Таблетка.

       Куроо смотрит на своего друга, который на данный момент обсуждал нечто интересное с Хинатой. Прищурившись, сжал в кармане чудодейственную таблетку, добыть которую было проще некуда.       — Куроо-сан?..  — подошёл к капитану и тыкает ему в плечо Лев Хайба, чтобы хоть как-то привлечь его внимание.       — Куроо-саааан! Что ты задумал?..  — блокирующий зовёт его, ибо тренер попросил передать кое-что об их раздевалке, но как он не пытался Тетсуро смотрел на Кенму и все. Словно ничего другого в этой жизни не существует. Сдавшись, он ушёл, а капитан Некомы дождался своего ненаглядного друга.       — Я немного заговорился.  — пояснил свою задержку Козуме, хотя темноволосый и так знает это.       По дороге к дому Тетсуро они разговаривали ни о чем, пока сам Тетсуро прожигал его взглядом. Он же надеялся, что Козуме хоть без препарата поймёт его намерения, но увы…       Уже в самой тёплой и уютной квартире брюнет предложил чай, как это было обычно, потому-то крашенный был в счастливом неведении. Он немного устал, но признавать и показывать так явно, как некоторые товарищи, не хотел.       И отпив знакомый чай, из уже своей кружки, ничего не подозревал. Куроо же сел рядом, да, на то же самое место, где и сидит, чтобы видеть, как и во что играет Кенма, пока они на кухне, а не в зале.       Сейчас же капитан ждёт. Вся его надежда на вот эти максимум 25мг, на вот эту таблеточку, так быстро растворившуюся в тёплой, близкой по температуре к кипятку, воде.        Но Кенма никак не реагирует, выпил свой чаёк почти до половины и хоть бы хны, сидит и пьёт, продолжая повествование о новой игре.        Куроо судорожно вспоминает, а ту ли он таблетку-то растворил? Лёгким движением рука направляется в карман шорт, парни частенько так делали, ибо руки некуда было девать, но нащупал пустую упаковку.       «так.неужели все обман?» — однако, высокий старался не подавать виду, что он расстроен, ведь он такое планировал.       — К.Куро?..  — связующий почувствовал жар только сейчас, поскольку пока он рассказывал, то слишком увлекся, не замечая мимику друга, и даже то, что он выпил. А выпил он уже до конца.       — М? Что такое?  — сделал вид, что не при делах, ведь таков план, да, это нечестно, но другого варианта Колючая голова просто не увидел.        — М.Мне жарко, открой окно…        — Кен, окна открыты.  — после этих слов связующий поднял туманный взгляд выше, осмотрел окна, те и вправду были открыты на максимум, или на минимум, но открыты. Сквозняк он чувствовал кончиками пальцев, но его тело все горело.       — Куро, я воспользуюсь твоей ванной…мне нужно.  — но разве сейчас перед ним ванная комната с привычными шампунями и гелями? Нет. Перед ним его лучший друг, капитан их команды, и просто нечто сидит, а после чаепития ставит кружки на столешницу и смотрит своими янтарными глазами.       Кенма буквально тает под прямым взглядом, ничего такого, они так и раньше друг на друга смотрели, будь это простые «гляделки» или безмолвный переговор на проверочной, но почему-то именно сейчас этот взгляд прожигает насквозь, заставляя сердце бешено биться, грозясь пробить ребра.       Оба молчат. Кенма — потому что не знает, что с ним и что делать, и почему ему видится не привычный Куроо Тетсуро, а какой-то красивый мужчина с проницательным взглядом, словно он герой какой-то новеллы, который покоряет сердца с одного взгляда.       А Куроо молчит, ибо проверяет свою и его выдержку, хотя этот неподдельный блеск «кошачьих» глаз золотистого цвета, этот нескромный румянец на милых щечках и учащенное дыхание сводили с ума сейчас. Сейчас? Да, именно сейчас.       Капитан медленно накрывает тонкую ручку Кенмы, зная, что он вовсе не слаб, но связующий вырывает свою руку — хочет, но боится. Он видел Тетсуро в душевой, видел его подкаченные мышцы, что были больше, чем у самого геймера.        — Кен.        — К.Куро, мне страшно…  — он таким голосом никогда не говорил. Голос был приглушен, из-за неправильного дыхания он непроизвольно сглатывал, нервно перебирал пальцы.        — Иди ко мне, я обниму тебя и все будет хорошо,  — ведь обманывает в какой-то степени. Нет, он не причинит ему вреда, это было бы не по плану, да и дружбу портить не хочется.       Шумно сглотнув, Кенма встаёт со стула и чувствует, как резко сжимаются мышцы сфинктера, позволяя вязкой субстанции скатиться одной каплей на чистое белье. Поджав губу, он плюёт на все и кидается в объятия друга, который встречает его поцелуем. Это была не шутка, тонкие, не покусанные и прохладные губы сминали полностью противоположные губы Козуме.       