Дети

- Ребята, группируемся, давайте! - созывала всех любознательных ребятишек Хелен. Те выполнили указания, и дама наконец повела их к сцене на главной площади Курограда. Добравшись, мальчики и девочки побежали занимать места. Валеты сели рядом на второй лавочке, кроме Зонтика, что вместе с Мирай занял самую середину на первой. В костюмы сегодня были одеты все. Вару решил перевоплотиться в вампира, Феликс стал оборотнем, Зонтик — призраком, а Габриэль… эльфом из какой-то игры. Вроде бы из «Легенды о Зельде». Мира выглядела в точности, как настоящая ведьма: с ожерельем из пауков на шее, в широкополой шляпе, длинном чёрном платье, обвязанном поясом со склянками и баночками, и с длинной метлой в руках. Даже котика с собой взяла. Тоже чёрненького и с жёлтыми глазами. - Это Аки, - пояснила она, поглаживая животное по голове, что мирно лежало у неё на коленях. - Он очень спокойный и всё время около меня трётся. Кстати, он ещё и умный. Помогал мне мышей для костюма ловить. - Ч… Чего?.. - Зонтик широко раскрыл глаза, отпрянув от смеющийся подруги. - Расслабься, я пошутила. Аки хитро взглянул на немного испуганного мальчишку, после чего прикрыл от наслаждения глаза, так как Мирай начала чесать его за ушком. Котик такое любил. Трефовый выдохнул и принял нормальное сидячее положение. - Дамы, господа и другие сущности! - заиграла музыка, на сцену вышел Пик в мешковатом зелёном костюме с микрофоном в руках. Увидев непонимание толпы, а так же одобрительные кивки Вару, он поспешил продолжить. - Ну, я просто вижу среди вас инопланетян и монстров. Поэтому другие сущности. Итак. Сегодня мы с вами окунёмся в просто ужасную историю, которую люди обычно предпочитают рассказывать, сидя у костра! Печальна, страшна, красива, романтична — для каждого она своя! И эта история о кошмаре перед Рождеством… Король пик растворился в воздухе, оставив после себя фиолетовый дым. Занавес открылся, музыка притихла. На сцене появились декорации деревьев с разными дверьми, обозначающими какой-то праздник, а из динамиков раздался голос Куромаку: - Есть старинный секрет, скрытый от детворы. Много зим, много лет утекло с той поры. Разозлю, ублажу — мне-то ведь всё равно. То, что я расскажу, было очень давно. Хочешь верь, хочешь нет, только были года, когда праздничных вех прервалась череда… Всё потемнело. Заиграла музыка. На сцене возникло пугало с тыквой вместо головы, проехавшееся из одного угла в другой и так же растворившиеся во тьме. Вместо него там появились люди, переодетые в разные причудливые костюмы. Они начали странно двигаться и одновременно петь, искривляя свои голоса до неузнаваемости, поэтому понять, кто скрывался за масками, было просто невозможно.

- Дети разных возрастов, Час покинуть отчий кров. Путь теперь у нас один — В королевство Хэллуин. Это Хэллуин! Это Хэллуин! Тыквы пляшут меж руин! Это Хэллуин, смерть кругом, И ты один. Хэппи-энд невообразим!

Декорации вдруг поменялись. Свои партии исполнили призраки, подкроватный и прячущийся под лестницей монстры, чем сумели немного напугать детей. - Я проверяла, - шепнула на ухо Зонтику Мирай, - под кроватью монстров нет. Правда, для этого пришлось не спать всю ночь.

- Это Хэллуин! Это Хэллуин! Хэллуин, Хэллуин, Хэллуин, Хэллуин! Город дым, город дым, Под названием Хэллуин.

На сцене появился Ромео в объёмном чёрном пиджаке, в длинном тонком цилиндре и с разрисованным лицом. Он постоянно улыбался, безумно смотря на толпу и неестественно двигаясь, при этом умудряясь нормально петь:

- Гостя мы всегда хотим Удивить, так удивим. Так, что сидим? - Упыри здесь кругом, В каждом баке за углом Ждёт тебя какой-нибудь Уродец или гном! - продолжила толпа монстров.

