Gentle Lovin'

Слэш
Перевод
R
Завершён
50
переводчик
weste бета
Автор оригинала: Оригинал:
https://archiveofourown.org/works/29012898?view_adult=true
Пэйринг и персонажи:
Размер:
10 страниц, 1 часть
Описание:
Юнги наконец-то вернулся домой после перенесённой операции на плече, поэтому Сокджин хочет отметить это событие, устроив для своего парня особенную ночь. Есть одна проблема: остальные мемберы скучали по Юнги так же сильно, как и Сокджин.

или: запрошенный супер милый, ванильный и пошлый фанфик с раздражённым Юнги и волнующимся (о плече Мина) и возбуждённым Сокджином в главных ролях.
Примечания переводчика:
Разрешение на перевод получено.
Пожалуйста, перейдите по ссылке оригинала и поставьте автору kudos, если вам понравилось! автору будет приятно!
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
50 Нравится 2 Отзывы 7 В сборник Скачать

Gentle Lovin'

Настройки текста
Сокджин беспокойно мерил шагами комнату, проверяя, всё ли порядке во второй или в третий раз. Всё должно быть идеально. Еда приготовлена, сервировка стола закончена. Его любимые блюда. Он протёр пыль, убрался во всём общежитии, хотя, всерьёз задумывался о том, чтобы сделать уборку ещё раз. Ещё раз посмотрев на часы, певец направился в свою комнату, открыл дверь и заглянул внутрь. Довольный увиденным, Джин кивнул сам себе. Мужчина закрыл дверь, обернувшись и столкнувшись с Чимином. — Серьёзно, хён, что ты прячешь в своей комнате? — младший, скрестив руки на груди, с любопытством смотрел на старшего. Сокджин покачал головой, одаривая Чимина своим самым укоризненным взглядом: — Уж точно ничего такого, что предназначено для твоих глаз, — услышав эти слова, танцор оживился. — О-о-о, — протянул Пак, округлив глаза, понимая, что происходит. На губах медленно появилась ухмылка (которую Сокджин ненавидел), младший наклонился ближе, чтобы заговорщически прошептать: — Там что-то из тех штучек, да? Сокджин сморщил нос, толкая Чимина, которого настиг приступ хихиканья. Проходя мимо него, Джин произнёс: — У тебя одни только пошлости на уме, Чимин-а. Ничего подобного. Просто… кое-что особенное для нас с Юнги. От этих слов выражение лица Пака смягчилось. — Знаешь, ты сегодня так стараешься… как будто у вас первое свидание или что-то типа того. Это же просто Юнги-хён. Сокджин вздохнул, опускаясь на диван и окидывая взглядом всё то, что он приготовил. Сегодняшняя ночь будет первой ночью за месяц, которую Юнги проведёт с ними, с ним. Джин скучал по нему. Он хотел, чтобы этот вечер был идеальным. — Я знаю, что это всего лишь Юнги-щи, и ему наплевать, запланировали ли мы что-то особенное в честь его возвращения, но… я скучал по нему. Очень сильно. Мы созванивались ночью по FaceTime. — И занимались сексом по телефону. — Заткнись, Чимин. В любом случае, видеозвонки не могут заменить его присутствие. Я хочу, чтобы его первая ночь была особенной, хочу показать ему, как сильно я и все мы заботимся о нём. Без него всё было по-другому. — Мы понимаем, хён, — добавил Тэхён, заходя в гостиную. Следом вошли Чонгук и Хосок, садясь на диван к Сокджину, по обе стороны от старшего. — Я уверен, что он оценит всё, что ты приготовил для него, Джин-хён, — заверил старшего макне, на что Хосок кивнул. — Конечно, оценит. Кроме того, хён будет рад видеть нас, даже если в общежитии будет беспорядок, а на столе — никакой еды. Сокджин хихикнул, качая головой в знак согласия: — Да, кажется, я слегка переборщил, да? ДИНЬ. Эффект оказался мгновенным. Все сходили (другими словами это просто не описать) с ума. Сокджин взволнованно вскочил, начиная копошиться в поисках дела, осматривая, что нужно убрать, что ещё из еды принести… не находя ничего. Дети (в том числе и Хосок) стали кричать настолько громко, что можно было подумать, что в дверь постучала знаменитость… хотя, формально, это так и было. Прошло несколько долгих минут прежде чем, Чонгуку (благослови господь этого ребёнка) хватило здравого смысла, чтобы прорваться сквозь крики и завопить: — Джин-хён, иди открывать дверь! — Точно! — мужчина отряхнул руки, направляясь к двери. — Иду, открываю, он будет здесь через пару секунд. О боже, он почти здесь… — Глубоко вдохнув в последний раз (и мельком посмотрев на себя в зеркало в прихожей, чтобы убедиться, что он всё ещё выглядит как всемирный красавчик), Сокджин открыл дверь. С его губ хотел было сорваться восторженный визг, застывший замертво, когда Ким увидел, кто стоял на пороге. — Ты не Юнги. Намджун надул губы. — Хён, ты что, не рад меня видеть? Мне больно. Несмотря на то, что рэпер шутил, Сокджину срочно требовалось прийти в себя. В знак протеста он размахивал руками перед собой. — Нет, конечно, Джун, мы рады тебя видеть, — Сокджин проигнорировал крик Тэхёна: — Ты живёшь здесь, мы видим тебя каждый день. Джин поднял руку и неловко почесал затылок, стараясь не выдать своего разочарования (совсем уж). — Я просто думал, что… что Юнги вернётся домой. — Ты так сильно скучаешь по нему, хён? — Намджун улыбнулся. Сокджин фыркнул. — Не тупи. Я на протяжении нескольких недель тебе об этом твержу. Ухмылка на губах рэпера стала ещё шире, на что Сокджин подозрительно сощурился. «Что он задумал?» — Ну, если Юнги-хён — это именно то, в чём ты так нуждаешься, то тебе повезло. Этот был единственным доступным… «Он имеет в виду…» — Джун-а, я не кусок мяса. Сокджин ахнул. Этот голос. Прежде чем Джин позволил надежде расцвести в его сердце, Намджун резко отодвинулся в сторону, представляя человека, стоявшего позади него, чья маленькая фигура ранее была полностью скрыта за телом Кима. Юнги… Юнги стоял перед ним, застенчиво улыбаясь. Тёмные глаза светились от счастья, чёрные волосы всё ещё были подстрижены (очень горячо) в стиле андеркат. Затем взгляд Сокджина спустился ниже по фигуре Юнги, замечая, что на младшем был его, Кима, свитер, который на нём выглядел большим и мешковатым. Мин был таким же маленьким, милым, горячим и сексуальным (и, о боже, ему действительно следовало остановиться, прежде, чем он откроет рот), каким Джин его помнил. — Юнги-щи, — тихо произнёс Ким, всё ещё не до конца веря, что после стольких месяцев разлуки Мин наконец-то здесь. Прямо перед ним. К счастью, Юнги выглядел таким же счастливым, увидев Джина. Голос Мина звучал одновременно нежно и хрипло, когда он произнёс: — Сокджини. Внезапно миллиметры расстояния между ними превратились в километры. Сокджин подошёл ближе, чтобы затянуть Юнги в объятия, не забывая о шине, фиксирующей левые руку и плечо младшего. Почувствовав, что Юнги уткнулся лицом в плечо, Джин провёл рукой по его волосам. Они не были бы самими собой, если бы Джин смог сдержаться и не прошептать на ухо Юнги: — Для тебя Сокджини-хён. — Как угодно, хён, — на что они оба засмеялись и заулыбались, наконец, находясь в объятиях друг друга. В объятиях, которые Сокджину совсем не хотелось прерывать, но возникла одна проблема: они совершенно точно заблокировали проход, из-за чего Намджун всё ещё стоял снаружи. Двое неохотно выпустили друг друга из объятий, услышав раздавшийся позади кашель Чимина, и отступили в сторону, чтобы впустить Намджуна. Однако это оказалось ошибкой, потому что в ту же секунду, когда Джин отошёл в сторону на шаг, Хосок и макне буквально влетели в помещение и набросились на бедного рэпера. Они