Зажмурившись, пустил слезу, позволяя капитану брать лидерство в этом. Давно он не целовался, но быстро учился, повторяя движения парня.       Широкие ладони второго некомца спустились до бёдер друга, усаживая к себе на колени, нет, практически сразу на пах. После пробрались через слои одежды, касаясь нежной, обжигающей кожи, массируя упругие ягодицы. Как давно Тетсуро Мечтал до них дотронуться? Трудно сказать, как и с какого момента он захотел своего друга, именно — Кенму Козуме.       Кенма действительно был горячим, а после поцелуя и таких ласк, словно плавился в руках друга, послушно извивался, словно знал все наперёд. Он не был геем, нет. Поэтому и сейчас не понимал свое тело, ведь раньше не то что парни, даже девушки не были с ним в настолько близком контакте.        Намереваясь отказать в дальнейшем, не допустить ошибки, которая бы доставила бы проблему, по крайней мере так считал Козуме, с таким удовольствием целуя некогда лучшего друга. Ловил ли он кайф от этого? Ещё какой, разве что… Этого было мало?        Осознав это, немедленно отстраняется от губ некомца, сразу прикрывая его рот ладонью, чтобы не попадаться на этот соблазн.        Куроо специально горячо выдыхает, опаляя этим вздохом ладошку Кенмы, его милую ладошку, которой дарит такой же поцелуй, вгоняя крашенного в краску.        Хитрец Тетсуро подглядывал за реакцией желанного парня, ведь останавливаться он не планирует. От прищура янтарных глаз не скрылось замешательство Кенмы, когда тот понимая жест друга, начинает корить себя за то, что прервал поцелуй, а не наслаждался им.        Брюнет видя, что тот так и не решается на малую близость, мягко отстраняет от себя ладонь друга, что так покорно уплыла в широкой ладони капитана. Кенма с трепетом и непониманием следит за своей рукой, игнорируя  голодный взгляд, изучающий его приоткрытый ротик, ведь тот пытался восстановить дыхание. Слюна связыющего привлекательно блестела на покусанных губах, а Куроо прекрасно знал причину этому — видеоигры. И возвратив пленного к своим губам, целует, чуть посасывая верхнюю губу. Только в этот момент Козуме вернулся в реальность, где Тетсуро наглее всего что есть на свете целует его, заставляя странное чувство чувствовать влечение к человеку своего пола.       Но Кенма далеко не против, смирившись с настырностью друга, отвечает уже так, как умеет, как может и как считает правильным сейчас. Прикрыл другой ладонью веки капитана, убирая с себя этот взгляд, да и сам закрыл глазки, отдаваясь частично процессу, надеясь, что на этом все и закончится.        Так сильно Кенма ещё не заблуждался.        Капитану хватило ответной отдачи и руки, позабытые и тем, и другим, возобновили активность на мягких ягодицах второгодки. Грубее их сжимая, Куроо показывал свои намерения и Кенме оставалось только ахнуть, отлипая от жарких губ, и повиноваться активу по всему видимому.       — Куроо, погоди. — зачем Кенма просит подождать? Чем ему эта пятиминутная пауза, если не меньше, поможет? Козуме не знает, да и брюнет вообще-то не прекращал сжимать ягодицы с каждым разом сильнее.         — Ке~енма ~…  — вполголоса произносит Тетсуро, понизив его, и машинально добавив хрипотцы, чтобы у друга не осталось шансов сбежать. Да, Тетсуро играет нечестно. Да, это не есть хорошо, но уже нет пути назад. По крайней мере, Тетсуро не хочет возвращаться сейчас к уровню просто лучшие друзья           — Ке~енма ~…   — и снова этот голос пробирает Кенму с ног до головы, покрывая тело мурашками. Вздрогнув, сам двинулся на горячем друге, оставляя глаза прикрытыми.         — Ты не сделаешь мне больно, правда?..   — спрашивает он о самом проникновении или же их дальнейшей судьбе капитан не знал и не узнал бы, если бы не прислушался к робко у шепоту, который был так не присущ его Кенме.         — Я хочу с тобой… Многого.   — это обобщенное пояснение, но и его хватает темноволосому, чтобы ухмыльнуться и спуститься прохладным кончиком носа по тонкой шее Кенмы, медленно покрывая её недопоцелуями. Сам же хотел поскорее получить Козуме, без всяких разговоров, просто прижать, нагнуть или подловить момент в той же душевой, чтобы глубоко засадить, но, а теперь…?..        Теперь Куроо думает иначе, что именно сменил его мнение, шепот друга или может, яркий румянец и блестящие от слюнок губки? Нет, вовсе не это. Наверное, честность Кенмы. Совесть грызла капитана за таблеточку  , но он пообещал себе, что все расскажет только потом.        