Снова кто-то выпрыгнул, кто-то прошёл сквозь стену. Над сценой пролетала пара ведьм на мётлах. На огромной Луне появилась тень Пика, которая после превратилась в стаю летучих мышей, полетевших прямо на ребят. Те весело завизжали, тщетно пытаясь дотянуться до крылатых созданий, но у них не получилось. Зато Аки подпрыгнул и поймал одну мышку, получив одобрительные поглаживая по спине от своей хозяйки. - Боюсь, что зря, - улыбнулся Зонтик, беря в руки добычу котика. - Это роботы. - Поправочка. Очень классные роботы, - хихикнула Мирай. - От настоящих не отличишь.

- Всякий раз, Как в первый раз, В обморок с гарантией Отправим вас! - снова запел Ромео. - Жуткий Джек возьмёт правильный разбег, - продолжила толпа. - И рухнет вам на голову, Как первый снег! Это Хэллуин! Факелы закалены! - на сцену выехало то самое пугало, но на сей раз оно двигалось. Схватив из чьих-то рук горящий факел, о котором пелось в песне, оно подожгло себя, начав танцевать и постепенно приближаясь к фонтану. - Время пришло Для главного героя шоу! Призрак Джек ставит шоу Много лет. Салют, Джек, Повелитель тыкв!

Слово «Хэллуин» повторилось ещё раз шесть, и пугало прыгнуло в фонтан с зелёной водой. Брызги полетели на завороженных ребят, но те лишь приблизились к сцене, в ожидании чего-то поистине грандиозного. К декорации подошли мумия и зомби. Переглянувшись, они пропели:

- Ноет, воет дом родной! За родину за нашу Да хоть в омут с головой!

Из воды, под дружное и мелодичное «ля, ля, ля», тут же поднялся Куромаку со сложенными на груди руками. Он был одет в чёрный костюм с белыми полосами, на шее у него расположился галстук-бабочка в виде летучей мыши, всё лицо было белым. Только вокруг глаз и носа были нарисованы чёрные круги и треугольник, а от уголков рта тянулись тёмные тонкие линии, словно какие-то разрезы, которые небрежно зашили короткими нитями. Только очков на нём никто не заметил, что удивило абсолютно всех. Дети встали со своих мест, покачивая руками из стороны в сторону и подпевая. Трефовый король залез на самую высокую точку фонтана, раскинув руки в стороны, приветствуя публику. Песня прекратилась, и на сцене все дружно захлопали в ладоши, запрыгали с криками «ура!». Куро мельком глянул на восхищённого Зонтика. С облегчением выдохнув, он начал вести диалог с некоторыми персонажами. Особенно с Ромео. Тот всячески поздравлял Джека (будем иногда назвать трефа так), а тот лишь пытался мило улыбаться, постепенно отступая назад, ибо толпа «фанатов» чуть ли не рвала на нём одежду. Вскоре Скеллингтон смог сбежать от общества монстров и отправился на городское кладбище. Одна из могил засветилась, и оттуда вылетел пёс-призрак, увязавшись следом за своим хозяином. Трефовый король (в нашем случае Повелитель Тыкв) грустно посмотрел на него и запел, рассказывая о своих муках и горечи, как он устал от мрака, кошмара и зла, устал быть мороком, лишающим сна. Хотелось ему чего-то нового, неизвестного, ведь всё старое так наскучило. Допев свой монолог, парень пошёл в сторону леса-закулисья. Зеро, так завали того самого пёсика, поспешил за ним, весело тявкая. Пик осторожно выглянул из-за штор, чтобы посмотреть на реакцию детей. Ну, мало ли что. Те сидели, затаив дыхание. Каждому не терпелось узнать продолжение. - Куромаку, ты просто огонь! - прошептал Ромео другу, когда тот подошёл к нему. - Тебе надо дальше петь! - Гений, - фыркнул Серый. - Я король. Мне некогда. - Не прикидывайся! - возразил червовый, нахмурившись. - Время всегда есть! - Ты решил не только в постановке, но и в жизни мэром стать, я не понял? - В смысле?.. - Подпевалой, тем, кто хвалит меня всякий раз, словно я сделал что-то грандиозное, хотя делаю это каждый раз, и человеком, который не может принимать решения сам. - Я всего лишь хотел тебя подбодрить… - Если тебе нечем заняться, то это твои проблемы… - Маку, - его перебил Пик, которой подошёл к двум товарищам, услышав шум. - Ты перебарщиваешь. И да, не стоит ругаться на ровном месте. Вы же не хотите испортить детям праздник? - Извините. Я просто весь на нервах, - Куро поправил галстук-бабочку и пригладил волосы. - Всё в порядке, - фиолетовый положил ему руку на плечо. - Понимаю, ты впервые выступаешь с песнями на публике. Но… попробуй расслабиться и получать от этого удовольствие, - он улыбнулся. - Своё дело нужно делать либо с любовью, либо никак. Ничего не выйдет, если не расслаблять переодически мозг и не любить то, что делаешь. - Бумаги я перебирать не очень-то люблю… - Вот поэтому у тебя ни черта и не выходит! - рассмеялся пиковый. - Я потом за тебя половину переделываю, когда ты уходишь. Куромаку промолчал, уставившись в пол. Его товарищ был прав. В голове всплыло воспоминание о «Плаче Джека», когда треф медленно поднимался на пригорок в виде спирали. Тогда он снова быстро взглянул краем глаза на Зонтика и Мирай. Те смотрели на него, словно он и вправду был Джеком Скеллингтоном, а не королём Курограда. От этого на сердце стало теплее, поэтому песню он завершил как-то по особенному. Куромаку уже не помнил как, но точно знал, что на репетициях такого идеального исполнения ещё никто не слышал. Даже он. - Именно! С любовью нужно делать свою работу! - подхватил Ромео. - Я вот, например, всё время на Феликса поглядываю. Вы не представляете, как приятно видеть его радостную мордашку! Сразу хочется вытворить что-то… не знаю… более особенное! И я начинаю петь со всей душой. Точно. Со всей душой. Ну как Маку мог такое забыть? В конце-концов, он сам согласился принять участие в дарении радости. Значит, нужно постараться. Взглянув на Николь, которую на сцене сейчас «зашивал» переодетый в костюм доктора дворецкий Рэм, Куро улыбнулся. Да, у него была дама сердца, но ему дали роль Джека, а значит, он поцелует бубновую. И он сделает это искренне. Нужно было сказать Нике «спасибо» за всё. - Кстати, мне моя роль не очень-то и нравится, - признался фиолетовый. - Думаешь, весело быть злодеем, которого в конце грохнут? Нет. Но ради Вару я готов постараться и насолить тебе с Данте по полной. - Не дождёшься, - усмехнулся Куро. - Я сделаю так, что ты растеряешь всех своих жуков. Только, чтоб увидеть в глазах Зонтика радость, я поцелую Николь так, как до этого на репетициях не целовал. - Круто! А сейчас твой выход! - подсказал Пик, толкая Маку в сторону сцены. Тот поправил пиджак (любитель всё поправлять, ну я просто нИ мАгу) и пошёл дальше блуждать по лесу. Пёс-призрак был тут как тут. Далее история знакома и проста. Джек нашёл порталы в праздники, попал в город Рождество. Дивясь этому «феномену», он начал там спокойно гулять, заглядывая во все дома.

