Хозяйка Медной горы

Глава 1 Он подошёл ближе к полотну, оказавшись на грани дозволенного расстояния, отведённого правилами любого музея мира. — Простите? — реакция не заставила себя ждать. Но это оказалась вовсе не пожилая смотрительница музея. Да то был и не музей вовсе, а частная галерея искусств. Его друг, Василий Иванов, написал пару дней назад о том, что в этой галерее планируют организовать выставку нескольких молодых художников. И почему-то именно они, вернее одна из них особенно придётся ему по вкусу. Василий и Светозар дружили уже лет пятнадцать, потому ошибки быть не могло. И теперь спину последнего изучала миловидная и слегка полноватая блондинка. Судя по карточке на лацкане пиджака, звали её Мария. — Извините, — сделал Светозар вид, что присматривается к той самой табличке, — Мария. — Нет-нет, — снова, смущение, залитые румянцем щеки и потупленный в пол взгляд. — И все же не стоило, — Светозар сделал шаг назад от полотна, — Любопытная работа. — Ариадна. — Ариадна? — нахмурил он брови. — Да. Ариадна Молчанова. Моя подруга. — Интересная техника у вашей подруги. Такие уверенные мазки. — А сколько света. Вы видите? Посмотрите! — воодушевилась Маша. — Верно, — ухмыльнулся Светозар, — Я смотрю здесь только одно ее полотно? — Увы, — пожала она плечами. — Думаю, что я мог бы предложить ей кое-что интересное. — Конечно-конечно. Где же это? — с головой погрузилась в свою бездонную сумку Маша. И через пару минут вытащила оттуда потрепанную визитку. — Благодарю. — А я ей говорила, что ещё остались ценители настоящего искусства — сделала она шаг вслед за ним к выходу из галереи. — Всего доброго. Он переступил порог галереи, напоследок бросив ещё один пристальный взгляд на картину Ариадны. — Ну, что, я был прав? — смеясь, отхлебнул пива из своей кружки Василий. — Любопытно, не спорю. — Не уж-то так хороша, — округлил он глаза, глядя на друга. — Одного полотна мало. Пока скажу только, что эта Ариадна бесспорно талантливая. — А ее в галерее не было? — Нет, только ее подруга и она дала мне это, — выложил он на барную стойку визитку. — Ариадна Молчанова, художник-оформитель. Тут и номер ее есть. Почему ты ей просто не позвонишь? — Не сейчас, — пригубил он белое вино. — Сколько тебя знаю, ты не устаёшь меня удивлять. — Мне нужен воздух, ты со мной? — Извини, чувак, но мой обед закончился. — Конечно. Бывай, — похлопал друга по плечу Светозар и вышел из бара. Аромат картины преследовал его, куда бы он ни шёл. Даже ветер, бушевавший на улицах приморского городка, не мог его от него избавить. Светозару было лет пять или семь, когда он пробрался в запретную зону библиотеки Ивана Грозного, нашедшей пристанище в стенах Медной горы и разложил на полу древние фолианты, будто то были детские книжки с картинками. — Сынок, — укоризненно, но с улыбкой произнес его отец, Белотур Воротынский, нынешний хозяин Медной горы. — Какая красивая тётя, — ткнул пальчиком в открытую Малахитовую книгу Светозар. — Это Анна Васильевна Морозова, — отец присел на корточки и взял книгу из рук сына. — Фу, как сладко, — поднёс свои ещё пухленькие пальчики к носу мальчик. — Аромат спелой вишни. Морозовы так пахнут даже на книжных страницах. Но теперь уже не осталось ни одного, кто бы дал тебе почувствовать этот аромат в живую, мой любопытный дружок, — вернул он книгу на законное место, — Пойдем, выпьем твоего любимого молока с корицей. — Ариадна Молчанова, — прошептал Светозар и, вынув из нагрудного кармана ее визитку, втянул ее аромат, — Вишня, — глубокомысленно вздернул он бровью. Ход его мыслей прервала вибрация в боковом кармане штанов. Звонил его отец. Лёгок на помине. — Да, — безрадостно ответил Светозар, сняв трубку. — Ты, где сейчас? — В Керчи, — бросил он, продолжая размеренно шагать по набережной. — Ясно. — Ты что-то хотел или просто соскучился? — вытянул сигарету из