К середине его размышлений усадил Козуме на кухонный стол, роняя кружку на пол, благо та была пустой — Кенма же все допил до дна. А самого юношу факт того, что посуда упала, нисколько не волновал, да и какая может быть посуда в голове, если сейчас его тельце охватывает жар и странное ощущение прямо в паху.         — Скажи своей девственности «прощай». ~…   — шепчет капитан, игнорируя умолчющие взгляды Кенмы прикоснуться к нему хотя бы губами. У Тетсуро свой план, и именно поэтому он заставляет друга лечь на спину и подставить драгоценность   к хищному прищуру кота. И да, Козуме послушно подчиняется и сам стягивает с себя лишнюю на тот момент одежду. Оставшиеся капли трезвого рассудка в последний раз дают отчёт действиям, прежде чем крашенный уберёт пряди волос за ушки и начнёт тянуть на себя капитана Некомы, поскуливая.         — Тетсуро. Ну же… ~.   — сам бы юноша ни за что не стал такого просить так слёзно, но ведь от прикосновений, пусть и незатейливых, но становилось лучше.         — Ну же — что? Давай, Кенма, скажи.   — настаивает брюнет, вдруг так неожиданно превращаясь в настоящего альфа-самца. Пока он ждал от пассива «приказа», уже сам стал гладить и ласкать плоть, схожую на свою, разве что меньше.         — Не так, Куроо!   — вскрикнул Козуме, недовольно сводя бровки вместе. На вопросительное выражение лица нашего актёра он ничего не ответил, но свел горячую ладонь парня ниже собственных яичек, на теплую и чуть-чуть влажную от стекающего с члена предэякулята дырочку.        А дальше у капитана отключился и свой разум. Получив наконец разрешение, хотя и неверным путем, ввёл в него по очереди длинные фаланги, стараясь нежнее скользить позже, как только Кенма прекратил плотно сжимать и невозможно возбуждающе звать его по имени. Решил, что возьмёт сегодня все ровно в тот момент, когда друг выгнулся дугой, разводя свои спортивные ножки шире, видимо окончательно принимая роль жертвы своего хищника.        Удвоил ласки не только обеими руками в горячих точках: уже хлюпающему аналу и налившемуся кровью членом, но и на животе юноши кусаясь и тут же целуя.         — Х.хватит… ~…   — голос Кенмы звучит приглушенно, ибо он старается ещё как-то сдерживать надрывающие голосовые связки стоны. Найдя в себе последние силы, отрывает от своего красного живота Куроо и тянет к своим пересохшим губам.        Стоило Тетсуро увидеть личико друга, как еле сдержался от того, чтобы не кончить себе в штаны, ибо тот был невероятно сексуальным: раскрасневшиеся щеки, дорожки слез, расфокусированный взгляд и чуть расширенные зрачки, а также приоткрытый ротик, по крайней мере, для Некомца. Но и сейчас актив в открытую игнорирует желание друга целоваться и вместо этого снимает с себя белье с одеждой как можно быстрее, ибо оставил Кенму без ласк.        Конечно же, он снова скулит и чуть не плачет, ведь его игнорируют. Закусив губу, рассматривает тело капитана, которое видел почти каждый день в раздевалке, но не обращал такого острого внимания, как сейчас. В нетерпении желает повторить ласки с пальцами внутри, но увы, свои не настолько длинные, чтобы удовлетрить.         — К.куроо… Быстрее, я хочу снова приятно… ~…   — ловит на себе янтарный прищур и рад этому, ведь возможно, хотя бы сейчас его друг сделает то, что он просит и, о чудо, Кенма уливается слезами, поскольку старший проник в него, только вот было слишком много Тетсуро снизу. «когда его было мало в моей жизни?.. никогда.» — в этот момент их мысли примерно совпали, а последующий толчок отключил и возможность думать друг о друге, давая разрешение обоим только заниматься сексом. Таким жарким и немного странным из-за небольшого опыта Куроо и отсутствия опыта Кенмы, но им обоим нравилось то, что выходило.        В очередной раз Кенма делает попытку с поцелуем, но вновь получает игнор. Но не обижается, ибо Куроо рычит, словно зверь, да и долбить он стал также — по-животному. Кенма не зоофил, но описать своего друга другими словами просто не мог. Мало того, что тот так горяч, так ещё и попадает по простате или же проскальзывает, но доводит друга до мелкой дрожи, на что и получает выстрел горячей и быстрой струйкой куда-то в живот.         — Господи… Как же я…   — в это мгновение он признаться не смог, зато успел высунуть пульсирующий орган и выплеснуть желание на ляжки крашенного.