тогда кто-то хотел меня целовать. — Насчет белой вороны ты, конечно, прав, — смеется Астрид. — Но, знаешь, что? Я думаю, это было к лучшему, — она нежно гладит Громгильду. — Даже представить не могу, какой бы была моя жизнь без Громгильды, Беззубика или… ну, знаешь, нас, — она застенчиво улыбается. Они вместе всего несколько недель, а кажется, что намного дольше, и Астрид не знает, как бы все повернулось, если бы он не поцеловал ее тогда в стойле. — Я тоже, — говорит Иккинг, почесывая Беззубику ушки. — Жизнь без тебя, Громгильды и Астрид. Ужасная мысль, да, приятель? И чтобы я делал без вас, ребята? Беззубик что-то урчит в ответ и забавно улыбается. Астрид усмехается. — Об этом он никогда не узнает, верно, Беззубик? Она старается не задумываться о том, насколько ей нравится смех Иккинга.

***

— Что ж, Иккинг. Иккинг тяжело вздыхает. С этих слов всегда начинается что-то нехорошее. Сегодня они вместе пьют чай у него дома. Он и Астрид большую часть дня помогали Стоику укреплять крышу из-за приближающегося шторма. Дождь уже начался, поэтому Иккинг предложил Астрид переждать его здесь, ведь, если она сейчас пойдет домой, то непременно промокнет. (Конечно же она не против остаться и Иккинг уверен, что отец тоже только за). — Что ж, пап, — отвечает он, надеясь, что звучит достаточно непринужденно. — Понимаю, для вас это все еще очень ново, — говорит Стоик. Блеск в его глазах немного раздражает, и Иккинг уже начинает догадываться о чем будет их разговор, но Стоик его опережает: — но, когда мне нужно объявить о вашей свадьбе? Астрид выплевывает весь чай. Иккинг стонет. — С-свадьба? Пап, мы встречаемся всего месяц! — Да-да, знаю. Как я уже сказал, я все понимаю, но, — взволновано улыбается Стоик, — однажды ты станешь вождем, а вождю нужны наследники. — Наследники? — Иккинг не думает, что когда-нибудь видел Астрид такой смущенной. Кажется, еще секунда и она загорится. Он думает, что это вполне возможно, поэтому, надеясь, что не усугубит ситуацию, говорит: — Боги… э… пап, мы можем… поговорить об этом позже? Намного позже? Например хотя бы через пару лет? — М-мы еще об этом не думали, — слабо выдавливает Астрид. — Я-я-я имею в виду… мы, конечно, не против… но… но… — Я не думаю, что м-мы готовы к этому разговору, — Иккинг сглатывает. — Но, если… Астрид, если… ты хочешь… — Д-да, то есть, я бы хотела, только… — М-мы еще слишком молоды, да? — Точно! Стоик от души расхохотался, хлопая Иккинга по плечу с такой силой, что тот чуть не падает лицом в кружку. — Тогда просто дайте знать, когда будете готовы. Но не откладывайте слишком долго. Я с нетерпением жду, когда смогу побаловать своих внуков, — он поворачивается к огню камина и больше ничего не говорит. (Позже Иккинг проводит девушку под ливнем домой. Они мало разговаривают. Астрид все еще красная, а все слова неловко застряли в горле. Когда они подходят к двери ее дома, он делает вдох. — Ты правда не против? — спрашивает он. — Ты серьезно…? Астрид застенчиво хихикает и смотрит себе под ноги. — Да. Я серьезно. Сердце Иккинга так сильно колотится, словно после полета на Беззубике, поэтому к черту неловкость, он должен поцеловать ее прямо сейчас. И он целует).

***

Астрид думает, что не нужно удивляться тому, почему Стоик так сильно хочет внуков. Она уверена, что ее родители будут так же реагировать, когда они объявят о помолвке (ну, где-то в далеком будущем). Но, стоит признать, этот разговор вызвал у нее воспоминания другого рода, которые, внезапно, напугали ее. — Кажется, вы отвлечены, Миледи, — мягко говорит Иккинг. Сегодня они в стойлах. Громгильде нужна была хорошая ванная, поэтому Астрид решила использовать это время для того, чтобы побыть одной и немного подумать. Однако, Иккинг, ее внимательный парень, почти сразу заметил, что что-то не так, поэтому он прерывает ее размышления довольно приятным образом. — Я не отвлечена, — говорит Астрид, таща ведро с водой в загон Громгильды. — Я просто… задумалась. — О чем? Астрид пожимает плечами. — О разном. Иккинг делает то-самое-лицо и кладет руку ей на плечо. — Мы уже говорили об этом, Астрид. Ты обещала рассказывать обо всем, что тебя волнует, помнишь? — Помню, — смеется Астрид и вздыхает. — Я просто думала о… разговоре, который был у меня с Вигго не так давно. Ну, когда он эм… ты знаешь. Когда ты уничтожил Драконий Глаз. — О? — Иккинг заинтересовано наклонил голову. — Ты никогда не рассказывала, что он тебе сказал. — Я… э… не знаю, как он смог разговорить меня, — Астрид беспокойно топчется на месте. — Я должна была лучше сопротивляться, не позволять ему залезать ко мне в голову, но… не могу не признать, он попал точно в цель, — она вздыхает. — Он говорил о тебе. О том, что однажды ты станешь вождем, и… что твои приоритеты изменятся, и что, возможно… я в них не вхожу. Иккинг моргает. — Ты думаешь, что будешь не в приоритете? Астрид пожимает плечами. Раньше ее это никогда не беспокоило. Она всегда знала, что внимание Иккинга точно когда-нибудь изменится. Ведь, когда он станет вождем, на первом месте всегда будут Олух и драконы. Разве было ли там место для нее? Разве плохо, что она боится, что он будет любить свой народ и драконов больше, чем ее? Иккинг вздыхает, и притягивает ее ближе для поцелуя в лоб. — Ты всегда будешь моим самым главным приоритетом, — тихо говорит он. — Как ты могла в этом сомневаться? Я не смогу сам заботится об Олухе и всех наших драконах. Астрид… ты нужна мне, хорошо? Что бы ни случилось. Я не справлюсь без тебя, — он останавливается на секунду, наклоняя ее лицо к своему. — Я люблю тебя, Астрид, и ничто никогда не изменит этого, поняла? Молчание. На мгновение Астрид не может вспомнить, как дышать. — Что? — Ты… ты сказал… — Оу, — Иккинг смеется. Он потирает свою шею и на несколько секунд отворачивается. — Это… это первый раз, когда я говорю это, да? — Да, — выдыхает она. — Ты серьезно? Он кивает. — Абсолютно. Я люблю тебя. Очень. Тебе лучше? — Да, — смеется Астрид. Она тоже целует его, просто чтобы доказать ему то же самое.

***

— Почему «миледи»? Иккинг кидает кусок рыбы Беззубику. Дракон радостно рычит и проглатывает ее. Небольшой овраг, в котором он нашел Беззубика, не сильно изменился, а так как никто о нем не знает, то это было просто идеальное место для свидания. Иккинг искренне удивлен, что не подумал об этом раньше. Он потягивается и прислоняется к валуну позади. — А что? Тебе не нравится? Астрид хихикает и садится рядом с ним. — Да нет, нравится, — говорит она, прислонившись головой к его плечу. — Просто интересно. — Я подумал, что это довольно мило. Если хочешь, могу перестать. Она качает головой. — Нет, не надо. Иккинг ухмыляется. — Хочешь я придумаю другое прозвище? Например «солнышко»? — Вау, — хихикает Астрид. — Нет. Точно нет. — «Тыковка»? — Стоп. — «Сладкая»? — Нет. Теперь уже Астрид хохочет, и, боги, как же она красива, когда смеется. Иккинг ухмыляется и крадет у нее поцелуй. — Уверена? А то «сладкая» мне очень даже нравится. — «Миледи» вполне подходит, милый, — усмехается она. — В конце концов, я твоя леди. Иккинг тоже смеется. — Так и есть.

***

Стоик улетает на несколько дней на встречу с вождями других племен, и Иккинг, естественно, использует это время по максимуму, так что Астрид все время у него сидит. Они не делают ничего неприличного, в конце концов, они (и их друзья) самостоятельно жили на Краю и слишком привыкли друг к другу. А еще Астрид нравится думать, что людям в деревне должно хватать уважения и мозгов не лезть не в свое дело. Вот только то, что происходит сейчас определенно неприлично. Наверное. Они в кровати Иккинга. Все началось с того, что юноша захотел научится заплетать ей косы, а в следующий момент он уже целовал ее шею. Астрид тоже начала целовать его везде, куда только могла дотянутся. История стара, как мир и все мы знаем к чему она приведет. И вот теперь Астрид лежала со скомканной рубашкой и брошенными на пол леггинсами. Головой она понимает, что Иккинг никогда ничего подобного не делал, но все равно не может не удивиться тому, насколько он хорош. Боги, это невероятно. Она скулит ему в плечо, когда парень прикусывает ее шею, а ее пальцы отчаянно царапают кожу его жилета. Астрид уже ничего не соображает, лишь смутно понимает, что, кажется, у нее на шее останутся синяки. А еще эта растущая выпуклость в его штанах... Но пелена спадает, как только пальцы Иккинга дотрагиваются до внутренней стороны ее бедер. Она резко вздыхает и толкает его. Иккинг забавно взвизгивает и падает с кровати. — О, боги, — Астрид подползает к краю. — Иккинг, ты в порядке? — В порядке, — морщится парень, потирая копчик. — Со мной все в порядке. А ты? — Д-да... прости, я не хотела… — Астрид! Астрид, все в порядке! — ободряюще улыбается ей Иккинг и осторожно садится рядом. — Я в порядке. Не извиняйся. Я просто… ты в порядке? Все правда хорошо? Я понимаю, что все произошло очень быстро, и ничего страшного, если ты еще не готова к этому. — Я не готова, — Астрид сглатывает и прижимает подушку к груди. — Я-я не думала и… мы не должны были… мне жаль… Иккинг мягко посмеивается. Он отводит ее руки от подушки и дарит несколько целомудренных поцелуев ее костяшкам. — Не волнуйся об этом. Прости… я знаю нам, наверное, не стоило… — он кашляет. — Слушай, это все неважно, хорошо? Важно, чтобы тебе было комфортно со мной… с нами. Я не хочу заставлять тебя что-либо делать, но, если тебе будет не комфортно, я не пойму этого, пока ты не остановишь меня. Ну, или не сбросишь с кровати, — он усмехается. — Хорошо? Астрид снова сглатывает и позволяет робкому смешку сорваться с губ. — Хорошо, — мягко отвечает она и судорожно вздыхает. — Иккинг? — Да? Она слабо улыбается ему и пытается привести в порядок свои волосы. — Спасибо.

