Laugh Out Loud

Весь день от Кайла не было ничего. Немного прибравшись в комнате я надеялась что немного отвлекусь от переосмысления своего поведения, но это не помогло также как и уроки, готовка, рисование и глупые игры на телефоне. Лёжа на кровати порядка получаса я думала что Кайл всё-таки тоже обиделся на меня. Стоит только дождаться завтра и мы поговорим. – Так. Поговорим про Париж, – входя в комнату сказала мама. – Да, – продолжая лежать на боку сказала я. – Едут все твои друзья ? – остародничала она – Да, – проговорила я, понимая к чему она клонит – И если я тебя отпущу ты обещаешь мне ... – Мамочка, обещаю, – не дав ей закончить я подбежала и прижалась к ней как можно сильнее, – я буду паинькой. Отпусти, отпусти ! Она только бережно гладила меня по волосам – Значит да ?! – Угу, – я завопила на всю комнату. Упав с ней на кровать мы смеялись и я благодарила ее. Наступила середина недели. День перед отъездом в Париж. Мама взяла отгул на работе чтобы помочь мне собрать чемодан, а на все мои доводы в пользу того что я сама справлюсь с этим делом она сказала, что она более опытная и на сборы нужно много времени. Шел третий час наших сборов, перебора всего моего гардероба, распределения вещей по теплоте. – Обещай, что будешь осторожная, – в сотый раз повторяет мама, перекладывая свитера с одной кучки в другую. – Зачем ты это повторяешь, – проверяя по списку наличие лекарств в дорожной аптечке – Просто мне не нравится что ты будешь жить неизвестно где, – нервно укладывая брюки в чемодан. – Мам это же французы они ещё строже тебя, – пыталась я ее успокоить. – Ладно. У меня есть подарок для тебя, – она достает из заднего кармана бархатную коробочку Пандоры и открывает ее, а в ней находится маленький шарнир украшенный по краям алмазами,– это в твою коллекцию. – Здорово. Спасибо тебе, – открывая механизм и надевая на браслет я наблюдая как маленькие камни переливаются на свету, – прелесть. Спасибо мам – Не за что. Люблю, – крепко обнимая ее чувствую ее горячие ладони, поглаживающие меня по спине. Как же я рада что она моя мама. – Обещаешь мне беречь себя, – возвращаясь после тактильных нежностей к сбору чемодана – Обещаю. Хватит, – как можно мягче произношу я. – Ладно, – успокаивается она – Нет. Нет, – громко протестует мама на уложенный в чемодан свитер – Что, – перетягивая на себе изделие, спрашиваю я – Нет. Нет. Нет. – продолжала мама забирая его себе – Мам, у меня нет свитера. – Да у тебя их тонна. – Они все кусачие, а этот мягкий, – поглаживая ткань и строя грустную мордашку я смотрела на мама – Да. Это же кашемир. Конечно он мягкий. Конечно, – отворачиваясь от моего приема, зная чем это чревато. – Мам, ну прошу. – Нет – Мама. Мам я замёрзну надену его и буду думать как ты любишь меня, как я тебя люблю, и как скучаю. Мам, прошу. Пожалуйста, – подлизваясь к ней и обнимая, говорила я – Ну какая же ты заноза, – сдалась мама с улыбкой и сама сложила его мне в чемодан, - невозможная. Ладно не растяни его. – Конечно, – закладывая пару туфель и закрываю чемодан – Все. Теперь спустили его и пойдем поужинаем, – выходя из комнаты сказала мама.