«Кто я?»

Некоторые фотографии на стенах были знакомы Алексею. Лица чиновников. Виллы. Объекты. Некоторых лиц он не знал. На одной записке было написано «Синий Склад». «Почему меня везде преследует синий цвет?» — думал Алексей. Синий Склад был нитками соединён с несколькими местами на карте мира. Эти места были в основном в Южной Европе. Они в свою очередь были соединены со многими фотографиями людей. Алексей продолжил осмотр стены, как вдруг увидел свою фотографию. Это была его аватарка из Твиттера. Тёмный фон, тёмно-синяя рубашка. Алексей ни с чем не был соединён. Его фотография просто так висела между другими схемами. Что бы это значило? Тем временем Путин закончил приготавливать чай и принёс две кружки и чайничек к большому столу. — На случай, если ты всё-таки захочешь чай. Я заварил зелёный, рассыпной. Присаживайся, пожалуйста, — пригласил он Алексея. Тот послушно подошёл к столу и сел напротив Путина. Алексей закинул ногу на ногу и засунул руки в карманы. Он в ожидании объяснений смотрел на своего собеседника. — Я, пожалуй, начну. У тебя, наверное, много вопросов. — Что это здесь? — спросил Алексей, показывая руками на окружающую их обстановку. — Мы здесь занимаемся расследованиями. Об этом месте знают мало людей, и я бы хотел, чтобы ты держал его в тайне, — объяснил Путин. — Ну да. Вы же даже окна в машине покрасили, чтобы я не мог разглядеть дорогу. Как уж тут не растрепаться, — отметил Алексей. — Извини, — возразил Путин. — Всё же, я прошу тебя, никому ничего об этом не рассказывать. — Ну и что вы расследуете? Кто вообще «мы»? — Алексей задал логичный вопрос. — В основном мировые угрозы, — Путин сделал паузу, — Я и сам всего не знаю. Понимаешь, я здесь, вопреки твоим ожиданиям, не главный. Это наше российское отделение. Есть ещё такие домики в других точках мира. — Ну окей, и зачем я здесь? И почему здесь висит моя фотография? — спросил Алексей, указывая на стену с картинками. — Ах, ты уже успел всё разглядеть. Мы наблюдали за тобой. — Зачем? — спросил Алексей. — Чтобы понять, кто пытался тебя убить. — Хм-м, и кому же это нужно ещё больше, чем самому президенту… — произнес Алексей с нескрываемым сарказмом, смотря в потолок, — Ну и что же вы нашли? Кто три года пытался меня убить? — Алексей сменил позу и облокотился вперед. Путин посмотрел Алексею в глаза. Похоже, что Алексей правда подозревал Путина. И он всё равно не боялся напрямую задавать такие вопросы. «Ну и человек!» — в очередной раз удивился Путин. — Я не знаю. В смысле, самих… убийц ты и без меня нашёл. Но приказы отдавал не я, — утвердительно ответил Путин. — Допустим, что это правда. Зачем вы мне это рассказываете? — спросил Алексей. — Я хочу, чтобы ты доверял мне, — объяснил Путин, — Я не отравлял тебя. После чаепития Алексей и Путин вышли на прогулку на поле возле «Суперскапова». Солнце спряталось за облаками и вдали виднелись тёмные тучи. Алексей пытался переварить услышанное и увиденное, но в его голове ничего не складывалось. — Ответьте мне на один вопрос, — сказал Алексей. — Ну задавай. — Зачем вы воруете так много денег? — задал Алексей вопрос. — Не буду врать. Я ворую. Но не ту сумму, о которой ты думаешь. И не по тем причинам, о которых ты рассказывал на ютубе. — Вы воруете ещё больше? — засмеявшись продолжил Алексей. — Нет. Я ворую лишь столько, сколько нужно для того, чтобы произвести впечатление, что я — в системе. Что я — их человек, — объяснил Путин. — Кто «они»? — поинтересовался Алексей. — Кучка аристократов и богачей. Некоторые — потомки королевских семей. Некоторые, как я, по случайности туда попали. Если ты туда вошёл, то вошла вся твоя семья и близкое окружение. Некоторые из них тратят деньги налево и направо, а другие делают… страшные вещи, — голос Путина стал тише, — Оттуда никак не выбраться, живыми не выйти. Нужно жить по определённому уставу, — пояснил Путин, смотря вдаль на горизонт. Он сложил руки за спиной. Он показался Алексею грустным. На какую-то долю секунды у Алексея появилась жалость к Путину. Здесь на природе, вдали от шумихи и кремля он казался не таким уж и Кощеем. Но этот момент продлился недолго, Алексей всё-таки отнёсся к Путиным объяснениям очень скептически. Уж слишком он привык к Путину с Первого Канала, который то и дело вешал лапшу на уши с умным видом. Думая над его словами, Алексей махнул рукой. — Ну бог с ним с воровством. Почему ваша политика такая хреновая? Зарплаты населения падают. Наложены тысячи санкций на Россию. Экономика ниже плинтуса. Ваш рейтинг в населении очень низок. Цензура в СМИ просто нелепа. Вы меня, конечно, извините, но… Как это называется? — Алексей высказал своё недовольство. Путин долго смотрел на Алексея. Вокруг них было всё так же