Гематогенка
18 октября 2021 г., 16:58
В квартире на улице Рубинштейна было предельно спокойно: совсем недавно Марина вычистила весь пол, Лида подкрутила кран, а Макс проделал путь из соседней парадной, чтобы помочь с перестановкой мебели: в этот раз девочкам захотелось поставить большой шкаф на теневую сторону, чтобы тот не отсвечивал стеклом прямо в глаза. Двадцатью минутами ранее блондинка ушла в аптеку, дабы закупиться лекарствами после перенесённой «заразы, которую ютуб роскомнадзорит» и витаминами. Обе девушки переболели лёгкой формой, а ведь всё началось с обычного «Марин, прикол, у меня тридцать восемь и семь, а ещё я что-то не понимаю, как пахнут наши цветы». Потом хватануло и саму Марину, потому она с респиратором на лице выглянула в окно, постучала в раму, и вскоре высунулся Макс — тот парень, с которым она выгуливала его собаку и была счастлива. Тем вечером он хотел предложить ей встречаться, но планы пришлось отложить из-за «понимаешь, у меня явно ковид, сейчас врача вызывать будем».
С вызовом скорой вообще случился полнейший цирк с конями: девушки позвонили, рассказали о симптомах, и их переправили на врача. Врач был необычен в своей практике, тантрическому сексу не учил, но отчебучил такое, из-за чего Лида просто прокляла медицину и всех медиков с их средневековыми методами работы:
«Ну, ехать мы к вам не станем, прислоните трубку к груди, чтобы я вас послушала».
После этой фразы даже спокойная Марина вытаращила глаза и не знала, что и сказать на такое. Лида же, наоборот, позвонила главврачу, сказала всё, что ей о нём известно: то есть то, чей он сын (собакин), где он работает (шарашкина контора), и что она с ними всеми сделает (спалю нахрен). Скорая до девушек доехала за десять минут, были взяты мазки, а вскоре пришло подтверждение, что у девушек коронавирус, а значит — две недели должны сидеть на карантине в изоляции от всех. Они и просидели — Макс в маске и перчатках отдавал девушкам продукты, а сам получал деньги безналичной оплатой, как курьер, и очень жалел, что не мог подойти к ним близко.
«Мы соблюдаем расстояние в три таксы!» — заявила Лида и зашлась тяжёлым кашлем, но, благо, выкарабкалась.
«Спасибо, Макс», — Марина протянула к нему руку и коснулась кончиками пальцев его вытянутой ладони, чтобы на миг почувствовать его тепло.
Девушке тогда настолько горько стало от своей болезни и влюблённости, что она полила слезами любимую герань, а потом увидела на пороге небольшой букет пионов. Жаль только, что не смогла насладиться ароматом — завяли раньше времени выздоровления.
— Я, конечно, всё понимаю, но мне швырнули в руки таблетки и твою гематогенку и сказали не задерживаться! — Лида ввалилась в квартиру и заперла за собой дверь, пыхтя, как маленький паровозик. — Я понимаю, пандемия, все дела, пенсионеры орут вместе с детьми, но я же тоже человек!
— И провизоры люди, — Марина потянулась и выглянула в окно — с минуты на минуту должен вернуться Макс, который всё же урвал какую-то работу и искренне ею наслаждался. — Ладно, можно забыть об этих всех аптеках и таблетках, как на улице? Пустынно?
— Ещё чуть-чуть и лоси из леса пойдут культурой напитываться по Невскому проспекту.
В холодильнике теперь не было алкоголя, только здоровая пища и много холодной воды. Марина достаточно легко отказалась от спиртного, в то время как Лиду ломало, но она нашла способ, благодаря которому жить стало намного легче всем: и ей, и подруге. Теперь она каждый день жевала мятные жвачки, и ей очень нравилось это занятие.
— Не ну я довольна тем, что вышла на улицу, потому что тепло и уже цветы распускаются, а ты знаешь, что я не могу без них, — Лида чихнула в локоть и поставила пакет с таблетками на кухонный стол. — Бери уже свою гематогенку. Но если испортишь себе аппетит — пеняй на себя.
Лидия часто включала своеобразную «мамочку» и командовала, а Марина, что была очень тихой, просто выполняла приказы и ни на что не жаловалась. Но сейчас ей настолько сильно хотелось гематогена, что она загрызла бы даже собственную подругу, посмей она что-то сказать в ответ. Раскрыв упаковку, Марина вытащила его и начала есть. В это время Лида старательно мыла овощи и напевала какую-то песню, сетуя на то, что Little Big не попали на Евровидение, да и вообще вся эта лавочка закрылась до ослабления карантина и открытия границ.
— Марин, а ты знаешь, из чего сделан гематоген? — готовящая девушка утёрла пот на лбу и глянула на подругу, что доедала упомянутую сладость.
«Не зря я в детстве "Галилео" смотрела», — с гордостью улыбнулась девушка и, заправив передние пряди волос, гордо сказала:
— Из бычьей крови. Если хочешь, можем посмотреть весь процесс производства, я думаю, тебе будет интересно.
Лида пожала плечами, соглашаясь, и вскоре овощи были заложены в мультиварку, а мясо жарилось на сковородке. Сняв фартук, девушка присела на табуретку и произнесла:
— Интересно, а веганы едят гематоген? Типа… они же мясо, всё это молочное не едят, а гематоген? Если сказать им, что он сделан из бычьей крови, наверно, несчастный человек в обморок упадёт.
У Лиды никогда не было ненависти к меньшинствам, что выступали за здоровый образ жизни и отказ от мяса, но она подняла эту тему, а раз вопрос был задан, то на него следует ответить. Марина думала недолго, всего пару мгновений, а потом всё же выдала:
— А если он умрёт от осознания того, что он съел, то и из него самого можно сделать гематоген.
Лида зашлась в таком хохоте, что задрожали стены, она пускала слёзы даже тогда, когда помешивала мясо и добавляла специи. Потом Макс смеялся и говорил, что блюдо получилось со вкусом веселья и слёз, но девушки осадили его: вкус веселья — это нечто другое.
— Я, конечно, знала, что ты у меня шутница, но не настолько же, — покачала головой Лида. — Звони своему ненаглядному, пригласи поесть, может, поддержит наши совершенно неэтичные шутки про веганов и не даст по затылку за это.
Разговор у Марины с Максом произошёл короткий, содержал двойное «привет», вопрос «придёшь к нам сейчас?» и ответ «да», а потом, в течение пары минут, молодой человек возник на пороге квартиры, вручил девушкам упаковку чая с чабрецом, который давно хотел отдать, и вздохнул, присев.
— Представляете, всё-таки нормальная работа ещё существует, — за все месяцы общения он раскрепостился, стал намного веселее себя вести с обеими девушками, но им было понятно, что сердце его целиком и полностью принадлежит Марине. — Конечно, работать в курьерской службе порой бывает рискованно, но там работают мои знакомые, говорят, никогда на деньги не кидали.
— Так стабильный доход — это хорошо, — пожала плечами Лида, наматывая на вилку макароны. — Можешь отдельно от родителей снять квартиру и жить в своё удовольствие, когда девушка появится, будешь её подарками баловать… чёрт, я сахар забыла купить! Я скоро!
Лидия всегда придумывала какие-то планы, лишь бы оставить полюбившуюся ей парочку наедине. И вот теперь, хотя дома было пять килограммов сахара, она решила медленно дойти до ближайшего магазина и купить ещё килограмм. Её план был гениален и прост — намекнув про девушку, она всеми силами хотела, чтобы Марина и Макс наконец-то признались друг другу в симпатии, так как эти две стороны часто говорили ей, третьей, как они любят друг друга. Почему они ноют Лиде, когда могут сказать прямо сейчас всё, что на сердце лежит?
— Ну… надеюсь, ты не заболел? — Макс стушевался после этого вопроса, а потом покачал головой. — Это хорошо, здоровье надо беречь, я тебе скажу как переболевшая: лучше уж обычная простуда, чем эта зараза.
— Согласен, — молодой человек откашлялся. — В общем, Марин, я кое о чём подумал, поразмыслил и решил тебе рассказать. Не знаю, как ты к этому отнесёшься, но к чёрту прелюдии. Ты мне нравишься как девушка.