восторженно рассказывали обо всём, чем занимались последние несколько месяцев (как будто Юнги уже не был в курсе), на что рэпер улыбался и смеялся, наслаждаясь компанией. Юнги посмотрел на Сокджина через плечо извиняющимся взглядом, когда его утащили. Ким только пожал плечами, улыбнувшись ему в ответ, прежде чем отправиться на кухню для того, чтобы начать открывать еду. Он не переживал. У них будет достаточно времени, которое они проведут вместе, разговаривая и целуясь. Единственное, что заставило певца поволноваться — это то, что во время еды Юнги сидел не рядом с ним, как Сокджин изначально планировал, а оказался зажат между Тэхёном и Чонгуком. Ким надул губы, но всё-таки ел. По крайней мере, он довольствовался похвалами от Юнги, ведь по его словам такой еды, как у Сокджина, больше нигде не найти. После ужина Хосок, вместо того, чтобы каждый посвятил время самому себе, предложил устроить вечер кино и таким образом отпраздновать возвращение Юнги. Хоть и вечер должен был быть весёлым для всех вокруг, всё, чего хотел Сокджин — это обниматься (и, возможно, проделать нечто большее с Юнги). Однако планы Кима рухнули в очередной раз, когда Хосок плюхнулся рядом с рэпером, не оставив места для Сокджина. Он только вздохнул и сел рядом с Намджуном (который был единственным, кто заметил разочарование Джина и сочувственно улыбнулся). На протяжении всего фильма (на который он совсем не обращал внимания) Сокджин не мог оторвать взгляд от Юнги. Он слишком сильно скучал по нему, чтобы не быть рядом сейчас. Ким понял, что Мин соскучился по нему так же сильно по тому, как младший поймал его взгляд и улыбнулся широко и слишком мило. Вдруг Сокджин не смог больше вынести разлуки. Ребята посмотрели чуть больше половины фильма, когда Сокджин решил, что это самый подходящий момент. Держа эту мысль в голове, он встал, оглядывая всех присутствующих. — Я иду спать, — довольно громко объявил Ким. Все уставились на него, забыв про фильм. Он почувствовал, что его уши начали гореть под взглядами мемберов (привычка, от которой ему не удалось избавиться). Тем не менее Сокджин продолжал идти вперёд, направляясь к краю дивана, на котором сидел Юнги. Джин протянул ему руку. Понимающе улыбнувшись, Юнги взял его за руку, а Сокджин потянул младшего: — И я беру собой Юнги-щи. Внезапно хоровое «о-о-о» раздалось со всех сторон. Джин увидел, что Юнги усмехнулся. — Мы должны были догадаться, что ты выкинешь что-то подобное хён, — подразнил Хосок, пригрозив им пальцем. Чимин толкнул локтем Чонгука: — Я же говорил, что он прячет в комнате что-то грязное. Услышав слова Пака, Юнги изогнул бровь, смотря на Джина, на что тот только пожал плечами. — А теперь мы уходим, — Сокджин потащил Юнги за собой, ведя его по коридору, слыша, как позади них раздаются всякие подразнивающие фразы: «помните о защите», «не шумите». По дороге Юнги с дразнящими нотками в голосе спросил: — Хён, ведь на самом деле мы не собираемся спать? Сокджин фыркнул. — За кого ты меня принимаешь, Юнги-я? Я просто хотел побыть наедине со своим парнем, — даже если Юнги и покраснел, услышав эти слова, Сокджин сделал вид, что не заметил. В конце концов, у него тоже кружилась голова. После того, как они спустя вечность, по их ощущениям (хотя, на самом деле, буквально спустя несколько секунд) дошли до комнаты Сокджина (читай: до комнаты Сокджина и Юнги или КОМНАТЫ ГРЕХА, что очень даже подходит, потому что именно этим они там и занимаются). Певец изящно распахнул дверь в комнату. Широкая улыбка появилась на лице мужчины, когда он услышал восторженные вздохи Юнги. По всей комнате, заливая её теплым светом, горели