Нежданный гость

Шли недели, и каждые несколько дней приходили известия о новом нападении, о новом списке людей, чьи жизни были потеряны здесь и за границей. Похоже, что Волан-де-Морт и его недавно перегруппированные последователи теперь двигались в глобальном масштабе. Жизнь в Хогвартсе шла как нельзя лучше. У студентов еще оставались задания, книги для чтения, сплетни для распространения. Эмили не сводила глаз с Гарри. Ибо дух его, казалось, менялся с каждым новым сообщением. Теперь он почти ни с кем не разговаривал. Он исчезал на час или два и снова появлялся на другом занятии. Он вставал рано, чтобы закончить домашнее задание, проводил следующие пять часов в классах, направлялся прямо на тренировку, а затем иногда по вечерам на их тренировки с Дамблдором. Они возвращались ровно в десять часов, почти каждый вечер пропуская комендантский час. К тому времени он не только был измотан, но и должен был закончить кучу домашних заданий. Эмили сидела на полу у пылающего камина, изучая древние проклятия, когда Гарри вернулся с тренировки по квиддичу. Последние две недели все команды факультетов неустанно готовились к предстоящим в ноябре матчам. Гарри больше, чем кто-либо. Его тело ссутулилось от усталости; он лег на кушетку, со лба капал пот. - Тяжелая ночь? - спросила Эмили. В последние недели она старалась уважать его личное пространство, но солгала бы, если бы сказала, что не беспокоится о нем. - Да, можно и так сказать, - сказал он, снимая очки и кладя их на столик. - Рон и остальная команда пришли час назад. Он сказал, что ты остался тренироваться. - Эмили села, оставив свои записи на некоторое время. Она наблюдала, как грудь Гарри вздымалась и опускалась вместе с его тяжелым дыханием. - Мне нужно было кое над чем поработать. - Да, конечно, у тебя скоро будет матч. - На следующей неделе. Наш первый, и поскольку я капитан, мне предстоит проработать целый набор дел. В прошлом году мы потеряли много хороших игроков. Я не знаю, сможем ли мы сформировать новых членов до следующей недели. - Я поняла, - тихо проговорила она. - Нет, не поняла. - Гарри открыл глаза и повернул голову, чтобы посмотреть на нее. Он вдруг рассердился. Эмили чувствовала себя так, словно из нее вышибли дух. - Почему люди всегда так говорят? Я имею в виду...люди понятия не имеют, но все же пытаются быть сочувствующими. Они говорят, что все будет хорошо. Ну, а если нет? Жизнь не такая. - сказал Гарри, когда он сел, глядя на нее, его гнев излучался через него. Только когда он увидел потрясенное и обиженное выражение на ее лице, он понял, что сделал. Он глубоко вздохнул, отрывая взгляд от нее и глядя на огонь позади нее. - Господи. Прости, Эм, - он оглянулся на нее. Выражение ее лица сменилось с обиды на беспокойство, и он понял, что это для него. - Мне не следовало так на тебя набрасываться. - Гарри, прекрати. Ты прав. - Эмили увидела его озадаченное лицо при ее неожиданном замечании. - Да, ты мог бы быть немного любезнее во время этого, - усмехнулась Эмили про себя, - Но я никогда не смогу понять, что ты чувствуешь или как все это влияет на тебя. - она храбро вздохнула, прежде чем продолжить. - Нет, если ты не расскажешь мне и не поможешь понять. Гарри, ты же знаешь, что люди хотят утешить тебя, потому что они заботятся о тебе, - ответила Эмили так тихо, как только могла. Все, что им обоим сейчас было нужно, - это горячий спор. - Они не знают, чего я хочу. Они понятия не имеют, чего я хочу. - сказал он, в отчаянии проводя рукой по волосам. - Ну и чего же ты хочешь? - голос Эмили повысился. Она старалась не выдать своего разочарования, но так оно и было. Она хотела, чтобы он сказал ей правду, чтобы она могла помочь ему облегчить этот груз, который он нес с того самого первого дня семестра, когда "Ежедневный Пророк" сообщил о нападении ее деда. - Я... - но это было все, что Гарри мог сказать. Он взглянул на нее, желая довериться ей... - Я не знаю. - наконец сказал он, разочарованно выдохнув. Он знал, чего хочет, но просто не мог сказать ей. - Ты не знаешь или не скажешь мне, Гарри? - спросила Эмили, наклоняясь ближе к нему. Во рту у него пересохло, но сердце забилось быстрее. Она видела его насквозь. Она знала, что он что-то скрывает, но он не знал, как начать говорить ей правду. Ни о пророчестве, ни о том, что он думал или чувствовал последние несколько месяцев. - Может быть...может быть, это не только твой страх блокирует твое продвижение на тренировках. - Эмили пробормотала что-то скорее себе, чем ему. - Вспомни, что я говорила о том, как Волан-де-Морт использует не только страх, но и...желание. - Эмили посмотрела в его зеленые глаза и поняла, что он вспомнил ее слова. - Может быть...может быть, не называя того, чего ты хочешь больше всего, ты не станешь сильнее. - Чего я желаю? - Гарри глубоко вздохнул. - Да, он использует все, что в его распоряжении, чтобы сделать тебя слабее. Если ты не обездвижен страхом...тогда он попытается ослабить тебя, разоблачая, используя или причиняя боль тем, чего ты больше всего хочешь. - голос Эмили окреп по мере того, как мысль оформлялась в ее голове. - Ты должен назвать то, что хочешь. Тебе придется столкнуться с тем, чего ты действительно хочешь больше всего на свете. Эмили поймала его взгляд, и ее улыбка стала ярче. Гарри знал, что она права, потому что ее слова звучали в нем как правда. Да, он боялся потерять этот мир, который полюбил. Он боялся, что умрет еще больше людей. Он боялся оказаться недостаточно хорошим, чтобы победить. И все же это была потеря того, чего он хотел...того, чего он желал...больше всего. Вот что вызывало у него новые кошмары. Эмили продолжала пристально смотреть на него, словно желая, чтобы он сказал правду. Если бы она только знала, что это…что бы она сказала? - Эмили…Я просто не могу. - наконец сказал Гарри, вставая и поднимаясь по лестнице в свою спальню, оставив ее одну у камина. На следующее утро Гарри проснулся рано, не в силах заснуть. В последние несколько недель голова болела все сильнее. Каждая быстрая боль еще раз напоминала ему, кто и что там. Волан-де-Морт набирал силу, и его войска терроризировали Великобританию, небольшие нападения начинались и по всему миру. Это был лишь вопрос времени, когда он получит достаточно власти, чтобы свергнуть Министерство изнутри. Гарри знал, что Волан-де-Морт скоро положит глаз на Дамблдора и Хогвартс, если уже не положил. Тяжело вздохнув, он медленно встал с кровати и переоделся в школьную мантию. Схватив метлу, он вышел из спальни и спустился по винтовой лестнице в общую комнату. Его желудок скрутило, когда он взглянул на угасающий огонь, заставляя его вспомнить свой разговор с Эмили прошлой ночью. Он глубоко вздохнул и попытался отогнать свои мысли, заставляя себя забыть о том, что она заставляла его чувствовать. - Ты рано встал, Гарри. Он услышал голос Гермионы с одного из столов в углу. Ее внезапное появление заставило его вздрогнуть. Он не ожидал, что кто-то проснется так рано. - Господи, Гермиона. Ты напугала... - Извини, я просто хотела закончить редактирование эссе Рона по зельям. - глаза Гермионы уставились на метлу в руке Гарри. - Почувствовал себя готовым к утренней тренировке? Похоже, сегодня будет плохая погода, ты уверен, что хочешь выйти на улицу? - Да, мне нужно…Мне нужно проветрить голову. - Держу пари, что да, - Гермиона улыбнулась слишком понимающей улыбкой. Она заметила, как Гарри заерзал под ее взглядом. - Что с тобой происходит, Гарри? Ты был в затруднительном положении с момента новостей в первый день семестра. Это не первый раз, когда Ты-Знаешь-Кто делает такие вещи, но это время... кажется, это действует на тебя более жестко. - Гермиона проследила за его взглядом, когда он посмотрел на пол, и улыбка тронула ее губы. - Я знаю тебя, Гарри. Мы были друзьями почти шесть лет, и я не знала, что все это заставляет тебя уходить в себя. Могу добавить, что прошлый год был ярким примером. Но на этот раз ... на этот раз все по-другому. Ты кажешься другим. Это пророчество? Гарри посмотрел на свою метлу и на дверь гостиной. Он мог бы сделать несколько замечаний, а потом уйти. Успокоить Гермиону, чтобы она не волновалась, а потом заняться тем, что он задумал. И все же, когда он оглянулся на свою подругу, на ее глубокую заботу о нем, слова Эмили всплыли у него в голове. Если он не мог сказать ей правду...он мог сказать Гермионе. Он вздохнул и сел рядом со своим лучшим другом. - Да...и нет. У меня просто...много забот, Гермиона. Многое, чего я никогда не ожидал...вещи, с которыми я никогда не думал, что мне придется иметь дело. То, что, как я думал, никогда не случится...а если и случится, то, наверное, позже, когда я стану старше. После Волан-де-Морта ... если я переживу все это, тогда, возможно, это произойдет. - Гарри взглянул на лицо Гермионы, и легкая улыбка скользнула по ее губам. - Что? - О Гарри, - радостно вздохнула Гермиона, словно наконец-то все поняла. - У меня тоже есть глаза. Я вижу, как ты на нее смотришь. То, как ты сейчас смотришь на Кормака или любого другого парня, пытающегося убедить тебя или Рона дать им информацию о ней. Я видела, какой ты бываешь рядом с ней, еще со времен площади Гриммо. Не оскорбляй мой интеллект, - криво усмехнулась Гермиона. - Это так очевидно ... - Гарри закрыл лицо рукой и выдохнул, как будто это могло каким-то образом вернуть то, на что она только что прямо указала. - Тебе нечего стыдиться Гарри. Я просто более восприимчива, чем другие. - Дело не только в этом, Гермиона. Я просто не могу...не могу. Это невозможно. Я хотел ее...хотел быть с ней...не подвергать ее опасности. - Гарри сказал правду, которую скрывал неделями. - Она уже в опасности, Гарри. По причинам, которые мне еще предстоит выяснить или понять, его последователи также охотятся и за ней. Этим летом за ней охотились Пожиратели Смерти. Сам-Знаешь-Кто хочет ее по какой-то причине. Орден не привез бы ее на площадь Гриммо этим летом, и Дамблдор не настоял бы, чтобы она посещала Хогвартс, если бы они не пытались защитить ее. - Гермиона положила свою руку поверх руки Гарри. - Ты заботишься о ней, Гарри. Этого не стоит бояться. Такие вещи делают нас сильнее, а не слабее. - Это ... это желание делает меня слабее, Гермиона! Волан-де-Морт использует его против меня. Она заставляет меня чувствовать...если с ней что-то случится... - Гарри, ты можешь всю жизнь прятаться от своих чувств, потому что боишься того, что может случиться или что он может сделать из-за этого. Или ты можешь посмотреть правде в глаза и пойти на риск. Я всегда восхищалась твоей храбростью, Гарри. Ты не тот человек, который не живет своей жизнью из страха. Независимо от того, что ты выберешь, ты должен признать правду. Даже если сначала только для себя. Гарри глубоко вздохнул, давая своему разуму отдохнуть от всего, что говорила его подруга. Он знал, что она права, она всегда права. И все же глубокое, всепоглощающее чувство страха охватывало его при мысли о том, что он когда-либо предпримет действия, основанные на том, что, как он знал, было правдой. Он благодарно сжал ее руку, встал и со вздохом повернулся, чтобы выйти из гостиной. Теперь ему действительно нужно было полетать. - Гарри? - он обернулся, снова услышав голос Гермионы. - Я знаю, ты сделаешь то, что считаешь правильным, но вы оба сильнее, когда вместе. Я сама это видела. Просто ... просто пища для размышлений. - сказала она с улыбкой, прежде чем перевести взгляд и перо обратно на лежащий перед ней кусок пергамента. - Он просто был таким далеким, Гермиона. - прошептала Эмили через стол. Она давно перестала читать и больше сосредоточилась на разговоре с Гермионой о Гарри. - Он иногда так делает. Он начинает отдаляться от нас, когда дела у Вола...