пачки и закурил. — Не дерзи, — с трудом сдержался Белотур, чтобы не повысить голос. Светозар состроил недовольную рожу и выпустил три колечка дыма. — Мама-мама, — дернул за юбку мальчонка лет трех маму, показывая на эти колечки пальчиком. Светозар вновь затянулся и выпустил на сей раз большое облако дыма и парой взмахов руки превратил его в кораблик. — Мама-мама! — мальчишка пришёл в неописуемый восторг. Но мама даже и бровью не повела, продолжая оживленно спорить с кем-то по телефону. — Ты ещё здесь? — Белотур откровенно негодовал. — Да. И буду тут ещё пару дней, — ответил Светозар, провожая мальчика улыбкой. — Ты нужен мне здесь. Скоро начало года. «Новолетный» бал. — Я успею. Как раз к Испытанию поиском. — Ты сказал пару дней, — рявкнул Белотур, что ему крайне несвойственно. Но в разговоре с сыном ему все тяжелее удавалось держать себя в руках. Особенно после того как тому исполнился двадцать один год. Полное совершеннолетие. — Где два дня, там и неделя или две. Короче, у меня дело одно намечается, — Светозар подошел к кафе с узнаваемыми мотивами в росписи стен, — Я перезвоню. — Све… — начал Белотур, но Светозар оборвал его, повесив трубку. — Все хорошо? — поинтересовалась представительница Ведомства, сидящая за монолитным дубовым столом в кабинете Белотура. — Лучше не бывает. Так о чем мы говорили? — приветливо улыбнулся Белотур. — О том, готова ли школа к новому учебному году, учитывая то состояние, в котором она прибывала пару месяцев назад. — Уверяю вас все будет в лучшем виде. Позвольте предложить вам осмотреть общежития студентов и преподавателей. — Вижу во многих вы должны были провести довольно серьёзные ремонтные работы. — Совершенно верно, извольте лично убедиться в исполнении данных Ведомством указаний? — Я бы хотела начать с общежития отделения Сварог. — Прошу, следуйте за мной. Светозар присел за столик на летней веранде кафе, ровно напротив настенной росписи. — Чем могу помочь? — подошла к столику официантка. — Барабульку жареную и пива светлого ноль пять. Да и курить можно? — Да, — ответила она и скрылась в здании кафе. Светозар закурил и принялся пристально разглядывать абстрактные мотивы настенной росписи. Здесь уже можно было заметить характерные завитки в рисунке и другие формы тоже были узнаваемые. При этом насыщенные, смелые цвета излучали неиссякаемый поток света. День клонился к вечеру и августовская жара начала спасать, но глядя на роспись, ощущалось тепло. Но это было скорее душевное тепло, нежели тепло солнечных лучей. — Ваше пиво и барабулька, — официантка выставила кружку пенного и тарелку полную ароматной рыбки на столик и ушла. — Спасибо, — по инерции буркнул Светозар, не отрывая взгляда от росписи. Она притягивала его, буквально манила. Он вновь чувствовал этот аромат спелой вишни. — Почему? Почему? — звенело в его голове. Светозар продвинулся к стене, держа в руке кружку пива, а вторую протянул к росписи. Кончики его пальцев коснулись одного из завитков, и тонкие зелёные нити энергии паутиной окутали его, словно кокон. — Уф, — выдержав не больше минуты, оторвал руку Светозар. И сделал жадный глоток пенного. Он был ещё очень молодой, тем не менее успел повидать многое в своих странствиях по свету в поисках магов. Оказалось, что Светозар стал первым в своей семье, кто обладал чутьем на то обладает человек магической силой или нет. Подобную мощь, как у автора этого произведения, он встречал всего лишь дважды. Точнее она вторая, а первым был он сам. Но это сила рода. Она зависит от того, насколько древний твой род и как много в нем тех, кто связал свою жизнь с магией. Естественно, род Воротынских не единственный в России. Однако, Молчановых он припомнить не мог. Достал телефон и полез в базу данных там хранящуюся. Светозар сформировал ее сам, заложил определённый алгоритм поиска по ней. Забил в окошко имеющуюся