Гниль

— Ха, грязная шлюха, сиди здесь, мразь! — хлопок дверцы и удаляющиеся голоса.       «В этот раз они наигрались быстрее.» — меланхолично подумал Ласт и, насколько это было возможно, поудобнее устроился в шкафчике, в котором его в очередной раз заперли. «Хорошо хоть, что в этот раз не та компашка, которая жаждет ещё и секса… помимо побоев.» — «оптимистично» подбодрил себя этими мыслями скелет.       Ему ещё только пятнадцать, а партнёров в сексе было уже немало. Он сбился со счёта на сорока трёх. Правда, как-то его никогда и не спрашивали, хочет он вступать в половую связь с кем-то или нет. Точнее, он не имел права решать, ведь он всего лишь школьная шлюха, и стал он ей из-за своего наряда, хотя нет, ключевую роль в этом сыграла информация о его семье…

***

      Прозвенел звонок — последний звонок с уроков — все закопошились и засобирались домой. Открывались дверцы шкафчиков в коридоре, затем так же закрывались, вскоре весь шум стих.       Звонок разбудил задремавшего, даже в таком положении, Ласта. Он зажёг свои бледно-розовые зрачки, что устало вперили свой взгляд в дверь. Через десять минут к шкафчику, где он сидел, кто-то подошёл, и через несколько секунд дверца открылась. — Опять ты здесь? И кто на этот раз? — устало и сочувственно произнёс Гриллби. Этот охранник уже множество раз спасал несчастного скелетика из заточения. — Может, ты всё же примешь мою помощь и… — Нет, всё в порядке, я справлюсь сам, тебе не стоит беспокоиться, Гриллбз. — вылезая из своего шкафчика, остановил постоянно повторяющееся предложение Ласт. Он тут же привычно улыбнулся старому знакомому. — Ты всегда так говоришь, а в итоге вновь оказываешься заперт в шкафчике. — покачал головой огненный монстр, поправляя сползшие очки и закрывая шкафчик. — Это просто такая традиция, а я не хочу её нарушать. — закинув рюкзак на плечо, проворковал Похотливый. — Пока-пока, увидимся на следующей неделе, Сладенький. — послав охраннику воздушный поцелуй, попрощался скелет, быстрым шагом направляясь в сторону выхода.       Ему не нужно было, чтобы из-за него этого монстра уволили или, что ещё хуже, испортили репутацию ложными слухами, ведь среди его нежелательных ёбырей были и дети хоть и не сильно богатых, но влиятельных людей. И в случае, если он попытается воспользоваться помощью Гриллби, то… им обоим не поздоровится. Был опыт, чтобы убедиться в этом.

