My future

Полуразрушенная хибара на окраине города, вечно пустые бутылки из-под алкоголя и соответствующий запах, въевшийся в стены, уже стали такой привычной картиной. Семья Таками еле сводила концы с концами. Отец — вор и алкоголик, мать — наркоманка, постоянно пребывающая в нирване. Такими они были. У них был единственный сын, который как ни странно, вырастая в подобной семье, не пошел по наклонной, а наоборот, старался быть лучше и правильнее. Кейго был примерным учеником, добрым, милым и тихим омегой, но из-за родителей, с ним никто не заводил дружбу. Омеги сторонились, а альфы презирали, предполагая, что подобно семье, Кейго мог толкать по подворотням наркотики или заниматься проституцией, но они были не правы. Омега зарабатывал деньги честным путем, подрабатывая в небольшом продуктовом супермаркете на окраине города, недалеко от дома. Кейго мечтал поскорее закончить школу, и вырваться во взрослую жизнь, убраться подальше от родителей, чтобы те его не достали. Оставалось потерпеть какие-то полтора года, и этот ад закончится. В последнее время, Кейго волновало то, что отец стал обращать на него внимание. Альфа мог несколько минут неотрывно смотреть на него, словно изучая, и это пугало подростка, особенно учитывая тот факт, что раньше, тот его либо не замечал, либо толкал, крича, чтобы тот скрылся с глаз. Так, в один из дней, возвращаясь после вечерней подработки, Кейго зашел в покосившийся дом, и прошел в свою комнату, заметив сидящих на кухне родителей, которые сидели за непривычно пустым столом, который обычно был заставлен пустыми бутылками. Посчитав это странным, но не став зацикливать на этом внимание, Таками начал разбирать сумку. Спустя пятнадцать минут, за окном послышался шум остановившихся на гравийке машин. Удивленно выглянув в окно, Кейго заметил две черные машины, словно сошедшие с экранов криминальных фильмов. Черные тонированные седаны люкс класса, не предвещали ничего хорошего. Затем, из них вышли люди в черных смокингах, они открыли заднюю дверь второго авто, и Кейго увидел красноволосого статного мужчину средних лет, который метнул брезгливый взгляд в сторону их дома. Резко подорвавшись с места, Кейго схватил пустой ранец, выдвинул полку с одеждой, достав оттуда джинсы и теплую толстовку, а под ней и небольшой бумажный конверт со своими накопленными сбережениями. Омега понимал, что эти грозно выглядящие люди здесь не к добру и поэтому, решил быстрее сбежать из дома. Вытащив из-под кровати легкие кеды, быстро натянув их, Кейго дождался пока гости обойдут дом, чтобы войти. В это время, он открыв окно, вылез через него и бросился бежать. Телохранители открыли дверь, а затем один из них первым вошел в покосившееся жилище, проверяя дом. Следом за ним вошел и Энджи. Хозяева вышли встретить гостя, почтительно ему поклонившись. — Здравствуйте, господин Тодороки, вы как всегда прекрасно выглядите — лебезя, поздоровался альфа, чуть ли не падая в ноги вошедшего. — Не заговаривай мне зубы, Таками. Чем будешь отплачивать долг? — холодно спросил мужчина. — Как и договаривались. Сейчас я его приведу — мужчина пошел в комнату сына, но увидел лишь открытое окно и пустую комнату. — Гаденыш, я его убью — прошипел мужчина, но замер, услышав на улице звуки возни. Резко развернувшись, альфа вернулся обратно к гостю, и как раз вовремя. Тодороки смотрел на Кейго трепыхавшегося в стальных объятиях его телохранителя альфы. — Где выловил его? — усмехнулся мужчина. — Он вылез через окно, и пытался сбежать в город — отрапортировал альфа. — Что ж, мне нравится. Я не только прощу тебе долг, но и накину сверху — удовлетворенно оглядев омегу с ног до головы, сказал мужчина, и потянулся во внутренний карман пиджака, вынув оттуда чековую книжку. Написав на странице приличную сумму, мужчина оторвал чек и протянул Таками — Мне нужны его документы. — Сейчас, господин Тодороки. Томие, найди их — женщина встала и ушла в комнату, позже возвращаясь с небольшой папкой черного цвета, которую отдала Энджи. Просмотрев их, альфа кивнул. — Все здесь. Было приятно иметь с тобой дело, Таками. В машину его — скомандовал красноволосый, и двинулся на выход. — Что? Отец? Что все это значит — Кейго растерянно смотрел на родителей, и только сейчас понял, что отец был непривычно трезвый, а