When suddenly, we fell apart
7 февраля 2021 г., 10:13
Александр Рыбак - Fairytale
— Здравствуйте, я ваш фанат, вы вдохновляете меня на новые свершения. — Пролепетал Арсений, стараясь не выдать своего смущения, что ему с трудом удавалось.
— Здесь тысячи моих фанатов. Я рад тому, что я помогаю. Главное — никогда не сдаваться, запомни. Я верю в тебя. — Антон очень обворажительно улыбнулся и продолжил пресс-конференцию.
Частенько слова в нашей душе застревают на долгие — долгие годы.
Репетиции и упражнения.
Пальцы болят до жути, но не сдаётся, нельзя, ведь хочет добиться того о чем мечтает.
Вся одежда в канифоли от смычка вечно.
Ходит только со скрипкой, занимается всегда и везде, где может.
Подрабатывает уличным музыкантом.
И вот спустя два года Арсений стоит около железной двери, куда привёл Стас Шеминов, который заметил его в одном из местных ресторанов, куда он пришёл пообедать и был поражён исполнением молодого парня с пронзительным и холодящим взглядом, который каждой нотой начинал играть струнами людских душ.
— Антош, тебе придётся сыграть с одним очень крутым парнем, потому что он профессионал, да и выбирать не приходится. Надеюсь ты не будешь против. — наставнически произнёс Стас.
— Хорошо, а когда он придет?— поинтересовался певец.
— Сейчас. У тебя же песня без скрипки никак не пойдёт, потому что это основа.
— Да, ты прав, но у меня нет больше скрипача, уволился. — с сожалением вспомнил артист.
— Посмотри как он играет и пойми, что он тебе идеально подойдёт. — Стас кому-то позвонил по телефону и сразу же сбросил вызов.
Дверь отворилась и на сцену вошёл он. Тот самый.
Глаза Шастуна распахнулись и увеличились в размере раза в два. На пороге стоял парень с тёмными кудрями и глазами опущенными в пол. В руках он скромно держал скрипку со смычком. Стоило Антону сделать шаг к нему, так сразу же взгляд Арсения метнулся вверх и столкнулся с зелёными глазами напротив.
— Это…это же ты? — глупо было Шасту сомневаться, ведь ответ был бы положительный. Не мог не вспомнить этого восхищённого взгляда.
— Да, это я. — подтвердил догадки Арс.
— Вы знакомы? — непонимающе спросил Шеминов.
— Да, почти. — сомневаясь, ответил Блондин.
— Два года назад на концерте, именно тогда я смог с тобой поговорить, а ты сказал, что веришь, что я смогу добиться всего чего хочу. — Попов глубоко вздохнул. — Я много чего сделал, чтобы попасть сюда.
— Ребят, у нас репетиция и через 9 дней выступление. — объявил план действий продюсер.
— Хорошо, мы поняли.- согласился Антон и повернулся всем телом к Попову. — Давай приступать?
— Давай. — уже более раскрепощённо ответил скрипач.
В ночь перед выступлением в голове Антона творился порочный адский круг какой-то, ведь он не мог выкинуть из головы это лицо, милые черты, смех, шутки, прекрасные пальцы, которые сливались со струнами скрипки, словно одно целое.
И эти глаза. Глаза, которые смотрели на все так холодно и недоступно, на всех, кроме Антона. На него он смотрел, словно влюблённая собака.
Шастун не вынес этих мыслей и подскочил с постели, врываясь на балкон, попутно закуривая сигарету.
И давно он начал засматриваться на красивых и грациозных скрипачей с умелыми пальцами?
На скрипачей нет, а вот на голубоглазового парня, который является скрипачом — да. Один раз и навсегда.
После получаса рефлексии и полного непонимания того, что с ним происходит, Антон решил, что завтра же попробует признаться во влюблённости, ведь так и ему будет легче петь, а Арсению играть.
Наступил день выступления. И на большую сцену шагнул новоиспечённый скрипач. Нет, он не скажет, не сможет.
Во время исполнения каждой песни оба отдавались без остатка музыке, стараясь всё больше и больше смотреть друг другу в глаза, чаще контактировать, но сцена — это место для действий, а зал — для толпы, которую нужно зарядить энергией.
К концу концерта все были на пределе. Кто-то нервов, кто-то голоса, а кто-то терпения. Звучит последняя, самая любимая песня всех, как исполнителей, как зрителей.
Шквал аплодисментов, но тут случилось странное, Арсений опустил скрипку, взял микрофон и начал в него говорить:
— Антон, целых два года назад я впервые тебя увидел на сцене вживую, где мне удалось с тобой поговорить, а точнее перемолвиться парой фраз. — Начал свою речь Попов. — Понимаешь, все не так просто. Я учился всё это время и прокачивал свои умения в игре на любимом инструменте. Знаешь в чём дело больше всего? В том, что каждая. Каждая песня и мелодия исполненная мной, была негласно посвящена тебе. — у певца перехватило дыхание от таких слов, но скрипач даже и не думал останавливаться, хоть и видел, что на него смотрит недоумевающий Шастун. — Ты моё вдохновение, мой воздух. Шастун, я люблю тебя. Люблю тебя и волшебную сказку, которую ты создал, хоть и достаточно болезненно.
Из зелёных глаз посыпались слёз. Блондин резко поджал кулаки и быстро пошёл на Арсения, люди зароптали и ожидали, что певец его сейчас ударит.
Но Антон схватил за грудки Попова. Это было нетрудно, ведь скрипач ниже его всего лишь на 7 сантиметров. Но тут, Шаст мысленно посылает всё к чертям и прижимается своими губами к чужим. До скрипача медленно, но верно начало доходить то, что его целует тот, о ком мечтал столько времени. И тот, который его целует…он делает это сам.
Под оглушающий крик зрителей, Шастун выхватил микрофон у Попова, чем озадачил его.
— Я, Антон Шастун, официально заявляю, Я влюблён в Арсения Попова, который не выходил из моей головы столько лет! — он опустил микрофон.
— Правда? — в голубых глазах застыли слёзы.
— Да, я вспоминал о тебе всегда, когда пел свои песни. Люблю тебя, волшебник.
— А я тебя, сказочник. — и уже Арс прильнул к мягким губам, зарываясь руками в пшеничные волосы, словно стараясь сыграть, толко понятную им, мелодию.