***

      Скрип ключа в замочной скважине, дверь открылась, шаг вперёд, и вот Ласт уже дома. За порогом его встретила только серость и мрачность, в помещении было тихо. Скелет тут же понял, что в доме никого нет… в прочем, как всегда.       Закрыв дверь за собой, Похотливый присел на табурет возле двери и принялся снимать высокие сапоги. На его лице теперь было отстранённое, полностью безразличное выражение. Таким он был всегда, когда снимал маску пошляка и был наедине с самим собой.       Оставив сапоги стоять возле табурета, Ласт напрямик направился в сторону своей комнаты, которая, к счастью, запиралась на две широкие и плотные щеколды изнутри. Он сам их установил, для исключения возможности повторения некоторых инцидентов.       Зайдя в помещение, которое по размерам было три на три метра, с единственным окном, Похотливый вымученно упал на свою кровать, уткнувшись лицом в подушку.       Настроение было как всегда паршиво-отвратительным. Ласт повернул череп в сторону и уставился на голубое, но какое-то блеклое для него небо за окном, на котором были решётки, как и на всех окнах в этой квартире. Она располагалась на первом этаже, прошлые жители обезопасили себя так от воров.       Что ж, теперь это и не требовалось, ведь воровать здесь нечего. Зато благодаря этому ощущается, словно он птица в клетке.       «Почему «словно»? Так и есть. Я — жалкая, грязная и никому не нужная птица, крылья которой уже давно к чертям изорвали в клочья». — смотря словно в никуда, думал скелет.       Да, его жизнь была просто «прекрасной» с самого рождения. С самого детства он помнил лишь вечные драки, ругань, разбитую посуду и новых девушек его отца, который полностью забил на сына. Тому было наплевать на него, ведь, конечно, зачем заботиться о недоноске, которого родила одна из шлюх, а потом оставила, словно якорь у мужчины на шее. Ласт знал, что тот держит его в этой квартире лишь потому, что та женщина, которая не имеет права зваться его матерью, платит батюне алименты.       И он всегда задавался вопросом: зачем? Ведь за все эти годы его кровная мать так и не разу не навестила его, лишь только деньги ежемесячно отправляет. Но зачем ей так раскошеливаться? Не проще просто забить? Хотя, впрочем, наплевать, его это уже давно не интересует. У него возникали раньше совсем другие проблемы.       В детстве ему часто не хватало еды, так как отец часто пропадал, оставляя ему лишь продукты быстрого питания, которые не могли насытить растущий организм маленького скелетика. Тогда он решал дело попрошайничеством и воровством… да и сейчас решает. Уже в свои пять лет он мог с лёгкостью незаметно стащить бумажник даже у полицейского, не то что у какого-то проходимца.       Однако это спокойствие не могло длиться вечно. В школе — хоть он и вёл себя крайне тихо и незаметно, — как-то смогли прознать про его ситуацию в семье. Это привело к насмешкам, затем к избиениям. В начале он пытался звать на помощь, обращаться к учителям, но те лишь проводили воспитательные беседы с учениками, дальше не заходя. А за то, что он сдавал своих обидчиков, ему доставалось особенно сильно, и он перестал взывать к помощи.       Проходили года, он продолжал воровать, на эти деньги питаясь и кое-как оплачивая квартиру и все счета, так как отец лишь только пьянствовал, целыми днями и ночами пропадая вне дома. Редко он мог поднакопить и даже позволить себе купить новую одежду. В один день ему попался дешёвый вариант: чёрная майка-топик с голубым сердцем по середине, чёрные сапоги, чуть обтягивающие чёрные штаны и фиолетовая жилетка с синим мехом. Всё продавалось комплектом и за мизерную цену, ему как раз хватало, а то старые вещи настолько поизносились, что даже заплатки были протёрты до дыр.       Сначала ему такой наряд показался слишком вульгарным и открытым, но ему впервые крайне шло, так что настроившись на позитивный лад, он на следующий же день пошёл в новой одежде в школу. Через несколько дней ему как раз должно было исполниться пятнадцать       И с того дня, когда он появился в этом одеянии, и начался его новый ад, о котором он прежде не подозревал. Сразу по прибытию он слышал шепотки, а от некоторых личностей свист с вульгарными и пошлыми предложениями.       Его тогда сразу же пробрала дрожь, у него было плохое предчувствие, но он постарался себя успокоить. Учителя на удивление ничего не сказали про его внешний вид, но он чувствовал своими костями их презрительные и даже брезгливые взгляды.       После уроков его перехватили и, несмотря на всё сопротивление, отвели в мужской туалет. Это были два скелета, его одноклассники: Ред и Хоррор. Он хорошо запомнил эти имена и тот день… На всю жизнь запомнил.       Тогда казалось, что все его кости просто разломали напополам, а затем стёрли в труху. Двое скелетов не щадили его, а на крики и стоны лишь смеялись и сильнее вдалбливались в его переломанное тело. Он пытался вырваться, пытался кричать, но сзади его крепко держал Ред, а спереди пристроился Ужас и при очередной мольбе тот проник в его рот.       На попытку прикусить чужое достоинство его с силой ударили по черепу, так, что в глазах всё поплыло еще больше. А дальше… Дальше он не помнил, даже и не желал вспоминать.       Вечером он очнулся на полу туалета. Первый час он не мог даже пошевелиться и оглядеть себя. Он просто лежал, словно труп, сверля белыми зрачками потолок. Ему тогда как никогда захотелось сдохнуть, умереть, оборвать свою никчемную жизнь. Но… в дальнейшем, сколько бы он не пытался, он всегда останавливался в последний момент. Чертов страх не давал ему насладиться вечным покоем, забвением.       В тот вечер он кое-как дошёл до помещения охраны, вызвал там такси и доехал до своего дома. Вещи, в отличие от него, не пострадали, лишь были испачканы в сперме и его магической крови.       Зайдя тогда домой, он первым делом направился в ванную, а там, со слезами на глазах, трясущимися руками остервенело тёр свои кости, царапая их и принося себе этим лишь больше боли. Тогда он ещё не думал, что такое станет его обычным днём в старшей школе.       Вдруг раздался сильный грохот в прихожей. Ласт быстро, но тихо подскочил и, подкравшись к двери, запер ту на имеющиеся щеколды, ещё и подпёр дверь имеющимся в его комнате стулом, который обычно выполнял роль вешалки для его малочисленных вещей.       Шум и ругань, значит батяня припёрся, и, судя по голосам, не один, а со своими дружками. Это плохо, лучше бы баб привёл, а то эти братки в случае чего могут помочь батяне выломать дверь в его комнату.       Такое уже было, только тогда на двери была лишь одна хлипкая щеколда. Отец догадывался, что у него откуда-то есть деньги, поэтому требовал отдать их ему, но, естественно, не получал желаемое. Тогда тому всё же несколько раз удавалось проникнуть к нему. Было неприятно, однако побои этого хрыща не шли ни в какое сравнение с тем, что ему приходилось переживать в школе. Жалко только деньги терять было, ведь оплачивать счета, квартиру и покупать редкую канцелярию, а так же обязательно еду нужно было.       Но в этот раз тот, похоже, не был заинтересован в нём, так как батяня вместе со своей кавалерией пьяниц направились в зал, судя по шуму. Ласт выдохнул, так как по привычке задержал дыхание, а затем аккуратно лёг на свою кровать, тут же укрываясь одеялом и засовывая одну руку под подушку. Ему нужно поспать, а уроки он сделает потом…

