Это все ещё прекрасно?

Чистокровное общество – это театр, в котором все знают, что их обманывают, и обманывают сами, не питая никаких надежд на то, что кто-то их не раскусит. Они продолжают играть свои роли, уверенные, что так надо, они просто не могут по-другому. Они знают, что всё это ложь, но их маски уже срослись с их кожей, и будет слишком больно пытаться изменить что-то. Маски удобны, скрывают все недостатки, создают красивую картинку, а реальность жестока, уродлива и ломает кости. Они будут играть и дальше, надеясь, что когда-то их роли всё-таки подойдут им настолько, чтобы больше не хотелось почувствовать боль, лишь бы прекратить играть их. И теперь Грей главный в этой бессмысленной игре, где показать истинные чувства — это проиграть. В кабинете у Снейпа все было так как и предполагалось, мала света, без окон и с мрачной обстановкой словно в фильме Тима Бертона, только без забавного Битлджуса на заднем плане. Была только гнетущая атмосфера точно такая же, как и в домашнем кабинете Снейпа, где за частую прятался Поттер, когда ему хотелось остаться совсем уж одному. В кабинете у опекуна перед его столом лежит огромный ковёр, старый, темно зеленого цвета с черными вставками, но при этом ковер очень мягкий, и ко всему прочему единственный в доме, Гарри любил лежа на нём слушать музыку, смотря на старый потолок, который умолял о ремонте. Поттер так сильно любил ковер опекуна по той причине, что от него пахло порфированым маслом Снейпа, который пролил на последний сам мужчина, от чего от ковра шел аромат Бергамота, и терпкого дикого меда и хвои. Так же пахло и от самого профессора, но из-за своей работы от него так же исходил аромат пергамента и чернил, а иногда и трав, уже даже было нельзя понять каких именно трав. Поэтому у мужчины и было такое странное масло для тела с ароматом бергамота, меда и хвои, это был сильный аромат, который скрывал другие запахи. Прошло чуть больше недели с того дня, как Гарри вступил в Рыцари Хогвартса. Как бы не хотелось жаловаться подростку на элиту Хогвартса в клубной комнате ему более чем нравилось, ведь за это время он не плохо поладил с Роном и Гермионой. Хотя последнее из-за вечных нападок Слизерина приходилось не шибко просто в клубе, но даже вечные шуточки и подколы Малфоя не глушили духа Гермионы стать одной из Рыцарей. Чем неустанно восхищался Поттер. Так же Гарри удалось найти общей язык с его соседями, что было удивительно, но все заключалось в простых вещах. Парни оказались на совесть чистоплотными и тихими, учитывая, что Забини и Малфой без конца где-то пропадали, что было хорошо ведь так Гарри мог спокойно учиться и даже общаться с Ноттом. Которого подросток считал своим приятелем учитывая, что каждый вечер парни разговаривали и Теодор за частую помогал Поттеру с уроками. Но разве что-то хорошее может длиться вечно? Больше всего на уроках Снейпа подросток не переносил тот факт, что профессор посадил его с Малфоем считая, что последний поможет Поттеру поднять его навыки зельевара. Но единственное что поднималось у Поттера на уроках у Снейпа так это давление. Сегодняшнее задание было следующим, из подготовленных на прошлых занятиях ингредиентов приготовить согревающие зелье, оно было простым. Так по крайне мере трижды повторил профессор, а Малфой вёл себя так словно его не зелье попросили приготовить, а заварить чашку чая, от чего даже Поттер не ощущал напряжения предполагая, что задание действительно будет простое. Все без возражений приступили к варке, Поттер в очередной раз был ассистентом Малфоя, тот в свою очередь был очень сосредоточен и профессионален, варил зелье как взрослый и точно знающий человек что он делает, даже не заглядывая в книгу четко контролируя каждое свое действие, и иногда давая указания Гарри. Несмотря на то, что у Поттера был опекуном сам Снейп с зельями у Гарри было все максимально не просто, как и с защитой от тёмных искусств. Когда Поттер в последний раз попытался себя защитить лишь сломал руку своему партнеру на тренировке и не то, чтобы с помощью магии скорее из-за её буйства. Парню аж, вспоминать стыдно было. И не сказать, что хоть какие-то уроки кроме Магловеденья шли у Поттера лучше, чем кошмарно, или же ужасно, что подводило его к мыслям о том, что маг из него попросту никудышный. У Гарри даже цветок на травологие приказал долго жить, и тогда Поттер припомнил сам себе что единственное растение, которое у него не гибло за всю жизнь это карал в его аквариуме с рыбкой, которая осталась дома в его комнате. Подавая необходимые ингредиенты, Поттер