- Здесь детям страх не ведан, И каждый тут живой. В снежки играют снегом, А не мёртвой головой!

Ребята весело смеялись буквально из-за каждого предложения. Ну как можно не знать таких простых вещей? Куромаку, наблюдая за их реакций, сам того не замечая, начал улыбаться ещё шире, при этом стараясь не сбивать дыхание.

- Полёт! Улёт! Огней круговорот! Живёт здесь праздник Круглый год! Какой чудесный поворот, Он от тоски меня спасёт! Уверен я, сюда не зря вела Судьба моя! Но где же я? Не знаю я названия, Что за волшебные края? Где же я?

После этих слов Куромаку врезался в столб в виде гигантского леденца и упал в снег. Зал буквально взорвался хохотом. Даже сам актёр не сдержал тихого смешка. Да уж, линзы помогали, но не так, как очки. Наш Скеллингтон решил отпраздновать Рождество по-своему и стать Санта Клаусом. Все понимали, что эта идея провальная, но разве Джека остановишь? Пока мэр Ромео бил в Хэллуин-тауне тревогу, Куромаку уже успел вернуться с мешком подарков. После долгих криков «где же ты был?!» он позвал всех на срочное городское собрание. Там треф рассказал о своей новой затее, и все её поддержали, кроме Салли (Николь). Она пыталась отговорить Маку, но тот ничего подобного и слышать не желал. Что в жизни, что на сцене — Куро был очень упёртый и никогда никого не слушался. Зато сам всем всегда говорил, что и как делать.