Глаза Марины широко раскрылись, она подавилась макаронами. И в тот момент, когда она думала, что задохнётся, Макс обхватил её под грудью и будто бы встряхнул. Всё наладилось, и перед глазами девушки промелькнула будто вся жизнь, даже та самая недоеденная гематогенка, лежащая на столе.
— Ну, как я вижу, ты бы спас меня в любой ситуации, — Макс усмехнулся с этого и присел за стол, ожидая вердикта, — поэтому… да блин, я люблю тебя с того момента, как ты клубникой поделился, потому да, я согласна стать твоей девушкой!
В это же время Лида орала на кассе, что её обсчитали: сахар шёл как акционный, скидка была аж в тридцать процентов, а бедный парень-продавец, который совершенно не знал, как бороться со столь экспрессивной покупательницей, чуть не плакал и звал Галю. Девушка и так была раздражена из-за того случая в аптеке, терпеть ничего больше не была намерена, так ещё и денег сняли больше, чем заявлялось. Как хорошо, что в итоге получил продавец Геннадий, не пробив акционный товар, с ним обещали «поговорить» без присутствия покупателей, а так как его смена закончилась, молодой человек, недавно получивший диплом, вышел на улицу.
Он ненавидел свою профессию всей своей мужской душой, как говорили на его кафедре: «строишь самолёты бизнес-класса, а после выпуска кричишь "свободная касса"». Он был раздражён всей пандемией, тем, что его не брали на нормальную работу, так ещё и эта блондинка подпортила настроение, что хотелось просто выйти и покурить.
— Ген, тебе бы девушку, потому такой и ходишь хмурый, что её нет, — проговорила Элина, его напарница, сама удаляясь с работы и слегка сжав плечо. — А вообще… не советую тебе здесь оставаться. Присмотри другие выгодные вакансии, хорошо?
Гена действительно ненавидел эту сеть магазинов с зелёным фасадом, яркими красными буквами и огромной цифрой «пять» в начале, но, кроме неё, никуда его не брали. Ладно, может, если пойдёт во фриланс или курьеры, то что-то срастётся, с деньгами будет получше. С этими мыслями молодой человек вышел из проулка, буквально сразу напарываясь на ту зловредную блондинку, которая облила его ушатом помоев из-за простой пачки сахара. Он чётко запомнил её лицо, да и девушка, кажется, тоже обладала хорошей памятью.
— Попытайтесь не путать товары в следующий раз, извините меня за мою резкость, — Лида тряхнула головой. — Я просто нервничаю, у меня в квартире осталась парочка друзей, а эти толстолобики не могут друг другу в любви признаться.
— Я не понимаю, зачем вы мне это говорите, — вздохнул Гена, — но извинения принимаю, всё равно ненавижу здесь работать.
— А мы с подругой работаем в интернете, но! Молодой человек! Никаких шуток про вебкам, ничего такого, кроме написания статей, редактуры текста и поднятия себе настроения, — Лида улыбнулась. — Раз мы уже заговорили, может, познакомимся? Я Лидия, можно Лида, приехала из Самары сюда учиться.
— Геннадий, можно Гена, в этом году окончил университет и сижу без работы, никому сейчас не нужны работники, — они направились медленно в одну сторону, к улице Рубинштейна. — Устроился тут, ненавижу всех и себя в том числе, так что… весело, в общем.
Они поддерживали разговор и даже не успели оглянуться, как оказались у дома, где жили Лида и Марина. Сверху девушку позвали, и она увидела в одном окне голову своей подруги и Макса, что счастливо улыбался. Было видно, что между ними произошло что-то хорошее, потому что парень обнимал девушку за талию, а она его — за шею.
— Ну что, как я вижу, вы не были придурками и признались друг другу, — видеть два покрасневших лица было приятно и в новинку, и Лида улыбнулась — работа Купидоном проделана на ура. — Что ж, я рада за вас! Кстати, это мой новый знакомый — Гена, я наорала на него на кассе в «Пятёрочке», а потом мы познакомились.
Марина чувствовала, что вскоре свершится что-то необычное, и даже сейчас, когда её талию сжимали крепкие руки любимого молодого человека, она чувствовала себя защищённой и счастливой. Может, в следующий раз, потом, через несколько недель или месяцев общения, энергичная Лида захватит в свои объятия Гену, который стоял и переминался с ноги на ногу?
Всё возможно.
