Служебный роман.

Жизнь шла своим чередом. В офисе воцарился мир и порядок. Вражда стихла, сплетники умолкли. Костя готовил проект с международным участием. Алек предложил свою помощь, брат ее принял. А по успешном завершении проекта внес имя брата в список авторов. Олег гордился сыном. Он считал поведение Кости искусной игрой, но мужчины были искренни. Николай радовался миру и согласию. И даже пошел мужу на встречу, дав младшенькому новый проект. Яблоко раздора было далеко, ящик Пандоры остался и готовился вот-вот выпустить своих монстров. Для Олега не существовало перемирий. Омега всегда шел до победного конца. Иначе он не мог и не хотел. Все или ничего. И мужчина редко проигрывал. Алек работал, как проклятый. Это позволяло забыть о Кире. Не надолго, но все же. Он часто приходил в те места, где они любили бывать с омегой. Снова переживал лучшие моменты. Он не знал как, но прекрасно знал, что скажет ему при встрече. Знал, о чем попросит. Муженек, теперь уже бывший, редко приходил. Эти посещения сопровождались скандалами, ором и истериками. У альфы волосы вставали дыбом. Но после ссоры с самим Николаем эти набеги прекратились. Отец Артема испугался гнева своего давнего партнера и пошел на мировую. И вот в один прекрасный день омега вновь почтил квартиру Алека своим присутствием. Вел он себя тихо. Смиренно. Ласкался. Нес всякую чепуху. Пытался помириться, но когда альфа на него рявкнул, перечить не стал. Попросил разрешения собрать вещи. Тихо ушел. Был вечер. Около десяти. Шел дождь. Барабанил в окно. Кира любил дождь. А потом альфе неожиданно позвонили. Слышимость была никакой. Сквозь помехи доносился голос Киры. Альфа ни на секунду не усомнился, что звонит именно он. Кира кричал что-то, про аэропорт Был явно взволнован, даже напуган. Альфа запаниковал. Алеку показалось «Пулково». Слышались и другие голоса, какой-то шум. Внезапно сигнал оборвался. Вне себя от волнения альфа выскочил из квартиры и помчался к подземной парковке. Сел в машину, не заметив, как от нее метнулась тень. Взревел мотор, и машина скрылась за поворотом. Фигура в черном, надвинутой на глаза кепке посмотрела в след авто и скрылась в темноте. Алек гнал, на сколько позволяла машина. Сто, сто двадцать, сто семьдесят, двести. Спидометр зашкаливал. Дорога была пустой в этот поздний час. Машин почти не было. Прошел дождь, было довольно скользко. Альфа гнал, стараясь успеть, не зная куда. Ему звонил Кира! Он так виноват перед омегой! А что, если у парня неприятности. Надо спешить. Спешка, как всем известно, до добра не доводит. На повороте машину стало заносить. Мужчина вдарил по тормозам, но без эффекта. Все попытки были безуспешны. Тормоза оказались неисправны. - Черт! – только успел выкрикнуть альфа. Машина врезалась в ограждение, мужчина не был пристегнут. Он вылетел, выбив лобовое стекло. Мир рассыпался на миллион осколков. Взорвался звоном. И все стихло. Альфа лежал на обочине истекая кровью. Вся левая сторона лица была в крови. Егор и Кира пили чай. Бета теперь часто оставался у Киры. Омега переключал каналы, пока не нашел «родной», где вещали по-русски. И замер от ужаса. Показывали Пулковское шоссе. Мокрый асфальт, разбитое стекло. Покореженный металл. На носилках в машину скорой помощи заносили молодого мужчину. Имя Александр Золотарев ударило по сознанию, как молотом. Кира заметался по квартире. Он не знал, что делать. - Егор, иди домой. Я один должен побыть. – Слова давались с трудом. - Ты к нему поедешь? – Только обреченно спросил Егор. - Не знаю. – Омега врал. Все было решено. Бесповоротно. Поздно ночью в квартире Золотаревых раздался тревожный звонок. Николай снял трубку. Олег обеспокоенный стоял рядом. Альфа повесил трубку, ни слова не говоря, побрел в гостиную. Тихо сел на диван и стал заваливаться на бок. Омега кинулся к мужу, испуганно зовя прислугу. У альфы было уже не то сердце. Расчетливый Олег, этого не предусмотрел. Мужа он не хотел подставить под удар, но альфа первый снял трубку. - Коля! Коля! – Кричал омега, заливаясь слезами.