мать «чистая». Они спокойно смотрели на то, как его выводят из дома, даже не попытавшись остановить. Это было подло и низко. На шестнадцатом году жизни, родители Кейго, обменяли его, как какую-то вещь, продали за свои долги, в роли домашней зверушки, игрушки для развлечения богатых выродков. Теперь, сидя в машине, перед статным альфой в костюме, от которого исходила аура холодного и величественного превосходства перед всеми, Кейго чувствовал только опустошение. Возможно, он сожалел, что не решился уйти из дома раньше, ведь тогда бы, он не ехал с этим человеком, в непонятном направлении. Поджав губы и крепче прижав к груди ранец, омега ждал, куда его привезут. Машина остановилась перед огромным поместьем, в традиционном японском стиле и его, снова под конвоем, повели вслед за мужчиной. Они зашли в большую комнату, выполненную в коричнево белых тонах, которая служила рабочим кабинетом. Большой стол из темного дерева, в виде буквы «Т», по бокам от которого, стояло по креслу для гостей, и большое черное кожаное кресло в середине для хозяина. На столе были какие-то документы и настольная лампа. Сзади, на стене, висели коллекционные катаны и какие-то картины с иероглифами, по углам, высокие шкафы из темного дерева, в которых стояли папки с документацией. — Садись в кресло — бросил мужчина мальчишке, и сам сел на свое место, а затем обратился уже к телохранителю — Раппа, позови сюда Даби. Мужчина кивнув, тихо вышел, и в кабинете снова настала звенящая тишина. Кейго сидел в большом кресле, и сердце его бешено стучало в груди, а руки, сжимавшие ранец, отчаянно тряслись перед пугающей неизвестностью. Что от него захочет мужчина? Что его заставят делать? Над ним будут издеваться, а потом убьют? Или же продадут на органы? От всех этих предположений, омеге хотелось провалиться сквозь землю, быть хоть где, но не здесь. Сжимая пальцы и часто моргая, Кейго держался, боясь позорно разреветься. — Не бойся, я тебя не убью — ответил мужчина, и в этот момент, дверь в кабинет открылась. Расслабленно походкой, в кабинет вошел высокий и хорошо сложенный, молодой, темноволосый альфа. Он, подойдя к столу мужчины, вальяжно сел в кресло и уставился на отца. — Ты что-то хотел, отец? — заинтересованно приподняв бровь, спросил молодой альфа, полностью игнорируя сидящего напротив, светловолосого омегу. — Да, хочу подарить тебе игрушку, Даби. — Игрушку? — недоуменно переспросил Тодороки, усмехнувшись. Мужчина, поднявшись с места, обошел стол, и остановился за сидящим в кресле светловолосым юношей. — Вот — Энджи, подойдя к креслу, опустил свои руки, на узкие плечи сидящего в нем омеги — Знакомься, это Кейго, можешь делать с ним все, что пожелаешь. Ты жаловался, что у тебя нет омеги, так вот, я тебе ее дарю. Почувствовав на плечах сильные руки мужчины, Кейго испуганно замер, боясь сделать лишнее движение. А затем, услышав, что сказал мужчина, он заторможено посмотрел на брюнета перед собой. — Ммм, правда? Мне нравится — облизнулся темноволосый альфа, и плотоядно уставился на замершего омегу. Юный светловолосый мальчик, с симпатичной мордашкой и стройным телом. Молодой альфа поднялся с места, и подошел к сжавшемуся омеге. Кейго казалось, что он сейчас потеряет сознание, двое высоких альф с сильными запахами и аурами, скалами нависали над ним. Когда чужая грубая рука дернула его за предплечье, вынуждая подняться, Таками запнувшись, полетел на парня. — Что, уже не терпится оказаться в моих объятиях? — усмехнулся тот. — Для начала, отведи его Кюдаю. Я хочу чтобы он проверил его, прежде чем ты начнешь развлекаться — отрезал мужчина. — Хорошо — пропел Даби и приобняв Таками за талию, прижав к себе, повел прочь из кабинета отца. Попытавшись отстраниться из сильных объятий, Кейго сделал только хуже. Альфа почувствовав сопротивление юноши, прижал его к себе сильнее, продолжая вести по коридорам, пока они не спустились вниз по лестнице, оказываясь перед железной дверью. Два раза постучав костяшками руки по двери, Даби открыл ее. — Гараки-сан, вечера вам — громко прокричал парень, и пошел дальше, находя за ширмой что-то писавшего старика. — Даби, как неожиданно. Чем могу помочь? — сверкнув стеклами очков, спросил семейный врач. — Да вот, привел вам на осмотр мальчика, хочу узнать, каков у него «пробег» и нет ли заболеваний и прочего — облизнувшись, язвительно ответил альфа, разжимая объятия. — Понятно, понятно — пробурчал врач, и посмотрев на юного омегу, обратился уже к нему — Раздевайся, можешь оставить только рубашку. Пребывающий в шоке омега, не веря, посмотрел сначала на альфу, бросившего столь отвратительные слова, касательно его тела, а затем и на врача, который сказал ему раздеваться. — Юноша, не бойся, мне надо только тебя осмотреть — спокойно сказал старик. Кейго никак не мог заставить себя раздеться, поэтому, когда раздраженный, тормознутостью омеги альфа забрал из его рук ранец, начал стягивать с него толстовку, Таками испуганно вскрикнул, и попытался уйти от неприятных прикосновений. — Нет! Не трогай меня! Ублюдок! — Даби, в первый раз услышавший голос омеги, был приятно удовлетворен, голос мальчишки был для его ушей словно мед, несмотря на ругательства. — Чем быстрее тебя осмотрят, тем быстрее мы отсюда выйдем, и не будем трепать нервы доктору — наконец, содрав с Таками толстовку, выдохнул альфа, а после приметил гинекологическое кресло, на котором были ремни, видимо, как раз для таких строптивых как Кейго. Потащив сопротивлявшегося и верещавшего омегу к креслу, Даби легко закинув его на него, и начал пристегивать сначала одну руку, а потом другую. — Хватит! Отпустите меня! Я не хочу! — уже вовсю истерил омега, пытаясь вырваться. Держа одну ногу блондина, Даби начал стягивать с него брюки вместе с бельем, позже укладывая тонкие ноги на подколенники кресла и пристегивая их. Омега, замерев в столь постыдной позе, привязанный с раздвинутыми ногами, без возможности пошевелиться, больше не мог сдерживать жгучие слезы. Медленно отвернув голову, глубоко и рвано дыша, Кейго позволил слезам очерчивать свое лицо. — А ты тут, очень даже ничего, мне не терпится тебя объездить — не обращая внимания на слезы юноши, нетерпеливо сказал альфа, а после, резко приблизившись, коснулся груди омеги, начиная расстегивать на нем рубашку, однако его прервал вежливый кашель. — Даби, ты пришел, чтобы я его осмотрел, а не для того, чтобы заниматься в моем кабинете непотребствами. Не мешай мне работать. Старик отодвинув альфу, надел перчатки и сел на стул, придвинув к себе инструменты для осмотра. Кюдай взяв смазку, немного смочив палец, аккуратно вставил его в юношу, от чего последний резко дернулся и всхлипнул, чуть задрожав. Тихо хмыкнув, врач начал брать анализы омеги, чтобы проверить его. Все эти процедуры заняли около пятнадцати минут, в течение которых, Даби не отрываясь, следил за действиями доктора. Оставив юношу в покое, старик ушел обратно за ширму, чтобы узнать результаты осмотра. Тодороки, проследив за ушедшим врачом, сел на стул, заняв его место. Альфа смотрел на судорожно вздымающуюся грудь и плоский живот Кейго, пока взгляд не опустился к розовому сфинктеру. Взяв смазку, Даби немного выдавив на длинные пальцы и размазав ее по ним, медленно приставил палец к розовому кольцу мышц, незамедлительно проникая. Дернувшись от столь неожиданного и резкого проникновения, Кейго подняв голову, увидел расположившегося у него между ног хищно облизывающегося альфу. Парень, вынув длинный палец, приставил к нему еще один и так же резко, ввел их в юношу, вырвав из груди задушенный всхлип. Все предыдущие партнеры Даби, были опытными и горячими в постели, в принципе, как и он сам в свои двадцать лет. Им не нужны были предварительные ласки и разработка, они были уже горячими и готовыми на любые извращения, но этот мальчик отличался от них. В нем было ужасно узко. Как раз в этот момент, из-за ширмы вышел врач, и, увидев манипуляции Даби, только покачал головой, огласив результат. — Мальчик полностью чист и здоров, никаких патологий и отклонений не наблюдается. И еще, он невинен, так что, не советую над ним издеваться — сказал старик, а после, вообще вышел из кабинета. Услышав, как закрылась дверь, Кейго поняв, что остался наедине с брюнетом, испуганно сжался, осознавая, что помощи ему ждать неоткуда. Даби же, услышав отчет Гараки, что мальчик чист, только хмыкнул, но когда услышал, что он невинен, в паху мгновенно стало тяжелее. Что говорить, но девственников, Тодороки просто обожал, особенно вырывать из их груди несдержанные стоны и крики. Поднявшись со стула, Даби