следил за Малфоем который, не глядя на него что-то бормотал себе под нос, при этом помешивая зелья. Гарри же крутил в руках мисочку с перцем который по рецепту нужно было добавить в зелье. Варка у парня вызывала лишь скуку, в то время как все были максимально погружены в процесс, от чего Поттер рассматривал в очередной раз своего партнера, сегодня Малфой не убрал волосы назад как делал обычно от чего выглядел необычайно привлекательно смутно кого-то такой взлохмаченной прической напоминая. Забывшись Малфой отвлёкся на учебник при этом обращаясь к Поттеру ведь подходило время добавить порошок розового перца. Но только одну четверть унции, а то если добавить больше нужного на данном этапе из зелья энергетического типа можно было сотворить сонную пену, которая своим видом напоминала слоновью зубную пасту. И если пена попадала на кожу человеку тот падал без чувств, что могло привести к суточному сну или даже коме, смотря на то, как отреагирует организм мага на порцию пены. Но Малфою, казалось, раз Поттер столько учиться, и даже знал состав зелья то наверняка знал сколько именно было необходимо добавить перца, поэтому блондин и не следил за своим оппонентом решая сравнить своей результат с инструкцией из своих записей. Драко махнул рукой, в то время как Гарри вздохнув с горькой печалью опустил глаза на котел, в последний раз прокрутив в пальцах маленькую ступку с перцем высыпал в зелье все содержимое. Как только молочного цвета зелье соприкоснулось с большой порцией перемолотого перца по всему подземелья прокатился звук взрыва. В лицо Поттера ударила жгучая розовая пена, которая хлынула из котла на пол и всех рядом стоящих в паре метрах. Малфой едва успел поставить барьер от пены, иначе бы не избежал бы ожогов в лучшем случаи, а в худшем потери сознания. С минуту все молчали даже Снейп не находил что сказать, все взгляды были устремлены на Поттера, который стоял измазанный в пене с закрытыми глазами, казалось, он даже не дышал. Пена была во рту у Поттера, в момент взрыва он ахнул, и та осела на губах и языке подростка, горькая и жгучая. Радовало, только то, что пены не попала в глаза, подростка спасли его же очки, но вот их это особо то и не спасло, от чего Снейпу придаться уже в третий раз за год покупать новые очки своему приемному сыну. Первым оживился профессор, он, ничего не говоря отступил от своего стола, возле которого стоял во время взрыва, направляясь к своему неумелому сыну профессор по пути убирал последствия неверно приготовленного зелья, которое ещё пару минут назад можно было назвать лучшим, не без трудов мистера Малфоя. Пары взмахов палочки было достаточно чтобы в подземелье можно было вновь смело дышать, пена оставалась лишь мелкими клочками на Поттере. Драко который стоял совсем близко с Поттером в очередной раз благодарил мысленно мать, за то, что та научила ставить сына магические барьеры. Нарцисса любила повторять: «Магия, сынок, дело не из простых, и, если кому-то она даётся легко другим, ой, как не просто, из-за чего за частую страдают те, кому давалось проще». По всей видимости совет был из личного опыта. И, пока Малфой не спешил снимать своего барьера, Поттер стоял все так же не подвижно с опущенной головой, от чего можно было даже подумать, что он спит. Но Снейп посчитал что в парне наконец проснулось чувство стыда и лишь поэтому он не смотрел в глаза и молчал, и ведь такое поведение было логичным особенно после такого смущающего момента, когда ты оказался с ног до головы в пене розового цвета. -Печальное зрелище. -Гарри продолжал молчать, не подавая признаков жизни стоя как статуя самому себе. Что отказывался замечать профессор, но не сумел не заметить Малфой находясь меньше чем в метре от Поттера. -Вы как ваш отец, высокомерны, но при этом не обладающий ни малейшими знаниями в отличие от него. Вы не способны сварить зелье, которое варят дети возрасте шести семи лет, Поттер? Вы, сплошное недоразумении, разочарование! Уходите, прочь из моего кабинета пока не найдёте хоть грамм ума в своей пустой голове. - Поттер все так же молчал, что начинало пугать Малфоя ведь он видел каким был его сосед, успел познать грани его вспыльчивого характера, хватало лишь короткой искры, не верного слова, чтобы Поттер едва ли не с кулаками кинулся на того, кто посмел о нем как-то не лестно отозваться. -Поттер, ты как живой. -Малфой мягко взял парня за ладонь, что тоже было за гранью того, что мог позволить Поттер окружающим его людям, подросток буквально не переносил на физическом уровне, когда его кто-то касался. Но