Сама-Знаешь-Кого идут неплохо, - ответила Гермиона. - Обычно он просто злится и приходит в себя. - сказал Рон. - Помнишь, в прошлом году мы никогда не думали, что выживем, но на этот раз все по-другому. - А чем этот раз отличается? - спросила Эмили. - Это никогда не длилось так долго. Обычно он просто дает ей закипеть, а потом снова становится прежним. - ответил Рон. - Мы годами пытались вбить ему в голову, что он в этом не одинок, но он все равно каждый раз отстраняется. - Он боится. - произнесла Эмили, взглянув на прозрачный потолок Большого зала. Плавучие фонарики для предстоящего праздника Хэллоуина не могли скрыть тяжелые тучи, которые начали оседать. Надвигалась буря. - Как ты думаешь, куда он отправился? Я имею в виду, что он исчезает каждый день. - Я предполагаю, что это место, где он чувствует себя в безопасности или могущественным. - Гермиона ответила с легкой улыбкой. - Что за… - озадаченно спросил Рон. - Поле для квиддича. - Гермиона и Эмили ответили одновременно. - Куда это ты собралась? - спросил Рон, пока Эмили собирала свои вещи. - Пора Гарри вернуться в живой мир. - Эмили, на улице ужасно. - сказала Гермиона, тоже глядя в потолок. - Со мной все будет в порядке. Ты позаботишься об этом для меня? - сказала она, указывая на свои книги. Быстро кивнув Гермионе, она направилась в вестибюль и вышла через главные двери. Эмили, как могла, направилась к полю. Это был настоящий ливень. Если бы не высокие цели, она бы вернулась назад. Подойдя к полю, она увидела фигуру, сидящую в центре поля. Эмили подошла ближе. Его силуэт стал отчетливее. Гарри сгорбился, обхватив руками ноги и опустив голову. Он был весь мокрый и дрожал с головы до ног. Эмили пошла дальше, но прежде чем она добралась до него, он обернулся. - Мы с Гермионой решили, что это то место, куда ты тайком удираешь. - она села рядом с ним на мокрую от дождя траву. - Мне просто нужно было подумать. - Ты уже закончил? - Эмили попыталась заставить его улыбнуться, но он просто отвернулся. - Я…Я боюсь его, Эм. Хотя я сталкивался с ним раньше и каким-то образом выжил...я видел, как он это делает. Именно то, на что он способен, заставляет меня опасаться худшего. Я боюсь того, что он может сделать с людьми, которые мне дороги. Мои друзья...ты... - Гарри поймал ее взгляд сквозь ливень. Сердце Эмили сильно забилось в груди от его слов, он, наконец, был готов признать то, к чему она и Дамблдор подталкивали его. - Я бы забеспокоилась, если бы ты сказал, что не боишься. - Эмили кивнула. - Это то, что мы делаем со страхом, что имеет значение. Ты...ты не должен зацикливаться на этом. Если ты это сделаешь, ты потеряешь что-то еще более важное. - на этот раз Гарри покачал головой, не понимая, что она имеет в виду. - Что, например? - Время. - тихо пробормотала Эмили. - Страх крадет время, он заставляет тебя упускать то, что делает тебя сильнее. Например, проводить время с друзьями, походы в Хогсмид, послеобеденные прогулки у озера, поздние ночные разговоры в общей комнате. Именно эти моменты делают нас сильнее против Волан-де-Морта. - Идет дождь. - говорил он, глядя на темные облака, не в силах придумать, что еще сказать. Он знал, что она права. Он отталкивал всех из-за страха, из-за своего отчаянного желания защитить их. - Да, это так, - сказала Эмили с улыбкой. - Нам лучше войти в замок, а то простудимся. - Для этого и