Медвежонок

      Что-то мне подсказывало, что заниматься он со мной хочет не репетиторством, а кое-чем другим. Фу, мне даже думать о таком противно! Пускай я лучше повязну в двойках, чем пойду к нему заниматься математикой. Может, конечно, я себя и накручиваю по поводу этого, но его игривый взгляд и ухмылка на лице говорят об обратном. Пока я раздумывала над предложением новенького заместителя, прозвенел звонок на перемену. Антон Александрович дал домашнее задание — решить две задачи, на что мои одноклассники тут же возмутились, в том числе и я, но только озвучивать я это, конечно, не стала. На минуту я задумалась над сегодняшней ситуацией и не успела оглянуться, как все мигом вышли из кабинета. Котова так и норовила задержаться, а на лице у неё было написано «он мой, отошла от него», но мне было совершенно плевать, я и не собиралась претендовать на этого индюка.       — Я лучше погрязну в двойках, чем буду заниматься с вами, — грубо ответила я ему. — Может лучше вы подтяните Котову, по ней видно, что она не против.       — Меня не интересует Котова, меня интересуешь ты, — он встал из-за стола и вплотную подошёл ко мне. — Медвежонок, я тебе советую подумать над этим, — он склонился к моему уху, отчего у меня пошли мурашки.       — Всего доброго, Антон Александрович, — дойдя до своей парты, я схватила рюкзак и пулей вылетела из кабинета.       Я быстро поднялась на третий этаж, где у нас сейчас должна была проходить литература. До урока оставалось ещё десять-пятнадцать минут, поэтому я решила их скоротать, сидя на подоконнике. Достала  карандаш и бумагу, я собиралась заняться любим делом, а именно рисованием.        Я любила рисовать с самого детства, ещё в садике воспитательница отметила у меня талант к этому и рассказала об этом моей маме. Она же отдала меня в художественную школу, в которую я ходила на протяжении пяти лет. Ещё где-то в восьмом классе я решила, что стану художником, ну или поступлю на дизайнера. А зачем художнику математика? Я всегда задумывалась над этим вопросом, но ответа так и не нашла. В моих планах было закончить всего девять классов, но моя мама настояла на том, чтобы я пошла в одиннадцатый класс и в последующем получила высшее образование, а не работала в каком-нибудь продуктовом магазине.       Прошло пять минут, а я до сих пор не придумала что нарисовать сейчас. В голове крутился образ нового заместителя, руки начали что-то творить, и я сама не заметила, как нарисовала его портрет. Правда схематично, но уже было видно, кто будет изображён. Ещё немного доработать и будет отлично.       Но в голове сразу же возник вопрос: «Почему я нарисовала именно его?» Нет, я не влюбилась! Я вообще не понимаю, как в него можно втрескаться, ведь его поведение отвратительное. Да, я не спорю он симпатичный, но на одной красоте далеко не уедешь. Возможно, в будущем его поведение изменится, но пока он меня бесит! И да, он не заслужил, чтобы я ему тут портреты рисовала.       Я быстро зашла в туалет, смяла листок и выбросила его в мусорку.       — Ничего личного, Антон Александрович, — сказала я и направилась на урок литературы.       Заходя в кабинет литературы я лбом ко лбу столкнулась с Котовой и её свитой Лерой Жуковой и Вероникой Макаровой. Эта троица всегда ходила вместе, обсуждая всех и вся. Главные сплетницы нашего прекрасного класса, так сказать.       — Смотри, куда прешь! — недовольно проговорила она. Я, проигнорировав её, последовала к своему месту, но от этой гадюки просто так не уйти. — Кстати, что это вы там обсуждали с Антоном? — на минуту она задумалась, пытаясь вспомнить его отчество. — Короче, что он там тебе сказал?       — Сказал, что ты не в его вкусе, — иронично произнесла я. Вы бы видели, как её глаза загорелись от злости и на лице у неё было написано «Я сейчас лопну».       — Ты…ты. — пытаясь из себя что-то выдавить, она пригрозила мне указательным пальцем. — Ты его все равно не получишь, — угрожающе произнесла она, я лишь усмехнулась, ибо со стороны это выглядело очень смешно.       Под взгляды злой Котовой и её так называемых подружек, я прошла к своей парте.       — Что эта намалеванная от тебя хотела? — поинтересовалась подруга, которая все это время наблюдала за нами. Алехина называет Лену «намалеванной», так как она наносит уж очень много штукатурки на свое прекрасное личико. — Забей, у неё вечно гормоны играют, — махнула я рукой. Если честно, вся эта ситуация начинает меня напрягать. — А ты стала более смелой, чем раньше, — неожиданно сказала Алехина, а ведь она права.       В начальной школе я была очень скромной, тихой девочкой, и если меня подкалывали или подшучивали надо мной, то я и слова в ответ не могла сказать, а моих наипрекраснейших одноклассников это ещё больше забавляло. А особенно Котову, с которой наши отношения не сложились с первого класса. Она вечно кого-нибудь настраивала против меня. Но с годами я поняла, что надо в себе что-то менять и стала более общительной и уверенной в себе, пообещала, что больше они не посмеют сказать что-нибудь колкое в мой адрес, но мои так называемые одноклассники этого не оценили, и кличка «Тихоня» приелась ко мне.  Со временем я перестала обращать внимания на их дурацкие шуточки и могла ответить на их уж очень оригинальные подколы, на что они всегда прибывали в неком шоке. Ведь если за себя не постоять, то тебя могут и в грязь втоптать.       В класс зашла Валентина Николаевна — учительница по литературе. Женщина приветливо всем улыбнулась и, поправив очки, села за учительский стол.  Она была моей самой любимой учительницей, также как и её предмет. Женщина никогда не кричала на нас, даже если кто-то сдавал работу не вовремя. В нашем классе её уважали и внимательно слушали на уроках. Наверное, именно её считали самой доброй преподавательницей среди остальных. На её уроках я могла расслабиться и спокойно сидеть, ни о чем не думая.       — Как провели осенние каникулы? — поинтересовалась она у нас.       — Отлично, познакомился с классной девкой, — выкрикнул главный бездельник — Коля Колесников. — Жопа у неё зачёт! — объявил он об этом на весь класс с неким восторгом. Он никогда не стеснялся так выражаться при учителях, которые такому поведению никогда не были рады.       — Николай, перестаньте так выражаться, — грозно посмотрела на него Валентина Николаевна. Прощала она конечно многое, но такое поведение терпеть не могла. — Во-первых, не девка, а девушка, а во-вторых, я бы посоветовала тебе вести себя поприличнее!       Коля лишь только закатил глаза.       — А я почти все каникулы провела в клубе с моими любимыми девочками, — пролепетала Котова, указывая на подруг. — А вы Валентина Николаевна, ходите в клубы? — задала она очень неуместный вопрос. Почти все одноклассники захохотали. Если честно мне порой бывает за неё стыдно.       — Леночка, я наверное уже стара для таких заведений, да и клубы я не люблю, — спокойно ответила учительница на её вопрос. Котова лишь усмехнулась. — Я бы советовала тебе, Леночка, лучше не по клубам ходить, а заняться саморазвитием. Книжку бы хоть почитала что ли.       Котова и книги — это несовместимые вещи.       — А я решила заняться вязанием, — неожиданно сказала Аня Чижова — отличница по математике и другим точным наукам. Так называемая элита класса еле сдерживала смех. Ну конечно же, у них кроме клубов и дискотек других интересов нет.       — Молодец, Анечка, — улыбнулась ей учительница. — У тебя обязательно все получится.       — Спасибо… — смущённо улыбнулась она.       — А вы девочки, чем занимались? — неожиданно спросила она меня и Киру, которая на время залипла в телефоне.       — Я прекрасно провела время, — оторвалась от телефона Кира.       — А ты, Лиличка, чем занималась? — обратилась она ко мне.       — Я… — протянула я. Если честно, то особо я ничем и не занималась. Пару раз сходила погулять с Кирой, рисовала, и лежала на диване. — Наверное многие знают, что я люблю рисовать, так вот я занималась рисованием.       — Похвально, что кто-то в вашем классе увлекается искусством.       — А я лежал на диване и ничего не делал, — сказал Никита Серебряников. — Такой варинт провождения каникул здесь приветствуется?       — Приветствуется, на то и нужны каникулы, чтобы отдыхать, но не нужно забывать проводить их с пользой, — сказала учительница.       Оставшийся урок мы провели, занимаясь своими делами, ибо начинать новую тему было бессмысленно.       После уроков я, как обычно, с Кирой отправилась домой, мы всегда ходили вместе. Правда только жили мы в разных дворах, и поэтому, пройдя полпути, Кире надо было повернуть направо, а мне налево.       — Лиль, знаешь, что я сегодня нашла в мусорном ведре? — неожиданно сообщила мне подруга, остановившись на половине пути.       — Всё что ты могла там найти так это использованные прокладки или туалетную бумагу, — засмеялась я.       — А вот и нет, я нашла там рисунок нашего нового учителя математики, точнее заместителя, — с восторгом сказала она. И тут-то, я поняла что листок надо было порвать. Черт!       — И что? — безразлично ответила я, пытаясь сделать вид, что мне все равно.       — А то, что это очень похоже на твой стиль рисования! — подруга подозрительно на меня посмотрела. — Уж я-то знаю, как ты умеешь рисовать.       — Это само как-то получилось, — я развела руками. — Ты ничего такого не подумай.       — Я ничего и не думаю. Рисунок то классный, зря выкинула, — подмигнула она мне. — Ладно, до завтра, — помахала она мне рукой и скрылась за поворотом.       — До завтра, — грустно вздохнув, сказала я себе под нос.       День сегодня выдался, мягко говоря, не очень, впрочем как и все остальные понедельники. Я медленно шла по дороге домой, доставая запутанные наушники из кармана куртки. Сегодня значительно похолодало и даже выпал первый снег, а я как назло забыла дома перчатки.       Зайдя в подъезд, я увидела незнакомых мне парней, которые таскали мебель, и как оказалось в соседнюю квартиру. А это значит, что возможно у нас будут новые соседи. Мне стало дико любопытно, поэтому я решила постоять на площадке ещё несколько минут, дабы увидеть и может даже познакомиться с ним или с ней. А вдруг там вообще будет жить какая-нибудь старушка?       Вдруг я увидела, как с верхнего этажа медленно спускалась старушка — Надежда Павловна.       — Здравствуй, Лиля, — приветливо улыбнулась она мне. — Кажется, у вас будут новые соседи, но наверное ненадолго, так как эта квартира сдаётся, и люди часто меняются.       — Здравствуйте, — улыбнулась я. — Как ваши дела? — решила поинтересоваться. Надежда Павловна была очень доброй, в детстве я иногда заглядывала к ней в гости.       — Прекрасно, вот только радикулит замучил, — продолжая улыбаться ответила она. — Как там дела у тебя в школе? Мальчишки небось на переменах бегают за тобой?       Да, если бы мальчишки. Пока что за мной бегает только математика и заместитель, будь он неладен.       — Хорошо все, мальчишки… мальчишки бегают, но только не за мной, а в столовку на перемене, — отшутилась я, старушка слегка засмеялась.       — Я же за хлебом пошла, — вспомнив, она ушла       Постояв ещё несколько минут, я увидела, что дверь в квартиру слегка приоткрыта, а из неё послышался смутно знакомый голос. Мне кажется, что я его где-то сегодня слышала.  Любопытство взяло вверх, и я краем глаза все-таки попыталась рассмотреть, кто же сюда все-таки переехал. Но лучше бы я этого не делала, ибо меня заметил какой-то мужчина. Я быстро отошла от двери и принялась искать в портфеле ключ.       — Медвежонок? А ты что здесь делаешь? — над ухом у меня послышался знакомый голос, тот самый, который я только что слышала. Я подняла голову и увидела прямо перед собой заместителя. Погодите-ка… А что он сам-то тут делает?!       — Это вы что здесь делаете, Антон Александрович? — удивлённо посмотрела я на него, он был удивлён неменьше. — Лично я здесь живу.       — Видимо жизнь любит преподносить нам сюрпризы, — задумчиво произнёс он себе под нос. — Так я теперь тоже здесь живу, поздравляю тебя, Медвежонок, я твой новый сосед. — Выдал он, и мои глаза стали, как две большие пуговицы. Это что сон? Я что сплю ещё что ли? Скажите, пожалуйста, что это всё просто глупая шутка.       — Больше всего на свете я бы не хотела видеть вас здесь, так ещё и в качестве моего соседа, — не сдержанно ответила я. Да, грубо, но почему он выбрал именно мой дом, мой подъезд и мой этаж?!       — Я смотрю, ты сегодня, мадемуазель Лилия, явно не в духе, — с иронией произнёс он. — Ой, извините, просто Лиля.       — Я надеюсь, вы будете меньше попадаться мне на глаза, а учитывая, что мы теперь с вами ещё и соседи, то сделать это будет ой, как не просто, но вы, пожалуйста, постарайтесь, Антон Александрович, — грубым тоном сказала я ему. — Ой, извините, просто Тоша, — иронично произнесла я, открывая наконец квартиру. Денёк сегодня просто супер! Боюсь представить, что меня ждёт завтра.