в тот момент Поттер даже бровью не повел, и тогда Малфой вновь вернулся к предположению о том, что его сосед уснул. Но тогда вопрос, как Поттеру удавалось стоять хотя он спал. Снейп так же замер, когда заметил, что на его колкие слова сын Лили все так же молчал с опущенной головой, и тогда уже и сам мужчина потянулся к парню. -Гарри? - Но стоило профессору лишь поднять руку как Поттер словно пробудился от глубокого сна, в котором прибывал последние месяцы, парень поднял голову смотря на всех, кто был в кабинете. Бледной лицо, на котором были безжизненные глаза Поттера, который смотрел словно мимо всех, кто был рядом с ним, и это пугало, на столько что некоторые девочки хватались друг за друга или же прятались за парней. Водя зелеными глазами по кабинету, Поттер не на чем-то определенном не останавливался его словно ни чего и не интересовало, пока он не сжал свои ладони, и тогда опустив глаза он увидел чьи-то пальцы что сплетались в замок с его. Взгляд пополз по руке человека что держался за него, и глядя в красивое лицо парень приоткрыл губы, беззвучно спрашивая: «Мы знакомы?». Ощущая тепло в своей руке, подросток смотрел в глаза Малфою, и парень серыми глазами не пытался спрятать свой взгляд, он не был смущен или напуган, скорее в его глазах была уверенность. Затянув воздух сухими губами пару раз моргнув, словно сбрасывая себя вуаль сна, парень вновь заглянул в глаза незнакомца. -Кто ты? -За призмой мутных глаз виделся блеск разума, который терялся в происходящем. -Почему держишь мою руку? - Услышав вопрос Поттера, на Малфоя нахлынуло смущение, а в памяти промелькнул их недавний поцелуй, после которого следующие дня три губы Драко не истово покалывало. Не сумев справиться со своим смущением, подросток откинул руку соседа в сторону, словно та была поражена смертельной болезнью, Поттер отступил, так словно его ударили. -Прости, мерзко. Я знаю. -В голосе у Гарри больше не было надменности, или же стали которая не позволяла даже мысленно начать над ним подшучивать в обычное время, отчего Малфой ощущал себя странно, словно вновь ранил Поттера. -Нет… просто, я. -Не найдя слов, Малфой решил промолчать так было проще чем искать какие-то отговорки или оправдания. Гарри не было обидно, хотя было, но не так сильно, как раньше ведь теперь у него были люди, которые научили его жить с прошлым уже не боясь его. Отведя свой взгляд от незнакомца, парень встретился с карими глазами, которые были почти чёрными. По телу прошелся мороз, а в голове яркими вспышками заиграли картинки. -Ты. -Прохрипел Поттер, глядя на этого мужчину что вызывал в нем чувство гнева, страха и отчаянья. Отступив, подросток хотел бежать, но место было ему не знакомо, и он не мог найти свою семью… Хотя та была ещё ровно пару минут назад рядом, Артур, Афина. -Где я? -Гарри. -Снейп потянулся к своему сыну, он вел себя с парнем так словно перед ним был дикий котенок. И Поттер не спешил переубедить незнакомца в обратном грубо ударив того по руке, после чего выскочил из-за стола в проход между рядами. -Ты больше не прикоснешься ко мне! -Глаза подростка становились ярче словно в них кто-то зажёг огонь, все то время что парень был рядом со своим опекуном его глаза едва можно было назвать зелеными ведь на столько они все время были тусклыми и печальными. Словно подросток все то время тонул в море печали, и никто не мог его спасти. Все было либо черным, либо серым, и сейчас увидев живой огонь в таких изумрудных глазах, вновь схожих с Лили, Снейп понял, что в день, когда сделал из Грея Гарри, он убил в парне что-то глубоко живое, что делало его им. -Гарри. -Заткнись! Закрой свой поганый рот! Сколько ещё мне сука повторять что я не Гарри, меня зовут Грей. Где мой отец? -Не сводя глаз с мужчины Грей отступил к огромным прочным дверям норовя сбежать, как следовало поступить, как только предложил такой расклад Ноа. Подросток выпрямился, начиная мотать отчаянно головой в поисках своего принца. -Принц? -На свое глупое прозвище парень чаще всего отзывался в пару секунд с широкой улыбкой называя Грея: «Моё чудище». -Принц? -Страх стал подниматься от самых кончиков пальцев по всему телу от чего в мгновение ока на глазах у Грея выступили слезы. -Ноа! -Гарри! – И тогда Грея поразили воспоминания о Ноа, и его обещание, сегодня, завтра и всегда. И что этот человек в черном, он забрал у Грея абсолютно всё. Ноа его не помнит, а сам Грей даже и не знает где он, кто он, и что с ним теперь будет. -Вау, охуенно прям. -Слезы покатились по лицу подростка, и он полностью разбитый развернулся