***

— Знаешь, папы не будет еще несколько дней. Астрид усмехается. — Беззубик, верни мне мой сапог, — бормочет она, вытаскивая оной из пасти дракона. — Уверена, мои родители заметят, если я не вернусь домой вечером, — отвечает она парню. Иккинг фыркает. — Оставайся. — И где я буду спать? — Астрид кивает на его кровать. Да, она была хороша для всяких обнимашек и поцелуев, но не более того. Провести в ней восемь часов своего сна она не собирается. — Вроде же никто не должен знать о нас. — Все, кому интересно, и так уже знают, — говорит Иккинг. Он пододвигается к ней и обнимает ее за талию. — Ну пожалуйста останься? Астрид вздыхает и натягивает второй сапог. — Ты же знаешь, я не могу. — Мне будет одиноко. Беззубик, глядя на них, хмурится (насколько дракон может хмурится). Астрид смеется и пытается вырваться из его хватки. — Да ладно, Иккинг. Мне надо идти. Я не могу просто… ты что, только что укусил меня за локоть? — Возможно, — надулся Иккинг. Он и правда ее укусил, но очень легонько. Ему очень хотелось, чтобы она осталась, но причин на это оставалось все меньше. — И я укушу тебя снова, если не останешься. — Вау, — сухо говорит Астрид. — Боюсь-боюсь. — Лучше тебе бояться, — бормочет он ей в рубашку. — Я хорошо кусаюсь. — Как скажешь, — Астрид вырывается из его рук, соскальзывает на пол и старается привести в порядок свои волосы. — Ты такой милашка, — говорит она, целуя Иккинга в лоб, — но ты же знаешь, я все равно не могу остаться. Особенно после того, что мы чуть не сделали недавно… я… я просто не хочу, чтобы у моих родителей были какие-то подозрения насчет нас и того, что мы тут не делаем, понимаешь? Иккинг драматично вздыхает, но тоже целует ее в лоб и улыбается. — Я понимаю. Будь осторожна, ладно? — До моего дома пять минут, Иккинг. — И все же, — он снова ее целует. — Будь осторожна. Она хихикает. — Хорошо.

***

— Иккинг? — Хм? Астрид немного шевелится в его объятиях. Уже поздно. Иккинг такой сонный, что едва замечает, как Астрид целует его в нос. Улыбка трогает его губы и он целует ее в ответ. Они разбили лагерь у оврага, сказали своим родителям, что полетят на Край проверить успокоился ли вулкан (что было отчасти правдой, но полетят они завтра, а сегодня они хотят провести немного времени вдвоем). — Я люблю тебя. Иккинг хихикает и крадет еще один поцелуй. — Я знаю. Астрид хмыкает. — Только сейчас поняла, что не сказала тебе об этом, когда ты признавался. — Да? — сонно моргает Иккинг. — Что-то такое припоминаю, но не уверен. — И ты даже не задумывался, почему я тебе не ответила? Иккинг пожимает плечами. — Ты была не готова, — говорит он, зевая ей в плечо. — Но за пару дней до этого ты сказала, что когда-нибудь выйдешь за меня замуж, так что я не сильно волновался, — он делает паузу. — Ты правда любишь меня? Астрид кивает. — Угу. — А не повторишь? Она хихикает. — Я люблю тебя. — Приятно, — бормочет он и снова целует ее за все хорошее. — Я тебя, кстати, тоже люблю. Астрид усмехается ему грудь, и Иккинг крепче прижимает ее к себе, надеясь, что она никогда этого не забудет.

***

Их отношения прекрасны. Все гладко, практически идеально. Даже лучше, чем они себе могли представить. Но, если честно, все довольно просто. Он любит ее. А она его. Вот и все.

We've been through everything Seen things you can't believe x You know I believe in you You believe in me and we see it through