Какой гений не без странностей

«Прекрасно, просто пре-крас-но!» Дерек сейчас честно ненавидел своего дядюшку Питера и его способность впутываться в неприятности практически на ровном месте. — Один день пропустишь, ничего не случится, никто даже не заметит, — передразнил Дерек про себя дядю. — Тебе же не сложно смотаться в Вегас и помочь мне. Лучше бы оставил его на семьдесят два часа в участке! Питера упекли за пьяный дебош в казино и выпустить согласились только под залог и с условием, что Хейл-старший немедленно покинет город. И Дереку выпала честь забирать неугомонного родственника из полиции. Ведь по жесткой иронии у него из живых родственников и остались только дядя и младшая сестра — родители не так давно погибли в автокатастрофе. Поэтому-то Дерек и пропустил очень важный день в университете. С каким-то невероятно сложным зачетом, который он будет сдавать один на один с преподавателем. И поэтому тащится сейчас в сумерках по кампусу, чтобы забрать для подготовки конспекты и учебник, который почему-то оказался в единственном экземпляре и только у одного человека. У Стайлза Стилински. Дерек аж зубами заскрипел, когда узнал, к кому придется обратиться. Стайлз. Гений, отличник, восходящая звезда теоретической физики и абсолютно сдвинутый фрик. Дерек, конечно, тоже не дурак, и пусть он несколько нелюдим и хмур, но даже он лучше социализирован в обществе. Стайлз же просто ходячая катастрофа. Он постоянно торчит в телефоне, погруженный в какие-то расчеты, схемы и уравнения, или листает толстые справочники. И из-за этого часто спотыкается, влетает в стены и пересчитывает носом ступеньки. И общаться с ним тоже сложно. Если Стайлз начинает о чем-то говорить, то слова вылетают из него с пулеметной скоростью, и зачастую он даже не обращает внимания на своего собеседника. Просто вываливает на него тонну информации и снова уплывает в мир физики. И вот к этому человеку Дерек и идет. И он не то, чтобы ненавидит Стилински, нет, просто недолюбливает этого выскочку и заучку. Особенно после одного случая на семинаре. Стайлз его просто размазал тогда. Дерек сверяется с бумажкой, на которой нацарапан адрес Стайлза, и заходит в дом. Здесь, в небольших отдельных квартирках, живут некоторые преподаватели и студенты, получающие стипендию от университета, во время обучения. И это на самом деле удобно — жить так близко к месту учебы. Дерек, например, обитает в городе в одной квартире с сестрой, что его немного утомляет, потому что Кора подросток, и как все подростки взбалмошна, капризна и просто жить не может без вечеринок. Хорошо хоть «любимый» дядюшка поселился отдельно от них, а то бы Дерек совсем сошел с ума. Кстати о сумасшедших. Он уже стоит перед дверью Стилински и решает побыстрее со всем покончить, поэтому резко стучит. Минуту или две ничего не происходит, и Дерек стучит снова, уже гораздо громче. Он отчетливо слышит, как в квартире что-то падает с жутким грохотом, и искренне надеется, что Стилински не сломал себе шею. Каким бы тот ни был фриком и занудой, неприятностей Дерек ему не желает. Он уже было хочет постучать в третий раз, но дверь неожиданно распахивается, и Дерек видит … это! Заготовленная фраза «Привет, Стайлз! Не мог бы ты мне одолжить ненадолго свои конспекты и учебник по квантовой механике» застревает у Дерека в горле, потому что он видит Стайлза Стилински. Голого Стайлза Стилински. Довольно симпатичного Стайлза Стилински. У него поджарое мускулистое тело, пресс с кубиками, широкие плечи и красиво очерченные грудные мышцы. А еще на нем нет штанов. И Дерек видит, господибожемой, член Стайлза. К счастью, расслабленный. Но это настолько его шокирует, что Дерек невольно сглатывает. Потому что даже в спокойном состоянии он внушительный и никак не меньше, чем у самого Хейла. Смущение удушливой волной поднимается из глубины его организма, и Дерек не находит ничего лучше, чем выдавить из себя тупое и протяжное: — Э-э-э… — Что? — резко вскидывает голову хозяин квартиры и, дальнозорко щурясь, смотрит на гостя. Он без своих привычных очков, и Хейл может различить все оттенки коричневого в его глазах. Отчего-то это завораживает его не меньше, чем чужие оголенные причиндалы. Дерек рад, что теперь может смотреть Стайлзу выше пояса, а то ситуация совсем грозилась выйти из-под контроля. — Стайлз, привет! — наконец может проговорить Хейл и неуверенно взмахивает рукой. — Ты что-то хотел? — Стилински не двигается с места и, кажется, нисколько не обеспокоен своей наготой. —Да, — хрипит Дерек. — Да. Ты не мог бы одолжить мне конспекты с последней лекции профессора Льюиса и учебник? — Учебник? — Стайлз морщит лоб и нервно дергает ногой. — По квантовой механике. Он есть в единственном экземпляре, и только у тебя, — терпеливо объясняет Хейл. — По квантовой механике… — задумывается хозяин квартиры и вдруг светлеет лицом. Он вскидывает вверх руку с зажатым в ней телефоном и утыкается в экран носом, быстро что-то печатая. Гость перестает его интересовать, а значит Стайлз занят какими-то очередными расчетами. — Стайлз! — Дереку не нравится находиться рядом с голым одногруппником, внезапно оказавшимся таким красавчиком. Он не комплексует, просто не ожидал, что под мешковатыми джинсами и безразмерными толстовками скрывается такое тело. Да и без очков Стайлз выглядит гораздо лучше. А еще его вечно прилизанные и загеленные волосы сейчас торчат в разные стороны, и это делает Стилински похожим на взъерошенного воробья. Он вдруг резко разворачивается и шлепает босыми ногами вглубь квартиры, являя своему гостю подтянутую и довольно аппетитную задницу и спину с перекатывающимися под кожей мышцами, буквально усеянную сотнями родинок. — Стайлз! — в отчаянии кричит Дерек и старательно не смотрит на белые, не тронутые загаром полушария. — Вон там, — машет Стилински куда-то в