и медленно побрел к дверям. -Грей подожди. -Снейп даже не пытался вновь призвать к фальшивым воспоминаниям Поттера понимая, что незнакомое имя лишь злило парня. Профессор последовал за подростком, который шёл едва ноги поднимая Грея хватало лишь на то, чтобы сдерживать свои рыдания. -Малфой следи за всеми, оставайтесь на своих местах! -Что с Гарри? -Пропуская слова профессора мимо ушей из-за стола подскочила Гермиона а за ней хвостиком и взволнованный Рональд, оба смотрели на Поттера ничего не понимая, в то время как парень, прижимая ладонь к губам вышел из кабинета. Профессор же отвечать не стал, все, о чем он мог думать это Поттер, который в данный момент не был пессимистичным угрюмым подростком с дурным нравом, это был сильный, грубый, и совершенно не предсказуемый Грей, которого если честно даже сам Северус не много опасался помня, тот случай на корабле, когда парень выкинул его не контролируемой магией за борт. Поэтому забывая о двух десятках студентов обоих курсов, профессор побежал за своим приемным сыном. Северус догнал Поттера без особых усилий не то, чтобы парень пытался сбежать, он просто боролся со своими подмывающими эмоциями, но даже в отчаянье, Грей не позволял себя трогать, особенно такому низменному человеку, коем он считал Снейпа. Так продолжалось дважды профессор старался остановить Поттера, а тот все скидывал руки мучителя со своего тела. И в момент, когда, двоя уже дошли до верхних этажей Снейп вновь положил руку на плечо Грея, и в этот раз парень просто не выдержал. Это напоминало взрыв. Всплеск волн об камни, миг, когда все вспыхивает от одной лишь искры огня. Грей, развернувшись врезался ладонями в стену возле огромного ветрового окна, где девушка тянулась к свету в разных цветах стекла. Сердце подростка заходилось в бешеном ритме, он не мог нормально дышать, казалось у него сердечный приступ, и эта боль, она сжырала его душу, как дикие животные рвут плоть пойманных ими дичи. И в ту минуту, той самой умирающей дичью был Грей. А ведь ему казалось, что боли больше не будет, что после всего что он пережил, после вей той боли, всех тех мук и страданий, он обрел спокойствие. Но нет, его судьбе видимо мало, и теперь вся та боль и печаль, которую он подавлял рвалась на волю. Тот, кто привык подавлять чувства, не знал, что будет выпусти он все из себя, но при этом на кромки его сознания голосом его отца, шептало его подсознание: «Выпусти это». Слова словно сводили его с ума, борясь со своими чувствами Грей провел ногтями по холодной каменой стене, мотая головой, ощущая соль на своих губах, в то время как во рту был вкус меди, такой давно знакомый вкус собственной крови. А голос все шептал, и он не намерен был замолкать: «Выпусти всю печаль, страх и злость, что поселились у тебя внутри». И Грей так поступал. Грей так и поступал, когда рядом был Артур, который мог справиться с его чувствами, когда всегда был Сэм что мог выслушать подростка, ведь он знал о таких все поглощающих чувствах, и была ещё Аника, которая могла и не знать всех тех чувств, но она была рядом, и всегда бы подержала, она была рядом. А теперь Грей один, совсем один, и не было Ноа, а без него жизнь вновь теряла свои краски, без всех них. И тогда какого черта, Грей должен и дальше держать свои чувства в узде? Кулаки сами собой сжались, от чего ногти болезненно уперлись в ладони подростка, пока тихий шепот заполнял все во круг подростка: «Выпусти всё». И Грей выпустил. Первый удар с такой силой встретился с каменой стеной возле которой парень и стоял все то время пока возле него был профессор. Снейп отшатнулся, ведь он никогда не видел такой ярости у одиннадцатилетнего парня. За первым ударом последовал второй, и на стене стали оставаться кровавые следы, кулак съехал и удар пришелся по окну, то не выдержало и с треском лопнуло, осыпавшись под ноги подростка. Шум заполнил коридор и за секунду из-за двери в кабинета Защиты От Темных Искусств показались головы студентов. -Грей. -Не останавливаясь, не обращая ни малейшего снимания на разбитые костяшки и боль, Грей все так же бил по стене, ведь физическая боль и в сравнение не шла с моральной, которая уже выжгла остатки его души, ту, что годами поглощали звери, которых от чего-то в приличном обществе было принято считать людьми. Слезы скатывались по бледному лицу парня, пока профессор вновь пытался схватить подростка за плечо, но Грей угрем выскользнул из рук мужчины. Подняв свои глаза на лицо того самого, в ком парень теперь видел чудовища не хуже тех, что преследовали его самого