Односпальная.

Очако следует вперёд по коридору, пристально разглядывая номера на дверях, чтобы не пройти мимо нужной. Ключи в руке она зажимает так сильно, что они оставляют следы на её ладонях и заметные покраснения. — Вот он, — подаёт голос девушка, когда глазами цепляется за цифру 32. Она пытается вторить себе раз за разом, что Уравити — героиня, которая не должна бояться каких-то несколько дней в одной комнате наедине с «живой бомбой». Бакуго, как ни странно, всю дорогу молчит, но она всё равно ощущает спиной, как мысленно он перемывает косточки и ей, и учителям, которые молча вручили подросткам ключи и краткие инструкции. Замок даже не сразу поддаётся, но, с небольшим нажимом Очако, всё-таки щёлкает. Дверь без скрипа открывается, и теперь можно спокойно пройти внутрь комнаты. — Блядь, — слышит она сзади. Кажется, Кацуки дышал ей практически в самый затылок, от чего пошли мурашки. И Урарака разделяет целиком и полностью эмоции своего одноклассника. Её сердце невольно начинает бешено стучать в груди, а глаза цепляются за единственную кровать, которая никак не рассчитана на двоих. Рядом стоит одинокая, но достаточно длинная тумбочка. В самом углу расположился столик. А люстра была настолько непримечательной, что даже если бы из потолка торчала бы просто лампочка, то ничего бы практически не изменилось. — Не стой столбом, круглолицая, — шипит ей на ухо парень, от чего Урарака мгновенно отпрыгивает в сторону, освобождая путь внутрь. Она всё ещё растерянно моргает, когда он ставит их две спортивные сумки на пол и устало садится на диван. Неужели ей действительно придётся здесь жить с ним? Урарака ловит на себе максимально недовольный взгляд и мнётся, пытаясь определить, куда ей лучше деть себя, лишь бы не мусолить глаза и без того злому блондину. К счастью, она замечает белую дверь и подлетает к ней, дёргая её на себя за позолоченную ручку. Внутри находится небольшая ванная комната, которая по сравнению со спальной кажется ещё более серой и невзрачной. Долго разглядывать всю эту картину не получается, потому что там даже взгляда задержать не на чем, и Урарака вновь поворачивается в сторону Бакуго. Тот уже успел растянуться вдоль кровати. — Чё смотришь? — он даже не повернулся в её сторону, но всё равно умудрялся каким-то образом её заставлять переживать. — Бакуго-кун, — залепетала она, но снова одёрнула себя, чтобы быть смелее, и продолжила уже громче, — нам надо решить, как мы будем спать. Парень недовольно посмотрел на одноклассницу и прищурился. — А в чём, блядь, проблема? — ей казалось, будто он собирается своим взглядом прожечь в ней дыру, от чего Очако поёжилась. — Ну, кровать стоит тут одна, а нас — двое. Кому-то нужно будет спать на полу или, на крайний случай, в ванной. Верно же? — Я не собираюсь этого делать, — категорично ответил Кацуки и скрестил руки на груди. Он хотел было добавить, что она сама может этим заняться, но не стал произносить вслух. В конце концов, он много раз видел, когда она легко подхватывала простуду, а лишний раз слышать концерт из шмыганий носом ему не хотелось. Конечно, ему не нравилась идея того, чтобы делить кровать с кем-то другим, но Урарака была достаточно приятным человеком из многих, с которым можно было бы это сделать. По крайней мере, она была не такая широкая в плечах, как тот же Киришима, и не такая противная, как Минето. В целом, Бакуго подумал, что её терпеть гораздо проще, чем остальных болтливых, и не очень, девушек. Среди всего класса Урарака была той самой золотой серединой, хотя иногда всё же умудрялась доводить блондина до белого каления. — Ты же не боишься меня, круглолицая? Не думаешь же, что я буду тебя пытаться выебать, как тот виноградный уродец? — она едва покраснела, услышав такие откровенные вопросы, и быстро замотала головой. Естественно, она могла бы за это переживать, если бы не знала Кацуки больше года. Урарака была уверена в том, что парень не станет её трогать лишний раз. — Тогда не вижу повода выдумывать всякую хрень, — почти закатил глаза Кацуки. — Мы просто будем спать в одной кровати. — Д-да, — прошептала смущённо Очако и тут же закрыла лицо руками, чтобы скрыть свои покрасневшие щёки. Было стыдно за свои же мысли. «Мы» и «в одной кровати» заставляли обычно скромную девушку задумываться о весьма постыдных вещах. Она же не будет спать с ним в повседневной одежде. Она не сможет избегать с ним телесного контакта на таком узком пространстве. Пока она стояла в стороне, Бакуго поднялся со своего места и вышел из комнаты, бросив что-то ей напоследок, но Урарака, конечно же, ничего не успела расслышать. Слишком усердно пыталась успокоится.