на данный момент информацию об Ариадне Молчановой. И получил двоякий результат. На экране значились все указанные им пункты, но относились они к совсем другой фамилии, а именно, Морозовых. — Что за фигня? — отпрянул он и снова сделал глоток пива, — Причём здесь они, вообще. Похоже, что и я могу ошибиться, — ухмыльнулся он и закусил несколькими рыбками, — Похоже надо передохнуть немного, — Светозар повернул голову разносящейся по округе музыке, — Простите, — подозвал жестом официантку. — Да, — подошла она неспешно. — Откуда эта музыка доносится, не знаете? — Да, опять у Никиты вечеринка, — сказал она так, будто сама бы с радостью отправилась бы туда потанцевать, но знать об этом никому не следует. — Вот, как, — многозначительно покачала он головой, — Это далеко отсюда? — Неа. Вот там, — указала она в сторону пляжа за его спиной, — Кафе так и называется у Никиты, там все местные собираются. — Отлично. И ещё, а вы не скажете, кто расписал эту стену? — Местная художница. Живёт тут недалеко. Она вообще популярная тут, девчонка. — Вот, как, — изумленно вскинул он брови, — И, где же можно посмотреть ее работы? — Да, почти во всех окрестных кафешках. М-м, вот я дура. У неё ж тут студия недалеко. Только уже поздно. Закрыто. А вот завтра вполне. — Адресок не дадите? — Ага, — начеркала она быстро в блокноте и протянула ему вырванный листок. — Спасибо, — допил он последний глоток пива, достал кошелёк, — Сколько с меня? — девушка назвала сумму, — Тут тысяча, оставьте сдачу себе. В кафе «У Никиты» сегодня явно было не многолюдно. Светозар прошёл внутрь и сел за барную стойку. — Виски со льдом! — крикнул он бармену. Через пару минут стакан стоял перед ним. На вкус напиток оказался не дурен. И вскоре обстановка в кафе стала казаться ему вполне сносной, а может даже и достойной радости, особенно когда он опрокинул не одну, а две или три порции горячительного. В тот момент его ноги сами пустились в пляс. Разумеется, среди танцевавших там парней и девушек ему равных не было. Пятнадцать лет практики давали о себе знать. Одна из девушек особенно прониклась его владением собственного тела. С каждым новым па она подходила к нему все ближе и ближе, пока их тела не слились в едином танцевальном порыве под звуки «Alas de libertad» в исполнении несравненной Натальи Орейро. — Я живу тут недалеко, — прошептали ему на ухо ее губы, когда отзвучала последняя нота. Он безмолвно развернул ее за плечи к выходу. Утро застало Светозара, курящим на балконе микроскопической однокомнатной квартирке в доме похожем на хрущевку. — Доброе утро, — взяла сигарету из его рта вчерашняя партнёрша по танцам. — Возможно и доброе, — взглянул он на пробивающееся сквозь тучи солнце, — Мне пора. Светозар вернулся в комнату, натянул штаны и футболку с рубашкой. В коридоре надвинул на ноги кеды и ушёл. Голова слегка гудела от выпитого вчера виски на практически голодный желудок. Но привлекать внимание очередным всплеском магической энергии не хотелось, потому он предпочёл дойти до ближайшей кофейни. Плотно позавтракать там и со свежими силами приняться за насущные проблемы. Заказав кофе и яичницу из трех яиц с беконом, устроился вольготно за угловым столиком. Уперся затылком в стену и закрыл глаза. Зря он надеялся таким образом расслабиться. Зелёные нити сразу же возникли перед его внутренним взором. И снова стали описывать его ещё более тугим коконом. Светозар физически ощущал, как сдавливается его грудная клетка. — Ваш заказ, — сухо сказала официантка в грязном переднике. — Благодарю, — ответил он, как раз в ту секунду придя в себя. Девушка ушла, ничего больше не сказав, а Светозар ещё какое-то время отупело смотрел в никуда. Пока аромат кофе и яиц с жареным беконом не долетел до него. Практически вталкивая в себя еду, он беспрерывно думал об этих злосчастных нитях, пытаясь уловить хоть какую-то