детства, дрожащим от боли голосом, ломающемся под натиском слез, парень спросил. Даже не понимая, что он кричит, отчаянно кричит, так чтобы его уже наконец услышали. -Что ещё тебе надо?! – На крик из кабинета показался уже, и профессор по Защите. Но его Грей даже не видел, все что было перед его глазами это лицо Снейпа, человека что забрал у него всё, буквально всё. Его семью, воспоминания, имя, и даже чертову индивидуальность. Все чем был Грей, кем он когда-то мечтал стать, смешалось с ворохом воспоминаний, которых никогда у него не было, которых просто физически не могло быть, и в которых он бесконечно был одинок и несчастен. Грей не видел, как профессора общались с помощью взглядов, не замечал, как профессор Квиринус Квиррелл спрашивал у Снейпа нужна ли его помощь. На что последний лишь покачал головой боясь, что если выступит ещё один незнакомый человек Грей буквально сорваться, и тогда уже было не известно, чем могло все закончиться, учитывая какое могущество таилось в теле одиннадцатилетнего парня. По пальцам Грея стекала кровь, та густыми каплями разбивалась об каменный пол пока парень смотрел в глаза чудовищу. Снейп же видел в изумрудных глазах Поттера отражения его матери, вот только даже в самые ужасные ссоры с Лили, та никогда с такой ненавистью не смотрела на него, как смотрел её сын. И не говоря больше ни чего, Грей отвернулся от монстра желая просто уйти, остаться одному хоть на минуту, одну чертову, долбаную, прокляни её дьявол, минуту, это было не так уж и сложно. Но стоило только развернуться как оказалось, что за его спиной уже стоял едва ли не целый коридор студентов, которые выбрались из кабинета по защитным чарам во главе с профессором. Но даже если бы хоть кто-то из них попытался бы остановить Грея, парень бы продемонстрировал умения, которым его научила непосредственно Аника, и тогда уже всем этим подросткам понадобился бы хороший хирург и знатный ортопед. Но к своему счастью, когда Грей пошел на студентов, те не стали преграждать путь, они на оборот расступались перед ним. Парень никого не видел, просто шёл, его тело подрагивало в коротких судорогах, а разбитая рука пульсировала от жгучей боли. Желая минутного спокойствия, Грей просто хотел выйти на улицу, почувствовать ветер у себя на лице, ощутить ложный миг свободы, но при этом суметь сделать полной грудью холодного воздуха вдох, всего один, а дальше уже как пойдет. Но когда, слегка качаясь Грей двигался в сторону арки, через которую можно было выйти, перед ним встал парень, высокий с темно русыми волосами, что красиво спадали на приятные карамельно-карие глаза с медовым вкраплениями ближе к зрачку. -Что? -Голос у Грея был надломлен, он звучал так жалко, как в те ночи, когда парню казалось, что его жизнь, это ад, из которого нет и проблеска света, и что его жизнь так закончиться в пыли, в липких выделениях, и крови. И никому не будет даже дела, если сердце сироты остановиться. -У тебя кровь. -Парень мягко, словно даже с заботой, в которую Грей уже давно перестал верить, направил на раны на руке подростка свою палочку, и с губ цвета чайной разы сорвалось заклятье, и раны стали затягиваться, и уже через минуту там остались лишь рубцы светло розового цвета. поднял руку Грея и направился ранена конечности палочку. Вот только с ранами и кровью боль не утихала, на оборот она лишь возросла, ведь уже нельзя было хоть немного отвлечься на физическое жжение, все снова заполняла та поглощающая тьма печали и отчаянья, из которой видимо, как и из болота, невозможно было выбраться. -Мне больно. -Грей смотрел на порезы, которых не было, и тело содрогалось, слезы все так же крупными каплями срывались с ресниц, иногда будучи такими большими спадали на пол, не касаясь даже лица. -Где? Я попробую залечить твои раны. -И тогда, Грей положил руку себе на грудь там, где были остатки его сердце, которое уже сложно было назвать таковым, ведь то давно сгорело в агонии, под натиском боли от сожранной души. -Ты не можешь. – Если бы у Грея были бы силы, если бы он был хоть не много самим прежним он бы мог даже найти силы чтобы хоть не много улыбнуться Седрику. Но сил не было и Грей, едва держа свое тело уперся руками в колени тяжело дыша, чувствуя как у него поперек горла встал ком из подавленного крика, который, так и просился наружу, как рвота. Седрик, будучи простым подростком не знал, что ему делать в подобной ситуации, он понимал, что надо было что-то сказать, сделать, но одно дело было залечить видимые раны, а другое коснуться разорванной души парня, которого сам Диггари толком и не знал. И тогда на помощь пришла Джемма, она, убрав волосы за уши встала перед Седриком пугающе близко к Поттеру, который все так же тяжело дышал, так словно задыхался в собственном теле. -Привет Гарри. – Джемма совершенно не ожидала увидеть Поттера в таком состояние, ведь он казался таким сильным, наверное, даже слишком сильным, а тот единственный раз, когда девушка видела его страх был связан с Малфоем. И наверное, Джемме даже хотелось, чтобы и в этот раз был виноват мелкий принц, так было бы на много проще, чем если бы срыв Поттера был связан с его демонами о которых девушка пускай и догадывалась, но к которым не стремилась лезть. - Тебе снова Малфой донимал? – Но Гарри словно и не слышал Джемму, от чего она лишь вновь приняла попытку заговорить с подростком. - Ты можешь поговорить со мной, я рядом, все будет хорошо. -Грей хотел было покачать головой, возможно поговорить со старостой, ведь даже ворохе своих спутанных воспоминаний, где смешивались настоящий с выдумкой, он помнил, что девушка была добра к нему. Но в миг все переменилось, когда до слуха Грея донеся собачей лай с улицы, и тогда боль притихла, словно давая минуту того самого покоя, о котором так мечтал подросток. -Бичь, Джулика. -И тогда уже решил все же заговорить со Снейпом, Грей обернулся на своего персонального чудовища смотря на него исподлобья ожидая ответа на свой вопрос. -Да, это твои собаки, как и обещал они в школе. – Второй закон Ньютона гласит, сила пропорциональная массе ускорения, используя центробежную силу можно создать сильный толчок. И Грей умел это делать на много лучше, чем варить зелья, и взмахивать волшебными палочками, ведь он учился совершенно в других условиях. Его толчком стал четкий удар в лицо чудовищу с разворота, за ударом последовали ахи и охи, на которые и рассчитывал Грей, ведь в такой момент люди реагируют как стадные животные. И по расчетам подростка, когда он резко развернуться и побежит прямо на толпу, та в приступе испуга расступиться перед ним точно так же это относилось и к профессору Квиреллу, который на оборот должен был ловить нерадивого студента, но из-за массового испуга он поступит, как и толпа. И стоило Грею воплотить свою идею в жизнь и кинуться на студентов четвертого курса те, как и предполагалось расступились лишь Джемма осталась стоять там на месте. Девушка даже попыталась схватить Поттера, но удалось ухватить только мантию, из которой последний выскользнул как уж из рук рыбака. Как только Грей выскочил из здания школы за ним уже бежала Джемма, рядом с которой бежали ещё трое, Снейп, Диггори и Флинт. Грей же не собирался останавливаться, и возвращаться в место, где его намеривались перевоспитать, сделать послушного мальчика с чистыми почти идеальными воспоминаниями, где его забрал из приюта друг семьи и растил едва ли не как родной отец. Просунув два пальца себе под язык, парень издал громкий свист, на который тут же среагировали собаки, ведь иначе и быть не могло. Да, эти маги могли забрать воспоминания Грея, поиграть с его мозгами, но на вряд ли такие же махинации маги провернули и с животными, и учитывая как две сучки сломя голову бежали в сторону своего хозяина, Грей мог предположить, что он все же был прав. Было не угадать через какой промежуток времени его преследователи вспомнили бы что они так-то маги и могут, спокойно воспользовавшись своими силами быстро остановить подростка, но пока они не вспоминали было на руку парню. Грей бежал в ту среду обитания, где его даже маги со всеми их заклинаниями и фокусами бы не остановили, в ту среду, где он должен был оказаться ещё тогда на «Полной Даме». Забежав на причал которой Грей присмотрел, ещё будучи Поттером он быстро по тому пробежался, когда его собаки обогнали его и не раздумывая прыгнули воду, через минуту в ту прыгнул и сам парень. Занырнув в озера, Грей моментально сориентировался под водой не выныривая начиная плыть к противоположному берегу, который вел в лес. Ледяная вода подстегивала Грея плыть быстрее, гребя руками так словно за парнем гнался морской черт, быстрее чем за пару минут парень оказался на том самом берегу, радуясь тому, что каждый день проводил в океане по шесть часов и плавал как перепуганная креветка. Выбравшись из воды и быстро обернувшись, на причале Грей обнаружил Джемму которая все что-то кричала, но из-за адреналина парень просто не мог разобрать крика девушки, да и не хотелось. Единственное что сделал парень это вскинул руку со среднем пальцем показывая все свое отношения, так называемому новому отцу, у которого