существует Мадам Помфри в больничном крыле. - Верно. - Я люблю дождь. - Я тоже. - Эмили сказала и обвела руками вокруг коленей. - Когда я была младше, я лежала на кровати и просто слушала дождь. Неважно, что случилось в тот день, неважно, сколько злости или ненависти я накопила в себе, все это, казалось, ускользало от меня при звуке падающих на крышу дождевых капель. Я думаю, что именно в эти короткие мгновения я действительно обретала покой, несмотря на то, где я была. - Эмили говорила тихо, на ее лице появилось торжественное выражение. Он видел, как дрожит ее тело. - Холодно? - Немного, - ответила она. - Вот, - сказал он, снимая мантию и накидывая его ей на плечи. - Спасибо. - сказала Эмили с улыбкой. - Спасибо. - За что? - За то, что пришла и нашла меня. - Для этого и существуют друзья, верно? - Да, наверное, так оно и есть. Гарри не мог не заметить, как она выглядела в его мантии, как дождь стекал по ее лицу. Он быстро попытался избавиться от этой мысли, как делал это много раз за последние несколько месяцев. Он не мог думать или чувствовать так ради них обоих. Слова Гермионы, однако, звенели у него в голове. Он пытался отрицать то, что не мог. Он пытался отрицать то, что, как он чувствовал, неуклонно росло в течение их времени этим летом, а затем здесь, в Хогвартсе. То, что он чувствовал каждый раз, когда видел, как к ней приближается другой мальчик. Что он чувствовал, когда он протянул руку, чтобы взять ее руку в свою. Эмили посмотрела на дождь; он действительно был чудесным и освежающим. Ее сердце забилось быстрее, когда она повернула голову, чтобы посмотреть на Гарри. Он смотрел на дождь, его блестящие изумрудные глаза светились. Эмили вдруг осознала, как близко они сидят друг к другу, их руки почти соприкасаются. Почему она не поняла, насколько они близки? Она должна что-то чувствовать. Где были головокружения, тошнота и головные боли? Несколько минут она сидела молча, пытаясь понять, не пришло ли что-нибудь. И все же ничего не произошло. Она не могла не думать о том, почему не реагирует на него? Имеет ли это какое-то отношение к связи Гарри с ее дедушкой? Обычно ее проклятие давным-давно начинало действовать, с той минуты, как она садилась рядом с ним. Это никогда не позволяло ей даже приблизиться так близко, не почувствовав чего-то. Самым странным было то, что она хотела быть так близко к нему. Это было...хорошо...правильно. - Эмили? - Да, Гарри. - ответила Эмили, и его голос вырвал ее из раздумий. - Было кое-что, что я...я хочу сказать, есть кое-что ... кое-что, что я хотел тебе сказать. - Ладно. - Эмили заговорила, ее глаза нашли его. - Честно говоря, я чувствую себя немного лицемерным…Я имею в виду, что я так разозлился на тебя той ночью в общей комнате за то, что ты что-то скрывала...и я...я тоже кое-что скрывал от тебя. - Что…о каких вещах ты говоришь? - В тот день, когда я прибыл на площадь Гриммо с Тисовой улицы, я воспользовался порталом. Когда я схватил его, жгучая боль исходила от моего лба, где находится шрам. - Эмили могла сказать, что он напряженно думал о том, что должен сказать, тщательно подбирая слова. Его брови были нахмурены, как будто он глубоко задумался. - Такое случалось и раньше, но не так. Из-за этого я потерял сознание. Когда я это сделал, то услышал голос. - Голос? - спросила Эмили, пытаясь сосредоточиться на том, что он пытался ей сказать, а не на том, что ее состояние еще не сказалось. - Он был твой. - Гарри встретился с ней взглядом, и у нее внутри все сжалось. Он молчал, зацикленный на том, как она может ответить. - Ты слышал мой голос? - озадаченно спросила Эмили. - Ты выкрикнула мое имя. Ты сказала...Ты сказала, что я - твоя единственная надежда. - оаздался над ней голос Гарри. - Сначала я не узнал его, но в тот первый вечер в общей комнате, когда мы с тобой спорили. Ты выкрикнула мое имя. Ты сказала его так, это...