***

После небольшой прогулки с девочками, Очако вернулась в номер и, возможно к счастью, не встретила там своего соседа. Она расслабилась и выдохнула, доставая из сумки чистое бельё, полотенце и одежду, в которой собиралась спать. Она успела посоветоваться с подругами о том, что ей лучше стоит надеть, дабы избежать множества неловких ситуаций, но все давали ей абсолютно разные ответа, и она решила, что разберётся с этим сама. Про себя она несколько раз уверенно повторила, что Бакуго не извращенец какой-нибудь, как некоторые, поэтому её выбор пал на обычную футболку оверсайз и короткие шортики. В конце концов, за окном лето, и дневной жар всё ещё чувствовался в помещении. Пользуясь одиночеством, Очако прошла в ванную, закрывая за собой щеколду. Просто для безопасности. Пока парень не пришёл, она могла потратить времени на водные процедуры ровно столько, сколько её душа этого желала. К слову, как оказалось, радость продлилась недолго, и уже через минут двадцать она услышала, как открылась входная дверь. Шаги, направленные в сторону кровати, не дали ей усомниться в личности пришедшего. — Не забывай, что ты не одна живёшь тут, — она слышала, с каким недовольством в голосе кричал это Кацуки. — Мне тоже нужно в душ, поэтому поторопись и выноси свои щёки оттуда. Урарака что-то недовольно пробурчала на его слова, но решила не испытывать его терпение, и послушно вылезла из воды. Наспех собравшись, она махнула рукой на растрёпанные волосы и вышла. Когда парень с гордым видом проходил мимо неё, она быстро повернулась и ущипнула его за рёбра, от чего Бакуго почти подскочил вверх. А после повернулся, всем своим телом источая из себя убийственно-негативную ауру. Как бы, мягко намекая, что Урарака доигралась и окончательно задолбала его. — Блядь, круглолицая! Ты сама напросилась на это! — он рванул за ней, как только она поняла, что стоит давать дёру из самого эпицентра грядущего взрыва. Деваться особо некуда было, и Урарака решила, что лучшим решением будет просто покинуть их комнату, а там, возможно, переждать у кого-нибудь из друзей, пока Кацуки не утихомирит свой пыл. Но Бакуго не был дураком, и с ловкостью у него проблем не имелось, поэтому он почти моментально смог схватить девушку за руку и потянуть в противоположную от двери сторону. Очако честно попыталась несколько раз вырваться, но ни один её пинок не помог в этом продвинуться. Когда же её закинули на кровать, от чего она лопатками успела прочувствовать жёсткие пружины матраса, она перестала даже думать о побеге. Просто потому, что думать она после такого совершенно не могла ни о чём, кроме как о Бакуго, который сел ей на живот и сдавил руки в запястьях. Кацуки Бакуго — настоящий хищник, и ему не составило труда одержать победу над её достаточно хрупким и маленьким телом. Кроме того, ещё и заставил щёки с ушами мгновенно покраснеть. — Удобно тебе? — съехидничала Урарака, потому как в голову ничего лучше не пришло. — Охуеть как, — ухмыльнулся Бакуго, обнажая свои заострённые зубы. — Ты как самая настоящая моти. Мягкая и, наверняка, приторно сладкая. Очако готова была дать руку на отсечение, что ей не послышались его слова, как могло бы показаться. Она не понимала, как ей нужно реагировать на всё происходящее. Поэтому решила действовать так, как велит сердце. Разумом тут уже не поможешь. — Уверен? Ты никогда даже моти сами не пробовал, что уже говорить обо мне, — в её груди откуда-то набралось слишком много смелости. — Тогда я могу убить двух зайцев одним выстрелом, — Бакуго уверенно наклонился к лицу девушки, не отводя своих алых глаз в сторону. Он смотрел прямо на неё, поясняя, что не шутит. — Рискни, — её голос осип от переизбытка ощущений, а голове шла кругом. Урарака не ожидала, что он в тот же миг начнёт её целовать с такой жадностью, что все бабочки начали в панике метаться у неё в животе. Где-то внизу все чувства завязывались в тугой узел манящего желания. Кацуки, как и полагалось человеку с таким характером, целовался грубо, смело, не жалея своих сил на укусы. Его горячий язык проникал в её рот настолько решительно и по-хозяйски, что у Урараки даже и мысли не появилось, чтобы оттолкнуть его. Это было одним сплошным безумием, и Очако, переставая пытаться контролировать себя, подалась к его телу своими бёдрами, а после и вовсе обняла его за пояс ногами. Руки он всё ещё не отпускал. — Урарака, — парень зарычал ей прямо в губы, отстраняясь лишь на несколько секунд, чтобы дать кислороду попасть в организм, а после снова целуя её. Вскоре ему стало мало и этого. Прерывистое дыхание Очако не давало ему опомниться, и Бакуго уже спускался поцелуями ниже, на шею. Он не щадил её, оставлял небольшие метки от зубов, за что в ответ получал томные вздохи и стоны со стороны девушки. — Кацуки, — хрипло выдавила она его имя, невольно выгибаясь спиной навстречу, прижимаясь ближе. — Не останавливайся, прошу. И отказаться от её просьбы Бакуго уже не смог, вновь накрывая её губы своими.

***

Урарака лежала на боку, касаясь своим носом мужской, влажной от пота, груди. Чужие руки крепко держали её уставшее тело, не позволяя ей лишний раз отклониться назад и упасть с кровати. — Зря думала, что мы не поместимся, — усмехнулась Очако и подняла руку, нежно касаясь щеки Кацуки. — Могу ещё доказать, что в ванной на нас двоих тоже места хватит, — оскалился Бакуго, уже вставая с кровати. Он быстро, но осторожно подхватил одноклассницу и закинул на плечо. Урарака невольно ухмыльнулась, во всю разглядывая открывшуюся для обозрения задницу Кацуки. Недолго думая, она шлёпнула его, за что получила сильный укус на своей ягодице. — Если тебе так нравится, то можешь просто попросить, — усмехнулся Бакуго, включая горячую воду. — Вроде как «Бакуго-кун, мне нравится твоя попа, поэтому могу ли я её потрогать»? — Сойдёт, — не убирал с лица ухмылки парень и опустил Очако в воду, проходясь взглядом по её стройному телу, усыпанному большим количеством следов «пребывания» Бакуго на её коже. Впереди у них ещё несколько длинных дней пребывания в этом номере, за которые Кацуки Бакуго покажет Урараке, где и как они могут поместиться вдвоём.