на лице не проскочило ни эмоции на побег его сына. *** До этого момента Грей никогда не оказывался в лесу, и уж точно по тому не убегал, но как говориться, все бывает в первый раз, особенно когда достигнешь дна, снизу всегда могут постучать. Поэтому делая не более чем десятиминутные передышки в час Грей продолжал убегать все глубже в лес, перепрыгивая через поваленные деревья, коряги и корни, остановился парень только тогда, когда на его глазах солнце стало опускаться в закате, а небо окрасилось в малиновых цветах. Подросток мог поклясться, что сбежал в начале первого, он и не заметил, как бежал на протяжение семи часов. Сердце с шумом заходилось где-то в горле, все тело отдавалось огнем, а когда парень буквально упал под огромным деревом в мягкий мох вставать уже не хотелось, адреналин сходил на нет, а глаза стали сами собой закрываться. Девочке бегали где-то рядом, Грей слышал своих собак, точнее будет сказать как они на кого-то охотились, учитывая те звуки, которые исходили от кустов. Пробуждение было спокойным хотя и случилось из-за раннего дождя, который начался в четыре утра и отказывался заканчиваться до обеда, но от осени другой погоды ждать было попросту глупо. Дождь принес Грею воду, которую он с жадностью выпил ведь не ведомо было когда ему ещё раз удаться попить воды, ведь он был в лесу, где не было указателей куда идти. Дождевая вода, набранная в не самые чистые ладони, была в сотни раз вкуснее любой другой воды которую парень пил в последние недели, просто от того, что выбор пить эту воду или нет был сугубо его, а не внушенный кем-либо из вне. К сожалению, вода не могла насытить так как хотелось бы Грею и поэтому ближе к полудню, когда дождь стих и лишь слегка моросило пришлось признать тот факт, что еда при долгой ходьбе попросту необходима. Хотелось бы сказать Грею что он не умел добывать себе еды на улице, но это было бы ложью, потому что, да, как достать себе еды парень знал с трехлетнего возраста. С того года, когда его усыновила хорошая семья, но та попала в месте с ним в аварию и лишь Грей каким-то чудом не погиб, возможно честнее будет сказать, что тем чудом была Пэтти. Когда случилась авария Пэтти, что была на пять лет старше самоотверженно прикрыла своим телом, маленького Грея, вот только они были так далеко от города, после похода, и машина, слетев в кювет затерялась в кронах деревьев. Три дня и четыре ночи, трехлетний Грей спал у машины боясь мертвых тел, и пил дождевую воду из луж, и ел корни, о которых ему читала сестренка. В этот раз Грей обошелся черникой, которой было много и грибами, которые о боги можно было есть сырыми, спасибо боже Пэтти за то, что она читала справочник о съедобных грибах, и принципа выживания в лесу. Конечно, Грей не мог похвастаться тем, что с трехлетнего возраста прямо дословно помнил тот справочник, но так на пять процентов из ста, все же что-то да сохранилось. Поэтому, не считая головной боли и усталости, отравления подростка не посетило, и он сумел спокойно прожить сутки на грибах и ягодах, особенно что первые и вторые хоть не много насыщали так же организм водой из-за чего не было сильной жажды. В лесу Грей провел три дня и четыре ночи, на пятый день парень вышел из леса к дороге, проложенной идеальной асфальтированной дороге, которую хотелось расцеловать. Конечно, чтобы добраться до города потребовалось не меньше трех часов, но, когда подросток достиг своей цели ему даже удалось проникнуть в мотель от куда выселялась шумная компания студентов. До уборки номеров у Грея было минут тридцать, и за это время он сумел себя привести в божеский вид. Потратив ванной не меньше пятнадцати минут, выйдя Грей обнаружил собак возле кроватей, где они доедали с пола начес сыром, последний уже казалось пропитался в пол. Так же Грею посчастливилось найти на тумбочке возле кровати надкусанный батончик, а под кроватью закрытую банку газировки. Счастью не было придела, когда в пыли парень так же нашел смятую десятку, что обозначало что можно было жить дальше и даже купить билет на автобус, конечно, для этого так же пришлось бы не много попрошайничать чтобы хватило на тот самый билет, но это было лучше, чем уж совсем ни чего. Не много поев и насладившись своим напитком, Грей сидел в изголовье кровати глядя на стационарный телефон, мысли были безумными, хотелось позвонить Артуру, попросить отца забрать его из Килуиннинга который был северном Эйршире Шотландии. И это был бы максимально странный звонок, ведь не Ноа, ни Артур, его не помнят, могла помнить Афина, но ей доверять Грей