***

      Ласт прямой и гордой походкой шёл вперёд, в сторону нужного ему кабинета. Первым уроком была геометрия, а он люто её ненавидел и не переваривал, даже алгебра давалась ему — хоть и немного, — но легче.       Повернув за угол на развилке, он кого-то пихнул плечом. Прежде чем он успел хоть что-то сказать, раздался чужой голос: — Ой, извините.       Похотливый перевёл взгляд на говорившего: перед ним стоял и неловко улыбался скелет, что на пол черепа был ниже его самого. Голубые зрачки того смотрели прямо ему в глазницы, в тех искрилось детское любопытство. — Не стоит извиняться, я сам на тебя налетел, Ягодка. — отозвался Ласт, привычно зазывно улыбаясь и начиная более тщательно разглядывать мальца перед собой. Тот был одет весьма просто: серая футболка, тёмно-синие джинсы и голубые сапожки, а ещё такого же цвета, как и сапоги, бандана на шее. — Блу, вот ты где! Быстрее, мы же опаздываем! — выскочив из неоткуда, воскликнул ещё один скелет. Он был чуть выше Ягодки, но всё равно заметно ниже Ласта. На нём была одежда тёмно-кофейных оттенков, лишь только шарф на шее был бежевым, а зрачки резво меняли свой цвет и форму — довольно интересный феномен. Так же взгляд цеплялся за… какое-то пятно у того на скуле. — Мы же договаривались не разделяться, забыл? — спокойно подошёл третий скелет. С его появлением атмосфера сразу же стала более уютной, что-ли, домашней и спокойной. Это был скелет, которого можно было назвать Солнцем за его ярко жёлтые зрачки и диадему на черепе, а так же и за жёлтый свитер. Тот как раз-таки сравнялся ростом с Ластом. — Приношу свои извинения за беспокойство, мы уже уходим. — неожиданно обратился к нему этот Солнечный мальчик. — Я… — но Блу так и не успел ничего сказать, двое скелетов быстро оттащили Ягодку в сторону и повели по коридору, что-то выговаривая.       «Хм, довольное интересное трио.» — про себя отметил Похотливый. Он эту компанию никогда раньше не видел, неужели новенькие? Тогда он им очень сочувствовал, его школа была далеко за пределами идеала.       Развернувшись и уже было направившись в ту сторону, в какую ему было надо, Ласт замер, остановленный взбешённым взглядом бирюзового зрачка. Липкий страх начал наползать на него, ведь впереди, в паре метрах от него, стоял сам Кошмар, гроза всей школы, что имел при себе свою собственную банду прихвостней, многие из которых частенько зажимали его, Ласта, по углам школы, делая всё что вздумается, однако их лидер ни разу не насиловал его, чему Похотливый был несказанно рад, ведь один только вид этого скелета внушал ему страх, а иногда и панический ужас.       Скелет, покрытый странной жижей, пришёл в движение, Похотливого пробил холодный пот. Вот тот сделал шаг, ещё один и… Кошмар прошёл мимо него. Не веря своему счастью, Ласт обернулся и на мгновение смог поймать направление взгляда Негатива. Тот определённо смотрел на новеньких и, судя по всему, тот их хорошо знал.       Не желая испытывать судьбу и дальше, Ласт быстрым шагом направился дальше по коридору.

***

      Прозвенел звонок и, быстро собрав вещи, Ласт одним из первых покинул ненавистный кабинет.       «Вот не хватало мне проблем, теперь ещё и эти двое в моём классе.» — устало и раздражённо подумал Похотливый.       Дело в том, что из той троицы, что он встретил недавно, двое из них, оказывается, будут учиться с ним в одном классе. Так мало того, судя по фамилии, как выяснилось, Дрима, тот приходился родственником Кошмара. Как раз-таки сам Негатив и пилил своего родственничка яростным взглядом весь урок. Вторым же был скелет в кофейных цветах одежды — Инк, на которого так же мельком бросал взгляд лучший друг Кошмара — Эррор.       С такими одноклассниками жизнь в их классе однозначно изменится, и Ласт это прекрасно понимал. Однако его интересовал вопрос: где же третий? Может он… — Хей, шлюшка, пошли уединимся, а? — неожиданно преградил дорогу Ред. Тот чаще остальных приходил к нему для очередных игрищ. — А что, твоему маленькому дружку так не терпится выйти наружу? — глумливо произнес Похотливый, растянув рот в ухмылке. — Заткнись, тварь! — ударив скелета кулаком в рёбра, прорычал Красный, а затем, не ожидая больше никаких слов, схватил чужую руку и потащил в сторону лестницы.       «Знал же, что всё этим закончится.» — сцепив зубы, подумал Ласт, прижимая свободную руку к рёбрам и плетясь за быстро идущим мучителем. Но всё же совсем промолчать ему не давала… нет, не гордость, а злость, ненависть к этому ушлёпку, который самым первым растоптал и так его тогда крошечное достоинство в пыль, отняв девственность и сломав изнутри. — Лежать, сука, я тебя быстро оприходую. — выйдя на крышу и намеренно толкнув Похотливого так, чтобы тот упал, произнёс Ред. — Но я могу быть нежным, если ты прежде поработаешь язычком. — расстёгивая ремень на штанах, предложил тот. — Сам себе соси. — в прежней, грубой манере ответил Ласт, вставая. Он знал, что бороться бессмысленно, тот всё равно получит желаемое, как и все остальные, но именно с этим скелетом сдержаться и не выплеснуть хоть как-то свою ненависть было невозможно. — Ты мелкая… — Что ты делаешь?! — раздался громкий вскрик, который прервал рычание Реда. Ласт повернулся в сторону голоса и оторопело уставился на Ягодку. Уж кого, а его он совсем не ожидал здесь увидеть. — Малявка, вали пока я добрый, тут взрослым нужно разобраться со своими делами. — повернувшись к тому, раздражённо посоветовал Красный. И назвал того он малявкой не без основания, ведь Ред сам был на целый череп выше Ягодки.       «Послушай его и уходи отсюда, пока тебе не досталось.» — так же подумал Ласт. Он не хотел, чтобы этот скелетик пострадал из-за него. Тем более лучше не связываться с Редом, ведь у того довольно сильный удар. — Нет, это ты уходи и не трогай его больше никогда. — решительно шагнув вперёд, отозвался Блу. Он взволнованно поглядывал на второго скелета, которого он встретил перед занятиями. Ещё тогда, во взгляде того он увидел боль, а сейчас, увидев на перемене, как другой скелет тащит того невольно идущего следом… он не мог не вмешаться. — Ха, ты мне указывать вздумал? Ещё не дорос до этого, как и до того, чем мы собирались заняться, да, Ласти? Ты же так жаждешь моего члена в своей… — начал глумиться Ред, но его заткнул неожиданно прилетевший в скулу кулак. Удар был такой силы, что даже опрокинул говорившего на крышу. — Не смей так говорить! Это неприемлемо! — встав над дезориентированным противником, прокричал Блу, а затем быстро подошёл к Ласту и, смотря на того, спросил с явным беспокойством: — Ты в порядке? Он ничего не успел тебе сделать?       У Ласта не было слов, он находился в шоке, ведь не ожидал, что этот скелетик окажется таким сильным, что даже сможет повалить Реда с одного удара. Так что он смог найти в себе силы, лишь только отрицательно помотать черепушкой. — Ублюдок… блоха, да как ты только посмел меня ударить. — вставая, прошипел Красный. — Кто ты вообще такой?! — Блу Ханклив, и я не позволю тебе вредить ему. — представившись, заявил Ягодка. — Ханклив? — поражённо и настороженно произнёс себе под «нос» Ред. Скрипя зубами, он развернулся и направился к выходу. — Живи пока, но не думай, что я о тебе забуду, мелкий пиздюк. — бросил он и ушёл. — Эм, так тебя зовут Ласт, верно? Я Блу, приятно познакомиться. — неловко улыбнулся в начале скелетик, а затем протянул руку к Похотливому. — Да, Ласт, мне тоже приятно. — растерянно произнёс названный, на автомате пожимая чужую руку. Он не понимал, почему Ред так просто ушёл, лишь услышав фамилию этого скелета. — Не волнуйся, я буду защищать тебя, так что больше он тебя не тронет. — не правильно понял чужую заторможенность Блу, вставая в героическую позу. — Пф, сколько хоть тебе лет, герой? — не сдержав улыбки и легкого смешка, спросил Похотливый. -Мне четырнадцать, скоро будет пятнадцать. — ответил Ягодка. «Он и правда ещё совсем ребёнок». — подумал Ласт и, вздохнув, стёр улыбку с лица. — Послушай, тебе правда лучше не лезть в это. Не защищай того, кого ты даже не знаешь, а то наберёшься проблем. Ты хоть слышал, кто я такой в этой школе? — попытался предупредить о плохих перспективах в будущем для своего горе-защитничка Ласт. — Ну… нет? Но я всё равно не могу тебя оставить одного в беде! — воскликнул Блу, осторожно, но быстро схватившись за чужую руку, продолжил, потянув нового приятеля за собой к выходу: — Я и мои друзья не дадим тебя в обиду. — Ты не понимаешь, этим ты только уничтожишь свою жизнь, как и жизни своих друзей. Лапочка, не будь идиотом и не лезь не в своё дело… пока ты действительно не пострадал. — всё же идя уже вниз по лестнице за спасшим его скелетом, попытался вразумить того Ласт. — Не волнуйся, наша своеобразная команда защищена от чужого сглаза, да и мы не слабаки, которые не могут защитить себя. — не оборачиваясь, неожиданно для Ласта, серьёзно произнёс Блу, продолжая вести его следом за собой.       Похотливый начал копаться в себе, в своих мыслях, в которых сейчас творилась полная неразбериха. Он не знал, что ещё сказать этому скелету, чтобы тот поменял своё решение. И… на самом деле, он не хотел, чтобы оно поменялось, ведь это спасение было таким неожиданным и таким желанным. Он с самого начала всех своих злоключений хотел, чтобы ему хоть кто-то помог, протянул руку помощи, но при этом он боится теперь, когда эта рука перед ним, принять помощь, ведь это может быть очередной жестокий розыгрыш судьбы, притворство. Он не хотел, не хотел, чтобы его душу в очередной раз ранили…       За этими мыслями он не заметил, как они уже шли по коридору школы. Многие, видя школьную шлюху с новеньким скелетом, шептались и поворачивали головы в сторону идущих. — Ребята! — заметив впереди спины своих друзей, крикнул Блу.       