Лень, жара и полеты.

К вечеру жара понемногу спала и дышать да и двигаться стало намного легче. После ужина Гэвина разморило окончательно. Он с комфортом устроился в кресле на балконе, вытянув ноги, и теперь лениво наблюдал за К'ннором из-под ресниц. Заходящее солнце золотило макушку всадника, заставляло его щуриться и прятать глаза от прямых лучей. К'ннор сидел в своем кресле в немыслимой позе, подобрав ноги. Он устроил подбородок на сложенных на перилах балкона руках и смотрел вниз, на растянувшихся на траве драконов. А Гэвин откровенно им любовался и даже не думал себе запрещать это делать. — Красивый, — К'ннор тихо вздохнул и вновь прищурился не поворачивая головы. — В точку, — Гэвин был абсолютно с ним согласен. Человек, сидящий перед ним, был определенно красивым. Спорить об этом не имело смысла, даже Маркус одобрительно заворчал внизу, поворачивая голову в их сторону. — Маркус. Я про него говорил, — зачем-то уточнил К'ннор. Гэвин улыбнулся, заметив, как при этом покраснели кончики его ушей. Он фыркнул и только собрался ответить, как в голове раздался голос Маркуса. “Он тоже красивый, можешь так ему и передать”. Бронзовый дракон вальяжно взмахнул крыльями, потянулся и снова устроился на траве. “Но Норт все равно лучше”. Гэвину неожиданно стало так смешно, что он не сдержался. К'ннор удивленно повернулся в его сторону, а Гэвин никак не мог перестать смеяться. — Ты тоже ничего, — Гэвин постарался взять себя в руки, но иногда все еще пофыркивал от смеха. Лицо К'ннора забавно вытянулось, и Гэвину стало гораздо труднее сдерживаться. — Но Норт лучше. Это он так сказал. — Гэвин ткнул пальцем в Маркуса, наблюдая, как К'ннор заметно расслабляется. — И, кстати, если уж говорить о красоте, твоя драконица сегодня вся как будто светится. — Это просто игра солнечного света, — К'ннор потянулся в кресле и Гэвин на пару мгновений залип, разглядывая его. С этими играми в гляделки пора было заканчивать. Гэвин уже прекратил открещиваться от того, что ему нравится этот парень, но он не был уверен, что сам К'ннору симпатичен. Они довольно часто виделись. К'ннор мог внезапно появиться перед его холдом просто так, и Гэвин бросал свои дела и проводил с ним время. Пару раз они даже летали вместе. Маркус азартно пытался догнать Норт, но та в воздухе была очень юркой и маневренной. Гэвин тогда ощутил все прелести скоростных полетов на драконе и очень долго отходил от кульбитов в небе. К'ннор в тот момент выглядел очень виноватым и не мог найти себе места, пока Гэвин не успокоил его, что с ним все в порядке. Но даже после этого К'ннор выглядел обеспокоенным. Гэвин посмеивался, лежа на софе и удобно устроив голову на коленях К'ннора, пока тот явно выговаривал своей драконице о том, что так вести себя некрасиво. Он так увлекся, что не заметил, как запустил пальцы в волосы Гэвина. К'ннор нежно перебирал пряди, а Гэвин блаженствовал до тех пор, пока К'ннор наконец не сообразил, что он делает. Он шумно втянул носом воздух, в глазах заплескалась паника, и кончики его ушей порозовели, а потом К'ннор быстро засобирался по каким-то неотложным делам, резво вскочил на свою зеленую бестию и прыгнул в Промежуток. Гэвин его после этого случая не видел довольно долго. Он успел соскучиться даже по Норт, хотя драконица К'ннора явно Гэвина не жаловала и при любом удобном случае норовила пихнуть кончиком хвоста под коленку, а то и щелкнуть зубастой пастью перед лицом. Поначалу это сильно напрягало, но потом Гэвин научился уворачиваться. Тем более, К'ннор свою зеленую просто обожал и мог наглаживать ее часами. Гэвин как-то застал сей процесс и с удивлением узнал в курлыкающей громаде Норт. К'ннор в тот момент выглядел таким счастливым, что сердце Гэвина пропустило удар. Наверное, именно тогда он понял, что К'ннор для него что-то значит, но говорить об этом самому К'ннору он не торопился. Гэвин вздохнул и покачал головой. Пока он размышлял над их странными отношениями, солнце почти закатилось за горизонт. Драконы внизу завозились, потягиваясь и разминаясь. К'ннор тоже сменил позу в кресле и теперь, не поднимая голову с рук, беззастенчиво разглядывал Гэвина. В его взгляде было что-то такое, что не позволило Гэвину отвести глаза. Сердце забилось чаще, и захотелось немедленно подойти к К'ннору и обнять его. Или… Что “или” Гэвин не успел додумать, его отвлекло движение внизу. К'ннор тоже повернул голову в сторону драконов и встал с кресла. Норт, недавно блаженно растянувшаяся на траве, теперь стояла, опустив шею почти к самой земле. Ее крылья были расправлены и немного подрагивали. Последние солнечные лучи касались ее шкуры, делая ее яркой, насыщенно-зеленой. Норт переливалась изумрудным светом в лучах заходящего солнца, и Гэвин словно бы увидел, как она прекрасна, глазами Маркуса. Он мотнул головой, отгоняя картинку, и посмотрел