тихо. Путин устал. Он устал вечно быть плохим. Он устал оправдываться. Он устал от того, что его помощники приносили ему вечно приукрашенные отчёты о происходящем в мире. Он устал от недовольства народа и митингов. Он хотел… Он даже не знал, чего он хотел. Но он знал, что одному ему больше не справится. Этого всего было… Слишком много. — Ты прав, — сказал Путин. У Алексея отпала челюсть. Кто это перед ним стоял? Это не мог быть тот Путин, которого он знал. Это кто-то другой, может быть, его брат близнец. Или он просто дурачится над Алексеем перед тем, как отправить его в тюрьму, ну или грохнуть и закопать в поле. — Вы меня за дурака держите? Почему я должен вам верить? — спросил Алексей в повышенном тоне, широко разводя руками. Путин посмотрел на Алексея и с пониманием отнёсся к его реакции. Он вздохнул. Пройдя несколько шагов, он начал говорить. — Ты можешь сегодня вернуться домой. Я не буду держать тебя в камере. Запирать тебя вообще не было моей идеей. Этот день был долгим и необычным. Путин показывал Алексею документы различных расследований об аристократах. Рассказывал историю их группы. Ну, или как на тот момент считал Алексей, умело вешал лапшу на уши. Рассказывал о «Суперскапове». Путин также спрашивал Алексея про некоторые его ролики на Ютубе, про лечение в Германии. Алексей ему особо ничего не рассказывал, так как не был уверен в честности Путина. Он лишь кивал ему в ответ и слегка поддерживал беседу. Наступил вечер. Путин и Алексей снова вышли из здания. Скоро должен был приехать водитель Путина. 20:55. Было уже темно. — Я не поеду один, — жёстко произнёс Алексей. — Похоже, что я так и не выиграл твоего доверия. — Вы смеетесь? Я не думаю, что это вообще возможно, — строго ответил Алексей. Путин вздохнул в ответ. Он был разочарован, но в то же время он очень ценил честность Алексея. Вокруг Путина все были очень осторожны. И Путин, в свою очередь, вечно боялся ляпнуть что-нибудь лишнее перед другими чиновниками или даже перед прислугой. Уши голубой крови были повсюду. Было очень мало людей, с которыми Путин мог чувствовать себя свободным. И хоть в этот момент он и Алексей были в разногласии, он чувствовал себя очень легко. Алексей не доверял Путину, но Путин доверял Алексею. Машина подъехала ровно в 21:00, и оба политика ехали молча. Алексей пару раз засыпал и просыпался. Когда они наконец-то доехали до квартиры Алексея, Путин попросил водителя закрыть окно в салон, чтобы ещё раз поговорить с Алексеем наедине. — Даже если всё сказанное правда, что конкретно вам от меня нужно? — спросил Алексей. Путин повернулся к Алексею и сплёл пальцы. — У меня к тебе довольно большая просьба. Я знаю, что я многое делаю неправильно. И то, что те рамки, в которых я сейчас живу, не дают мне большой свободы действий, — не оправдание ситуации в стране, — Путин сделал паузу; эти слова давались ему нелегко, — Ты, наверно, и сам понимаешь, что мне нелегко тебя просить. И всё же. Помоги мне, — закончил Путин. Он посмотрел Алексею в глаза. Для Алексея Путин в этот момент выглядел, как маленький мальчик, который потерялся и ищет родителей. Для Путина Алексей выглядел как… последняя надежда. И он не был готов так быстро его отпускать. Если Алексей не верил ему сейчас, то Путин хотел сделать всё, что было в его силах, чтобы это изменить. Алексей растерялся. Что говорят потерявшемуся маленькому мальчику? Что всё будет хорошо? Это на вряд ли, по крайней мере, не для Путина. Алексей всё ещё не верил ему. Но холоднокровно отказать он ему сейчас тоже не мог. — То есть из восьми миллиардов людей на планете вы просите именно вашего любимого оппозиционера о помощи. Я вас правильно понимаю? — заулыбался Алексей, — Я подумаю над этим. Но только при одном условии, — сказал Алексей спокойно. — Слушаю? — Ответьте мне на мой вчерашний вопрос. Кто я? — спросил Алексей. — Извини. Я правда не понимаю, что ты от меня хочешь. Объясни мне, пожалуйста, — возразил Путин необычно вежливо. Алексей глубоко вздохнул. Он устал. И он хотел проверить серьёзность намерений Путина. Поэтому он решил поиграть. — Когда поймёте, тогда и приходите, — сказал Алексей. Он открыл дверь и вышел из машины. Он обернулся и добавил: — А за освобождение из камеры спасибо. Спина уже начала болеть от той твёрдой койки. Доброй ночи, — Алексей захлопнул дверь, не дав Путину шанс возразить чему-либо. — Доброй, — ответил Путин уже закрытой двери. Путин остался в салоне один. В темноте. Чувство легкости, которое он испытывал с Алексеем, пропало. Он не хотел, чтобы Алексей уходил. Минуты три он пытался прийти в себя. Он собрался, открыл окно к водителю и попросил его ехать домой. Легко угадать, об ответе на какой вопрос Путин думал всю дорогу.