Охотник без стажа

За горами, где живут горные тролли, в лесной чаще, куда не ступает нога обычного человека, ибо лес охраняют злые орки, так же живут существа, называемые себя Эльфами. Их деревушка находится возле реки Хан, которая простирается вдоль всего леса. Собственно эта река и разделяла границу между территорией Орков, гоблинов и троллей, и территорией Эльфов, гномов и фей. Эльфы жили припеваючи, ведь у них всегда была еда и самая спокойная и тихая местность. Они занимали красивые места в лесу, куда обычно бегала молодёжь, чтобы уединиться от взрослого взора, или поляна, где носилась малышня, играя в футбол или сражаясь на деревянных мечах. Но так было не всегда. Раньше Орки пытались завоевать эти владения, они хотели править и заключить эльфов в рабство, но те оказались очень ловкими и меткими лучниками, и смогли отвоевать свое законное владение. После войны настал мир, в котором заключили перемирие с условием того, что не будут соваться на чужие территории. Но в одной семье, состоящей только из отца и сына, жил молодой Эльф , который был излишне любопытным ребёнком, и всегда его манила неизведанность. Но его никогда не пускали за пределы реки. Взрослый эльф был охотником и часто пропадал на охоте, добывая пропитание, но не всегда живность попадалась на крючок. Когда солнце начало уходить за горизонт и небо окрасилось в розовые оттенки, мужчина возвращался домой с понурым видом, опустив лук. - Рафаэль, ты дома? - спросил взрослый эльф, войдя в дом и положив свой лук на деревянный стол. Зал был небольшой, как и дом в целом. Стены из бруса пахли хвоей, на полу красовались ковры из шкур животных, чтобы ногам было тепло укутываться в их мех. Зал освещало два больших окна, на которых стояли горшки с цветами. Возле окна находился как раз таки тот деревянный стол, на котором обычно трапезничали отец и сын. Рафаэль находился в соседней комнате, лёжа у себя на кровати и читая очередную книгу про маленьких человечков, что сражались против злых орков, и про один классный артефакт - кольцо Всевластия. Парень погряз в своих мыслях, представляя себя в роли хоббита, наделенного невероятной храбростью и хитростью. Он настолько увлёкся, что не услышал отца. Эйден прошёл в комнату не дождавшись ответа, он снял с себя меховую жилетку и повесил на спинку стула. Позже пошёл умыться. Так как он был профессиональным охотником, постоянно приходил домой потный и грязный. Вытерев лицо махровым полотенцем зелёного цвета, он направился в комнату сына, продолжая растирать свою шею тканью. - Сын, почему ты мне не ответил? Я думал тебя нет дома, - встал в дверном проёме отец, наблюдая за сыном, который от неожиданности подпрыгнул на месте. - Прости, я читал, - встал с кровати парень, убирая свои чёрные волосы за спину. - Опять ты со своими хоббитами, что только в них интересного? - пожал плечами отец, уходя обратно в зал. Молодой эльф последовал за ним. В свои 16 лет парень был достаточно ловок. Порой любопытство играло злую шутку и это приводило к тому, что он оказывался на коленях в углу с красной болящей задницей. - Ты сегодня кого-нибудь поймал? - спросил Рафаэль, краем глаза разглядывая лук, лежащий на столе. Он всегда манил его пострелять, но отец не разрешал брать его, а тем более стрелять. Он считал, что подростку ещё рано брать в руки оружие, мало ли убьёт кого-то не того, или покалечится сам. - Сегодня, к сожалению, никого не поймал, - с явным расстройством в голосе сказал Эйден, вешая полотенце на крючок возле кухонной тумбочки. - Сегодня как назло ни одна скотина не вылезла прогуляться. Мужчина хлопнул ладонью по столу, отчего Рафаэль вздрогнул и попятился назад. - Я тебя напугал? - эльф заметил испуганный взгляд сына и тепло улыбнулся, подойдя ближе. Он притянул парня к себе и обнял. Тот ответил взаимностью. Как Рафаэль любил эти тёплые объятья, хоть отец не часто разменивался на такую близость, но когда такое случалось, он наслаждался этим мгновением всей душой. И не важно, что он пришёл с пустыми руками, зато он рядом, такой родной. - А когда ты меня научишь охотиться? Я б поймал здоровенного кабана! - Рафаэль отодвинулся от отца и вскинул руки в стороны, показывая размер добычи. - Ты еще не готов к этому, сын, поэтому даже не вздумай идти туда один, - пригрозил пальцем отец, а затем потрепал того по голове и ушёл к себе в спальню. Он хотел немного отдохнуть от тяжёлой охоты, сел в свое кресло качалку и задремал. Рафаэль заглянул в открытую дверь и, немного постояв и подумав, подошёл к столу. - А вот я бы смог поймать кабана, зря он не верит, - провел рукой по большому деревянному луку. Как же он манил его. В душе у него была дилемма, как будто на плечах появились у него его внутренние ангел и демон. Один говорил прислушаться и отойти от стола, а второй призывал его взять лук и пойти в лес. Сначала, конечно, парень отошёл от стола и спрятался за стену, но услышав храп отца, он выглянул одним глазом из-за стены и уставился на этот несчастный лук. Он долго стоял за стенкой, прислонившись лбом к деревянной поверхности. Парень тяжело вздохнул, зажмурил глаза и, набравшись смелости, подбежал к столу, схватил тяжёлый лук, сумку со стрелами и выбежал из дома, в предвкушении поймать добычу, направляясь в глубь леса, в надежде найти какого-нибудь зверька. Конечно, он надеялся, что на него не нападут орки, или злые драконы, а то кольца Всевластия у него нет, и он не такой изворотливый как тот хоббит. Он шёл и шёл, разглядывая хвойные деревья вокруг себя, прислушиваясь к каждому шороху. Пройдя какое то расстояние от дома, он остановился. Парень смотрел по сторонам, вспоминая как обычно делает это отец. Сначала надо оглядеться, потом прислушаться. Тишина. Рафаэль уже в расстроенных чувствах хотел отправляться домой, раз сегодня звери не хотят выходить, но тут он услышал хрюканье где-то неподалеку. Он направился на этот звук. Возле старого дуба, где осыпались желуди, рыла яму взрослая кабаниха. - Ну и здоровенная, - обрадовался Раф, нагнувшись, тихо подкрадываясь к ней ближе. Он вытащил стрелу из сумки, которую положил на землю, стал натягивать её на тетиву. Прицелившись, он стрельнул, но так как он был неопытен, промахнулся и попал в дерево. Кабаниха заметила парня и резко рванула на него с оглушительным визгом. Тот с испугом бросился куда глаза глядят, забыв захватить с собой сумку со стрелами, оставив её валяться на земле. Тем временем Эйден проснулся и потёр свои сонные глаза. - Который час? Что-то меня разморило, надо бы покормить ребёнка, - мужчина встал со своего кресла и направился в комнату парня. Но когда проходил мимо стола, он краем глаза заметил пропажу. *По-моему я сюда лук положил? Или мне это только приснилось? *- он почесал свой затылок и продолжил свой путь к сыну. Постучав по деревянной двери, он заглянул в комнату, кровать была пуста... "Не понял, а где этот паршивец?" На всякий случай он достал свой меч, который прятал между кухонным и тумбами, и отправился на поиски парня. Мужчина вышел на улицу и обнаружил следы, ведущие в лес. Он снова почесал свой затылок, а потом бороду и направился в глубь по следам. Через какое-то время он услышал пронзительный крик на весь лес, в этом голосе он узнал своего сына. Эйден со всей скорости побежал на звук. Ребёнок лежал на земле, закрывая голову руками, утыкаясь лицом в землю. Как-то отец говорил, что надо притвориться мёртвым, чтобы звери не тронули. Лук был сломан пополам, видимо, Раф, когда бежал, упал и сломал его. Колени были все содраны. Кабаниха подходила к жертве(так он себя сейчас чувствовал). Он думал что всё, поминай как звали, но тут он услышал протяжный визг кабана и звук холодной стали, засвистевший в воздухе. Брызги крови застелили всю поляну, и увидев это, Рафаэль испугался и ползком попятился назад. А потом он заметил отрубленную голову рядом с собой и злого отца, пытающегося отдышаться. К горлу подступила рвота, все-таки убийства это не для него. Не успел он среагировать, как отец схватил сына одной рукой за ворот туники и поднял с земли. - О чем ты думал, Раф? Сюда нельзя было соваться, эта местность принадлежит оркам! - кричал мужчина, все также держа сына за ворот. У парня был испуганный вид, он глядел на отца, не смея отвести взгляд. - А если бы я не успел? - его бешенный взгляд буквально въедался в парня, прожигая насквозь. Наконец мужчина отпустил сына и скрестил руки на груди, рассматривая сломанный лук. - Прости, я сломал его случайно, - опустил голову молодой эльф, заметив как отец рассматривал своё сломанное напополам орудие. - Я тебе сколько раз говорил, не трогать его? Сколько раз предупреждал что ты не готов ещё и что это опасно? Мне придётся тебя наказать, - вздохнул мужчина, беря Рафаэля за трясущуюся руку. Тот отдернулся назад, умоляюще посмотрев на отца. В глазах блестели слезы. - Отец, пожалуйста не надо, я не хотел, - пропищал парнишка, пряча руки за спину. - Сломал ты случайно, но ослушаться случайно ты не мог. Я могу сделать много луков, но я не смогу заново тебя собрать, если ты умрёшь. Эйден подошёл к одному из кустов и сорвал ветку, своим мечом почистил её от листьев и лишних мелких веточек и проверил на воздухе. От свиста палки, Рафаэль вздрогнул. - Иди домой, сейчас же! - прикрикнул мужчина, ожидая действий сына, но тот даже не дернулся, продолжая всё так же пристально разглядывать страшную ветку. - Я кому сказал! - мужчина подошёл ближе, снова хватив сына за предплечье, и одной рукой повернув к себе боком, несколько раз хлестанул веткой по попе парня, и потом толкнул вперёд, чтобы тот шёл. У Рафаэля лицо застелили мокрые дорожки слез, свободной рукой потирая больное место и спотыкаясь, он всё-таки потопал в сторону дома. А мужчина тем временем озирался по сторонам, чтобы случайно не наткнуться на орков, как никак они на их территории, а он без лука. Мечом драться против гигантов с дубинками это проигрышный вариант. Пройдя n-ное количество времени, они наконец вышли на свой участок, где правили эльфы. Ветку он все так же нёс в руке, раскачивая её в воздухе и иногда грозя ей сыну, когда тот оглядываться на него и долго смотрел влажными глазами. Как только они дошли до дома, Рафаэль рванул к себе в комнату, зная что отец сейчас в плохом расположении духа и что просто так он его не простит. Мужчина отправился на кухню, положив ветку на стол, он принялся очищать свой меч от крови, затем вернул его на место за тумбу. Позже он глянул на розгу, тяжело вздыхая. Он не хотел наказывать сына, но воспоминания о том, как глупо он рисковал своей шеей ради того, чтобы пострелять из лука, возвращали ему злость. Наконец, Эйден взял ветку, немного постояв возле стола и взвесив все хорошенько, он всё-таки пошёл в комнату сына. Парень лежал под одеялом, укутавшись с головой. Были слышны всхлипы, видимо, он настолько был напуган, что не мог сдержать слез. - Сын, - обратился Эйден к парню, который даже не шелохнулся на зов отца. - Рафаэль! - громче произнёс мужчина, явно теряя терпение, но тот по прежнему лежал на своём месте, делая вид что ничего не слышит. Мужчина фыркнул и с силой стянул с того одеяло, и резко притягивая за ноги. Тот стал брыкаться. - Отстань! Я не хотел ломать твой лук, ясно?! - проревел парень, обернувшись на отца. Но мужчина не хотел слушать оправдания, он поднял парнишку за руку, сильно сжав её. Позже поставил перед ним стул. - Я не собираюсь слушать твои оправдания, Рафаэль, ты намеренно отправился в лес, ты намеренно ослушался меня, поэтому снимай свою тунику и штаны, потом перегнись через спинку стула, сейчас же! - Нет! - скрестил руки на груди парень, обиженно глядя на отца. - Делаешь себе хуже, дружок! - мужчина схватил того за длинные чёрные волосы сзади, и снова повторил свой приказ, не терпя отказа. Молодой эльф выгнулся так, чтобы отец ему не выдрал клок волос. Он поспешно приподнял тунику, и трясущимися руками стал развязывать завязки на своих леггинсах, не отводя испуганного взгляда от отца. Глаза уже опухли от непрекращающихся слез. Наконец, когда со шнуровкой было покончено, он спустил штаны с бельём к щиколоткам, прикрывая свое естество туникой, а потом снова взглянув на отца, он вздохнул и перегнулся через спинку стула, выпячивая свою упругую голую попку. Он стоял в ожидании первого удара, слезы все продолжали течь по щекам, падая на сидушку стула, образовывая небольшую лужицу. Эйден рассматривал трясущегося сына, и взмахивал в воздухе веткой, как-будто размышляя бить или не бить. Но в глазах все стоял образ разорванного сына или захваченного орками, гоблинами, горными троллями, злость возвращалась. Полминуты спустя он подошёл ближе к парню, одну свободную руку он положил на содрогающуюся спину Рафаэля, надавливая на неё, призывая нагнуться сильнее, а второй рукой он прислонил ветку к сжимающимся мышцам парня. Размах. Свист. Удар. На бледной коже заметно взбухла красная полоска. Рафаэль дернулся вперёд, чуть не опрокинув стул и себя на пол. Ему всегда было довольно трудно вытерпеть порку, но тут отец явно не щадил его. Удар был сильным. Рафаэль тяжело выдохнул, открывая рот в тихом крике. Второй удар не заставил долго ждать, новая полоса легла выше предыдущей, так же наливаясь красным. Мужчина не любил размениваться на слова во время экзекуции, он предпочитал оставлять лекции напоследок, поэтому молча продолжал наносить короткие, молниеносные удары, похожие на разряд током. А бедный Рафаэль захлебывался в слезах. Руки еле держали, подкашиваясь после каждого удара, но спинка стула не давала ему упасть. Новый удар лёг по середине ягодиц, вырывая из глотки пронзительный крик и мольбу. - Отец, прости меня! - кричал парнишка, чёрные, как смоль, волосы спадали на мокрое от пота лицо. Но мужчина не прекращал беспощадно лупить дрыгающийся зад молодого эльфа. Когда он пошёл на второй круг, удары стали попадать по старым рубцам, вызывая все больше и больше слез и криков. У мужчины сердце стало болеть за своего сына, но он все равно продолжил стегать того, ведь наказание имеет смысл только тогда, когда оно доведено до конца. Рафаэль с детства был очень любопытный ребёнком и часто попадал во всякие истории. Например, на него часто жаловались соседи, то что тот часто подстрекал местных мальчишек на пакости. Но раньше воспитанием занималась мать, до того момента, как её не стало. Удары все сыпались и сыпались на многострадальную попку Рафаэля. Мужчина продолжал стегать веткой до тех пор, пока та не обломилась, и он подумал, что на этом стоит закончить. Эйден похлопал рукой по горячим ягодицам сына, что заставило наказуемого зашипеть от боли и дернуться вперёд, чуть не упав на пол вместе со стулом. - Можешь встать, - сказал мужчина, растирая свои ладони, от перенапряжения они горели огнём, будто ему самому по рукам надавали. Рафаэль медленно выпрямился, все также глядя в пол заплаканными глазами. Одной рукой он вытирал слезы, а второй держался за спинку стула, дабы не упасть. Ноги тряслись, ему казалось, что если он сделает шаг, то непременно упадёт. - Я надеюсь, мне не придётся больше наказывать тебя за такое халатное отношение к своей жизни? - спросил старший эльф, опираясь руками о стол, глядя в спину сына. Тот ещё больше опустил голову, продолжая громко всхлипывать, он слабо кивнул, потому что слезы задавливали его голос. - Вот и славно, так как у тебя ободраны колени, я разрешу стоять в углу на ногах, поэтому иди давай, - опираясь о стол, приказал мужчина, а потом выпрямился и скрестил руки на груди. Рафаэль, хромая, доковылял до ближайшего угла, штаны так и болтались на щиколотках. В его наказании всегда было стояние в углу без штанов и обычно он стоял на коленях, а потом кланялся отцу и благодарил за урок. Эйден ненадолго вышел из комнаты. Рафаэль продолжал стоять и всхлипывать. В комнате немного похолодало, и по коже побежали мурашки. Задницу тереть он не стал, зная, как отец не любит этого и мог даже отвесить ещё пару шлепков за это, поэтому он уткнулся лбом в пересечение стен и закрыл глаза. Через полчаса зашёл мужчина с подносом и приказал сыну сесть на кровать. Парень медленно обернулся на отца и тихо шмыгнул носом. Прикрывая руками свое естество, он доковылял до кровати и осторожно присел, пытаясь вытерпеть неудобное болезненное положение. Мужчина поставил поднос с содержимым на тот самый стул, а сам сел на колени рядом с сыном. На подносе была аптечка, где лежали зелья, мази, ватки, бинты и конечно кружечка горячего какао с эльфийским зефиром. Эйден взял ватку и макнул её в обеззараживающее зелье. -Теперь потерпи, будет немного щипать, - сказал мужчина, одной рукой держа сына за коленку, а второй рукой тихонечко обрабатывать ссадины. Чтобы меньше щипало, он стал дуть на ранку, но Рафаэль все равно шипел и всхлипывал, иногда открывал рот в беззвучном крике. Обработав раны и перевязав их бинтом, он протянул сыну кружку с какао и укутал в махровый плед. Парень с благодарностью принял напиток и с непонимание посмотрел на отца, ведь тот обычно после наказания слал его спать. Эйден сел рядом и обнял сына за плечи, рукой похлопывая его по плечу. - Я ведь боюсь тебя потерять, сын, не просто так я тебя наказал сегодня, - начал мужчина, глядя куда-то в открытую дверь, продолжая похлопывать сына по плечу. Рафаэль медленно попивал горячий какао и слушал отца, неловко рассматривая свои колени. - Я обещаю тебя научить стрельбе, но не сейчас, так как тебе надо будет уметь защитить себя в случае нападения орков, я не смог спасти твою маму, поэтому я не хочу потерять и тебя, пойми это. Рафаэль поднял свой взгляд на отца и потом снова опустил на колени. - Отец, я обещаю тебе, что больше не подведу тебя. - Я верю тебе, сын. - Он похлопал его по спине, встал с кровати и направился к двери. Остановившись на мгновение, он обернулся к сыну и сказал на последок: - Теперь тебе лучше поспать, завтра у нас сложный день, я возьму тебя с собой на охоту, как только найду себе лук. Не дожидаясь ответа, он наконец вышел, закрывая за собой дверь, а Рафаэль шокированный новостью, продолжал сидеть и глядеть на закрытую дверь. Только когда он пришёл в себя, поставил кружку на поднос и встал с кровати. Надев свою любимую зелёную пижаму, он лёг под одеяло и, естественно, перевернулся на живот. Рафаэль запустил руку в штаны и стал потирать пострадавшее место, широко улыбаясь. *Наконец отец возьмёт с собой* - с этой счастливой мыслью он закрыл глаза и уснул.