угол. — Возьми, что тебе надо. Дерек опасливо проникает в чужую квартиру и натыкается на образцовый беспорядок, присущий всем гениям. На всех свободных участках небольшой комнаты навалены книги, тетради и листочки, исписанные крупным, летящим и небрежным почерком Стайлза. Это, судя по всему, гостиная, и она такая крошечная, что по размеру уступает ванной комнате в квартире Дерека. Из мебели здесь только диван, доска, исписанная формулами, журнальный столик и пара стеллажей с открытыми полками. Стилински что-то быстро записывает на доске, сверяясь с телефоном, и совершенно забывает о госте. Хейл этим пользуется и еще немного оглядывает комнату и хозяина. Он не может понять, почему это делает, почему с таким маниакальным упорством прослеживает путь от одной родинки до другой, мысленно рисуя на чужой спине целые созвездия. Ему внезапно хочется потрогать Стайлза, потому что его кожа на вид очень мягкая и нежная. Лишь усилием воли Дерек сдерживается и подходит к ближайшей куче книг. Стайлз сказал, что он может взять все сам, и сейчас так увлечен, что если бы Хейл решил его ограбить, то этот чудик ничего бы не заметил. Хорошо, что Дерек не грабитель. Он качает головой над чужой безалаберностью и принимается копаться в тетрадках. Удача сегодня все-таки на его стороне, потому что он быстро находит то, что ему надо, и пролистывает несколько страничек, пытаясь разобрать каракули Стайлза. Когда же Хейл начинает понимать отдельные закорючки, до его уха доносится самый порнушный стон, который он только слышал в своей жизни. Дерек вскакивает и смотрит на белую спину хозяина квартиры, в ужасе решая, что тот собрался подрочить в его присутствии. К счастью, Стилински не ублажает себя, а лишь мелко стучится лбом в свою доску и продолжает стонать. Эти звуки не нравятся Дереку, зато очень нравятся его члену. Он, предатель такой, считает их очень возбуждающими. А в ку́пе с оголенностью некоторых привлекательных частей тела Стайлза грозится встать по стойке смирно. Надо срочно бежать из этой прокля́той квартирки, иначе Дерек не избежит конфуза. — Эм, Стайлз, — зовет он. — Я все взял, спасибо. Верну тебе завтра. Или послезавтра. — Не сходится, — Стайлз разворачивается на сто восемьдесят градусов, спиной к доске, и его член качается из стороны в сторону, а Дерек пытается разглядеть звездное небо прямо через потолок, несколько верхних этажей и крышу. — Не сходится. В его голосе столько печали, что Хейлу хочется подойти и обнять парня. Но благородный порыв умирает, когда Стилински снова стонет. Дерек боится, что его утешительные обнимашки могут случайно перейти в изнасилование. Поэтому он пятится к двери и бормочет: — Да-да, не сходится. Какая жалость! Сочувствую! Стайлз фокусирует на нем взгляд и пару секунд недоуменно смотрит из-под насупленных бровей. Дереку кажется, что он сейчас закричит и вызовет копов, ведь вряд ли помнит, как впустил Хейла в квартиру. — Я уже ухожу! — на всякий случай говорит он, продолжая отступать к двери. — Спасибо за книгу, ты меня буквально спас. — Буквально, — повторяет Стайлз. — Буквально? Буквально… Буква! Он выкрикивает это неожиданно, крутится на пятках — Дерек слышит характерный шлепок кожи о кожу — и принимается писать с удвоенной силой, снова игнорируя Хейла, что позволяет ему позорно сбежать из квартиры. Дерек скатывается по лестнице вниз и вываливается на улицу. Уже давно стемнело и немного посвежело, и приятный ветерок обдувает разгоряченного и смущенного Хейла. — Ебать… — стонет он и тут же стискивает зубы, потому что это ругательство явно неуместно в данной ситуации, ведь хочется именно ебать. Хейл уже давно не мальчик и не девственник, да и некоторый гомо-опыт у него есть, но голый вид лучшего студента курса, умника, отличника и величайшего задрота во вселенной сильно пошатывает его мировоззрение. Дерек злится всю дорогу домой и совершенно некрасиво рявкает на сунувшуюся к нему Кору. Сестра поджимает губы, обзывает его скотиной и скрывается в своей комнате, шарахнув дверью о косяк. — Прекрасно, Дерек, — бормочет он сам себе. — Просто пре-крас-но. *** Всю ночь он сидит над учебником и разбирает записи Стайлза, оставляя себе на сон совсем мало времени, а утром находит на своей кухне недовольную обиженную Кору и безмерно счастливого Питера. — Дерек! Дорогой и любимый племянничек! — лучезарно улыбаясь, здоровается дядя и порхает по кухне, изображая из себя примерную домохозяйку. — Чего тебе? — хмуро интересуется Дерек и протискивается мимо него к кофемашине. — Ну разве так надо встречать родственников? — качает Питер головой. — Я разве не заслужил утренних объятий и пожелания хорошего дня? — Нет, — бурчит Хейл-младший и игнорирует презрительное фырканье Коры. Она спрыгивает с высокого барного стула, хватает сумку и идет на выход. — Тебя подвезти в школу, принцесса? — пристает и к ней дядя. Ответом ему служит поднятый средний палец. — Ох, — притворно горько вздыхает Питер. — И чем я заслужил такое к себе отношение любимых племянников? — Своим сволочным характером, — Дерек делает вид, что не замечает, как дядюшка кривляется и прижимает руки к груди в отчаянном жесте. *** На первую пару Дерек немного опаздывает и старается максимально тихо и незаметно разместиться на задних партах. Аудитория большая, рассчитана на поток, и он первым делом пробегается глазами по одногруппникам, выискивая знакомую макушку с зачесанными назад волосами. Как только он натыкается на Стайлза, то почему-то вздыхает с облегчением. Гений обнаруживается на первой парте, прямо перед профессором. Его спина, скрытая черной толстовкой, напряжена, и рука быстро двигается по тетради, записывая лекцию. Дерек некоторое время буровит затылок Стилински тяжелым взглядом, но не добивается ничего и решает на следующей паре подсесть к нему поближе. Только сначала разберется