продолжил расстегивать рубашку, теперь полностью оголяя тело омеги. Он, медленно приникнув к груди юноши, зажал между пальцами розовый сосок, начав его мять и оттягивать, а после, вбирая в рот, начиная облизывать и покусывать. Не ожидавший этого Кейго, судорожно вздохнул и прогнулся в позвоночнике. В тот же момент, Тодороки начал играть и со вторым соском, также выкручивая его и сжимая. Спустив одну руку ниже, Даби накрыл жесткой рукой привставшую плоть омеги. Не ожидая, почувствовав руку альфы, Кейго не сдержался, и громко простонал, начиная кусать губы, чтобы заглушить эти позорные стоны. — Не… трогай меня — прошептал омега, сжимая пальцы. Оторвавшись от груди омеги, Даби резко впился в пухлые губы мальчишки, начиная настойчиво его целовать и быстро двигать рукой по аккуратному члену. Почувствовав что разрядка омеги близко, Тодороки резко отстранился и принялся расстегивать ремни, приковывающие Таками к креслу. Обессиленный и перевозбужденный юноша, совершенно не сопротивлялся, когда Даби подняв его с кресла вынес из кабинета в неизвестном направлении. Очнулся он, когда почувствовал спиной необычайно мягкую кровать, а после чуть не задохнулся. Альфа, склонившись над его плотью, вобрал ее в свой горячий рот, начиная делать божественный, по мнению Кейго, его первый минет. Громко закричав и выгнувшись, Кейго невольно запустил пальцы в черные волосы альфы, желая, то ли отстранить его голову, то ли притянуть еще ближе. Долго не продержавшись, резко, тело прострелила судорога, и он задушено всхлипнув, излился в рот брюнета. Тодороки, доведя омегу до конца, отстранился от него и, запустив руку в мешавшие черные волосы, зачесал их назад, голодными глазами пожирая стройное тело. Быстро расстегнув звонко брякнувший ремень и ширинку, альфа выпустил свою изнывающую плоть. Шире разведя стройные бедра омеги в стороны, Тодороки, проведя пальцами по узкой дырочке истекающей смазкой, собрав прозрачные капли, а после, размазав их по стволу, приставил его к горячему нутру. Секунда, и он медленно входит в застонавшего омегу, начиная потихоньку продвигаться дальше. Где-то на периферии сознания, Кейго слышал звук расстегиваемого ремня, понимая, что сейчас, он перестанет быть девственником, и теперь, это его почему-то не расстраивало. Мгновение, и вот, он чувствует боль, прострелившую позвоночник и горячую плоть альфы. Стоило Даби войти в омегу полностью, как он почувствовал, что если останется в этом положении, то может позорно кончить, даже не начав двигаться. Альфе казалось, что горячее нутро Кейго, как и он сам, были словно созданы специально для него, и для его плоти. То, как омега сжимал его, чувственно стонал, и выгибался, вызывало у него дичайший восторг, которого Даби никогда не испытывал, трахаясь с другими омегами. Начав двигаться, Тодороки стал глухо порыкивать, сильнее вбиваясь в податливое тело и смотря на распахнутые в удовольствии губы и надломленные брови. Спустя мгновение, омега приоткрыл золотые глаза, заворожено смотря на двигающегося в нем парня. Этот красивый и сильный альфа, заставил его позабыть обо всем, сейчас для него существовало только это время. Чувствуя подступающий оргазм, Даби ускорился, но неожиданно почувствовал, как судорожно сжавшись, омега кончил, звонко простонав, и излившись себе на живот, даже не прикасаясь. Чуть замедлившись, помучив омегу еще пятнадцать минут, альфа быстро вышел и кончил на бледные ягодицы омеги, тут же падая рядом с тяжело дышавшим Таками, тело которого пробирала дрожь. После их соития, Даби даже и забыл, что этот омега, должен был стать просто игрушкой, но теперь, он не мог представить юношу в этой роли, он видел его только в своем будущем. — Черт, кажется, ты мне нравишься — тяжело дыша, обреченно выдохнул альфа. Услышав эту фразу, Кейго перевернувшись на бок, лицом к Даби, внимательно, но с опаской, всмотрелся в правильные черты лица. — Давай, сделаем вид, что мы только, что встретились? Я Тодороки Даби, — хищно сверкнув глазами и скалясь острыми клыками, пропел альфа. — Таками Кейго — хмыкнул омега, улыбаясь краешком губ, - Наверное нужно сказать, приятно познакомиться? - Да, с таким сумасшедшим альфой ему скучать не придется, с иронией подумал Кейго и позволил Даби оставить на своих губах смазанный поцелуй.