Те повернулись на оклик и быстрым шагом направились к ним на встречу. — Блу, что ты… — начал было Инк, но, заметив Ласта, что только сейчас вынырнул из своих мыслей, замолчал. — Его хотели избить, и я не мог не вмешаться. И теперь я хочу его защищать, но один я вряд ли справлюсь, так что мне нужна ваша помощь. Вы же не против? — затараторил Ягодка, в конце речи наконец отпуская руку Ласта и складывая руки в молитвенном жесте. — Ты же знаешь, что он является… эм, ладно, скажу прямо, шлюхой этой школы? — окинув Ласта пристальным взглядом, от которого у того мурашки по позвоночнику пробежали, спросил Инк, наконец переводя взгляд на друга. — Что? — ошарашенно произнёс Блу, а затем с надеждой тихо спросил, повернувшись к Похотливому: — Но ты же сам против этого, да? Именно поэтому ты оттолкнул того странного скелета, ведь так? — Блу, не дави на него. — остановил лепет Ягодки Дрим, а затем, внимательно осмотрев скелета перед собой, произнёс, глядя на того: — Как я понимаю, ты не сам выбрал такую судьбу. Если хочешь, мы можем помочь. Защитить тебя мы сможем, раз этого хочет Блу. Однако тогда ты должен ни с кем не флиртовать и не распускать руки. Тогда мы с тобой поладим. — спокойно проговорил Солнышко. — Дрим, ты уверен? Это ведь прибавит нам мороки. — посмотрев на своего высокого друга, уточнил Инк. — Да. А морока есть во всём… поначалу. — дал свой ответ названный. — Ура! Друзья, вы самые лучшие и добрые монстры на свете! — накинувшись на своих друзей с обнимашками, радостно выкрикнул Блу. — Задушишь. — прохрипел Инк через несколько секунд. Дрим же просто прокряхтел, все же у младшего хватка была чересчур сильной. — Ой, простите. — заканчивая объятия и отходя в сторону, извинился Ягодка. — Кхем, так что ты решил? Готов соблюдать эти правила взамен на защиту? — откашлявшись и вспомнив, почему они тут, собственно, стоят, спросил скелет с диадемой.       Ласт молчал, он обдумывал это неожиданное и волнующее предложение. Конечно, от защиты он никогда не отказался бы, но… можно ли этим скелетам доверять? Да и хватит ли им сил и связей защитить его от всей школы? Пока что он в этом сомневался, а ставить свою жизнь под ещё один риск он не хотел. Да и мало ли что эти защитнички захотят с ним сделать. Какие ещё мысли у них, а то знает он таких, с виду ангелочки, а на самом деле ещё те черти. Если он доверится, не подумав, то это повредит ему и им, так что, прежде чем принять решение, нужно кое-что уточнить. — А вы уверены, что у вас хватит силёнок, чтобы противостоять, по сути, всей школе? А особенно выступать против банды Кошмара? Да и к тому же, я сам не знаю, что вы за фрукты сладенькие такие. — в своей манере, легко и вальяжно улыбаясь, будто он здесь хозяин положения, произнёс Похотливый.       Трое скелетов быстро переглянулись, а затем, не сговариваясь, серьёзно ответили: — Нам хватит сил, не беспокойся.       Ласт поразился этой синхронности и уверенности в чужих словах. Как те могли быть настолько уверенны? Да кто они вообще такие, эти новенькие? — А, насчёт нас… Прошу прощения, это и правда невежливо с нашей стороны. Я Дрим, брат-близнец Кошмара. Я его отлично знаю, так что могу предугадать его действия и, соответственно, благодаря этому защитить. Знаю, мы с ним крайне не похожи сейчас, многие этому поражаются. — поймав явно шокированный взгляд Ласта, с улыбкой, выражающей понимание, пояснил Дрим. Да уж, он-то на такие шокированные взгляды уже знатно насмотрелся. — А я Инк, братьев и сестёр нет, так что такими сюрпризами «порадовать» не могу. — скрестив руки на груди, слегка хмуро смотря на Ласта, представился скелет. — Ласт, приятно познакомиться. — кое-как выдавил эти слова из себя Похотливый. Он пытался переварить всю полученную им информацию. Ох, и сколько же сюрпризов преподнёс ему этот день. — Нам тоже приятно. Ну так что, Ласт, ты принял решение теперь, когда узнал о нас чуточку больше? — задал ключевой вопрос Солнышко.       Названный не знал даже, что на это ответить. С одной стороны, он толком то ничего о этих скелетах нового и не узнал, только то, что Дрим — это брат-близнец Кошмара. Хотя и в это было сложно поверить, ведь они полные противоположности. Но сейчас дело было не в этом. Теперь, когда он знал эту информацию, влезать в дела родственников казалось очень неразумным. Но даже если и так, то что он теряет? Хуже по-любому уже некуда, разве что его только убьют, но… может тогда оно и к лучшему? Раз он не может этого сделать сам, то сделают другие, закончат его страдания. На хороший вариант развития событий он пока не рассчитывал.       Он думал ещё несколько минут. Трое скелетов молча ждали его ответа даже тогда, когда прозвенел звонок на урок, что сегодня явно почему-то задержался. Наконец он озвучил своё решение: — Хм, я согласен, руки распускать не буду, не волнуйтесь, но от манеры пошловато шутить отучусь не сразу, дорогуши. — с улыбкой произнёс Ласт. Однако он не смог скрыть во взгляде облегчение и некоторую настороженность, что заметил Дрим, но промолчал, прекрасно понимая чужие переживания. — Ура! Мы станем отличными друзьями! — выкрикнул Блу, напрыгивая с обнимашками на нового знакомого, который явно этого не ожидал. — Хей, сами сказали не распускать руки, а теперь рушите собственный запрет? — со слабым смешком произнёс Похотливый, почему-то не решаясь обнять в ответ этого скелетика, что крайне сильно сжимал его рёбра. — Обнимашки не всчёт, это такое приветствие. — весело улыбнувшись, отозвался Блу, отпуская нового знакомого и отходя в сторону. — Ну тогда решили. Ладно, нам всем уже пора на урок, а то мы и так опоздали. — проговорил Дрим и, развернувшись, направился назад по коридору. Инк, окинув новичка взглядом и всё же ободряюще улыбнувшись тому, последовал следом за Солнцем. — Я тоже побежал. Тогда до следующей перемены. — помахав на прощание, произнёс Ягодка и быстро умчался в противоположную сторону коридора.       И лишь Ласт растерянно замер посреди уже пустого коридора, перегруженный всем случившимся.

***

      Прошла уже ровно одна неделя со знакомства Ласта с переведёнными учениками. К его удивлению, его правда больше никто не трогал. Дело ещё было в том, что рядом с ним постоянно был кто-то из Звёздной тройки, что своеобразно дежурили и охраняли его.       Теперь Ласт не сидел один. К нему подсел Дрим, а Инк, как не странно, сел рядом с Эррором, который не раз пытался прогнать определённо знакомого наглеца, но у того ничего не выходило.       А на переменах он чаще всего был с Блу, тот постоянно засыпал его кучей вопросов и сам много чего рассказывал.       Поначалу такое внимание к своей персоне было очень неловким, затем немного раздражающим, но… как-то это всё становилось привычным и даже приятным. Ласт понемногу узнавал всё больше о своих охранниках и — хоть и чуть-чуть — говорил о себе, хоть полностью и не раскрывался. Но даже это заставило их всех сблизиться, почему-то особенно с Ягодкой. Хотя он даже знал почему, тот был настолько открыт и честен, что не проникнуться к нему симпатией и доверием было просто невозможно.       И так за прошлую неделю он узнал, что данная троица перевелась в эту школу, так как в их случился пожар. Никто не пострадал, так как возгорание произошло в выходной день, но здание изрядно пострадало, ведь за огнём последовал довольно мощный взрыв. А эту школу они выбрали, потому что тут учился старший брат Дрима, с которым у Мечтателя, как называли его друзья, были довольно скверные отношения, после одного случая. Что именно за случай приключился, тот не рассказывал, да и сам Ласт не давил, тактично сдерживая явно ненужные вопросы.       Инк же являлся художником и довольно-таки успешным, уже сейчас он продавал свои картины по интернету и имел бы весьма неплохой заработок, если бы не спускал все деньги на мольберты и художественные принадлежности, которых у того и так была целая куча. А Эррор, оказывается, был давним недоврагом Инка, с которым Красочный на самом деле рьяно хотел подружиться. Как тот сам признался, его дико привлекал характер чёрно костного скелета, да и необычная внешность тоже. Ласт не без оснований думал, что не только другом тот хочет быть для Эррора, как говорит.       Блу же был просто весёлым скелетом, и Ласт воспринимал его как ребёнка, правда, как очень храброго ребёнка, который готов заступиться за других, но многое ещё не понимает. Но иногда тот вскользь говорил весьма серьёзные вещи. И эти моменты пошатывали пока ещё устойчивое мнение Ласта… До сегодняшнего случая.       На обеде они привычно сидели в столовой за общим столом, но Ласт решил ненадолго отойти, чтобы умыться. Сейчас он был крайне сонный, ведь всю ночь не спал: отец пришёл вечером домой с группой каких-то людей из пяти-семи человек, и всю ночь из колонки играла музыка на весь дом. Даже полиция приезжала, но лишь только под утро угомонила пьяную толпу.       И вот он уже умылся, и с мыслями, что вроде всё не так уж и плохо, только открыл дверь туалета и хотел выйти, как его толкнули обратно в неприятно пахнущее помещение. — Что, думал, мы тебя не достанем, а? Думал, раз нашёл себе компашку, которой можешь подставлять зад, то теперь ты в полной безопасности и под их защитой, да, мразь?! — буквально рычал Ред, заходя в туалет: именно он и толкнул его. — Да уж, собственность школы никогда не должна забывать, что она принадлежит всем ученикам, а не только конкретной группе. И стоит это шлюшке напомнить. — следом за Красным зашёл Даст, который превосходил в жестокости и неуравновешенности даже Реда.       Следом в помещение вошёл ещё один старый знакомый Ласта — Хоррор. Он явно был недоволен этой затеей. — Парни, может всё же не стоит? Не хочется связываться с Ханкливом, да ещё и от босса потом влетит… — Хватит скулить как щенок, проигрался в карты, так выполняй желание и делай, что велят. — зыркнув на скелета с дырой в черепе, раздражённо буркнул Даст. Его явно не заботили никакие опасения и последствия своих действий. Это было видно по кровожадной, безумной улыбке на его лице. — Замолкните, давайте уже приступим к делу, да, Ласти? Тебе же тоже не терпится, ведь мы так давно тебя не натягивали. — в предвкушении облизнувшись, проурчал Ред, явно наслаждаясь видом испуганного и растерянного скелета. Впрочем, не он один, Даста так же забавляла и по-своему радовала данная картина.       А Ласту действительно было страшно, он отползал спиной к стене, с нарастающим страхом и безысходностью смотря на двоих приближающихся скелетов, и лишь только Ужасс оставался стоять у двери.       Он ведь только позволил себе надеяться, что его жизнь действительно изменится, что в ней больше не будет боли и страданий, что были раньше. Как же он ошибался, они правы, он всего лишь безвольная шлюха, которая никогда не освободится от оков, сковывающих его. Ласт был готов уже сдаться, силы и желание сопротивляться, жить, полностью его покидали, он был готов вновь впасть в безмолвное отчаяние.       Тут дверь туалета открылась, все присутствующие повернулись к ней. В помещение голубой молнией влетел скелетик и, благодаря своей миниатюрности, проскочив мимо Хоррора, остановился перед Пылью и Редом. Увидев последнего, зрачки Ягодки стали мелкими голубыми точками, что едва виднелись в глазницах. — Я же по-хорошему тебе сказал: не смей трогать его, а ты ещё и своих дружков привёл. — обратился к Красному Блу, и голос его сильно отличался от того звонкого и радостного, что был обычно. Его голос сейчас был ровен и твёрд, словно сталь, а взгляд будто хотел препарировать на месте.       За спиной Хоррора к тому тихо подкрался Инк и ударил того по черепу тяжелой книгой из рюкзака. Следом за ним в туалет проник Дрим, который ловким движением сделал подсечку скелету, а затем быстро и чётко связал чужие руки за спиной ещё не очухавшегося от удара Ужаса.       Во взгляде Ласта вновь разгорелась надежда, но вместе с этим и страх за… за своих друзей. Он в первый раз назвал тех своими друзьями, но сейчас было не время концентрировать на этом внимание.       Опираясь на стену за своей спиной, Похотливый медленно и осторожно встал, смотря на отвернувшихся от него врагов. — Ха, а это та самая сопля? Что ж, проверим, как он выстоит против этого. — оскалившись, произнес Даст, доставая нож бабочку и быстрым, еле заметным движением оголяя лезвие и направляя то на Ягодку. — Нет! Не трогайте их! — со страхом смотря на нож в чужих руках, воскликнул Ласт и, прежде чем подумать о своих действиях, бросился Пыли на спину. Ох, хотел хоть как-то защитить своих друзей, спасти хотя бы их, раз не может спасти себя.       Однако тот легко перекинул его через себя, и Похотливый всем своим телом ударился о каменный пол. Это вырвало из его «горла» болезненный вскрик. — Дрянь. — Даст с омерзением пнул Ласта, и это было последнее, что он успел сделать. В следующую секунду на того с яростью накинулся Блу, а хотевшего было помочь товарищу Реда взял на себя вовремя подоспевший Инк…

***

— Зачем, ну вот зачем вы полезли за мной? Вы же могли погибнуть! — отчаянно говорил Ласт, одному из своих спасителей.       Драка в туалете закончилась, толком не успев начаться. Видимо, кто-то из учеников всё же заметил творившееся и позвал учителя. Но вместо одного, чуть ли не целый учебный состав сбежался к туалету.       Сейчас же Ласт с Блу сидели в коридоре на лавке, возле кабинета школьной медсестры, и ждали двух оставшихся героев сегодняшнего дня. Слава Создателю, те отделались лишь только легкими гематомами-синяками и парой царапин.       А вот Блу… Даст всё же умудрился порезать его ножом, и хорошо так. Правая рука была забинтована эластичным бинтом, а на левой красовалось множество пластырей: там порезы были не столь глубоки. Хорошо, что кость порезать не так уж и легко, но вот не будь Блу скелетом, а каким-нибудь другим видом монстра или тем же человеком… Страшно было представить последствия этих порезов на нём, тогда точно бы пришлось зашивать полученные ранения. — Не волнуйся, мы ни за что не умерли бы там. Кто же тогда тебя потом защищал. — весело улыбнувшись, попытался подбодрить друга Ягодка, но его попытка потерпела фиаско. — Это не смешно, а действительно опасно. И всё из-за меня. Я… я не тот, кто достоин таких жертв. — опуская взгляд на свои руки, пробормотал Ласт, ведь он единственный, кто практически полностью не пострадал, отделался лишь болью в спине и небольшой мигренью в черепе.       Тогда, пока все дрались, он оглушённым валялся под ногами, пока не пришли учителя. — Послушай, ты наш друг, мы ценим тебя, хоть и знакомы мы малый промежуток времени, но я с уверенностью могу сказать, что ты не плохой, просто забитый жизнью монстр. И мы тебе поможем и всегда поддержим. Ты только не вини себя ни в чём. Тем более после такого эти трое точно к нам не полезут. Мой брат об этом позаботится. — серьезно проговорил Блу, беря Ласта за руку, этим жестом выражая поддержку и придавая сил. — Твой брат? — хотел было что-то сказать Похотливый, но, зацепившись за последнее предложение сказавшего, переспросил. Нет, Ягодка уже прежде говорил о своём брате, как и о том, что их родители погибли в автокатастрофе, когда самому Блу было всего лишь около года, но тот никогда не говорил, чем именно занимается его брат. — Да, Папс — генерал полиции. Его знают очень многие преступники в городе, правда, конечно, не лично. — хмыкнул Ягодка, продолжая: — Из-за его должности все хулиганы обычно никогда мне ничего не делали, а кто в начале и пытался мне физически навредить, вскоре были наказаны в рамках закона. — начал пояснять Блу.       Ласт внимательно его слушал и не перебивал. После сегодняшнего случая он смотрел на Блу по-новому, не как на просто храброго ребёнка. Тот показал себя действительно весьма храбро, как и Дрим с Инком. Но кроме этого, сейчас он начинал до конца понимать, что этот, с виду ещё ребёнок, уже многое пережил в своей жизни и… тот так же многое и понимает, осознаёт и всё равно живёт с улыбкой не смотря на всю гниль этого лживого и жестокого мира. — Однако была и обратная сторона медали, ведь иначе и быть не может. — грустно улыбнулся Ягодка, опуская взгляд на их сцепленные руки. — С самого детства, как Папс начал подыматься среди остальных полицейских, у него появлялось всё больше и больше врагов, завистников, что были не прочь напакостить ему. И так как родители были уже мертвы, целью обычно становился я. Так что брат окружал меня гиперопекой и защитой всё время… Даже тогда, когда опасности не было. — продолжал расказывать Блу, всё глубже и глубже погружаясь в свои воспоминания. — Соответственно, он не позволял мне видеться с другими детьми и выходить из дома. За мной присматривали только самые надёжные нянечки, а дом тоже весьма серьёзно охранялся.       Ягодка прервался ненадолго, но Ласт не торопил того, давая время собраться с силами. Он лишь чуть сильнее сжимал чужую руку, как бы говоря: «Я рядом, ты не один». — И такой контроль начался с моих неполных четырёх лет. Брат берёг меня, как самое дорогое сокровище на планете, всё своё свободное время уделял мне, но этого мало, ведь мне было необходимо общение со сверстниками, но позволить этого мне, как ты понимаешь, Папс не мог. — Блу продолжил рассказ о своём детстве: — Зато меня с самого детства обучали самозащите, потом ещё и стрельбе, так что, даже не смотря на мой низкий рост, я могу постоять за себя. — задорно произнёс Ягодка, наконец возвращая себе привычный вид и подымая взгляд на Ласта. — Пф, хех, да, ты ещё тот герой, Ягодка. — прыснув и отвернувшись, проговорил Похотливый, но через несколько секунд, так и не поворачивая череп обратно к Блу, спросил: — Но как тогда он смог позволить тебе пойти в школу, раз дела обстояли так серьёзно? — Ну… я просто в тринадцать лет победил своего тренера на спарринге при брате. За эту победу я, хоть и неохотно с его стороны, наконец получил эту возможность. Я его с самого детства просто умолял отправить меня в школу, а то учиться постоянно дома было крайне скучно. — спокойно пожав плечами, как ни в чём не бывало ответил Ягодка, при этом под конец фразы надувшись как хомячок. — И он так просто тебя отпустил? — удивился Ласт. Он сомневался, что всё могло быть настолько просто. — Конечно, нет. Брат никак не может перестать меня опекать, но я его понимаю, он просто хочет защитить меня. — любяще и нежно проговорил Ягодка, вспоминая брата. Он действительно любил того, уважал, даже восхищался им, как героем. — Когда я нахожусь в школе, внизу у входа стоит машина с тремя хорошо обученными охранниками, что ждут и мельком следят за мной. И это так раздражает! Особенно когда они едут по дороге за мной, куда бы я ни пошёл. — раздражённо и обиженно пожаловался Блу, надуваясь. И это действительно сделало его очень похожим на маленького, обиженного всем миром ребёнка. — Да ладно тебе, Сладкий, зато у тебя есть какая-никакая свобода. А охрана в таком положении действительно не помешает. — игриво толкнув плечом Блу, ласково-насмешливо произнёс Ласт. — В отличии от меня, тебя дома ждут, даже если чаще всего это прислуга и охрана. — стараясь оставаться весёлым, добавил Похотливый. Однако Блу заметил во взгляде печаль, боль и затаённую в глубине души обиду. — Слушай, Ласт, а давай ты переедешь ко мне? Моему брату ты точно понравишься, главное, только, пошло не шути при нём. Да и мне тоже будет не так одиноко. — теперь уже Ягодка неловко отводил взгляд, однако руку из чужой хватки не высвобождал.       Ласт был поражён, услышав такое предложение. Он молча уставился на своего друга, которому даже магия к скулам прилила. Видимо, Блу был крайне смущён таким пристальным вниманием, а, может, и своим собственным предложением. — Но ты уверен? Я и так приношу тебе лишь одни неприятности, да и мне будет нечем платить… — неуверенно начал скелет, но ему не дали закончить. — За твоё проживание я и не думал брать у тебя деньги, зная твоё положение в семье. Да и вообще, не это главное, ты мой друг, а заставлять платить друга в такой сложный для него период, это просто неправильно! — удивлённо и оскорблённо воскликнул Ягодка. — И лучше всякой платы — это вместе проведённое время. — говорил с улыбкой Блу. — Но… — попытался в очередной раз что-то противопоставить Похотливый, но ему вновь не дали закончить. — Просто скажи, ты… Ты сам-то хочешь этого или нет? — наклоняясь вперёд, ближе к Ласту, спросил Ягодка, встречаясь взглядом с тем. — Хочу, да. — скулы Ласта покрылись еле заметной дымкой смущения, и он отклонился назад, отвечая на то, что желала его душа. — Вот и отлично. Теперь мы будем с тобой часто видеться, ты будешь под защитой теперь всегда, ура! Мье-хе-хе-хе-хе! — проговорил Блу и радостно рассмеялся в конце, налетая на Похотливого с объятиями, вот только из-за ран те были не такими удушающими как обычно.       И Ласт обнял его в ответ, смиряясь со своей дальнейшей судьбой, которой он был на самом деле очень рад. Двое скелетов-друзей тихо стояли за дверью кабинета и улыбались, по-хитрому смотря через небольшую щёлочку приоткрытой двери на данную картину.

***

      Никогда не знаешь, что случится в жизни в следующий момент. Порой всё меняется кардинально, и не всегда эти изменения приятны, часто даже болезненны. Но главное не сдаваться, продолжать держаться за свою жизнь, несмотря на то, насколько она тяжела, а порой даже жестока, ведь всё может измениться в один момент. Кто-то может её изменить, протянув вам руку помощи и вытянув на новую тропу жизни.