с одним делом. — Лидия! — Дерек от души хлопает по столу, за которым разместилась девушка, книгой и усаживается напротив нее. — Дерек, — надменно тянет мисс Мартин и морщит идеальный носик. — Ты это специально сделала? — Что именно? — Лидия, еще одна отличница и без сомнения самая умная студентка, после Стайлза, конечно, старательно строит из себя дурочку. — Ты отправила меня к Стилински и не сказала о его … кхм… особенности! — Ах, ты об этом, — девушка беспечно отмахивается, достает зеркальце из сумочки и быстро себя оглядывает. — Что тебя не устроило? — Что? — Дерек кипит от гнева. — То, что он был голый! — Дерек Хейл, — Лидия смотрит на него, как дебила, и от этого Дереку не по себе. — Что я тебе говорила о посещении Стайлза? Когда Хейл молчит, девушка продолжает: — Что ты должен ему позвонить прежде, чем стучать в дверь. Позвонить по телефону и объяснить, кто ты и зачем пришел. И только потом ломиться в квартиру. Не удивительно, что он встретил тебя без штанов. Стайлз натура увлекающаяся. Когда он занят расчетами, он не замечает вообще ничего вокруг. А еще в легкой форме страдает эксгибиционизмом. — Я даже не желаю знать, откуда ты все это знаешь, — хлопает себя по лбу ладонью Дерек. Только сейчас он вспоминает строгий наказ Лидии сначала звонить, потом стучать. То есть выходит, что дебил он, а не Стилински. — Мы учились в одной школе, — снисходительно роняет девушка. — И раньше его страсть к обнажению была гораздо больше. Пришлось взять над ним шефство в старших классах и приучить держать себя в штанах, если ты понимаешь, о чем я. — О господи, — стонет Дерек и роняет голову на стол. — Я не хочу про это слушать. Лидия пожимает плечами: — Не слушай. Не забудь позвонить, когда будешь возвращать Стайлзу конспекты. А то опять попадешь на бесплатный сеанс стриптиза. Хейл трусливо сбегает от этой ужасной женщины куда подальше. На следующей паре он садится к Стайлзу ближе и полтора часа украдкой наблюдает за ним, потому что никак не может выбросить из головы увиденное вчера. Только сейчас Дерек замечает, что у Стилински пухлые губы, высокий лоб, аккуратный, чуть вздернутый нос и несколько родинок на щеке. Массивные очки немного его портят, и Хейл бы с удовольствием растрепал скользкие волосы на голове Стайлза, ведь легкая лохматость делает его еще привлекательнее. Через некоторое время Дерек ловит себя на мысли, что конкретно залип на одногруппника. Он спешит отвернуться, но к счастью никто ничего не замечает, в том числе и сам Стайлз. Он увлечен лекцией и впитывает новую информацию как губка. На большом перерыве Дерек покупает в ближайшей кофейне два стакана кофе и решительно присаживается за стол к Стилински. Тот снова залипает в телефоне и резко дергается, когда Хейл кашляет, чтобы привлечь его внимание. — Привет, Стайлз! — Дерек испытывает некоторое дежавю, здороваясь. Перед глазами моментально встает обнаженная крепкая фигура и подтянутая задница, и он елозит по стулу, пытаясь найти удобную позу, и чтобы жесткая ширинка не слишком давила на член. — Привет, — растерянно моргает глазами Стайлз. — Я принес кофе, — Хейл подталкивает стакан собеседнику. — О! Спасибо, — Стилински придвигает его к себе, снимает крышку и принюхивается. — Как вкусно пахнет! — Это из кофейни, — зачем-то говорит Дерек. — Не местный. Ненавижу местный кофе. — Я тоже! — радостно соглашается Стайлз и делает большой глоток. — То, что надо? — Ага, — от пара, поднимающегося от кофе, очки Стилински немного запотевают, и он протирает стекла прямо рукавом толстовки, даже не снимая очки. Это кажется Дереку очаровательным. — Спасибо. Сколько с меня? Он лезет в сумку за кошельком, но Хейл останавливает его: — Нисколько. Мне просто захотелось угостить тебя кофе. Стайлз хлопает глазами и выглядит удивленным. — Почему? — Просто так. Ну и заодно сказать спасибо за учебник. Ты меня очень выручил. — Учебник? — шестеренки в голове гения вертятся с удвоенной скоростью, но он не понимает, о чем говорит Дерек. — Я взял у тебя учебник и конспекты для зачета. — Ох, надеюсь, они тебе помогли, — улыбается Стайлз. — Да, помогли, хоть зачет назначили на послезавтра. — Ну тогда ни пуха, ни пера! * *** Весь оставшийся день Дерек думал о Стайлзе и их коротком разговоре за обедом. Стилински вел себя совершенно по-другому, не тараторил, не заламывал пальцы, а лишь улыбался и выглядел смущенным. И Хейлу эта улыбка по неизвестной причине нравилась. Мечтательное настроение брата подметила вездесущая Кора, которая к вечеру немного остыла, но так Дерека полностью и не простила. Поэтому протянула максимально ехидно: — О, боже, Дерек, ты сейчас в потолке дыру просверлишь. Что ты там высматриваешь? — Не твое дело, — вполне миролюбиво послал сестру Дерек. — Оу! Как ты сегодня тактичен, братик! — продолжила издеваться Кора. — Что с тобой случилось? Тебя укусил пони? Ты прокатился на радуге? Или, о, мой бог, влюбился? — Кора! — прорычал Дерек. — Неужели я угадала? — возопила Кора и подскочила с дивана, уворачиваясь от брошенной в нее подушки. — Мой суровый братик влюбился! Кто же твоя избранница? Такая же хмурая девушка-бодибилдер? Вы будете милой парочкой, особенно, когда будете общаться при помощи бровей. В Кору полетела еще одна подушка, и девушка, мерзко хихикая, скрылась в своей комнате, откуда сразу же раздался ее счастливый голос — она спешила сдать Дерека дядюшке, чтобы они могли вдвоем глумиться над ни в чем не повинным студентом. Зачет Дерек, не смотря на накалившуюся атмосферу в доме, успешно сдал. Хоть чуть не придушил переселившегося к ним Питера. Они вдвоем с Корой представляли собой оружие массового поражения, поэтому Дерек с радостью сбежал от них и поехал возвращать Стайлзу его записи. За два прошедших дня они не разговаривали, ведь Стилински снова витал в облаках и покрывал страницы толстой тетради одному ему понятными символами. Хорошо, что конспекты он писал нормальными буквами, а то бы Дерек совсем пропал. В этот раз Хейл сделал все правильно. Он позвонил Стайлзу еще с улицы и предупредил, что зайдет ненадолго в гости, поэтому дверь ему открыл одетый и немного нервничающий Стилински. Совершенно милый и домашний, в большой майке и мягких пижамных штанах. Он снова щурился и был лохмат. — Привет, Дерек, — хозяин квартиры поздоровался первым. — Привет, — разулыбался Дерек и протянул Стайлзу пакет с тетрадками и коробку с пирожными из любимой кондитерской Стилински. Спасибо очаровательной, но грозной мисс Мартин. Когда Дерек поинтересовался, что Стайлз любит больше всего, Лидия смерила его долгим взглядом, словно решая, достоин ли он этих тайных знаний, а потом посоветовала купить песочные корзиночки с ягодами в неприметной кондитерской недалеко от кампуса. Затем, приблизившись к нему вплотную, ткнула наманикюренным пальчиком в крепкую грудь Дерека и прошипела: — Не вздумай с ним играть, Дерек Хейл. Иначе я тебя в порошок сотру. Хейл сглотнул и послушно закивал головой. Несмотря на то, что мисс Мартин доставала ему макушкой только до плеча, и это на шпильках, она была очень убедительна. Дерек, если честно, боялся ее до усрачки и не горел желанием попадаться под горячую руку красавицы. — Э-э-э, — протянул Стайлз, опасливо глядя на коробку. — Это что? — Это тебе. Благодарность за помощь. — Спасибо? — Стилински взял коробку и пакет и сунул в него нос. — Я до сих пор не помню, чтобы давал тебе свои записи. Он беспомощно посмотрел на Хейла. — Ничего страшного, — заверил его Дерек и постарался улыбнуться максимально доброжелательно, что было немного проблематично с его внешностью небритого и хмурого мексиканского бандита. Но Стайлз зарделся: — Эм, может зайдешь? — без всякой надежды спросил он. — Зайду, — легко согласился Хейл, втайне рассчитывая на приглашение. Они просидели вместе до самой ночи, болтая про физику, комиксы и супергероев. Стайлз оказался совершенно типичным фриком-задротом с кучей коллекционных фигурок, плакатами на стенах и костюмами любимых героев для косплея. Правда все это великолепие осталось дома, в неприметном городишке, затерянном в лесах. Он говорил обо всем увлеченно, размахивал руками и яростно спорил с Дереком по любому поводу. Хейл слушал и улыбался. Впервые со смерти родителей он почувствовал себя легко и свободно, словно с его души упал камень. Прощаться и уходить совершенно не хотелось, но Дерек заметил, что хозяин квартиры все чаще зевает и сбивается с мысли, поэтому поднялся, пожелал доброй ночи и отправился к себе. Сонный Стайлз дошел с ним до двери и пожал на прощание руку. Дерек позволил себе подержать его ладошку в своей чуть дольше, чем это требовалось, и успел почувствовать пальцами всю мягкость кожи. Стилински смутился и поспешил освободиться от чужой хватки. — Доброй ночи, Стайлз, — улыбнулся Дерек. — Ночи, — отозвался парень и отзеркалил улыбку. Домой Дерек вернулся довольным и вполне спокойным. Даже подколки драгоценных родственников не смогли испортить его умиротворения и разливающегося в груди ощущения счастья. *** Уже целый месяц продолжается их легкая дружба. Дерек иногда подсаживается на занятиях к Стайлзу и в перерыв приносит ему кофе, если гений не слишком занят. Они разговаривают, обмениваются новостями и в целом чувствуют себя комфортно друг с другом. И, наконец, Хейл решается пригласить Стайлза на нормальное романтическое свидание, с кино, кафе и, может быть, поцелуями. Потому что Стилински совершенно его очаровал за этот месяц. Так что они договариваются на семь и идут на какое-то очередное супергеройское кино, от которого Стайлз в восторге. Он выглядит слишком необычно для себя. На нем синяя рубашка, песочного цвета джинсы и дезерты*. Волосы, о чудо, растрепаны, и теплые карие глаза не скрыты под очками. Дерек тайком любуется переливами света в них, пока они идут к кинотеатру, и весь сеанс залипает на скульптурный профиль с точеными скулами. Стайлз ерзает по сиденью, активно комментирует происходящее на экране и совершенно неосознанно хватает Дерека за руку, когда происходит что-то крайне эпичное. Хейл наслаждается этими краткими моментами близости и понимает, что увяз в сидящем рядом восхитительном фрике полностью, даже макушка уже не видна. Ему остается только признаться Стайлзу и уточнить социальный статус их отношений. После кино они идут ужинать, и Стайлз с жаром продолжает описывать все то, что они только что посмотрели. Дерека это не напрягает, он слушает с удовольствием, хотя больше никому из своих знакомых не позволил бы по третьему разу пересказывать сюжет фильма. Стилински размахивает рукой, с зажатой между пальцами картошкой фри, и чуть не заезжает Дереку в глаз. Хейл ловко уворачивается и легко смеется, отчего Стайлз смущается. Он аккуратно кладет еду на тарелку и тщательно вытирает руки салфеткой. — Извини! Я ужасен. — Что? Нет, — спешит успокоить его Дерек. — С чего ты это взял? — Ну, я болтаю без умолку уже пару часов и, наверное, надоел тебе. — Ни сколько. Мне нравится тебя слушать. Стайлз смущается еще сильнее, краснеет и начинает нервничать, отщипывая от салфетки маленькие клочки. — Послушай, Дерек, я хоть фрик и задрот, но не дурак, как многие считают. Мне тяжело дается простое общение с людьми, все сбегают от меня в первые полчаса, потому что не выдерживают. Ну, кроме Лидии, но она богиня, и это все объясняет. Почему ты еще не сбежал? И почему пригласил меня на свидание? Это ведь свидание? — Это совершенно точно свидание, — подтверждает Дерек. — Ты мне нравишься. Зачем мне от тебя сбегать? С тобой интересно и весело. — Нравлюсь? — удивленно таращится на него Стайлз. — Интересно и весело? Но… я ничего не понимаю! — Ты сейчас совершенно не похож на лучшего