Моя

Диана . Убить? От куда в моей голове такие ужасные мысли… Нет с ним все хорошо, он скоро вернётся. Придёт и заключит меня в свои объятья. Словно кто-то услышал мои мольбы. Послышался звук в замочной скважине. Это он! Пришёл! Облегчённо выдохнула и бросилась навстречу мужчине. Увиденное заставило меня вскрикнуть. Дима лежит на полу. Его глаза закрыты, одежда изорвана, лицо разбито и изрезано, почти до неузнаваемости. - Дима! Дима! – кричу встревоженно я. Дима не шевелится. В его состоянии удивительно то, что он сам смог добраться до дому. Прикрыв рот ладошкой, я заплакала. - Дима, пожалуйста, вставай, - тереблю его, глажу по голове, целую в губы, в надежде, что он очнется, и снова сотряслась от рыданий. Не время плакать! Я должна что-то сделать! Хоть что-нибудь! Взяла его за воротник куртки и потащила в глубь дома. Упала. Встала и снова тащу. Дотащить Диму до дивана, я так и не смогла. Он слишком большой и тяжёлый. Поднять его мне тоже не удалось, взяла плед, свернула его рулоном и положила под голову. Склонилась над ним, и прижалась ухом к груди. Нервно сглотнула. Он не дышит, биение сердца, тоже не слышу. - Дим. Пожалуйста. Дима… Я отыскала зеркало и поднесла его к губам Димы. Зеркало запотело, подтверждая то, что он жив. Дыхание было слабое, что безумно меня пугало. С трудом освободила его от одежды. Идеальное тело Димы было изуродовано многочисленными ссадинами и гематомами, а в левом боку виднелось отверстие от ранения, из которого обильно шла кровь. В глазах потемнело, а к горлу подступила тошнота. Любимый мужчина умирает на моих глазах, а я не знаю, что делать, чтобы его спасти. Мысленно дала себе установку успокоится и глубоко вдохнула. Я знаю, что делать. В течение десяти минут на просторах интернета, я нашла необходимую информацию, и пошаговое описание первой помощи в подобных случаях. Только сейчас я поняла, зачем Диме, целый ящик медикаментов, на который я постоянно натыкалась в шкафу. Нет, это не была обычная аптечка с одним рулоном бинта и пару бластеров обезболивающего. С таким «арсеналом», Дима мог бы открыть СВОЮ клинику. Я смочила бинт дезинфицирующем раствором и быстро протерла им кожу вокруг раны проделала эту манипуляцию, словно робот, не отрывая взгляда от монитора ноутбука. В статье с картинками, где было изображено подобное ранение, я поняла, что внутри может быть пуля. Протерев узкие щипцы дезинфицирующем средством, довольно быстро обнаружила ими саму пулю. Сильно надавила на рану, как указано было в статье, и с третьего раза вытащила пулю. Сосредоточенная на своей работе, я даже не заметила, как в дом вошли двое мужчин. - Еб же твою мать! Я так и ы знал, что это его обстреляли! – услышала я голос мужчины. Я вскочила от неожиданности и схватила в руки скальпель, чтобы хоть как то защищаться. - Тихо, Диана, тихо. Это я, помнишь меня? – Макаров с Валерой остановились, ошеломленно наблюдая за душераздирающем зрелищем. – Не бойся, девочка. Мы помочь пришли. Это доктор. Мы, Диму по всему городу искали, пока не нашли его машину. Я надеялся, что он до дому добрался. - Генерал обеспокоенно взглянул на лежащего на полу Диму. - Иди ко мне. Пусть врач осмотрит его. Диме помощь нужна. Генерал разговаривал со мной, как с полоумной, но в данный момент, я на такую наверно походила, обезумевшие глаза, руки по локоть в крови. - Иди сюда, моя хорошая. Вы же для меня как собственные дети, – продолжал уговаривать генерал. Ещё раз взглянув на своего любимого, я бросила скальпель, и шагнула к мужчинам. Валера тут же бросился к Диме, а генерал сгреб меня в свою охапку. Он гладил меня по голове, спине, успокаивал, нёс разную чушь, что еле доходила до моего сознания, и дарила чувство облегчение. И я не выдержала. Громко и протяжно расплакалась, уткнувшись в плечо генерала. - Не плачь, милая, не надо. В твоём положении нельзя нервничать, – не выпуская меня из рук, Макаров достал рацию. – Ребята отбой, пропажа нашлась. Макаров отвёл меня к дивану, усадив отстранился на помощь Валере. - Что, скажешь