свечи. На кровати — мягкие одеяла, а на них — разбросанные лепестки роз для создания более романтичной атмосферы. Сокджин нетерпеливо посмотрел на Юнги, чтобы увидеть его реакцию, которая его не разочаровала. Секундой позже Мин повернулся к нему, в его глазах словно отражался свет луны и звёзд, а голос звучал хрипло от недоумения: — Хён, ты, на самом деле, выложился по полной, да? Сокджин утянул Юнги в комнату, закрыв дверь. Вместо ответа Джин прижал рэпера к двери, обхватывая голову младшего руками. Он наклонился, желая насладиться вкусом, который он жаждал в течении нескольких месяцев. Ким не смог сдержать улыбки, прижавшись губами к губам младшего, целуя нежно, медленно и так сладко. Отстранившись, Джин встретился взглядом с потрясенным взглядом Юнги и мягко произнес: — Я несколько месяцев ждал этого котёнка. Хочу, чтобы всё прошло хорошо. Услышав слова Джина, Юнги потянулся за ещё одним поцелуем, обхватив шею старшего здоровой рукой. — С тобой всё всегда идёт так, как надо. Какое-то время они продолжали лениво целоваться, не спеша заходить дальше. В конце концов, у них было всё время этого мира. Ким углубил поцелуй, мягко кусая того за нижнюю губу, чтобы заставить того застонать, и насладился, когда услышал звуки довольного Юнги. Язык исследовал каждый миллиметр во рту младшего, хоть там уже и не осталось чего-то неизведанного. Держа Мина за талию, Сокджин сильнее прижал его к двери. Постепенно Сокджин оторвался от чужих губ и переключил внимание на уши Юнги, облизывая, посасывая и покусывая их, спускаясь ниже, к чувствительной шее младшего. Юнги сильнее откинул голову назад, открывая к ней доступ. Конечно же, Джин осознавал, что оставлять следы нельзя, но это совершенно не помешает, насколько возможно, прикоснуться к каждому миллиметру чужого тела. Когда Сокджин коснулся зубами особенно чувствительной точки (места), Юнги заскулил. Сокджин сразу же отстранился, с беспокойством в глазах изучая Юнги. Дрожащие пальцы зависли над чёрной шиной на руке Мина, на что тот наклонил голову. — Я ведь не сделал тебе больно? — с тревогой в голосе спросил Джин, а когда Мин покачал головой, облегчение волной пронеслось по телу. — Конечно, нет, хён. Сокджин расслабленно улыбнулся, ведя младшего за руку к кровати. — В таком случае, давай продолжим наш разговор в более удобном положении? — Джин снял рубашку и джинсы, отбрасывая их в сторону. Оглянувшись и встретившись с потемневшим взглядом Юнги, он почувствовал, что у него горят уши. Тем не менее Ким подмигнул ему, наслаждаясь румянцем, появившемся на щеках Мина: — Ничего такого, чего бы ты не видел раньше, котёнок, — оставшись в одних боксерах (под которыми находилась явно заметная выпуклость), он взял Юнги за руки, — а теперь позволь мне помочь тебе. Если бы всё, было как обычно, то сейчас они бы практически срывали с друг друга одежду, но сегодня всё было по-другому. Мягко и нежно. Певец медленно помог Юнги раздеться, целуя его с ног до головы. Ким повернул Мина таким образом, чтобы он смог сесть на край кровати. Опустившись на колени, Сокджин расстегнул джинсы младшего и стянул их вниз, обнажая молочные ноги. Пробираясь наверх, он стянул свитер— свой свитер — с Юнги, не забывая про назойливую шину на руке. Когда Мин, наконец, остался в одних боксерах, Джин наклонился и, не снимая корсета, прижался губами к обнажённому плечу, целуя. — Ты в порядке, да? — Джин решил перепроверить просто для того, чтобы удостовериться. — Не больно? Юнги улыбнулся нежно-нежно. Рэпер наклонился, чтобы снова запечатлеть поцелуй на чужих губах. — Нет, хён, — пробормотал между поцелуями, — Я в порядке. А теперь поторопись и сделай что-нибудь. Сокджин рассмеялся, но покачал головой. Под недоуменным взглядом Юнги, старший только поднял его, держа за руки, и поменял их местами: Джин сидел на диване, а Юнги стоял перед ним. Он быстро стянул с Мина боксеры, оставляя его полностью голым, предоставляя себе возможность полюбоваться. И Ким будет любоваться. — Я не видел тебя несколько месяцев, Юнги. Дай мне налюбоваться тобой. Юнги наклонил голову, буквально всё его бледное (красивое) тело покрылось румянцем. Улыбаясь, Сокджин приступил к делу: — Хм, с чего бы мне начать? — дразнил он, обхватывая Мина за шею, заставляя его наклониться: — Я люблю… твой лоб, — Джин невесомо поцеловал Юнги в лоб, — твой нос, — младший тихо хихикнул, морща нос, как взъерошенный котёнок, — щёки, — короткий поцелуй, — губы, — чмок, — шею, — Ким прижался губами к чужой шее, целуя, чувствуя, как внутри разливается тепло, когда Мин, как обычно, откинул голову назад, — плечо, — лёгкий и осторожный поцелуй в травмированное плечо. Сокджин провёл дорожку из поцелуев, спускаясь к груди и снова останавливаясь: — маленькие милые сосочки, — Ким прижался к губами к одному из них, облизывая его по кругу. Юнги заскулил, чуть дёргаясь. Сокджин крепко держал его за бёдра. Он не собирался позволить Юнги так легко сбежать. Не тогда, когда они оказались вместе впервые за столь долгое время. — Твой животик, — ещё один поцелуй. Наконец, под взгляд Сокджина попал розовый, красивый и уже твёрдый (как будто у самого Джина уже не встал) член Юнги. — Твой хорошенький маленький член, — ухмыльнувшись, Ким наклонился, чтобы поцеловать чувствительную головку, наслаждаясь сдавленным вздохом Юнги. Довольный, Джин выпрямился, разворачивая Юнги. Он прижался губами к спине, влажно целуя и наслаждаясь дрожью младшего: — Твою спину. Опустившись на колени, Ким похлопал Мина по заднице (и засмеялся, услышав удивлённый возглас парня) и оставил на ней поцелуй: — Твою попку. В ответ Юнги проскулил «хён», но был проигнорирован. Сокджин поднялся, снова разворачивая Юнги и сталкиваясь с его покрасневшим лицом, наклоняя голову вперёд. Мин, поняв намёк, наклонил голову к старшему, и их лбы соприкоснулись. — Всего тебя. — Хён, ты такой придурок, — дразнил Юнги, не намереваясь обидеть старшего. Тон, которым это было произнесено, источал любовь. Любовь, которую Сокджин чувствовал каждый день, из-за которой он был счастлив. Джин оставил ещё один поцелуй на губах Юнги: — Только твой придурок, — поднялся, указывая на кровать, — твой трон ждёт тебя. На кровати была куча подушек, аккуратно разложенных Сокджином, чтобы Юнги было комфортно, пока плечо заживает. Джин приложил все усилия, чтобы эта ночь оказалась самой прекрасной. — Спасибо, Джин-и, — мягко сказал Юнги, и Джин сжал в ответ его руку. Слова были не нужны. Прикосновений было достаточно. Ким медленно поднял Мина, как невесту (несмотря на то, что младший вполне мог идти сам) и уложил его на мягкие подушки, чтобы Юнги лежал, чувствуя, что с плечом не будет проблем. Как только Юнги устроился, Сокджин залез на кровать, устраиваясь сверху. Смотря на младшего, Джин подумал, что Юнги никогда не выглядел настолько красиво: полностью голый, раскрасневшийся, с чёрной полосой шины на плече, резко контрастирующей на фоне молочно-бледной кожи. — Хочешь, чтобы я трахнул тебя, малыш? — промурлыкал Джин, чувствуя, кровь хлынула к члену, когда Юнги нетерпеливо закивал, здоровой рукой зарываясь в волосы старшего и притягивая его ближе. — Пожалуйста, Джин-и, — умолял Юнги, высунув язык, чтобы облизать свои кукольные, сейчас ещё и навсегда надутые губы, — у нас так давно ничего не было. Сокджин