студента курса и самого умного человека, что я знаю, — подмечает Дерек. — Но это все правда. Я честно тебе говорю. — А почему сейчас? — Ну, будем откровенны: я посмотрел на тебя немного под другим углом, — Хейл старательно выгоняет из памяти голые картинки Стилински. Стайлз хлопает своими оленьими глазами и не понимает, что происходит. Еще никогда раньше никто не говорил ему таких слов. Он прекрасно знает о себе все, знает свои проблемы и недостатки, а еще знает почти все законы физики и имеет собственное представление об устройстве мира, но не имеет представления, что делать в этой конкретной ситуации. Как себя вести и что говорить, когда один из самых брутальных и горячих физиков утверждает, что Стайлз Стилински ему нравится. Стайлз впервые не находит слов и только молча раскрывает рот. Он не будет никого обманывать и говорить, что никогда не мечтал об этом красавчике. Господи! Да вы видели его плечи! А брови! Стайлз девственник и фрик, но не железный. Поэтому иногда образ Дерека Хейла являлся ему в мокрых снах. Хорошо, что у Стилински на первом месте наука, а то бы он совсем стер руку, дроча на хмурые брови и трехдневную щетину. И сейчас Стайлз просто выиграл джекпот. Ещё когда Хейл подсел к нему с кофе, он и подумать не мог, что все так обернется. И да, физика должна немного потесниться в его сердце, чтобы хватило места на всего Дерека Хейла. Хэй, Стайлз не дурак! Он вполне предприимчивый парень и свой шанс уж точно не упустит. Не факт, что такое с ним еще хоть раз случится. Поэтому он облизывает губы и улыбается как ненормальный. — И что же ты увидел? — Совершенно очаровательного парня. С изумительного цвета глазами и родинками по всему телу. — Ой! — Стайлз прикрывает рот ладонью. — Так, значит, мне не померещилось тогда? И ты действительно заходил ко мне? — Заходил. И был, мягко говоря, шокирован, — Дерек нежно смотрит на Стилински. — О, господи! — тот прячет лицо в ладонях. — Какой стыд! — Стайлз! Брось! Все нормально. Это я оказался дебилом. Лидия говорила, что тебе надо сначала звонить, а уж потом стучать в дверь, но я прослушал. — Иногда я могу думать только о физике, — сознается Стайлз. — А от внешнего мира отключаюсь. — Это довольно мило. Кому ты еще так же открывал дверь? — поддразнивает парня Хейл. — Все курьезы, в основном, остались в старшей школе. Доставщики пиццы, случайно заглянувшие соседи, свидетели Иеговы… Дерек смеется, запрокинув голову, заставляя Стайлза чувствовать себя еще более нелепым, но тут же выговаривает со всей возможной теплотой в голосе: — Стайлз, ты очарователен! В итоге все получается как нельзя лучше. Дерек провожает уже своего парня до дома и аккуратно целует его на пороге квартиры. Стайлз нервничает, не знает, куда деть руки, и цепенеет, когда Хейл устраивает свои ладони у него на пояснице. — Хэй, расслабься, — шепчет он и делает все сам. Приближается к губам Стайлза и на пробу коротко лижет нижнюю. Стилински удивленно выдыхает и, кажется, отпускает себя, потому что тянется за ускользающим Дереком, сжимая его плечи, и робко тычется в губы. Их первый поцелуй немного неуклюжий, как сам Стайлз, и пропитан солью, сохранившейся на коже после двух порций картошки фри. От приятных эмоций руки немного трясутся, и коленки подгибаются. Стайлз готов упасть, но Дерек прижимает его спиной к двери, удерживая в вертикальном положении, и перекладывает одну ладонь на щеку, чтобы сделать поцелуй более глубоким и страстным. — Ох, — Стайлз открывает глаза в последний момент, чтобы оглядеть лицо Дерека, и последний замечает, как они потемнели от возбуждения. — Я… — Все хорошо? — Да. Да! Просто я… — Стилински облизывает губы и судорожно сглатывает. — Я понимаю. До завтра? — Дерек, — невольно стонет парень, а Хейла снова подбрасывает от протяжности и нереальности этого звука. — До завтра, — повторяет он, поглаживая Стайлза по щеке, с удовольствием ощущая мягкость кожи. Еще один продолжительный поцелуй, и они, наконец, отцепляются друг от друга. Дерека несет домой, будто на крыльях, и всем своим видом он подтверждает догадку Коры о влюбленности. О чем она начинает вопить, как только брат переступает порог квартиры. Дерек ее игнорирует, потому что его телефон тренькает сообщением от Стайлза с кучей смайликов, восклицательных знаков и, почему-то, орфографических ошибок. Это заставляет Дерека улыбаться еще шире, а Кору искать свою упавшую челюсть далеко под диваном. *** — Дерек Хейл! — разнесшийся по коридору грозный окрик застал Дерека врасплох и приковал к одному месту. Прямо на него решительно и неумолимо надвигалась фурия, больше известная как Лидия Мартин. И по тому, как сердито были сжаты в одну нитку ее губы, Дерек понял, что чрезвычайно острые и длинные ногти мисс Мартин сегодня продырявят его насквозь, а его честь будет растоптана дорогими туфлями. — Дерек Хейл, что ты сделал со Стайлзом? — Что? — тупо уставился на нее Дерек. С самого утра он был в спортивном зале в дальнем конце кампуса и в учебный корпус вошел только что, Стайлза не видел со вчерашнего вечера, но по тому, как они попрощались, думал, что все хорошо. После заявления Лидии Дерек сам напрягся и забеспокоился. — Он не пришел с утра на занятия! — Быть такого не может. — Я знаю. Он не отвечает на мои звонки. Поэтому и спрашиваю: что ты с ним вчера сделал? — Мы посмотрели кино, поужинали, и я проводил его домой. Ничего такого. — Ты его не обидел? — съежился Дерек под подозрительным взглядом Лидии. — Нет! Мы попрощались на весьма приятной ноте. То есть, я не думаю, что он обиделся. — Ясно, — вынесла вердикт мисс Мартин. — Отправляйся к нему домой и без внятных объяснений, куда Стайлз пропал и почему пропустил занятия, не возвращайся. Дерек послушно кивнул и отправился к Стилински, потому что нельзя отказывать Лидии, да и сам он уже начал переживать. На