Часть 13
7 февраля 2021 г., 20:57
Чимин два дня ходил и ухахатывался с ситуации Чонгука и Тэхёна, на что все время получал шипение в ответ от друга и просьбу заткнуться.
Нет, это же надо, какое совпадение по всем фронтам! Мало того, что его дружбан умудрился попасть в секцию вместе с младшим, так еще и тренировался бок о бок с ним. Вообще не удивительно, что с его «конспирацией» его так быстро раскрыли! Самое забавное, что Тэхён продолжал воротить нос от всего этого со словами «мне все равно, я и дальше буду Кимом, пусть продолжает искать несуществующего Ви, это не мое дело!» и не признавать того, что облажался с этой затеей.
Конечно, Чимин знал, что в душе его друг, естественно, понимает свою ошибку, понимает, как глупо себя ведет, но кто же хочет признавать того, что не прав! Это Пак хорошо понимал, поэтому продолжал по-дружески подкалывать его по этому поводу.
Любопытный случай произошел на потоковой лекции в первой половине дня в пятницу. Они с ТэТэ уже сидели за первой партой, разговаривали о том, кто что бы сейчас съел, когда в аудиторию вошел Чонгук. Поискав глазами, очевидно, их парочку, он хитро прищурился и с неизменной улыбочкой пошел прямо к ним, устраиваясь рядом с Тэхёном на длинной скамье.
Ким все это время увлеченно рассказывал о каком-то забавном случае, полубоком сидя к Паку, поэтому на окружающих не обращал внимание, зато Чимин был во всеоружии и следил взглядом за Гуком. Было любопытно, что же тот предпримет.
Подойдя к парням, Чон уселся на скамью, достал все нужные принадлежности, убрал рюкзак подальше и с удовольствием облокотился о парту, подпирая рукой голову и поворачиваясь чуть боком к вещавшему Киму. Чимин сидел в точно такой же позе, зеркально отраженной, поэтому их взгляды пересеклись, и Чон молча поздоровался с ним, только махнув головой и приставляя палец к губам.
Чимину хотелось в голос засмеяться от этих телодвижений, но он сдерживал свой порыв до поры до времени, закусив губу. Правда, легкая улыбка все же коснулась его губ. Это заметил Тэ и непонимающе уставился на Пака, поправляя сползающие очки. К слову, о своей конспирации он и не думал забывать, исправно таская на носу очки без диоптрий. Чимина он, конечно, клятвенно заверял, что это образ у него такой новый.
— Чимин-и, ты чего?
Пак ухмыльнулся шире и махнул головой ему за спину. Ну да, Тэхён почувствовал, что там кто-то пришел, наверное, какой-то другой прилежный студент из параллельной группы, но совершенно не придал этому значения. Повернув голову, он вздрогнул от неожиданности, увидев Чон Чонгука. Тот сидел, широко улыбаясь белоснежной улыбкой, и внимательно следил за Тэ.
— Доброе утро, парни! — начал он.
— Доброе, Чонгук-и! — все также неизменно позитивный Чимин отвечал за двоих.
— Что ты здесь делаешь? — через зубы проговорил Ким.
— Как что? Я тут учусь, хё-ён, — господи, количеством самодовольства у этого парня можно быка накормить. Тэхён не смог сдержать покраснение своего лица. Мелкий явно все на тренировке просёк, но выяснять отношения в открытую не желал, ведя свою игру. Честно говоря, это неожиданный ход. К такому варианту развития событий Тэ не готовился, но перспектива не объясняться еще какое-то время ему очень даже нравилась. Пусть все и знали, кто, за какой маской скрывается. Так даже интереснее, кто первый не выдержит.
Естественно, сейчас Тэхён не стал разыгрывать очередной спектакль с возрастом и «с чего ты решил, что я твой хён?». Куда уж больше позориться-то, все это понимали.
— Ой, Тэ-хён, а что это у тебя на носу? — притворно удивился Чон, максимально приблизившись к старшему, когда тот повернулся. — Дай-ка поправлю, — Тэ в очередной раз вздрогнул, когда его очки подвинули ближе к переносице, а затем провели по носику вниз. Он совсем растерялся от такого напора. Гук поднял брови, — что-то не так? — и глаза такие невинные-невинные, улыбочка вообще способна растопить льды Антарктиды. У Тэ сердце в пятки ушло, а лицо снова неконтролируемо залила краска. Надо же! И на кого реагирует так? На парня! Стыдно вдвойне. А этот хитрый лис в шкуре щенка довольно подмигнул и отвернулся, как будто ничего не произошло!
«Ладно, — успокаивал себя Тэхён, — пусть делает, что хочет, он все равно продолжает оставаться парнем младше меня. Пусть-пусть. В конечном итоге, поймет, что эта стена непрошибаема, тогда и отлипнет». Заморочек у него было хоть отбавляй. Ведь намного проще за ними скрыться от страшного неизвестного, ожидающего вне зоны комфорта. Лучше оставаться в своем коконе консервативных взглядов, чем дать себе волю на нечто неизведанное.
Ухмыльнувшись своим мыслям, он чуть ли не свысока посмотрел на Гука:
— Отлично, делай, что хочешь, мелкий, — намеренно выделяя последнее слово. — Только не мешай учиться, — добавил уже спокойнее. В это время Чимин посмотрел на Чонгука и закатил глаза, мол, ну, чувак, крепись там, сил тебе.
Вообще, Пак чуть ли не пищал от всей представшей перед ним сценой. Сценой «сражения титанов», как потом назвал её Тэхён, напрочь проигнорировав то, что в тот момент выглядел маленьким котенком перед змеей в лице горячего Чона.
Пришло время начала пары, вошел преподаватель и объявил тему лекции.
Во время занятия Тэхён внимательно слушал лекцию, иногда отвечал на вопросы преподавателя, общающегося со всей аудиторией. Были вопросы, ответы на которых он не знал, но как же его удивляло то, что в такие моменты сидящий рядом Чонгук мог спокойно выдвинуть свое предположение на тему ответа. И предположения чаще всего были верны! Тэхён словно на другого человека смотрел. Он не бесил его, было интересно послушать, какие мысли на этот счет у младшего, в чем он разбирается, какой опыт имеет. Если Чимин был прав насчет работы Гука и если эта работа была связана с музыкой, то тогда понятно, откуда у него такие познания. Даже в этом смысле Ким проигрывал ему, еще не поработав в принципе. Правда, это единственная победа, которую он спокойно «отдавал» младшему, на время забывая, сколько ему лет, забывая их неловкую ситуацию и негласную борьбу.
Правда, по окончанию пары, след от умного и спокойного Чонгука пропал, являя на свет его вторую сторону, которая хотела поймать Тэхёна, подловить на чем угодно, выставить себя победителем во всех их битвах и уйти с довольной ухмылкой на лице.
— Где вы обычно обедаете, господа? — задал он вопрос парням.
— В студенческой столовке. А что, хочешь присоединиться? — как будто ничего не понимая, спросил Чимин, включаясь в эту игру «включи дурачка».
— Да, мы как раз там собираемся встретиться компанией, чтобы веселее было. Давайте там пообедаем? — Чимин согласно закивал головой. Тэ молчал: не хотелось ему есть в присутствии младшего. — Хён? — вкрадчиво спросил он Тэхёна. — Пойдем.
Как барышню уговаривает, как же неудобно! Тэхён согласно замычал и, резко развернувшись, пошел на следующую пару. Плюс один балл в копилочку Чонгука. Он победно сжал руку с кулаком в локте, как бы говоря «yes!», и улыбнулся Чимину.
***
Настало время обеденного перерыва, за который Тэхён с Чимином решили присоединиться к Чонгуку. Они зашли в здание столовой, чтобы подождать младшего, но он уже и сам встречал их у входа. — Рад снова видеть вас, ребят! Сегодня им предстояло снова встретиться с Намджуном, Сокджином и, к большому сожалению Чимина, Юнги. Первым порывом, естественно, было сбежать, но раньше заметивший Мина Тэхён крепко держал друга за руку. — Чимин-и, о чем мы с тобой говорили? Не бегай от него, веди себя так, как ни в чем не бывало, — незаметно зашептал Тэ, когда, поздоровавшись с ними, компания пошла набирать себе еду. — Я с тобой, все будет хорошо, — ободряюще сжал он его локоть. — ТэТэ, спасибо тебе… — бледный Пак также незаметно кивнул головой другу. В процессе выбора еды так случилось, что Тэхён убежал сразу ко вторым блюдам, а Пак остался стоять в начале прилавка, изучая меню на стене. — Что ты будешь? — произнесли тихо за его спиной низким хрипловатым голосом. Будоражащее ощущение, надо сказать, когда один лишь голос проникает внутрь тебя, заставляя тело покрыться мурашками, а сердце забиться в ускоренном темпе. Только вот непонятно, от чего: от смущения ли, страха или предвкушения. Чимин знал, кому он принадлежит, а потому взял всю свою волю в кулак, глубоко вздохнул и приказал себе выкинуть все мысли из головы и представить Юнги просто знакомым, которым он, по сути, пока и являлся. — Думаю, у меня сегодня не особо разыгрался аппетит. Риса с овощами вполне будет достаточно, — похвалил Пак сам себя за вежливую улыбку и спокойную интонацию в голосе. У Юнги в это время в голове взрывались вулканы. Чимин с ним заговорил! Да, заговорил! Ему не послышалось. А какой же певчий голос у него был. В этот раз ему не мешала музыка расслышать каждое слово, произнесенное Паком. Музыкальный слух только усиливал восприятие мягкого перелива колокольчиков. Юнги из последних сил себя держал, чтобы не закричать от переполняющих его эмоций. Да, он суровый рэпер, никому не надо знать, что он хочет орать во все горло в данный момент, но боже, как же это приятно, когда тебя не игнорирует сие прекрасное создание. Юнги все эти дни настраивал себя на то, что Чимин обычный человек. Да, симпатичный, очень симпатичный, наверняка хорошо двигается, а скорее всего, даже поет с таким-то голосом. Однако сегодня в холле здания столовой его снова повергло в шок появление младшего. И снова тот запуганным котенком смотрел на Юнги. Снова Юнги не знал, откуда это все, но так отчаянно хотел защитить его от всех страхов. Настроив себя, он выловил момент, когда русоволосый останется один, и решил медленно и аккуратно двигаться к своей цели. — Хороший выбор. Приятного аппетита, Чимин! — тепло улыбнулся он, кивнул и, пересиливая себя, пошел дальше по проходу. Таким образом он давал младшему личное пространство, показывал, что не собирается давить на него. Ради спокойствия и благополучия Чимина можно и не на такое пойти. Собственно, Пак поселился в голове Юнги окончательно. Сначала был жуткий интерес, который подогревался снами и тем, что младший все время ускользал из его поля зрения, потом стали рождаться тексты и композиции, которые были наполнены чувствами и эмоциями. Юнги умело направил свою созидательную энергию, преумноженную за счет встречи с соулмейтом (теперь он понял, что это были за сны с Чимином, сопоставив все известные факты со своими воспоминаниями и ощущениями к русоволосому пареньку), в нужное русло. Каждый вечер его посещали новые идеи аранжировок и рифм. Ради такого вдохновения не грех и признать существование собственного соулмейта. А если еще и он будет рядом, так вообще жизнь удастся. Слишком позитивно? Верно. Тем более для Юнги. В какой-то степени он все рассчитывал не на позитивной, а на рационалистической волне, но доля влияния во всех этих мыслях положительных эмоций все же преобладала. Меркантильно? Отнюдь, ведь Юнги готов был отдавать всего себя не только музыке, но и найденному соулмейту. Совместные планы на будущее тормозились лишь Чимином, который по непонятной причине сторонился Юнги. Не хотелось давить, но и молчать Мин не думал, так как привык говорить все, что считал нужным сказать. Он не слышал тихое «Спасибо, хён», но почувствовал, что младшему и правда стало легче дышать, когда состоялся их первый ни к чему не обязывающий разговор и когда он дал понять, что совершенно не торопит того и уважает во всех смыслах.