Валер? Жить у будет? - Будет, куда денется. Мужик не из хлипких, его вон как потрепало, а он все равно почти два километра до дома промаршировал. Вот только не пойму… – Валера прищурился на рану. – Пуля на вылет не прошла, а найти её не могу. - Пули нет… - подала голос я, нервно кусая нижнюю губу и теребя края своей кофты. – Вытащила… - Хрена же себе! – Присвистнул Валера, и обратил свое внимание на окровавленный кусок свинца, который лежал на полу. - Не ошибся Дима в своём выборе, – горделиво усмехнулся генерал. Дима. Башка вот-вот рассыплется на части, зверски болит все тело, и кажется что я уже в аду. Но нет… С трудом открываю глаза и пытаюсь вспомнить хоть что-то, что может объяснить моё хреновое самочувствие. Заказ. Выстрел. Бегу к машине… Ранение… Диана! Где она?! Моя малышка?! Подрываюсь на кровати, и тут же валюсь обратно. Резкая боль в бочине взрывается, как бомба. - Бля! – стону, как последний сопляк, и уже ненавижу себя за это. – Диана! - По тише герой! – весело отзывается Николаич, появляясь в мое поле зрение. – Рядом с тобой лежит. Поворачиваю голову и расслабляюсь. Моя девочка свернувшись калачиком, лежит рядом со мной. - Малышка моя, – шепчу я, но моя девочка так крепко спит, что даже не слышно её дыхание. – С ней все хорошо? – поворачиваюсь к генералу. Макаров, все-таки добрался до моих запасов, и ни капли не стесняясь дожирает бутылку коллекционного коньяка. - Все хорошо. Конечно понервничала, но как тебя подлатали, немного отошла. Мы с Валеркой в военный госпиталь хотели тебя на недельку положить, но твоя девочка, тут такой мятеж устроила… Не рискнули под руку попасть, – рассмеялся генерал. - Николаич, я выполнил последнее задание. Так и передай своим друзьям. А если попытаются на меня выйти, пожалеют… - с ужасом осознаю, что стало бы с Дианой, если бы я подох. – У меня теперь другая жизнь будет. Без всего этого дерьма. Генерал наливает очередную стопку и подсаживается ближе. - Дим, ты погиб. Не знал что ли? – ерничает старый пень, пока я вникаю в услышанное. – Я тут под шумок свеженький труп некого Григория Иванова… Или Ивана Григорьева… В общем не суть. Бомжа какого-то под тебя оформили и уже кремировали. Задним числом проведём экспертизу и прочую хрень. Теперь ты вольная птица. Что я слышу?! Правда свобода?! Новая жизнь?! Да, черт, возьми! Да о таком я даже мечтать не мог. Даже предположить не мог, что ад в моей жизни, обернётся раем. - Что ж, я твой должник… Николаич, только убивать больше не стану. Это было для меня последним предупреждением. - Да заткнись ты уже. Как будто я когда-то от тебя что-то требовал, – обиженно ворчит генерал. – Ты лучше расскажи, как ты в такую жопу попал?! Я как новости услышал, думал уже все, гробовые собирать, да жену твою на попечение брать… - Не знаю как так лохонулся. Столько лет без промашек. А тут на секунду затормозил… Не боец я больше… Николаич… Но за свою семью всех уничтожу! Морщусь от давящей боли в области живота и отодвигаю повязку, чтобы посмотреть на рану. - Да не лезь ты туда, Валерка зашил качественно. Кстати, пулю то ни он вытаскивал, – ржёт генерал. – Девочка твоя тебя лечила, пока мы не пришли. Вот тут я охринел, посмотрел на свою малышку, и снова повернулся к Макарову. - Да, да. Она! - Серьёзно? А как же она… - На, хлебни лекарства, – протягивает стакан с коньяком. Молча принимаю стакан и перевариваю услышанное. Да моя малышка жизнь мне спасла! Вот она карма. - Погоди… Ты говоришь, что пришли после… А как же я домой добрался? Я только помню, как мою тачку протаранил «КАМАЗ», а дальше провал… - А, черт его знает! Мы от машины по твоим следам шли, столько крови… Благо снег шёл, ну а потом я сообразил, что ты к дому двинулся… Думал, что труп найду… - Дима, – малышка сонно хлопает ресничками и набрасывается на меня с объятиями и поцелуями. – Дима! Закрыв глаза и сцепив зубы до хруста, с мученической улыбкой терплю, пока коленка малышки упирается в мой бок. Диана мурлычет у самого уха и я осознаю, что это самый прекрасный звук в мире.