телефонные звонки Стайлз не отвечал, поэтому Дерек сразу поднялся на нужный этаж и постучал в дверь. Тишина. Ему открыли только через три минуты, когда Хейл приготовился прорываться силой. Стилински был всклокочен и весь в черных точках от маркера. Они смотрелись как дополнительные родинки, правда, очень контрастировали с бледной кожей. И да, Стайлз опять был без штанов. Только в этот раз в гораздо более приподнятом настроении. Все приготовленные слова снова покинули Дерека, а его взгляд просто приклеился к чужому возбуждению. — Дерек! Дерек! Получилось! — завопил Стайлз, как только появился на пороге. — У меня получилось! Все сошлось! — А-а-а? — Хейл с трудом отвел глаза от Стайлзова члена. У него внезапно пересохло во рту, и все происходящее стало напоминать сон. — У меня получилось! — с бешеным огнем в глазах продолжил Стайлз. Он схватил Дерека за руку и втянул в квартиру. — Я все думал, в чем же проблема? А потом вчера ты сказал, что посмотрел на меня под другим углом, и я все понял. Я смотрел вот так, — Стайлз ткнул Дереку в лицо свою ладонь. — А надо было вот так! Ладонь повернулась ребром и врезалась Хейлу в переносицу. — Так что я все-все пересчитал. Абсолютно. Пришлось конечно откатиться сильно назад в вычислениях и не спать всю ночь, но это того стоило. Потому что я сделал это! Стайлз активно жестикулировал и по мере того, как объяснял Дереку свою теорию, краснел и возбуждался все больше. Но сам не замечал своего состояния — учащенного дыхания, прижавшегося к животу члена, затвердевших сосков. Зато замечал Дерек, и ему было уже физически больно от вида Стилински. Под конец своей пламенной речи Стайлз всхлипнул, напрягся всем телом: — О, господи! — и кончил. Дерек так и остался стоять с широко открытым ртом, глядя, как чужой член выстреливает густые капли спермы. Что-то попало Стайлзу на живот и грудь, что-то на пол. Это было слишком сюрреалистично. И завораживающе. Стилински так увлекся вычислениями, что перевозбудился и кончил от своих слов. И Дерек испытал какое-то странное удовольствие от увиденного. Ему очень хотелось сейчас прикоснуться к Стайлзу и вблизи ощутить жар, идущий от его кожи. Поцеловать искусанные за бессонную ночь губы и, может быть, слизать одну из белесых капель, что украшали тело физического гения как жемчужины. — О, мой бог! — Стайлз вернулся в реальность с мучительным стоном. Он сфокусировал взгляд на Дереке и пришел в ужас. Неловко прикрылся руками, заметался по комнате и чуть не выпрыгнул в окно. Хорошо, что Хейл успел среагировать и удержать его за плечи. — Стайлз, — мягко позвал он. — Эй! Все хорошо. — Нет, господи! Как же мне стыдно, — залепетал Стилински в ответ, старательно пряча глаза. — Прости, я не хотел. Я … — Стайлз, все хорошо. Посмотри на меня, — он послушно взглянул на Дерека. — Все нормально. Ничего страшного не случилось. Сходи в душ, а после мы все обсудим. Да? — Да, — грустно вздохнул Стилински. Пока хозяин квартиры приводил себя в порядок, Дерек приготовил чай на маленькой кухоньке. Все в этой квартире было настолько крохотное, что Хейл с трудом умещался. Он влез между раковиной и холодильником, чуть не опрокинув последний, кое-как достал из шкафчика две кружки и залил чайные пакетики кипятком. Стайлз пришел через пару минут. Поникший, смущенный, с мокрыми зачесанными назад волосами и устроился на единственном стуле. — Как ты? — Дерек подтолкнул к нему кружку и прислонился бедром к подоконнику, потому что сесть можно было только на пол. — Унижен, расстроен и жалок. — Не говори так. — Я уже второй раз опозорился перед тобой, — Стайлз повозил кружку по столу. — Я просто везунчик. — Я не считаю, что ты опозорился. — Чего? — Ну, ты просто показал товар лицом. Стайлз нахмурил брови, просканировал безмятежное лицо Дерека и не нашел там ни намека на издевку. — То есть, ты хочешь сказать, что не убежишь от меня с криками «извращенец» и «долбанный фрик»? — Пока же не убежал, — пожал Хейл плечами и тут же добавил, видя, что Стайлз хмурится еще больше, — и не собираюсь убегать. — Объясни. — В первый раз меня это все шокировало. Но я не ожидал, что наш главный отличник, который вел себя как самый большой зануда и говнюк, скрывает под своими толстовками такое тело. — Так ты запал на мою задницу?! — возмущенно взмахнул рукой Стайлз и чуть не опрокинул кружку себе на колени. — Я оценил всю ее прелесть. И захотел с тобой пообщаться. Когда мы первый раз пили вместе кофе, ты вел себя совершенно по-другому. Не тараторил и не смотрел на меня снисходительно-пренебрежительно. — Я никогда не смотрел на тебя так. — А как же семинар на третьем курсе? Я рассказывал о мультивселенной. — Господи, Дерек! Ты утверждал, что наша вселенная единственная. — А что, это не так? Теория мультивселенной ненаучна. Стайлз так выпучил глаза и замахал уже обеими руками, что Дерека обдал поток воздуха. — Я привел факты, а ты практически размазал меня по стенке. — Я просто доказал, что ты не прав. Хэй, ты вообще слышал о теории Хартла-Хокинга*? — Слышал. Только это не отменяет твоего пафоса. — Дерек! Я тогда общался с тобой как с физиком, а не как с человеком! Я бы никогда не стал тебя оскорблять. Ты мне слишком нравился… — А сейчас не нравлюсь? — прищурился Дерек, чтобы скрыть блеск в глазах от невольного признания Стайлза. — Нравишься, — он запустил пальцы в волосы. — Ты самый нереально горячий физик, что я знаю. Только после всего, что я выкинул, ты вряд ли захочешь со мной дальше общаться. — Эй, я только вчера нашел себе парня, и не собираюсь сегодня с ним расставаться. Это были бы мои самые короткие отношения. Не динамь меня, Стайлз! Мое хрупкое эго очень от этого пострадает, — Дерек отодвинул стол в сторону и присел перед Стайлзом на корточки, чтобы заглянуть ему в глаза. — О, боже, ты умеешь шутить, — ухмыльнулся