это что-то знакомое. И тут я понял, что это тот же самый голос, который я слышал. Это был твой голос. Гарри не лгал. Это было реально. Она мысленно вернулась к той ночи, обдумывая случившееся. Она уворачивалась от нападения Пожирателей Смерти возле парка. Они пытались забрать ее обратно. Появился приказ. И тут она почувствовала, как на нее обрушилось проклятие. Она произнесла что-то в уме, прежде чем мир погрузился во тьму. Даже сейчас она чувствовала силу этого момента. Она почувствовала это, но не придала этому значения. - Ты ... ты действительно это слышал? - от этого откровения у Эмили пересохло во рту. - Да, Да. Я слышал. - Гарри немного помолчал, прежде чем продолжить. - Эм, почему...почему ты так сказала? - Я была одна в Лондоне. Я пыталась встретиться с Северусом. Мне было страшно. - Эмили вспомнила ту ночь, те часы перед тем, как за ней пришли Пожиратели Смерти. - Я вспомнила, что мой дед рассказывал мне о тебе...вспомнила, что говорили о тебе его враги. Наверное, в тот момент я вспомнила, почему убежала, почему решила поверить, что ты - моя надежда. Что с тобой мы сможем победить моего деда. - Эм, то, что ты сказала...Это правда. Я ... Я твоя единственная надежда, потому что я ... я единственная надежда волшебного мира. Прошлой весной в Министерстве Волан-де-Морт думал, что пророчество было уничтожено. - Ты...ты знаешь, что там было? - Эмили быстро перевела взгляд на него. - Да, Дамблдор, Рон, Гермиона и я - единственные, кто знает. Некоторые догадываются об этом...но мы знаем правду. - Гарри немного помолчал, прежде чем продолжить. - Профессор Трелони рассказала Дамблдору о пророчестве. Я видел его воспоминания об этом через Омут Памяти в его кабинете. Гарри помолчал и посмотрел на нее сверху вниз. Ее руки вцепились в его плащ, крепко прижимая его к телу. Ее лицо было спокойным, но, казалось, она глубоко задумалась. Она не спрашивала его, что там, она ждала, как будто Гарри сам решал, говорить ей или нет. Это само по себе заставило его продолжить. - Пророчество гласит: Темный Лорд отметит его как равного себе, но он будет обладать силой, о которой Темный Лорд не знает...один из них должен умереть от руки другого, потому что ни один не может жить, пока жив другой. - Гарри изо всех сил старался вспомнить всю последнюю часть пророчества. Произнеся это вслух, он почувствовал, как воздух вокруг них наэлектризовался. - Выбрав меня шестнадцать лет назад, Волан-де-Морт привел все в движение...и однажды, когда мы встретимся лицом к лицу...только один из нас может остаться в живых. - Значит, это правда. - воскликнула Эмили вполголоса, словно про себя. - Значит, все это правда. - Да, это так. С тех пор, как Волан-де-Морт вернулся, я стараюсь потихоньку отключать свои эмоции от окружающих. Я думал, что так будет легче, это сделает меня сильнее, не заботиться о том, что они не пострадают. - Гарри глубоко вздохнул. - Прошлый год был самым одиноким, самым слабым в моей жизни. Это было до тех пор, пока ты не начала помогать мне понять, что действительно отделяет меня от него... - Связи. - прошептала Эмили себе под нос. - Моя способность создавать связи...забота - это то, что делает меня сильнее против него. Вот о какой силе говорит пророчество. Чтобы использовать эту силу, ты помогла мне понять, что я должен признать не только свой страх...но и то, чего я хочу, Эм. Голос Гарри медленно вывел ее из задумчивости. Она повернулась к нему всем телом, и внезапная близость его лица заставила ее пожалеть о своем поступке. Прежде чем она поняла, что происходит, Гарри убрал прядь волос с ее лица. Медленно и нежно положив свою теплую руку ей на щеку. В тот момент, когда его большой палец коснулся ее кожи, внутри нее вспыхнуло тепло. Она вздрогнула от неожиданного прикосновения, от сильного ощущения, пронзившего ее. Она никогда не чувствовала этого раньше. У нее никогда не получалось. Внезапно она почувствовала себя парализованной, но не хотела двигаться. Она не хотела двигаться. Она хотела этого. - Эмили, я пытаюсь и не могу сказать, что я...я...хочу быть с тобой. Гарри не сводил с нее глаз. Она чувствовала, что приближается к нему, словно по собственной воле, но не могла вспомнить, как решилась на это. Их лица были всего в нескольких дюймах друг от друга, она чувствовала, как тепло его кожи излучается через нее, его сила растет с каждой секундой. Она снова почувствовала пульсирующее тепло, настолько сильное, что у нее перехватило дыхание. Ощущения ослабляли ее разум. Это было внезапное знакомство с этим теплом, теплом, исходящим сейчас от ее щеки, и это ощущение заставило ее вспомнить. Образ руки Гарри, обнимающей ее в тот день в Хогвартс-экспрессе. Он держал ее за руку снаружи замка. Схватил ее за руку перед "Тремя Метлами". Это не было проклятием, дремлющим на расстоянии между ней и дедушкой. Еще одна волна тепла прокатилась по ней, когда большой палец Гарри провел по ее губам. - Я хочу…Я хочу быть с тобой, - голос Гарри был мягким и искренним. Его изумрудные глаза не отрывались от ее глаз. Она попыталась сосредоточиться на том, что ей только что сказали. Гарри был избранным. Именно ему было предсказано убить ее деда ... Темного Лорда. Прикосновение Гарри было причиной того, что ее проклятие дремало. Он один заставил ее симптомы исчезнуть. Очевидно, она тоже не произвела на него никакого впечатления. Если это правда...если все, что он сказал о пророчестве, правда.…тогда все ... все было правдой! Он был ее единственной надеждой, как она и говорила...но она ... она была его падением. Она никогда не думала, что это возможно, но доказательства были здесь, исключение было в нескольких шагах от того, чтобы прижаться его губами к ее. Несмотря на то, как это было правильно, несмотря на то, как сильно она неожиданно захотела его, все внутри нее внезапно закричало, чтобы она прекратила это. Она должна была уйти от него. Сейчас. Теперь до того, как случилось немыслимое. - Эмили, я хочу... - голос Гарри снова окатил ее, его изумрудные глаза изучали ее, словно спрашивая разрешения. - Нет! - Эмили с силой вырвалась из его крепких объятий. - Мне...Мне очень жаль, Гарри. У меня есть…Я должна идти. - Эмили быстро заговорила, лихорадочно бросая ему плащ. - Я думал, ты…Я имею в виду, мне показалось, - Гарри поднялся вместе с ней, совершенно сбитый с толку ее поведением. Он не понимал, в чем дело. Эмили повернулась, чтобы уйти, но Гарри схватил ее за запястье. Его внезапное прикосновение подтвердило все, что она только что поняла, потому что она не чувствовала ничего, кроме жгучего удовольствия. - Эмили. - его голос заставил ее ослабеть, и она чувствовала, что в любой момент может просто сдаться ему. - Я...Мне нужно идти, Гарри. - горячо заговорила она. - Пожалуйста...пожалуйста, просто отпусти меня. - слезы защипали ей глаза. Она больше не могла этого выносить, она чувствовала, что соскальзывает. - Эм, что...что случилось? - Гарри стоял совершенно сбитый с толку ее внезапным волнением и горем. Он никогда раньше не видел ее плачущей. - Просто отпусти меня, Гарри! - наконец она закричала с большей силой, чем намеревалась. Сама того не желая, она выпустила из рук заклинание, и Гарри отлетел назад. Он покачал головой, словно ошеломленный тем, что только что произошло. Она медленно попятилась, когда слезы смешались с дождем на ее лице. Бросив последний взгляд, она сдержала рыдание, прежде чем повернуться и убежать, оставив Гарри одного под проливным дождем.