Наречённый солнцем и пороком

Слэш
R
Завершён
14
автор
Размер:
4 страницы, 1 часть
Описание:
Аллен, может, куда слабее и гораздо младше, безо всякого опыта в играх с вечностью, но Дарклинг сам утянул его на пьедестал проклятой уникальности.
Посвящение:
моему лучику.
Примечания автора:
slash!darklina au к первой книге, в котором олень Морозова так и не был найден, а война в Равку пришла не по расписанию.
male!Алина Старкова — Аллен Старков.

сборник из трёх частей, рейтинг проставлен с оглядкой на две последующие.
статус закончен, потому что на впроцессники у меня аллергия.

пост с кастом: https://vk.com/wall-137467035_2982
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
14 Нравится 3 Отзывы 1 В сборник Скачать

i. ранение.

Настройки текста
Они сталкиваются разрывными гранатами, когда бойня стихает: залпы и крики сменяются стонами раненых — для Аллена это практически тишина, надрывно звенящая в заложенных ушах, когда он врывается в чёрный шатёр. Опричники не решаются его остановить. Никто уже не пытается говорить с ним, как с довеском, обнаруженным среди чёрных песков Неморя. Дарклинг поднимает на него глаза, не разжимая челюстей, пока целитель скрупулёзно сращивает сухожилия, кости и мышцы. Срезанный прямиком с него кафтан лежит подле кучей истерзанного тряпья вместе с ошмётками рубашки. Аллен не успевает оттолкнуть назойливый образ того, что таким же истерзанным мог лежать сам Дарклинг, будь удача менее лояльна к его безумствам. В животе скребут обледеневшие когти. Неправильная мысль, дурная. Аллен отгоняет её прочь, мысленно сжигая. Пусть его солнце всё ещё слабо, пусть нет при нём рогов могучего оленя. Пусть. Во рту разливается горечь. Порез на лице Дарклинга едва не лишил его глаза. Аллен знает, что спустя мгновения от него останется только алеющая полоска — и та исчезнет, стирая всякое напоминание о том, что рана и вовсе была. Бледные пальцы с силой сжимают край скамьи, и можно легко представить, как пики побелевших костяшек вот-вот прорвут кожу от напряжения. Аллену чудится едва раскатывающееся в чужой груди рычание. Болезненное, разбавленное прерывистым дыханием. Но, видимо, это игра его воображения, навеянная сдавленными шепотками стоящих подле гришей. Истрёпанных, покрытых пылью, кровью и грязью, как и он сам. Но живых. С залёгшими под глазами следами страха и усталости. Их взгляды мечутся от Аллена к своему суверенному и обратно. Видят ли они бешенство заклинателя Солнца? Или всё так же глазами цепляются за синеву кафтана — символ пренебрежения чужой милостью. Но двумя днями ранее Дарклинг задумчиво заметил, что то было верным решением: враги не заметят заклинателя Солнца, которому надо было оставаться в столице, сразу. Аллен сам поразился тогдашнему упрямству, с коим увязался следом, не желая прохлаждаться в садах под кудахтанье о приторности пирожных. Он крепче сжимает зубы, зеркально повторяя чужой жест. Возможно, ему хочется, чтобы маска на лице Дарклинга раскрошилась, явив миру агонию. Достигший своей цели снаряд едва не оторвал ему правую руку, оставив висеть плетью на каких-то ошмётках и обломках костей. Аллену же кажется, что он сам вот-вот довершит начатое противником. Есть что-то восхитительное и люто выбешивающее в том, как Дарклинг приподнимает брови. И почти верится, что они вовсе не на побоище, не на очередном поле смерти, а в безопасности его кабинета в Малом Дворце. Почти. Война неотступна и жадна, бесконечна, как и не знающая границ тьма, а вот конечности у Генерала Второй Армии уж точно на пересчёт. Аллен скрещивает руки на груди, прикипев взглядом к тому, как кости сращиваются, покрываясь алыми лоскутами. От такого зрелища его должно мутить, но он слишком быстро привыкает к оголённому ужасу сражений. «Слишком быстро» — это привкус желчи во рту после многочисленных приступов рвоты, когда в желудке не остаётся ничего, а перед глазами то и дело мелькают изувеченные тела, а в ушах — одни мольбы о милосердии. Смерть куда милосерднее такого существования. — Совсем с ума сошёл? Аллен не особо обращает внимание на раздавшееся аханье и вспыхнувшее на лицах присутствующих возмущение: едва ли кто мог осмелиться на подобную вольность в сторону Дарклинга. Но Аллену, по большому счёту, плевать. Дарклинг так стремился выделить его, приблизить к себе, что теперь пришёл его черёд вкусить плоды своих же усилий. Аллен, может, куда слабее и гораздо младше, безо всякого опыта в играх с вечностью, но Дарклинг сам утянул его на пьедестал проклятой уникальности. — Мне льстит твоё волнение, — его голос звучит глубже. Не от сдерживаемой ли боли и усталости? Аллен дожидается, когда он отсылает всех прочь: взмахом здоровой руки, излишне бледной, почти что мертвецки нездорового оттенка, особенно в сравнении со второй, кожа которой раскраснелась. Где-то всё ещё заметны карминовые разводы и запёкшиеся корки. — Цел? — Дарклинг смеряет его взглядом, прежде чем тянется к чаше с водой и тряпками. Бледнеет резко, но не издаёт ни звука. Упрямец. Аллен бросается к нему прежде, чем успевает осознать собственное действие. Если бы на его шее красовался ошейник из оленьих рогов, то поводок наверняка был бы у Дарклинга, знай он об этом или нет. — Чем ты думал? — Аллен не замечает, как все слова льются шипением, злой пеной морских волн, пока руки смачивают тряпку. Дарклинг выпрямляется. Аллен на периферии замечает, как по его виску стекает капля пота. — Ты мог умереть. — Каждый день может быть последним. — Так надоело собственное долголетие? — Аллен огрызается, на что Дарклинг только хмыкает. Легче говорить, оказавшись у него за спиной, чтобы промыть мелкие ссадины. Легче не смотреть в глаза и не думать, что эхо сражения его непременно нагонит после, а пока нужно быть сильным и собранным. Не допускать, чтобы руки начали дрожать. У него всё ещё нет усилителя. Он слаб и бесполезен. — Ты громко думаешь, — Дарклинг медленно откидывает голову, упираясь затылком в грудь Аллена. Тот крепче сцепляет челюсти, заставляя себя сосредоточиться. Раньше такую реакцию в нём вызывала только Мальен. И это было правильным, неизбежно-очевидным: влюбиться в ту, с кем жил бок о бок долгие годы. Но смотреть на могущественного и опасного Генерала Второй армии, ощущая то же самое, — он, видимо, сильно ударился головой на проклятом скифе в тот день. Или же конечной точкой стала демонстрация, где они стояли друг напротив друга, сцепив пальцы поднятых рук? Когда Аллен осознал, что пропал? «Таких, как мы, больше нет. И не будет» Аллен помнит мерцание серых глаз и мягкую улыбку, от которой почему-то по коже ползли мурашки. Неправильная реакция для их взаимоотношений. Дарклинг как-то назвал его потерянным братом, не подозревая о мыслях Аллена, которые слишком явно отличаются от братских. Порочные. Неправильные. И так легко представить себе отвращение на этом неестественном в своей красоте лице. Вряд ли бы он поскупился на эмоции. Ныне Дарклинг опускает веки, позволяя ему аккуратно промочить содранную кожу на плече. — Всё шло бы куда быстрее, будь у меня усилитель, — Аллен не может подавить отвращение к самому себе. — Багра говорит, что ты силён. — Недостаточно. Ты и сам это говорил, — он едва прикасается к нагой коже, ощущая, с какой прытью пробуждается сила. Требуя большего. — Мы найдём оленя, — Дарклинг едва хмурится. Кварц мелькает, и Аллен с размаху напарывается на его взгляд. Задумчивый, мажущий по лицу то ли лаской кисти, то ли агонией обнажившихся лезвий. — Ты ведь так и не нашёл свою подругу? Мальен, верно? Аллен мрачнеет ещё больше, вновь становясь перед ним. Дарклинг всё ещё бледен, и он раздумывает о том, где бы добыть проклятого пойла. — Я в порядке, Аллен, — Дарклинг отмахивается пострадавшей рукой. Не морщится, не кривится, из неясного Аллену упрямства: он его чувствует в отдалённом эхо их связи, стоит только прикоснуться. — Так что? Сплошные неудачи, куда ни посмотри. Он отправил десятки писем, носом рыл землю, но так ничего и не обнаружил. Оретцева будто провалилась в Неморе. Ещё один повод для тревоги, чтобы оттяпывать от него куски. — Нет, — Аллен старательно перекладывает вещи с места на место, то и дело косясь на остатки чёрного кафтана. Серые глаза наблюдают за ним, вспарывая каждое движение. — Не нашёл. Ни в списках погибших, ни где бы там ни было. Но я найду. Дарклинг тянется, чтобы накрыть ладонью его загривок. Безошибочно, властно. Как бы ни было ему больно, замеченной слабости больше нет. Аллена прошибает молнией. — И усилитель мы тебе тоже найдём. И тогда мир изменится нами, — обещает Дарклинг, едва-едва улыбаясь. Аллен чувствует, что пополнил ряды тех, кто готов умереть за этот жест. Одобрения, милости. Так взращивается зависимость? Он старается не задумываться о том, что все эти мысли неправильны. Будь он девчонкой, стало бы проще. Можно было бы предаваться мечтам и копить чужие жесты, лелея надежду на взаимность. — Только не умри раньше времени, — Аллен заставляет себя хмыкнуть. Дарклинг ухмыляется. Пальцы почёсывают загривок, вызывая мурашки. — Не умру.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты