Служебный роман.

Зал заседаний был тщательно подготовлен к встрече высоких гостей. Устроители постарались все продумать до мелочей. Центр занимал круглый стол красного дерева, стоял он таким образом, что лица всех сидящих были обращены к огромному экрану. Слева от экрана помещалась небольшая трибуна для докладчиков. Место каждого гостя было заранее определено позолоченной табличкой с именем. Везде были цветы. В целом должна была создаться обстановка дружественности и непринужденности. Так и было, но только внешне. Внешне этикет был соблюден до мелочей. На самом же деле все пришедшие знали, что между двумя крупными компаниями разгорится борьба не на жизнь, а на смерть. Уступать ни один из претендентов не собирался. Все знали о махинациях Коростылева, но молчали, считая, что тендер возьмет он. Алек, входя в зал, рвал и метал от злости – Олег пошел попудрить носик, ушел уже минут тридцать назад и возвращаться, видимо, не собирался. Омега не изменился. Положиться на него было нельзя по-прежнему. Алек корил себя за доверчивость. До заседания оставалось минут пять. Люди Коростылева уже заняли свои места, он сам пришел через пару минут после Алека, бросив насмешливый, с нескрываемой издевкой взгляд на Золотаревых. Он гордился своей подлостью, «главное победа, а победителей не судят» - вот был его девиз. Олег не возвращался. Алек начинал думать, что омега перешел на сторону их противника, а его смерть, чудесное воскрешение и помощь, не более чем подстава, месть отцу. Альфа мрачно оглядывал собравшихся. Костя же вопреки всему был спокоен, он сумел собраться, в своего папу он верил бесконечно. Эту веру не смогли истребить даже события последнего года. Олег уже доказал, что жизней у него не меньше, чем у кошки. Константин смутно начинал догадываться, что именно было причиной «смерти» и исчезновения папы. Эта инсценировка самоубийства не была показухой, желанием отомстить за обиду, отвержение. Омега был слишком прагматичен и расчетлив, тогда у него просто не было выбора. Так легли карты, а Олег эту ситуацию повернул себе на пользу. Дальновидный Олег успел все просчитать, и теперь его план входил в завершающую фазу. Все места были заняты, кроме одного, слева от Кости, кроме места без именной таблички. Было ровно три часа, председатель уже хотел объявить заседание открытым, как тихо скрипнула дверь, с обворожительной улыбкой и сияющими глазами вошел Олег. Он извинился за вынужденное опоздание и нарочито медленно, чтобы все могли его рассмотреть прошел к своему месту, мимо Коростылева, помахивая той самой папкой, перед омегой установили его табличку «Золотарев Олег». Коростылев стал бледным, как лист качественной финской бумаги. Вор, обманщик, король подлога, привыкший надувать других, был не готов к тому, что сам остался, похоже, в дураках. - Господин Ннатомба, - обратился Олег с прекраснейшей из своих улыбок к председателю, матерому альфе, с восхищением взиравшему на хрупкого, элегантного омегу - мы хотели бы почетное право выступить первыми, передать господину Коростылеву, ведь я опоздал. Я думаю, это будет справедливо. Конечно, только в том случае, если вы сочтете это возможным и правильным. - Я думаю, это будет справедливо. – Механически повторил, как зачарованный, темнокожий альфа.- Вы можете начинать, господин Коростылев. Коростылев отнюдь не был дураком, он уже догадался, что появление Олега, а тем более «мертвого», ничего хорошего не сулит. Этикет требовал улыбаться. Мужчина улыбался, хотя улыбка больше напоминала звериный оскал. Олег бросал ему из-под полуопущенных ресниц нежные, игривые взгляды, что также предвещало беду в самом скором времени. Максим не имел технического образования, поэтому весь юмор дьявольского омеги он оценил не сразу. Прочитал доклад альфа великолепно, его не смутили несколько удивленные взгляды экспертов Ннатомбы. Весь ужас произошедшего настиг его разум лишь, когда он услышал «свой» доклад из уст Алека, но без технических огрехов. Но это была только присказка, а вся сказка оказалась впереди. Последние слайды, о которых Алек не подозревал, содержали запись нескольких телефонных звонков. Первый, разговор Коростылева с Олегом, где альфа предлагал последнему сдать своего старпера-муженька, предлагая за информацию немалую сумму. Омега отказал грубо и прямолинейно. Итогом этого отказа стали следующие два разговора Коростылева-заказчика с предполагаемым киллером. Это была высшая степень позора, унижения наглядное и изысканное. Истинное лицо Коростылева увидели все. Он проиграл, с треском провалился, когда уже считал свою победу безоговорочной. Для одного это стало триумфальным возвращением, а для другого началом совсем иной истории. Олег бескорыстно подарил наглому юнцу путевку на нары. Список заслуг был шикарный: шантаж, вымогательство, кража интеллектуальной собственности, покушение на убийство. Такого Коростылев стерпеть просто не мог. Взбешенный альфа метнулся к Олегу, поднялась жуткая суматоха. Кто-то стремился поскорее покинуть помещение, многие альфы бросились на помощь Олегу. Вскоре орущего, брызжущего слюной Максима тащили к выходу, где его уже ждали полицейские. Олегу помогли подняться, он улыбнулся, но не своей обычной обворожительной улыбкой, а как-то вымученно. На его светлом костюме не сразу заметили расползающееся алое пятно. Мерзавец все же успел ранить омегу ножом для фруктов, которых везде поразложили предусмотрительные хозяева. Костя на руках вынес папу из зала. Прибежал дежуривший в здании врач. Здесь предусмотрительность оказалась к месту. Рана была неглубокой, кровь остановили, кровопотеря оказалась незначительной. Алек все же настоял на поездке в больницу. Бледный, взволнованный Костя нес Олега, как величайшую драгоценность в мире. Веселее всех выглядел сам раненый. Омега смеялся, шутил. Он явно был доволен собой. - Папа, не разговаривай, береги силы. –Пытался его увещевать Костя. - Мальчик мой, я уже мертв, умереть дважды нельзя. Тем более я решил, что не покину этот грешный мир, пока ваш недотепа-отец меня не простит. А он, поганец, сказал что никогда не простит меня. Я буду жить вечно! - Хватит, это просто чудо, что ты выжил. - Чудо? Для вас, видимо, да. Чудес не бывает. Помнишь, я тебе в детстве читал "Алые паруса"? Чудо нужно сделать самому. Иначе долго придется ждать у моря погоды. Ха! Чудо! Шутник! Тебя еще на свете не было, а я уже творил "чудеса". Мой брак с твоим отцом, возрожденный из пепла бизнес - для многих тоже своего рода чудо. Знаешь, я просто обязан был воскреснуть из мертвых. Для меня это итог моей многолетней работы. Именно поэтому я жив, а этот желторотый поганец скоро сядет в тюрьму. – Олег громко засмеялся, но оборвал смех, скривившись от боли. На пороге клиники их ожидаемо встречал Виктор.