связь меж ними, Морозовыми и Ариадной. И, когда чашка с тарелкой опустели, а на тарелке с чеком лежала купюра, то ответа он так и не нашёл. Не дожидаясь сдачи, Светозар покинул кафе. Он понимал, что встреча с Ариадной неизбежна, но сейчас он к ней определённо был не готов. Со стороны отца помощи ждать не приходилось. Несколько лет кряду их склоки не угасали. Лет пять назад они души друг в друге не чаяли. Белотур сам подталкивал сына к странствиям и поискам. Более того, чем дольше они длились, тем больше тот радовался. Говорил, что сын набирается в них опыта, так необходимого будущему хозяину Медной горы. А теперь, как только Светозар собирался за порог, так его отец чуть ли не грудью преграждал ему путь. И, сколько бы тот не вопрошал «Почему?», Белотур был непреклонен. В результате нить доверия между ними постепенно истончилась и практически исчезла. Поэтому достав телефон из кармана, Светозар набрал номер того, кто понимал его, пожалуй лучше его самого. — Макс, привет. Не отрываю? Максимилиан Шелби — его лучший друг в мире магии. Только он один знал о Светозаре практически все, не считая того, что тот сам о себе не знал. А, может, даже и это, только не рассказывал до поры до времени. — Ты? Отчего? — Ты, где сейчас? — А, где надо быть? — Я сейчас в Керчи. Нашёл кое-что, точнее кое-кого. — И насколько все плохо? — Три дня. — Сегодня к вечеру могу быть у тебя. — Идёт. Порт или вокзал? — Аэродром. Макс не признавал лёгких путей ни в чем. Аэродром города Керчи с советских времен не принял ни одного воздушного судна. Да что там судна, там и полосы-то наверное не осталось. А, с другой стороны, это было идеальное место для встречи двух представителей великих магических родов. День только начался и в ожидании вечера Светозару необходимо было себя чем-то занять. Он мог, конечно, вновь перелопатить всю историю рода Морозовых или погрузиться в собственное подсознание, чтобы распутать этот кокон зелёных нитей, но предпочёл более мирное, «простецовым» (простецами называют всех, кто не обладает магической силой) делом. Проще говоря, он решил искупаться в море и понежиться на солнышке. И возможно потом пробежаться по пляжу. Вообще физическая форма для любого мага не пустой звук, но для Светозара это своего рода пунктик. Он всегда уделял этому особое внимание. Всегда следил за тем, что и сколько он ест, а главное много времени проводил в спортивном зале «Медной горы». Интеллект и физическая форма равно важны, говорил он. И никогда не отступал от своих слов ни на шаг. Утро выдалось солнечным и безоблачным, что предвещало только жаркий день. И это не могло не радовать обитателя горных подземелий. Светозар прошёл к морю. Дул лёгкий ветерок с воды. На пляже было немноголюдно, как не странно для разгара сезона. Хотя, как посмотреть. Август это скорее межсезонье. Лето отгремело, а бархатный сезон ещё не наступил. Лучше не придумать для того, кто одновременно не любит толпу и пекло. Светозар переоделся в плавки и с разбегу нырнул в морские волны с головой. Ничего лучше нет на всем белом свете, чем тёплая волна, ласкающая тебя, словно руки матери. Он раскинул руки и ноги, прикрыл глаза и погрузился в сладостную негу. Пришлось немного подключить магию, чтобы вновь не очутиться в коконе зелёных нитей. Но это стоило того. Почувствовав такой долгожданный прилив сил, Светозар перевернулся на живот и королём поплыл к самым дальним от берега буйкам. Он мог бы и дальше поплыть, но пугать людей вокруг не хотелось, да и ни к чему это. Проплыв туда обратно по линии буйков, он вернулся назад и спокойно вышел на берег. Вытер лицо футболкой и сел прямо на прогретый утренними лучами песок. Вода струйками стекала с его русых волос, приятно охлаждая спину. — Красота, — сорвалось с его губ, подернутых довольной улыбкой. — Тоже любите, когда ни души вокруг, — подхватил сидевший неподалеку парень с пляжным полотенцем на спине. — Во всем своя прелесть. — Не пытайтесь. Только силы зря потратите, — со знанием дела проговорил он, не поворачивая головы. В мире была только одна вещь, которую он чуял за версту и на дух не выносил, а именно, контроль в любом виде и форме, и не важно, кто его осуществляет. Отец или, как сейчас, судя по ментальной защитной стене, служитель службы по надзору за неправомерным использованием магии. — Что ему здесь надо? Неужели тот кораблик из табачного дыма теперь повод для интереса подобных структур, — подумал Светозар, но озвучил совершенно иное и уже не таким дружелюбным тоном, — С кем имею честь, простите? — Это неважно. И вас, пока никто и ни в чем не обвиняет. — Ну, уже хорошо. Тогда, чем же я могу быть полезен? — Вам знаком Максимилиан Шелби? — Странный вопрос, вы не находите? — Тем не менее. — Да. Это мой лучший друг. А, что у него какие-то проблемы? — Пока нет, но раз он ваш друг. — Лучший друг. — Тем более. Вы вероятно поможете нам выяснить кое-какие детали одного дела. — Его в чем-то подозревают? — Тайна следствия. — Превосходно. Тогда, что вы от меня хотите, чтобы я на него донес? — Вы с ним сегодня встречаетесь? — Допустим. — Мы всего лишь просим вас нам помочь и рассказать содержание вашей беседы. — Прелестно. Но я не стану стучать на него. — Разумеется. Но наша помощь может быть взаимовыгодной. — Не думаю. И, полагаю, наш разговор окончен. Парень ничего не ответил, просто встал и пошёл прочь. — Во что же ты опять влип, Макс, — прошептал Светозар, провожая боковым зрением надзирателя. После чего тоже встал, включил музыку на телефоне, повесил его на руку, воткнул наушники в уши и побежал по кромке воды. Остаток дня пролетел гораздо быстрее, чем думал утром Светозар. После изнурительной пробежки, он ещё раз искупался и вернулся в свой дом. Там пообедал и посвятил несколько часов изучению имеющихся у него материалов о Морозовых. Когда на город опускались сумерки, у него по-прежнему было только чутье, что Ариадна как-то с ними связана. Но это было всего лишь чутье. Никаких связей он так и не отыскал, к сожалению. Вся надежда была на Макса, на встречу с кем Светозар сейчас и спешил. Относительно полосы он, действительно, оказался прав. Она практически отсутствовала, как и жизнь в полузаброшенном здании аэродрома. Хотя свет ещё горел в нескольких на удивление целых окнах. Соответственно, туда соваться не следовало. В одном из отдалённых ангаров с прохудившейся в нескольких местах крышей, в глаза бросился сверкающий своей чистотой одномоторный самолёт, вроде кукурузника. Само собой это и был Макс. — Брат! — встретил он друга радушными объятиями и широкой улыбкой, спрыгнув из кабины на землю. — И я рад тебя видеть, Макс, — Светозар похлопал его по плечу, — Отличный аппарат. — Машина — зверь, — похлопал легонько по фюзеляжу, — Хочешь опробовать ее в действии? — Может, позже. Слушай… — Да, извини. Я тут, — Макс подозрительно замялся. Светозар не мог припомнить, чтобы он чего-то утаивал от него, хоть раз. — Выкладывай, — и взяв друга за руку, отвел его в дальний угол ангара. — Не, ну, брат. Не надо тебе это. У тебя своих забот хватает. — Слушай, лучше сразу прекратим этот балаган, чем я снова буду убегать от надзирателей. Что ты сделал? — Они уже были у тебя? — На пляже. За дурака меня держать пытались. — Извини, братан. — Так, что? — Екатерина, — присел на корточки Макс и достал фото из кармана. Максимилиан и Екатерина встретились, когда обоим было лет семь-восемь. Она поступила в «Лагардию» в середине учебного года и оказалась в классе Максимилиана. Ее рыжие кудри поразили его в самое сердце. И с тех пор он никого кроме неё не замечал. А она откровенно играла им, как забавной зверушкой, что ходит за ней хвостом. — Брат, — Светозар присел рядом. — Я знаю. Я все сам знаю. Но я не мог