Служебный роман.

- Следующим этапом моего гениального плана было получить полный доступ к данным Коростылева. Я уже запустил в них руку, но этого было мало. И мне снова помогли. Кира, может сам расскажешь, как все было? – Олег снова закурил, передавая эстафету и право говорить Кире. Алек догадывался, что участие Виктора во всем этом маскараде – не последний сюрприз. Он ожидал чего-то в таком духе, но реальность превзошла все ожидания. Олег сумел впутать всех его знакомых, управляя процессом на отдалении. Мастер интриги и тут не оплошал. - Коростылев начал разрабатывать свой план намного раньше, чем все вы о нем услышали. Он был мелкой сошкой, не интересовал ни Алека, ни Костю. Но, как известно, в тихом омуте черти водятся. После череды ссор в фирме, после моего разрыва с Костей он предложил мне сотрудничать. Я даже подумывал о том, чтобы дать согласие, так я был обижен. Поэтому я не дал окончательного ответа Коростылеву, попросил время все обдумать. Меня остановило уважение к вашему отцу, я не мог с ним поступить подобным образом. После этого я уехал в Японию, это был мой первый отъезд… и единственный. После похорон Олега я тоже был шокирован, но еще больше я удивился, получив от него сообщение с неизвестного номера. Я поверил, лишь услышав его голос. Он рассказал мне обо всем, обрисовал ситуацию. Я не поверил ему… сначала. Олег предоставил мне записи их с Коростылевым разговора, угроз. Я узнал об участии Виктора, он все подтвердил. Я долго размышлял, анализировал все факты и убедился в правоте Олега. Мне пришлось возобновить контакты с Коростылевым. Мы с Олегом инсценировали мой отъезд в Японию, на самом деле я все это время был в России. Вначале мне был непонятен замысел Олега с этой поездкой. А потом до меня дошло – вы оба не заподозрили меня. Вы не должны были ни о чем догадываться. Все выглядело правдоподобно. Коростылеву я показал свою значимость в фирме и вашу степень доверия ко мне. Со временем я убедил его в своей преданности. Не просто так, конечно. За его доверие я заплатил важной информацией. - Ты для него шпионил! – не утерпел Алек. Он уже давно сидел сам не свой. Его Кирилл рисковал жизнью в этом мерзком плане Олега! Не только своей, но и жизнью их общего ребенка. А он об этом не знал. Кирилл не ска-зал ни о беременности, ни об истинной причине поспешного отъезда. - Не было иного выхода, - вздохнул Кира. – Мой отъезд выглядел нелепо, но в свете наших с Алеком отношений все выглядело вполне правдоподобно. Мне действительно нужен был перерыв. А замученный работой Костя вообще ничего не заподозрил. Алек, я не хотел тебя бросать, уезжать вот так, я не ожидал твоего предложения. Не злись на меня! Я был в смятении, поэтому и принял идею с отъездом. - Об этом мы потом поговорим, - Алек не собирался выносить свою личную жизнь на общественный суд, тем более в присутствии Олега. - Так вот почему мы не могли вычислить шпиона! – Костя хлопнул себя по лбу. - Для вас я был вне всех возможных подозрений, как святой! Вы увольняли моих подручных или просто тех, кто, ничего не зная, болтал слишком много. На это мы и делали ставку, как и господин Коростылев. Он был слишком самонадеян, я льстил его мужскому самолюбию, иногда флиртовал с ним. За свои услуги брал высокую плату, чтобы отвести подозрения. Коростылев всех судил по себе, я ему подыгрывал. Он мне поверил, а зря. Вначале я передавал ему нашу информацию, а затем стал собирать их данные. Так мы разработали план по двойной подмене. Я предложил за очень большие деньги выкрасть презентацию, что и сделал в ночь перед совещанием. А записи с видеокамер я уничтожил. Это было несложно, я знал все входы и выходы из нашего офиса, всех охранников и их привычки. Вот так ваша презентация оказалась у Олега. - Это просто Санта-Барбара какая-то! Вы психи! Нормальный человек никогда не решился бы на подобное! – Костя от волнения встал и ходил по палате. - Ну, говорят, что гениальность порой граничит с безумием, - Олег посматривал на своих слушателей с полуулыбкой. Их изумление и недоумение его забавляло. Для этих молодых людей, не ведавших еще настоящей жизни и борьбы, подобный план был безумием, а Олег в молодости нередко разыгрывал хитрые комбинации, устраняя соперников по подиуму и претендентов на любовь его мужа. Дорога его не была усеяна розами, он не выбирал легких путей: шел и напролом, и в обход. Увязал порой в трясине сомнений, испытывал горечь разочарований, чужое безразличие. Он знал и холод одиночества, и испепеляющее пламя ненависти. Просто никто из его близких не подозревал о бурях в его душе, вечной борьбе с самим собой. Железный Олег был человеком из плоти и крови, он также сомневался и страдал. Также испытывал боль, уставал от этих интриг, жаждал покоя. Просто омега не показывал этого, сохраняя невозмутимость. Победа никогда не доставалась ему легко. Он платил высокую цену за восхождение – ненависть, зависть, порой презрение, непонимание. На каждой ступени его ждал враг или соперник, за каждым поворотом в его судьбе – удар или ловушка. Всемогущий Олег прошел через все горести обычного человека, не избежал ни одной из них. Вначале непонимание и отчуждение родителей, потом ненависть кол-лег по цеху. Брак тоже принес свои невзгоды. Свекровь Олега не одобряла выбор Николая, так молодой омега познал философию домашних войн. Добившись признания в своей новой семье, он столкнулся с необходимостью поддерживать мужа в бизнесе. И как любой омега ежедневно боролся за своего альфу. Больше всего он боялся оказаться покинутым мужем. С рождением ребенка прибавилось волнение за его судьбу. Сына он обожал, стремился дать ему все самое лучшее – одежда, образование. Его самого мало кто любил, зато многие боялись и ненавидели. Завидовали успеху, ненавидели за силу и красоту. Закулисные интриги, нечестная борьба, подпиленные каблуки, гвозди в туфлях – все эти радости когда-то омега ощутил на своей шкуре и научился применять на других. Он привык рисковать, делать высокие ставки. Обвинения Кости в безразличии к чужой судьбе были беспочвенны. Никто из присутствующих не знал, через какой ад прошел Олег, принимая подобное решение. Омега не разубеждал сына. Легко рисковать, ничего не имея, распоряжаясь лишь самим собой. И вот ему пришлось поставить на кон собственную жизнь. И жизни близких. Он выиграл. Со стороны эта победа выглядела безоговорочной, но Олегу она дорого стоила. - Это уж слишком! Я за время работы в клинике разных людей видел, но подобных вам… - Я приму это как комплимент. Я думаю, уважаемая публика поняла, что следующим этапом было мое неожиданное появление. Ну, а последний акт, мой любимый, мы разыграли на совещании. Кстати, за две недели до моего появления в полиции было заведено уголовное дело на Коростылева по факту о покушении на убийство. Сегодня он просто подлил масла в огонь. Виктор, когда я смогу покинуть этот дом скорби? – Олег прошелся по палате, разминаясь. Он всегда был слишком энергичен, чтобы долго пребывать в бездействии. - В принципе, уже сегодня. Завтра приедете на первую перевязку, а дальше по рекомендации хирурга. - Ну, так пора и честь знать. Можно домой ехать, Олег засуетился. - Что ты подразумеваешь под словом «домой»? - Поинтересовался Константин. - Я все еще живу у родителей, но и ты, милый мой, можешь меня приютить. Хватит мне по чужим домам мыкаться. - А отец об этом цирке знает? – Костю не слишком обрадовала перспектива жить под одной крышей с вездесущим папашей. - Теперь знает, - раздался от дверей низкий мужской голос. Олег побледнел. Все непроизвольно повернулись на этот звук. В дверном проеме стоял старший Золотарев.