всецело не мог как раньше не после того с каким спокойствием мама отдала его тем людям. Но все же парень, не удержавшись снял телефонную трубку, и поднес ту к уху, оставалось только набрать номер, а за всю свою жизнь Грей помнил всего четыре номера, службы спасения, Артура, Ноа, и Аники. Время шло и следовало сделать свой выбор уйти, или уже на конец набрать один из трех номеров тому, в ком Грей был уверен чуть больше, чем во всех остальных. Минуты тикали и дрожащими пальцами подростку пришлось все же принять решение. Перекрыв глаза, слушая гудки Грей стал ждать, не зная, чего, может «Привет», а может восторженного возгласа как раньше. Но впереди была лишь неизвестность, заполненная тихими гудками, которые при этом звучали оглушающе громко. Аника зажимает сигарету меж губ, затягивается посильнее, уходит как можно дальше от очередного важного приема биологов, на которое о чудо её все же пригласили. Ноа подходит сзади, проносит холодной ладонью по ее руке, поцелуй на плече оставляет. И все эти касания спасают ужасно плохо на самом деле, словно обезболивающие таблетки — момент блаженства перед очередной порцией боли. Аника подносит сигарету к его рту, дает ему затянуться. От него пахнет сигарами и дорогим виски, Ани тяжело вдыхает этот запах, глаза прикрывает. Хотелось бы её сбежать, или же чтобы все стало понятнее, а может проще она и сама, честно говоря, не знала, но после того дня… Аника даже дуть о нём не хотелось, ведь Артур сломался после него, вновь замкнулся и стал ужасающе раздражающим на столько что его бросил Морис. С балкона был прекрасный вид на ночной Париж, Ноа облокотившись точно так же, как и Аника смотрел куда-то в ночь, и никуда одновременно. В маленьком сумочке девушке раздалась трель ей сотового. Закатив глаза к небу, девушки чертовски не хотелось отвечать ведь её личный номер знал лишь отец и братья, а значит звонить могли только они, троя, но не возьми Аника трубку, и уже к утру её с ордой охраны забирали бы обратно в Польшу. Поэтому натянув на лицо улыбку, которая бы говорила: «Я рада тебя слышать, но ещё больше я была бы рада тебя и дальше не слышать», не глядя на номер Аника нажала на зеленую кнопку. -Привет папа, что случилось раз ты решил позвонить мне. – В ответ на вопрос Ани последовала тишина что было не в характере её семьи, так что девушка все же взглянула на дисплей своего маленького черного телефона. Номер не был записан и казалось, по определителю звонили из Англии, или даже Шотландии. -Алло? -Ани. – Анику за секунду прошибло колючим электрическим разрядом от чего сигарета между её пальцев полетела вниз с балкона на оживлённую улочку Парижа. – Это я Грей. – Девушка могла с четко сказать, что не знала никого по имени Грей, но от чего-то от голоса этого парнишки все внутри её тело переворачивалось, сжималось в узлы, и взрывалось чертовыми фейерверками. – Знаю ты не помнишь меня, но мне нужна твоя помощь. – Его голос был таким грустным, надломленным, и казалось, он боролся со слезами на том конце провода, от чего и у самой девушки навернулись слезы на глазах, от чего она развернулась к Ноа, но друг так не вовремя пошел за новой порцией виски. – Черт… кажется меня нашли, обидно. – На том конце провода послышался лай собак, какой-то грохот словно дверь выбили, от чего Аника схватившись за грудь, хотела бежать к незнакомому парню, спасать его, но она даже и не знала куда ей деваться. – Меня зовут Грей Дориан…нет Грей Ангел из приюта святых ангелов Марии. Ты меня не знаешь, но мы глубже, чем нам самим кажется. Внутри нас не только океаны, но и целый бестиарий. -От куда ты знаешь, что говорила моя бабушка? – Аника была совсем потеряна, она плакала, и совершенно не знала кто с ней говорит, что за шум сопровождал этот телефонный звонок, и она совершенно не понимала, почему душа вспыхнула лишь от голоса этого мальчишки. -Я узнал кто ты. – Шептал все тот же сломленный голос пока на заднем плане, какой-то грозный мужской голос крикнул «Нашел Поттера». - Альп - сверхъестественное существо в немецком фольклоре. Не путай с Альп-луахрой с аналогичным названием, Альпа иногда сравнивают с вампиром, но его поведение больше похоже на поведение инкуба. Ты сильнее чем думает твой отец, и я знаю ты найдешь меня, ведь я дом твой души. – Вновь шум и гудки, после которых из груди Аники вырвался вздох с писком. -Грей…- Но парень с тревожным голосом не откликнулся ведь кто-то кто нашел его явно прервал звонок, не дав все ясно объяснив, от чего Аника осталась стоять совсем одна все так же не зная куда её деваться.