Стилински. — Главная грозовая тучка всего университета смеется над собой. — Только в твоей компании, — вернул улыбку Дерек. — Ну, что? Тебе полегчало? — Наверное. Если ты не собираешься меня бросить. — Ни за что! Я пока только смотрел, но мне безумно хочется еще и потрогать! — Фу, Дерек! Какой ты извращенец! *** Стайлз в его руках теплый, мягкий и такой податливый, как глина в руках скульптора. Отзывается на каждое влажное движение языка, тянется за ласками и стонет невероятно сладко, прямо так, как во время своих исследований. Дерек немного его ревнует к физике, но вынужден смириться с тем, что не он на первом месте у Стайлза. Как выяснилось, эти отношения больше нужны были ему, чем Стайлзу. Последний, как только доказал свою теорию, с головой ушел в науку. Он забывал важные даты, не приходил на свидания, не перезванивал. Дерек бесился, обижался и даже пару раз решительно хлопал дверью, а потом изводил себя в компании ехидной Коры и раздражающего дядюшки. Пинка под зад ему, как ни странно, опять дала Лидия. — Плохо выглядишь, — обронила она, даже не скрывая пренебрежение в голосе. — Спасибо, — фыркнул Дерек и уставился в тарелку со своим салатом. Есть не хотелось. Хотелось заползти в какую-нибудь темную нору, свернуться в клубочек и страдать. Может быть, подвывая на луну. В Дереке всегда просматривалось что-то волчье. — Ты ведь знаешь, что напрасно строишь из себя обиженку? — Кого хочу, того и строю, — насупился Дерек. — Ну да, конечно, — качнула Лидия головой. — Между прочим, ты нужен Стайлзу точно так же, как и он тебе. — Что-то не заметно. — Хейл, — Лидия хлопнула ладонью по столу, заставив Дерека и еще пару случайных посетителей ресторана подскочить на своих местах. — Не веди себя как ребенок. Когда вы виделись последний раз? — Около месяца назад, — нехотя признался Дерек. — Ты же знаешь, что Стайлз сейчас занят своим экспериментом? — Знаю. Это все как раз из-за него. Лидия пропустила эту реплику мимо ушей. — А ты знаешь, что у него ничего не получается? Он почти не спит и ничего не ест. Он на грани нервного истощения, а все потому, что один мудак, на поддержку которого он рассчитывает, решил поистерить ни с того, ни с сего! Дерек пристыжено молчал. Его вспышка ревности на самом деле была глупой. Он просто хотел отдохнуть вместе со Стайлзом, погулять, сходить в кино, да даже просто зависнуть дома перед телевизором. Главное, что вместе! Но у них постоянно все срывалось. Стайлз не пришел на три встречи, а когда Дерек плюнул и приехал к нему, то Стилински даже дверь не открыл. Это стало последней каплей, и Дерек взорвался. Перебрался на квартиру к дядюшке, благо он где-то путешествовал, и обрубил все концы. Стайлз даже не знал, где его искать. Сначала Дерек упивался своими страданиями, но сейчас ему стало стыдно. Он повел себя очень некрасиво, ведь знал же, в конце концов, с кем связался. — Прозрел? — терпеливо дождалась его осознания Лидия. — Да. — Ну так не сиди и отправляйся к нему. И если еще хоть раз мне придется быть нянькой для Стайлза, я тебя лично кастрирую. С этими словами Лидия очаровательно улыбнулась, поднялась из-за столика и покинула ресторан, цокая каблучками. Дерек был уничтожен. И был вынужден пересмотреть свое отношение к миру и к Стайлзу. В тот раз все обошлось, Стилински чудом его дождался и рухнул в обморок не раньше, чем Дерек его обнял. Он действительно сильно похудел, осунулся, и под глазами залегли темные круги. — Молодец, Хейл, — пробормотал сквозь зубы Дерек и понес Стайлза в кровать. Тот кризис они преодолели, долго проговорив в темноте спальни. Оба попросили прощения и сошлись на том, что виноваты одинаково. Стайлз пообещал, что будет внимательнее следить за их отношениями, а Дерек — что усмирит свою гордыню. Все это и привело их в нынешний момент, в момент особой близости. Стайлз с благодарностью принимал каждую ласку, удивленно вздыхая и реагируя как в первый их раз, несмотря на то, что они уже пять лет вместе. Дикое столкновение переросло в нежный неторопливый секс. Дерек медленно выцеловывал длинную шею Стайлза, пока тот мягко массировал ему затылок. Тишину спальни нарушали только вздохи и влажные причмокивания. — Люблю тебя, Дер, — пробормотал Стайлз, вызывая у Дерека радостную улыбку. Не так уж часто великий физик произносил эти слова. — Я тоже тебя люблю, — Хейл оторвался на мгновение от пряной кожи и снова вернулся к любимому занятию — поиску родинок на теле Стайлза. Ничто не сможет ему помешать сейчас, даже конец света и зомби апокалипсис. Хоть Стайлз уже и доказал, что конец света в обозримом будущем не случится. — Максимум через несколько миллионов лет, Дер. Ты планируешь дожить? — Если только с тобой. Дерек оставляет крошечные поцелуи на каждом Стайлзовом плече и переходит к уже твердым соскам. Он хочет довести любимого до максимально расслабленного состояния, когда звезды перед глазами летают, руки-ноги ватные, а наслаждение настолько острое, что даже сознание мутится. Хочет хоть ненадолго выбить все теории и формулы из головы Стайлза и заполнить его собой. У обоих крепко стоит, когда Дерек переходит к основной программе. Он переворачивает Стайлза на живот и с удовольствием проводит руками по его спине, надавливая пальцем на родинки. Они образуют причудливый рисунок, и Дерек вдруг видит это. — Кажется, я понял Хокинга. — Что? — Стайлз вскидывает голову, пытается заглянуть за плечо. — Мультивселенная на твоей спине. — О, господи, — Стайлз падает обратно и смеется колокольчиком. — Дерек, ты такой романтик! — У меня тут, между прочим, убеждения рушатся, — недовольно ворчит Дерек, не прекращая гладить спину Стайлза широкими мазками. — Так что попрошу проявить уважение. Стилински снова смеется, но ровно до тех пор, пока Дерек не зажимает его бедра коленями и не шлепает по заднице своим членом. Он замирает в предвкушении проникновения и ждет, когда Дерек вдоволь наиграется с мягкими половинками. Помять, похлопать, потрясти, а потом оставить смачный засос на бледной коже. — Эй! Я как сидеть буду? — На моем члене, — Дерек подается вперед, накрывает собой тело Стайлза и потирается о него. — Фу, Хейл! Ты извращенец! — Где-то я это уже слышал. Стайлз пихает ему тюбик со смазкой, призывая продолжить, и Дерек еще раз проходится по его спине массажными движениями и завершает все снова на заднице. — Моя константа, — бормочет он и проникает внутрь. Медленно массирует, открывает Стайлза для себя, слышит размеренные вздохи, которые меняют тональность, когда он добирается до простаты. Звучит просто превосходно. Наконец Хейл заменяет пальцы своим членом, плотно обхватывает Стайлза руками и ногами, фиксирует на кровати и двигается настолько плавно, насколько это возможно. Въезжает глубоко и задерживается секунд на десять. Кровь стучит у обоих в висках, она горячая, и им жарко. Волосы мокрые от пота, капельки катятся по спине, падают с кончика носа, а там, где Дерек вплотную прижимается к Стайлзу, скопилось уже целое озеро. Они переваливаются на бок, не разжимая объятий, и продолжают двигаться вместе. Оргазм накатывает волной, неспешной, но высокой. Стайлз вытягивается и сжимает член Дерека внутри себя, выпуская в воздух мягкое «Ах». Хейл держит его крепко и сам догоняет любимого в ощущениях. Он оказывается более несдержанным и рычит на пике удовольствия. Стайлз любит этот звук, он отдается где-то глубоко внутри его тела мурашками. Утомленные, но довольные они засыпают, а просыпается Дерек уже один спустя пару часов. Он морщится от неприятной липкости в паху и отправляется искать Стайлза. Как обычно тот зависает в своем кабинете перед исписанной доской. Дерек прижимается к его голой спине и сцепляет руки на животе. Стайлз привычно вздрагивает и выныривает из марева формул и расчетов. — Ну как успехи? — Дерек устраивает подбородок на плече любимого и тоже смотрит на доску. — Я совсем близко. Только не понимаю, как все это увязать вместе. — Возможно, все гораздо проще, чем ты думаешь. Стайлз, не усложняй. — Наверное… — бормочет Стилински, и они слегка покачиваются, вглядываясь в цифры. — Может быть, вот здесь… Стайлз неуверенно тянется к доске и стирает один из символов в левом верхнем углу. Минуты идут неторопливо. Дерек не вникает в написанное, он просто ждет, пока Стилински разберется со всем, и они вернутся в кровать. Может быть, зависнув минут на сорок в душе. Когда же Стайлз в его руках вдруг низко стонет и начинает вырываться, Хейл понимает, что он напал на след. Дерек коротко вздыхает, оставляет невесомый поцелуй у любимого на плече и уходит мыться один. Он совершенно точно не обижен, он горд, наблюдая как через два года Стайлзу, уже Хейлу-Стилински — Дерек, заручившись поддержкой Коры и Лидии, все-таки смог затащить Стайлза под венец — вручают Нобелевскую премию, а его открытием активно пользуются в SpaceX. Стайлз, красивый и взволнованный, стоит на сцене и оглядывает блестящими глазами зрительный зал. Он, наконец, находит Дерека и всю свою оставшуюся семью и радостно им машет. — Я очень счастлив быть сегодня в окружении всех этих великолепных ученых. А еще — моей семьи. Ребята! Спасибо вам всем, без вас я бы не стоял здесь. Пап, спасибо, что вытерпел мое детство и юность. Я был несносным ребенком. Чего только стоят парочка взорванных микроволновок и переделанный под лабораторию гараж. Отец Стайлза устало улыбнулся и покачал головой. Да, безмерно одаренный сын доставил хлопот в свое время. Но от этого лишь ценнее наблюдать его успех сейчас. — Лидия! Моя богиня! Спасибо, что обратила на меня свой царственный взор и не дала сгинуть в старших классах школы. Серьезно! Если бы не ты, Стайлз, рано или поздно, закончил бы свой жизненный путь в одном из железных шкафчиков в раздевалке спортзала. Лидия фыркнула и смахнула с плеча копну рыжих волос. Одного ее взгляда хватило, чтобы школьные придурки во главе с ее тогдашним бойфрендом отстали от несчастного ботаника Стайлза. Она по-своему его любила и оберегала юного гения. — Кора и Питер! Хоть вы и большие засранцы, но я вас прощаю. Благодаря вашим подколкам мне веселее живется на свете. А еще спасибо вам за Дерека. На вашем фоне я выгляжу в его глазах как дар небес. Питер отсалютовал бокалом и зубасто улыбнулся. Кора погрозила пальцем, но в конце тоже разулыбалась. — Дерек, — Стайлз поглядел на мужа глазами-сердечками, а Дерек вернул ему взгляд. — Ты самый главный мужчина в моей жизни. Без обид, пап! Этим и многим другим своим открытиям я обязан тебе. И пусть в нашу первую встречу ты увидел несколько больше Стайлза, чем принято в обществе, я рад, что ты не испугался. Хотя, и несколько недоволен, что привлек тебя именно своей пятой точкой. Дерек хлопнул себя по лбу ладонью, Кора с Питером мерзко захихикали, Лидия осталась невозмутима, а отец Стайлза подавил горестный вздох. Конечно, только его сын на вручении Нобелевской премии в присутствии королевской семьи и множества ученых с мировым именем может говорить о своей заднице. Стилински-старший ничего другого не ожидал. Все остальные гости постарались сделать вид, что не слышали последней реплики. А Стайлз продолжил: — Тем не менее, я безмерно тебя люблю. Спасибо, что ты рядом, спасибо, что позволяешь заниматься физикой и ворчишь не слишком громко, когда я зависаю в лаборатории, спасибо за это, — он вскинул вверх руку с кольцом. — Да, он взял меня замуж! Фрики тоже заслуживают счастья. Потом же Стайлз, наплевав на традиции, слетел со сцены в зал, чтобы оказаться в руках Дерека. — Ты такой идиот, — любовно выдохнул Дерек ему в губы. — Я знаю! — счастливо отозвался Стайлз, и мир перестал для них существовать, пока они целовались посреди концертного зала Стокгольма*.