Возлюбленная черного кота

      Адриан уже был рад тому, что брюнетка с ним разговаривает, но возникало странное дежавю, будто он уже успел когда-то пережить этот момент. Копаясь в своих мыслях, парень вспомнил тот вечер, когда он вместе с Леди Баг сражался с Лединатором. Сейчас все мельчайшие подробности предстали в ином свете. В тот вечер Маринетт грустила, из-за чего случайно обидела мороженщика Андрэ. И только теперь юноша отчётливо увидел всю картину целиком... Но подобный случай был далеко не единственным. Разговаривая с одноклассницей, скрываясь под маской Нуара, юный Агрест прокручивал каждый прожитый день как старую кинопленку. Он не раз видел смущение и неловкость той, что считал просто подругой, принимая это как довольно милую черту обыденного поведения девушки, с опозданием осознавая их истинную причину.       "Какой я был слепой... — тяжело вздохнул про себя, — все это время..."       Невольно оставшись без напарницы и узнав чувства Маринетт, блондин постоянно находился в раздумьях. Он скрупулёзно раскладывал все прошедшие события по полочкам, глядя на них уже под другим углом. И только сейчас они сложились в правильную мозаику.       Адриан был так увлечен сильной и уверенной в себе девушкой, которая казалась тем самым недосягаемым идеалом. Но теперь он видел, что рядом всегда находилась другая... такая же удивительная брюнетка. — Маринетт... — прошептал себе под нос. — А? Ты что-то сказал?       Девушка была сильно увлечена рассуждением над какой-то темой, поэтому не обратила внимания на лёгкую задумчивость собеседника. Зато сейчас, когда их глаза случайно встретились, она заметила некий налет задумчивости на лице Кота.       "Что же ему пришлось пережить, пока Леди Баг не было? Он так изменился. Или Нуар всегда был таким?" — не отводя взгляд от парня в черном костюме. — Просто задумался... — пожал плечами и взъерошил волосы на затылке.       Между молодыми людьми повисла неловкая пауза, но при этом они продолжали смотреть друг на друга. Адриан не знал о чем сейчас может думать юная Дюпен-Чен, его больше заботили собственные мысли, связанные с этой девушкой.       "Удивительная, прям как Миледи. Миледи?..."       Сознание охотно показало ему те моменты, когда юная героиня Парижа отвечала на его признания холодом. Точно так же, как Агрест отверг чувства Маринетт... О себе снова напомнило чувство вины, вперемешку с сочувствием. Но было в этом ещё кое-что. Что-то неуловимое и незримое. Настолько тонкое, что это было сложно даже опознать...       За эти долгие бесконечно мучительные дни, Адриан многое смог переосмыслить, в том числе свое отношение к Маринетт. С ней было связано столько теплых мыслей и воспоминаний, что Адриану было стыдно перед собой, за то что раньше не смотрел на брюнетку... как на девушку.       Похоже блондин слишком сильно ушел в размышления, потому что очнулся от звонкого щелчка пальцев возле носа. Он встряхнул головой и увидел перед собой взволнованные васильковые глаза, которое пристально вглядывались в его лицо. — Что-то случилось? — тихо спросила, положив ладонь на его плечо. — Ты будто выпал из реальности и совсем меня не слышал. — Серьезно?! И надолго я так завис? — Минут на пять, — пожала плечами, при этом не убирая руку. — Извини, если заставил волноваться. Последнее время мне было очень тяжело, — глубокий прерывистый вздох. — Миледи пропала, и мне приходилось бороться с Бражником самому. Хорошо хоть друзья помогали, по мере своих сил, но без волшебных талисманов — это очень большой риск. Поэтому все удары злодеев я принимал на себя, — он невольно прижал ладонь к пострадавшему плечу и скривился от тупой ноющей боли. — Как?... Как ты себя чувствуешь? — встревоженно прижимая пальцы к своим губам. — Нормально, — на лице появилась горькая усмешка. — Я уже привык. Вот только в обычной жизни это очень сильно мешает. А главное... я ни с кем не могу этим поделиться. Только с тобой.       Слова Нуара отозвались мурашками, которые роем носились между лопаток.       "Бедный мой котенок! Так вот что тебя мучает? Прости..." — звучали в голове мысли, которые принадлежали Леди Баг.       Маринетт не особо понимала что делает. Она сделала шаг навстречу блондину и крепко его обняла, положив голову на плечо парня. — Можешь приходить, когда захочешь, — уткнувшись носом в золотые волосы.       Адриан замер на пару секунд, но потом все же обвил спину девушки руками и прикрыл глаза. — Спасибо.       С души словно камень свалился, юноша ощущал в себе огромный прилив сил. Казалось, если сейчас объявится какой-нибудь злодей, то Агрест справится с ним одной левой. Да ещё и с закрытыми глазами.       Они ещё провели какое-то время вместе, любуясь на звёзды и разговаривая ни о чем. Блондину совсем не хотелось возвращаться домой, как и расставаться с Маринетт. Пусть они увидятся завтра в школе, но теплую улыбку девушка ему уже не подарит, а жаль... — Тебе идёт, — коснувшись щеки брюнетки, — улыбайся чаще.       От этого невинного действия, она тут же залилась румянцем и машинально накрыла руку парня ладонью. Ее пальцы предательски дрожали, причем непонятно от чего: то ли от холода, то ли от волнения. Дрожь быстро разбежалась по всему телу, и девушку начало ощутимо трясти, что не могло укрыться от внимания кота. Блондин сгреб Маринетт в объятия и крепко прижал к себе. — Похоже пора расставаться, — тихо прошептал в мягкие волосы, что сливались с цветом ночного неба. — Ты придешь завтра? — Я постараюсь, принцесса. — Я буду ждать...       Она наблюдала через закрытое окно, как силуэт парня в черном костюме растворяется в темноте спящего города. Сердце ухало где-то в висках, а дыхание в груди спёрло. Нужно было признать, Нуар очень милый, когда не пытается произвести впечатление. Сейчас Маринетт смогла увидеть его совсем другим. Увлеченная Адрианом, она больше не замечала никого другого.       Единственным исключением стал лишь Лука. И то только потому, что брюнет заставил девушку ненадолго открыть глаза своим признанием... вот только на этом все и остановилось. Они продолжали общаться, балансируя на тонкой грани между дружбой и любовью. Возможно парень и хотел чего-то большего, но никогда об этом не говорил. Да и Маринетт над этим старалась не задумываться.       Похоже изменился не только Нуар. Отпустив свою нездоровую одержимость, Дюпен-Чен наконец-то заметила мир вокруг себя, и людей, которые ее окружают. Забираясь под одеяло, она думала о предстоящем дне. Она решила начать новую жизнь, как говориться — с чистого листа. А для этого нужно перечеркнуть прошлое. Сразу после школы, Маринетт решила наведаться в одно место, но сначала стоило предупредить об этом маму. Главное снова не проспать, иначе все грандиозные планы пойдут насмарку.       "Ну держись, Париж! И жди новую Маринетт Дюпен-Чен..."