на К'ннора, который вцепился в перила балкона побелевшими пальцами. — С ней все в порядке? К'ннор отрицательно покачал головой и, кажется, с трудом повернулся в сторону Гэвина. Он сильно побледнел, и в глазах его плескалось отчаяние. Кажется, он хотел что-то сказать, но в этот момент Норт задрала голову высоко в небо. В уши ввинтился низкий то ли вой, то ли рык, а потом Норт сорвалась с места и взлетела вверх. К'ннора качнуло в сторону, и он сдавленно выругался, все еще судорожно цепляясь за перила. — К'ннор! — Гэвин в мгновение ока оказался рядом и поддержал К'ннора, чтобы тот не упал. — Да что происходит?! К'ннор вздрогнул под его прикосновениями и уткнулся Гэвину в плечо головой. — Полет, — голос К'ннора звучал хрипло, дыхание тоже было тяжелым. Гэвин чувствовал, как по телу всадника проходит мелкая дрожь. — Это плохо. — Что? — Гэвин никак не мог понять, что творится с К'ннором и при чем тут его драконица, но тут Маркус взвился следом за Норт, и до Гэвина дошло, насколько все хреново. Желание обладать тем, кого он сейчас держал в своих руках накрыло с головой. Возбуждение тугим узлом скрутилось в паху и разлилось по телу. Его так же качнуло, как К'ннора совсем недавно, и Гэвин прижал его к себе крепче. Тот только тихо простонал куда-то Гэвину в шею и притерся всем телом, отчего голову повело еще сильнее. Гэвин остатками разума, перекрытого драконьими эмоциями, понимал, что то, что происходит сейчас, не совсем честно по отношению к К'ннору. И у него обязательно должен быть выбор. Да, на них сейчас сильно влияли драконы и их эмоции, но Гэвин все еще мог сопротивляться тому огненному чувству, что с каждой секундой становилось ярче. — К'ннор, послушай меня, — Гэвин отстранил от себя К'ннора и, придерживая за подбородок, заставил посмотреть на себя. — Я не собираюсь пользоваться сложившейся ситуацией. К'ннор слабо улыбнулся, покачал головой и потерся щекой о руку Гэвина, вызвав волну тепла во всем теле. Все меньше Гэвину хотелось сопротивляться, особенно тогда, когда К'ннор смотрел на него темным взглядом и был очень близко. — У тебя нет выбора, — К'ннор снова прижался к Гэвину, вызывая новую волну жара по всему телу. — Прости, это я виноват. Не стоило сегодня прыгать к тебе. — К'ннор на секунду запнулся, шумно втянул воздух носом и посмотрел на Гэвина черными от расширившихся зрачков глазами. — Норт и так была на взводе из-за золотой Хлои, нужно было просто остаться у отца, но я слишком хотел тебя видеть. Гэвину понадобилось несколько мгновений чтобы осознать, что сказал К'ннор. Накатило мимолетное облегчение, а следом обжигающая волна желания, и Гэвин не сдержался. Он притянул к себе К'ннора и поцеловал. К'ннор простонал в поцелуй и потянул с Гэвина рубаху. — Погоди, — Гэвин с трудом отстранился и, взяв К'ннора за руку, потянул в кабинет. — Не здесь. К'ннор шагнул следом за Гэвином и тут же впечатал его в стену, впиваясь в губы требовательным поцелуем. Гэвин простонал, когда поцелуй закончился легким покусыванием. Голову вело, тело горело, хотелось сжать К'ннора в своих руках и не отпускать больше никогда, стать с ним единым целым. Сознание туманило желанием, дорогу к собственной спальне, совмещенной с кабинетом, Гэвин помнил плохо. Зато отчетливо помнил каждое касание горячих пальцев к своей коже, каждый поцелуй оставленный К'ннором. Помнил, как они стаскивали друг с друга одежду и ощущение прохладных простыней под горячими телами. Как он целовал К'ннора, Гэвин тоже помнил. И как ласкал каждый сантиметр его кожи, считая родинки, как любовался на него, раскинувшегося на постели. И как бережно растягивал, ловя каждый стон. Как толкался в К'ннора, одновременно жарко и жадно целуя. Как К'ннор царапал его спину и просил Гэвина не останавливаться. Каждое движение отдавалось в теле яркими вспышками удовольствия, в груди жгло от чувства безграничной любви, и Гэвин не сопротивлялся всему этому. Он продолжал двигаться, пока К'ннор под ним не вскрикнул и не выгнулся, кончая. Гэвину хватило пары движений, чтобы догнать его. Он обессиленно опустился сверху, чувствуя, как К'ннор обнимает его и прижимает к себе. В голове была блаженная пустота, а в теле — легкость. Гэвин слушал, как колотится сердце К'ннора и стучит в висках собственная кровь. Шевелиться совершенно не хотелось, как и говорить. Гэвин почувствовал как К'ннор поцеловал его в макушку, а потом запустил свои пальцы Гэвину в волосы, нежно перебирая пряди. Гэвин прижмурился, наслаждаясь каждым мгновением близости. На задворках сознания мелькали драконьи нежности, рядом был К'ннор, который продолжал свои нехитрые действия, и Гэвин вдруг подумал, что он адски счастлив. Он на всякий случай прижал к себе К'ннора покрепче и улыбнулся, когда услышал его тихий смешок. Гэвин прикрыл глаза всего на одно мгновение и сам не заметил, как вырубился.

***

Сквозь приоткрытое окно в комнату проникал аромат ночной фиалки. К нему примешивалась свежесть летней ночи и едва уловимый запах полевой ромашки. Гэвин повернулся на кровати и уткнулся в чужой загривок, провел носом вверх вдоль шеи и зарылся в чуть влажные волосы. Едва уловимый аромат ромашки стал ярче, и Гэвин не сдержал тихого стона. Он прижался теснее к спящему рядом человеку и нежно прикусил мочку уха. Получив в ответ невнятное бормотание и нелепый взмах руки, прошедший мимо цели, Гэвин тихо рассмеялся. Видимо, в вейре никак нельзя было похвастаться тишиной, покоем и временем для нормального сна. Наверное, именно поэтому К'ннор и отсыпался сейчас, словно и не ложился никогда до этого. Очень непривычно было видеть его таким расслабленным и каким-то беззащитным. Гэвин не удержался и взъерошил ему волосы. К'ннор завозился и натянул одеяло повыше, почти до самой макушки. Гэвина вдруг окатило волной нежности и безграничного счастья. Краем уха он уловил тихий нежный клёкот, иногда переходящий в едва слышное курлыканье. — А! Чтоб тебя, Маркус! Гэвин тихо выругался, выбрался из постели и подошел к окну. Рядом с холдом огромной темной горой сплелись хвостами два дракона. Бронзовый Маркус ласково укрывал крыльями зеленую К'ннора и что-то нежно ей курлыкал. Норт, довольно норовистая в обычное время, сейчас тихо млела и отвечала такими же нежностями. Гэвин ухмыльнулся, прекрасно зная, что Маркус это почувствует. — Хорошо тебе? Догнал свою бестию и доволен. А мне что прикажешь делать? Как мне теперь ему в глаза смотреть? Даже в темноте было видно, как Маркус дернул крылом. "Норт говорит, что К'ннор давно с тебя глаз не сводит, так что со взглядами у вас проблем не будет. И со всем остальным тоже". Голос в голове прозвучал насмешливо и снисходительно, Гэвин только глаза закатил. — Много ты понимаешь, ящерица-переросток! Маркус коротко рыкнул, подняв голову к небу, а потом снова устроил ее рядом с Норт. Гэвин только рукой махнул. Этот до безумия влюбленный дракон и так перекроил его жизнь вдоль и поперек. Одним перекосом больше, одним меньше, какая разница. Его снова окутали эмоции Маркуса. Страсть и жгучее желание догнать, поймать и сплестись в единое целое уступили место теплой нежности и спокойствию от ощущения горячего тела рядом. По ногам потянуло холодом, от чего кровать, с уютно устроившимся там К'ннором, стала казаться привлекательнее с каждой секундой. Гэвин забрался под одеяло и прижался к теплой спине. К'ннор недовольно заворчал, завозился в попытке уйти от прикосновения ледяных рук и ног, но Гэвин был непреклонен. В конце концов, это его кровать, в его собственном холде, с его собственным всадником. На последней мысли Гэвин слегка завис и тряхнул головой. И лезет же всякое в голову! Гэвин посмотрел на спящего рядом К'ннора, успевшего повернуться и прижаться теплой щекой к холодной руке. И совсем ему не хотелось провести пальцем от виска до подбородка, соединяя родинки причудливым узором. Ни капли не желалось поцеловать бледное плечо, а потом ключицу, провести языком по шее и нежно прикусить подбородок. И, уж тем более, у Гэвина не было никакой охоты целовать эти внезапно мягкие и податливые губы до тех пор, пока не закончится воздух. Гэвин отчаянно всего этого не хотел. Но все равно сделал под одобрительный рокот двух драконьих глоток.