поступить иначе. — Я-то тебя понимаю. А они вряд ли оценят твой порыв. — Я жить без неё не могу. Я должен был это сделать, понимаешь? — Понимаю, а что именно ты сделал? Макс встал, достал сигарету и закурил. Он несколько раз жадно затянулся, прежде чем начал снова говорить. — Я-я. Я убил его. — Мага? — прошептал Светозар. Макс отрицательно покачал головой. Повисла звенящая тишина. — С помощью магии? — выдавил из себя Светозар. — Да. — Брат. И, что она? — Она исчезла. И, пожалуйста, давай, больше не будем об этом, — на нем лица не было. — Хорошо. Просто знай, — положил другу руку на плечо. — Расскажи лучше, что у тебя стряслось. — Да, я по сравнению с тобой младенец в яслях. — Ну, это как посмотреть, — сдержанно засмеялся Макс. — Короче, наткнулся я тут на одну странную вещь. Суть в том, что есть одна девушка, определённо маг и очень сильный, надо заметить. Зовут её Адриана Молчанова, — протянул он Максу её визитку, — Но уверен, что это ее не настоящая фамилия. — Уверен? — вскинул он брови. — Ладно, чувствую, потому что пока кроме аромата вишни и зелёного цвета энергии об этом мне ничего не говорит. — И похоже она точит на тебя зуб, да? — Да и это еще один аргумент в пользу моей версии. Только одна загвоздка. Если я прав, то у всех, а у моего отца, в частности, самые большие проблемы. — То есть ты предполагаешь, что она… — Да. — Твою мать. И какие есть предложения? — В том-то и дело, что я в тупике. Если она это она, то мне надо подготовиться, рассказать все отцу. А, если нет? Что, если я ошибаюсь? — А, может, имеет смысл посмотреть на нее? — Она душит меня ментально на расстоянии, а что будет, когда мы встретимся? — Так, а для чего нужны друзья, м? Я мог бы вообще выступить от твоего имени. Незаметно прощупать почву. — Вообще мысль не плохая. — А то! Да и перед смертью ж не надышишься. — И то верно. Светозар проводил друга до своего дома, чтобы они могли привести себя в порядок и принять более солидный вид. И спустя пару часов и один телефонный звонок они бодрой походкой направлялись к ресторану «Fishka». — Добрый вечер, — встретила их девушка, выходя из-за барной стойки, — Будете вдвоём? — спросила она, предлагая им столик у окна. — Мы ожидаем даму, — обворожительно улыбнулся Макс, занимая место лицом к двери. Светозар же сел напротив него. — Могу что-то предложить, воды, вина? — Да, давайте начнём с вина, белого сухого, на ваш выбор. — Приятного вечера. — Расслабься, брат! Я тебя прямо не узнаю. Судя по голосу, ей лет шестнадцать, максимум восемнадцать и она больше твоего напугана. — Ваше вино, — девушка ловко открыл бутылку и налила пробную порцию в бокал Макса. Он пригубил и одобрительно кивнул. Тогда она наполнила его бокал и бокал Светозара, — Что изволите к вину? — Нам сырную тарелочку, сальца и кафель. — К рыбе, может, гарнир какой-то? — Рис, — наконец-то заговорил Светозар. — Что-нибудь ещё? — Позже, возможно. А, пока нет. — Выпей вина, станет легче. Умеют все-таки у вас вина делать. — Что есть, то есть, — пригубил вина Светозар. Ариадна появилась в стенах ресторана, немного опоздав к условленному времени. На ней было довольно яркое платье в крупный зеленый горох на темно-синем фоне, в стиле пятидесятых годов. И венчал образ аккуратный пучок пепельных волос в стиле той же эпохи. — А вот и она, — одними губами проговорил Макс, вставая со стула, — Прошу, мы вас уже ждём, — на его лице просияла фирменная улыбка. Светозар немного замешкался и встал ровно в тот момент, когда девушка поравнялась с их столиком. Их глаза встретились, и по его спине побежали мурашки. — Присаживайтесь, — пододвинул ей стул Макс. — Благодарю, — Ариадна слегка склонила голову. — Сразу видно, что вы человек творческий. — Просто у подруги сегодня тематическая вечеринка. — Постараемся вас не задержать, верно, Светозар? — Да, конечно, — ее изумрудные глаза магнитом притягивали его взгляд к себе, отчего ему становилось ещё более, чем прежде. — Что-нибудь желаете? — вклинилась в их беседу официантка. — Нет, — отрезала Ариадна. — Позвольте вас угостить, — вмешался Макс, — Принесите нам, пожалуйста, зелёный чай и ваши фирменные пирожные, — девушка удалилась, и Макс добавил, — Лишь для снятия напряжения. А то здесь скоро все вспыхнет, так много искр между нами летает. Ариадна только смущённо опустила взгляд в пол. — Простите, если смутил вас, я вовсе не это предполагал, — сделал он глоток вина. — Да. Время, у меня его не так много. — Конечно-конечно. Собственно, я пригласил вас, чтобы сделать одно предложение. — Да, вы говорили об этом по телефону. Но в чем его суть я так и не поняла. — Я говорил о том, что являюсь представителем одной уважаемой школы и хотел бы предложить вам в ней обучаться. На бюджетной основе, разумеется. — Это художественная школа? — Отчасти. И мы по всей России ищем особо одарённых детей. Так сказать, даем шанс лучшим из лучших. — Но я не думаю, что подпадаю под категорию детей. Мне через месяц восемнадцать исполнится. Да и мой опекун вряд ли одобрит. — Вы находитесь под опекой? — сохранявший до этого молчание Светозар внезапно нарушил его. — Да, мой опекун, вернее опекуны Анна и Валерий Молчановы. — Понятно. Но разве они не желают вам лучшего? — Конечно, желают, как и любые родители для своих детей. Пусть и не родных. — Тогда, если вы позволите, то мы бы с радостью убедили их в том, что наша школа это лучшее место для вашего самого светлого будущего. — А, как называется ваша школа? — Медная гора. Вот, можете посмотреть наши брошюрки, — выложил на стол заранее подготовленные и отредактированные рекламные листовки Макс. — Спасибо. Я же могу подумать. — Безусловно. Столько, сколько вам нужно. Это моя визитка, — протянул ей свою фальшивую визитку Макс, — звоните в любое время. — Спасибо, — взяла она то и другое и встала. А следом за ней поднялись и Макс со Светозаром. — Посчитайте нас, — вскоре после ухода Ариадны попросил официантку Макс. И расплатившись оба также покинули заведение. К тому времени на город опустилась ночь. На чистом небе мерцали звезды. Шумел прибой. На улицах было пустынно, только с пешеходной улицы Ленина доносились отзвуки веселья. Под обоюдное молчание два мага вышли на набережную и сели на параметры, чтобы быть ближе к воде и лицом ловить солёные брызги. — Что скажешь? — закурил Макс, предварительно предложив сигарету другу. — Очень странное чувство. Двоякое я бы сказал. О своих силах она точно не знает. И ее наивность не притворство. Но в тоже время в ней, будто ещё кто-то сидит. И вот он точно знает, чего хочет. Его ненависть пронизывала меня насквозь. — Так может и сила его? — Нет, хотя он и сам не простец, далеко не простец. Но без ее силы, он мало, что может. Не исключаю, конечно, что это временно. Я видел такое уже и не раз. — Может, это ее опекун? — Не знаю, я не видел его поэтому мне сложно судить, чья в ней энергия. — А ее зелёная? — Однозначно да. — И, что же получается, она… — Этого точно не может быть. — Ты уверен? — Пока ты не спросил, был уверен на тысячу процентов. Есть только одно место, где я могу убедиться в этом снова. — Это где ж? — Секретное хранилище библиотеки Ивана Грозного. — Извини, брат, но тут я тебе не помощник. Мне под вашу гору путь заказан. — С каких это пор? — С тех самых, как там надзиратели обосновались. — Так вот, почему отец хотел меня домой вернуть раньше срока. — Думаешь… — Я уже давно ничему не удивляюсь. Но вернуться не могу, надо теперь понять, кто её опекуны и убедить их, чтобы отправили её в Медную гору. Такую силу надо контролировать. — Короче, дел невпроворот. — Как всегда. Ты останешься? — Рад бы, да не могу. Сам понимаешь. — И все же не прощаюсь. — На связи, — похлопал по спине друга и отправился в сторону аэродрома.