Re: Meet

Когда наконец Кавада с Курибояши остыли, мы продолжили разговор. — Что могу сказать, это х***во, никогда не думал, что подобное может в реальности случиться. Но в жизни и не такое дерьмо бывает. Раз такое дело, то лучше забудь про неё, просто забудь, так будет лучше для всех. Я захотел поспорить и собирался высказаться, но Кавада остановил меня жестом. — Вижу, что тебе есть что сказать. НО подумай вот о чём, что будет делать твой отец. Ты ведь сам говорил, что он заслуживает право на семейное счастье, и потом, как ты ему после такого будешь в глаза смотреть? Также не забывай про чувства Сиины. Если вскроется, что твои слова о том, что у вас с Уэно нет никаких романтических чувств, окажутся ложью, то с ней дальше не будет никакого доверия. И даже остаться просто друзьями не получится никак. Ведь ты её обманул. Ещё подумай и об Уэно, если до её начальства дойдут хотя бы слухи, что она крутит роман с одним из своих учеников, её карьере придёт конец. Также, как и репутации. Особенно когда узнают, что она закрутила роман сначала с сыном, потом с отцом и снова с сыном. В современном мире где всё на слуху, это станет достоянием всей Японии за пару часов. После такого ей придётся забыть о нормальной жизни. Честно говоря, я ни разу не смотрел с этой точки зрения. Что же, получается, я должен буду забыть свои чувства к Хитоми? Хотя, с одной стороны, я её не так давно знаю и в свете последних событий — знал ли её вообще? — Не расстраивайся сильно, в море полно рыбы. Уверен, ты найдешь более достойную и подходящую девушку. У тебя всё только начинается, неизвестно какой будет улов. А вдруг твоя именно сейчас плывет прямиком на крючок. — Так «рыбак» умерь пыл, а то получишь от меня, — Курибояши вздохнула и посмотрела мне в глаза. — Но он всё-таки прав, тебе лучше забыть про Уэно. Знаю, что это будет трудно, но постарайся просто не думать о ней. Потому что из этого, ничего хорошего не выйдет. Если она старается не подавать вида, то лучше с ней согласиться и делать вид что вы не были знакомы до этого времени. Как и сказал Кавада, от этого всем будет только лучше. — Возможно, — дальше слова не хотят идти, и я с трудом выдавливаю из себя, — вы правы. Эта игра зашла слишком далеко, как бы я ни хотел обратного. Но, наверное, стоит взглянуть правде в лицо, — почему же так давит в груди и слова застревают в горле. — Мы с ней не пара, — что вообще я несу? Да кто в это поверит! Даже я себе сейчас не верю, — и не могли ею стать, — вздыхаю, это ещё бо́льшая ложь, я очень хотел бы быть с ней. Кажется, мне не особо поверили, оба смотрят странно, с сочувствием? — Я серьёзно малой. Просто забудь её, пока не поздно. В такое лучше не лезть, ведь это ничем хорошим не закончится. Слишком велик риск потерять то, что сейчас имеешь, — Кавада сделал долгую затяжку. — Потом не говори, что тебя не предупреждали, — он потушил сигарету в пепельнице. — Хорошенечко взвесь всё это и если решишь пренебречь нашим советом, то придумай хотя бы три веские причины для этого, определенно очень плохого решения. — Кавада ты что хочешь сказать, что не против такого? — Курибояши да и я тоже не меньше удивился. — Потом с тобой поговорим Курибояши, а сейчас нужно заняться малы́м. Слушай, можешь сегодня уйти домой пораньше всё равно посетителей почти нет и подумай по пути над моими словами. Готов ли ты рискнуть отношениями с друзьями и отцом ради призрачной возможности быть с Уэно? Всё, можешь идти. Я покидал кафе в ещё большем раздрае чем пришёл сюда. Оказывается, ответы, которые я хотел узнать, вызывают ещё больше вопросов чем я предполагал. *** Там же когда Ямада вышел. — Так, Кавада, объяснись-ка, что это было? — спросила Курибояши уперев руки по бокам. Кавада достал новую сигарету, на что Курибояши поморщилась, но ничего не сказала, когда он сделал пару затяжек в полной тишине он опёрся на стойку. — Курибояши, неужели ты думаешь, что он будет нас слушать? — он пустил дым переводя взгляд в потолок. — По нему видно же, что он в эту Уэно втрескался по полной и ему наши слова и доводы как до лампочки. И что ты думаешь он сделает, если мы ему категорически запретим? — в конце фразы он перевёл тяжёлый взгляд на Курибояши. — Он умный мальчик, должен понимать, что мы правы, — неуверенно ответила Курибояши. На что Кавада только усмехнулся и перевёл взгляд на вентилятор под потолком. — Вряд ли, сейчас он в таком возрасте, когда даже самые весомые аргументы не подействуют, если они противоречат его чувствам. Уверен на все двести процентов, что он сегодня же полезет к Уэно со своими чувствами, — Кавада закрыв глаза улыбнулся. — Вот это представление будет, хотел бы глянуть к чему это приведет. — Надеюсь у неё хватит ума и смелости чтобы отказать ему, — Курибояши уселась у стойки. — Вот в этом я не уверен, — вздохнул Кавада. — Она ведёт себя как малолетка, прячется за маской, за придуманным или навязанным образом строгой и холодной учительницы. Думаю, это неспроста, как бы у неё самой в душе сейчас не бушевала большая буря эмоций, чем у малого. — Но тогда, что нам делать? — Курибояши эмоционально развела руками. — Ты же понимаешь, что ничего хорошего из этого не выйдет. — Просто ждать и смотреть чем это закончится, если не хочешь с ним рассориться. Да безусловно он потом поймёт, что мы были правы, но к этому моменту будет сказано столько лишних слов что как прежде уже не будет. Ты этого хочешь? — Нет, но мы же не можем бросить его на произвол судьбы. Она смотрела на Каваду с просьбой. — Он должен сам пережить это, чтобы получить опыт и незабываемый урок по жизни. Кавада снова улыбнулся на последнем слове. — Это звучит слишком жестоко по отношению к нему. Кавада сделал очередную затяжку и пыхнув дымом в потолок, повернулся к Курибояши. — Мы не няньки ему, незачем хлопотать вокруг него словно курица наседка. Некоторые знания лучше всего усваивается только на личном опыте, тем более такая область, как дела сердечные. — Пожалуй, ты прав, — тихо согласилась Курибояши. — И мы всё равно поможем ему, когда ему будет тяжело, в разумных пределах конечно. Как минимум моральная поддержка ему скоро ой как понадобится, — Кавада выпустив клубы дыма в потолок, затушил сигарету. *** По пути домой я думал над словами Кавады и Курибояши, в чём-то они правы особенно Кавада. Ведь если наладить отношения с Хитоми, то это наверняка ухудшит отношения с отцом. Да и Амико может резко отреагировать, а с ней и Ичиро за то, что так с ней поступил. И они окажутся в своём праве. «Выходит, что единственно верный вариант это…» — я с трудом проглотил тот, ком что образовался в горле. Я не хочу этого, но с другой стороны на кону стоят мои отношения близкими и друзьями. Я застыл на ходу, впервые я не мог принять решение и метался из одной стороны в другую. Нужно побыть наедине с собой и подумать. С этими мыслями я по пути остановился на игровой площадке, рядом с домом и бесцельно качался на качелях предавшись раздумьям. В основном в голову лезли всякие глупые идеи и мысли. Но к закату я смог более-менее успокоить сознание, и намерения забыть о Хитоми не встречали такого упорного сопротивления в моей душе, как пару часов назад. Возможно, мне удастся смириться с этим и продолжить жить дальше. Даже смогу перебороть себя и найду другую девушку, тем более в Токио точно будет много девушек, а впереди мои лучшие студенческие годы. Вернулся домой уже в сумерках, как раз перед самым ужином и сразу же встретился с Хитоми, когда снимал обувь. — Я дома. — А, Сатору, с возвращением, ужин почти готов, проходи быстрее, — она выглянула из кухни. Выглядела она как обычно, то есть прекрасно. Имеется своя какая-то привлекательность у девушки в фартуке, неудивительно что так популярны «Мейдо». — А отец? — Арато звонил и сообщил, что скоро приедет, так что проходи, будем сразу ужинать, сейчас начну накрывать стол, — она вернулась на кухню — Сейчас, только переоденусь сначала, — стараясь не смотреть ей в глаза я поднялся к себе в комнату. Это будет сложнее чем я думал. Стоило её снова увидеть, как весь мой настрой сбился. Да и не смогу я всё время игнорировать взгляд в её сторону. Нужно же как-то взаимодействовать, иначе это будет выглядеть ещё более подозрительно, чем если бы я на неё засматривался. Но вот какую линию поведения выбрать? Как раньше у меня уже не получится, как же ей удается вести себя так спокойно, как будто ничего между нами и не было, даже когда мы остаёмся наедине. Неужели она действительно ничего не чувствовала ко мне? Нет, не хочу в это верить. Возможно ли, что это во мне говорит моя гордость, которую задели таким образом? Что меня так быстро забыли? Так и не найдя ответа я спустился в столовую, отец уже пришёл и разувался в прохожей. А вот когда они поцеловались я поспешил отвернуться, и побыстрее пройти в столовую. За ужином мне было очень неловко, я старался не смотреть Хитоми в глаза, при этом пытался вести себя максимально естественно. Хотя даже для себя я считал, что это было абсолютно недостоверно. Поздним вечером, когда отец отлучился в ванную, я попытался поговорить с Хитоми. — Можем поговорить? — она сняла очки и отложила книгу. Я подошёл к ней, когда она читала на диване в гостиной. — Я догадываюсь о чём ты хочешь поговорить, — она глубоко вздохнула. — Ты ведь не собираешься забывать? — Я пытался, честно, но это сделать сложнее чем сказать, — я опустил голову, пряча взгляд. — Ты хотя бы понимаешь, чем это может грозить? Тебе, твоему отцу, мне в конце концов. Вижу, что понимаешь, хотя бы это радует. Показывает, что ты не совсем ещё ребёнок. Она что, говорит, что я ещё ребёнок для неё? — Я уже не ребёнок, — завёлся я. — И я достаточно сильно люблю тебя. — Докажи, поцелуй меня, прямо здесь и сейчас, — и смотрит на меня, а глазки такие хитрые, в которых черти пляшут. — Что? — Умеет же она вводить в ступор. Чего она хочет этим добиться? Что же мне делать? Подчиниться или наоборот? — Ну же, я жду, — она закрывает глаза. — У тебя десять секунд. Она это сейчас серьёзно? Или играется? — Восемь… Сердце бешено стучится. — Шесть… Что же делать? — Четыр… — договорить ей не дали мои губы. Она резко открыла глаза, в них было много смешанных чувств. В основном — сильное удивление. Когда я увидел, что её руки поднимаются я отпрянул от неё, боясь получить пощечину. Но каково было мое удивление, когда её руки притянули меня обратно и бросили на диван, а она сама залезла на меня и кинулась с поцелуем она взяла мою левую руку и положила к себе на бёдра, а правую на свою грудь, а сама она начала расстёгивать пуговицы на блузке. Да нет, это бред, никогда такого не случится, – я тряхнул головой и наваждение перед глазами исчезло. — Да, я слушаю, — Хитоми сидела передо мной, она как раз отложила в сторону книгу которую только что читала и теперь смотрела на меня. — Впрочем я уже догадываюсь, о чём ты хочешь поговорить, — она глубоко вздохнула. — Ты ведь не собираешься забывать? Сердце бешено забилось, меня бросило в жар, колени задрожали и в горле пересохло. — Я не могу, вы ведь первая с кем я… — дальше я не смог даже выдавить из себя и звука. — Пойми это пожалуйста, что наше общение было одной большой ошибкой, и оно не имело никаких шансов на успех. Чем быстрее ты это поймёшь, тем лучше будет для тебя. Найди другую девушку. Видела тебя в компании Сиины. По-моему, она очень хорошая девочка и вы подходите друг другу. Она ещё что-то говорила, но я уже не слушал, кроме последнего. — Просто забудь! Раньше ничего, между нами, не существовало. Есть ещё вопросы? — её взгляд стал суровым, но даже такой взгляд уже не мог меня напугать. Не хочу признать, что это было ошибкой. Мне трудно поверить, что те встречи для неё не значили, но я так и не сказал ей об этом. — Нет, ничего более, — я собрал всю решимость сделал шаг вперёд к Хитоми, которая застыла в недоумении, — кроме этого… — чмокнув её в губы и не дожидаясь её реакции я стрелой помчался к себе в комнату. Заперев дверь, я уселся там же, опёршись на дверь. Дыхания не хватало, было жарко и душно, адреналин в крови зашкаливал и до меня только сейчас начало доходить то, что я сделал. — Что же я натворил!? Как после этого мы можем называться семьёй?