протянул руку, мягко обхватывая чужую щёку и борясь с желанием заворковать, когда Юнги прижался к ней. — Знаю, котёнок, знаю, — Джин потянулся за смазкой к прикроватному столику. Налив щедрую порцию, он растёр её между ладоней, разогревая. В это время Юнги раздвинул ногу, и Джин почувствовал, что задыхается от того, насколько рэпер красивый. Ким наклонился, целуя Мина в губы, в то время, как палец старшего подобрался ко входу младшего. Джин водил по краям дырочки, не входя. — Готов? — спросил Джин, дразня. — Пожалуйста. Этого было достаточно. Не колеблясь ни секунды, Джин протолкнул палец, чувствуя, как Юнги его сжимает. Младший испустил вздох, и Сокджин начал двигать палец, сгибая и разгибая его. Каждое новое движение вызывало у Мина ещё один прекрасный, греховный звук, из-за каждого нового движения Юнги чувствовал себя ещё более опьянённым любовью. К одному пальцу присоединился второй, ко второму — третий. Джин не переставал шёпотом хвалить Юнги, губами находя путь к шее младшего. Внезапно Ким нащупал тот самый комок нервов, и Мин громко вскрикнул. Тут же пальцы Сокджина замерли, его взгляд скользнул по вытянутому телу парня: — Я сделал тебе больно? Плечо? Юнги отрицательно покачал головой, неосознанно (а может и вполне осознанно) сильнее насаживаясь на пальцы Джина, поддаваясь задницей. — Н-нет, просто… просто приятно. Н-не останавливайся, Джин-и. И кто он такой, чтобы отказывать в просьбе своему котёнку? Сокджин продолжал растягивать младшего, покусывая кожу на шее. Через некоторое время Юнги выдохнул: — Джин-и, я собираюсь… — уже зная, что Мин собирался сказать, Ким вытащил пальцы, быстро поцеловав Юнги, ловя его стон. Когда Ким отстранился, Мин изо всех сил старался изобразить обиженное выражение лица, без всяких сомнений, он был уже на грани, когда его остановили. Сокджин лишь подмигнул ему в качестве извинения. — Ещё нет, Юнги-чи. Сокджин отстранился, чтобы сбросить боксёры, открывая вид на стоящий член. Он потянулся за смазкой, чтобы нанести её на член, пока Юнги пожирал его взглядом: — Джин-и, я… я хочу, чтобы ты вошёл в меня, — выдохнул младший, и Джин не смог удержаться, чтобы не наклониться и не поцеловать его в лоб, продолжая смазывать член. — Терпение, котёнок, — он повернулся, чтобы быстро взять презерватив, лежащий на прикроватном столике, но бледная рука метнулась к нему, несильно хватая за запястье. Джин посмотрел на рэпера и увидел, что тот рьяно качает головой. — Но Юнги… — Хён, пожалуйста? — умолял Юнги, широко раскрыв глаза. — Прошло так много времени. Мне нужно почувствовать тебя. Сокджин улыбнулся, убирая презевратив обратно на прикроватный столик. В любом случае, они оба ничем не болели, Юнги был прав. Джин соскучился по ощущениям, по тому, как он чувствовал себя внутри Юнги, без защиты. Это было что-то совсем другое. — Хорошо, малыш, — мягко сказал Джин, устраиваясь на краю кровати, а Юнги обхватил его спину ногами. — Всё, что захочешь. Ким наклонился, соединяя их губы, и начал входить в Юнги. Мин ахнул и застонал, а Ким прикусил губу. Они двигались медленнее, чем обычно: обоим пришлось заново привыкать после месячного перерыва. Как только бёдра Джина коснулись задницы Юнги, младший издал прерывистый стон. Певец застонал от того, какое тепло звук младшего разнёс по его телу. Ким дал Мину время привыкнуть к ощущениям, прежде чем сделать несколько движений бёдрами. Реакция не заставила себя ждать — Юнги откинул голову на подушку, вздохнув. — Готов, котёнок? Как только Юнги кивнул, Джин вышел из парня, тут же медленно входя обратно. Они двигались неторопливо, лениво целуясь, до тех пор, пока шёпот «быстрее» не подстегнул старшего. Ким стал вдалбливаться в младшего, в то время как их губы просто лениво прижимались к друг другу. Юнги так хорошо сжимался вокруг него, что Джин просто не мог удержаться, чтобы начать двигаться быстрее, приближая себя к разрядке и вызывая стоны у Мина. Внезапно Юнги вскрикнул. Сокджин замер, его охватила паника: — Юнги? Ты? — Клянусь грёбанным богом, Сокджин, если ты ещё раз спросишь меня о плече., — его возбуждённое ворчание сменилось прерывистым стоном из-за нового толка Джина. — Малыш, ты что-то говорил? — дразнил Ким, медленно двигаясь, наслаждаясь тем, что Юнги, издав очередной стон наслаждения, едва мог поднять голову, чтобы посмотреть на старшего. — Я ненавижу тебя. — Нет, не ненавидишь. Чувствуя, что Юнги готов кончить, Джин обхватил твёрдый член рукой, проводя по нему под ритм толчков, пытаясь помочь. Казалось, у него получалось, поскольку стоны рэпера становились всё громче и громче. Воздух наполнился вздохами, стонами и оглушающим шёпотом «Джин-и». И Сокджину всё это очень нравилось. Наконец, с губ Юнги сорвалось мягкое «о», из-за которого в внутри Джина стало извиваться нечто мягкое и острое одновременно. Прошло совсем немного времени, и Джин также кончил, изливаясь глубоко внутрь возлюбленного. Тяжело дыша, он вышел, наклонившись, чтобы нежно поцеловать Юнги, который вздрогнул из-за чрезмерной чувствительности, извиняясь: — Я сейчас вернусь, — тихо произнёс Джин, направляясь в прилегающую ванную, чтобы взять полотенце. Когда Ким вернулся, Юнги слегка приподнялся, его взгляд всё ещё был расфокусированным. Сокджин улыбнулся, вытирая их обоих, мягко прикасаясь. Наблюдая за блаженным лицом Юнги, Джин не мог выкинуть из головы мысль: «это человек, которого я люблю». Он так скучал по нему в течении этого месяца. Они больше никогда не расстанутся так надолго, Сокджин позаботиться об этом. С этой мыслью Ким забрался в постель к младшему, осторожно устраивая их обоих так, чтобы Юнги мог лежать на его груди, а подушки по-прежнему могли поддерживать его больное плечо. Довольный, Сокджин обнял того за талию, наклонив голову, целуя в висок. Юнги откинул голову назад, глядя на Джина своими кошачьими глазами: — Я скучал по тебе, Сокджин. Сокджин ущипнул Юнги за бок, рассмеявшись над визгом младшего. — Хён. Ким, скорее, почувствовал, чем увидел, как Мин закатил глаза. — Всё хорошо, да. Сокджин-хён. Певец гладил младшего по бедру, наслаждаясь близостью их тел. Это было прекрасно. Правильно. — Я так скучал по тебе, котёнок. — Спасибо тебе за сегодня, хён. — Всё для тебя, — ему пришла в голову мысль, и Джин снова повернулся к Юнги, — но ответь мне честно, тебе не было больно… Юнги поднял голову, прижимаясь губами к чужим, тем самым заставляя Джина замолчать. Младший с улыбкой отстранился. — В последний раз говорю, ты не сделал мне больно, — притворная обида в голосе сменилось нежностью и застенчивостью, зазвучав мило, — ты никогда не сможешь причинить мне боль, хён. Я доверяю тебе. Сокджин не мог сдержать то огромное количество любви, бурлящее в нём, когда слушал эти слова. — Я люблю тебя, Юнги, — Джин прижался щекой макушке Юнги. — Я тоже тебя люблю, хён. Чувствуя усталость Юнги, Сокджин потянулся, чтобы выключить прикроватную лампу. Остался только свет угасающих свечей, которые последние полчаса догорали одна за одной. Затем Джин лёг отдыхать. Юнги рядом. Как всегда. — Но ты уверен, что я не… — Хён!
Примечания:
Я не занималась переводами фанфиков больше двух лет, поэтому, надеюсь, что получилось, как минимум, неплохо и, что вам понравилась история.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты