Изменённый сценарий

***

      — А что здесь происходит, можно узнать? - поинтересовался Максим, присоединившись к разговору Маши с Порошиной. Маша очень обрадовалась появлению мужа, не потому что была не в состоянии за себя постоять, а потому, что лишь его присутствие делало её жизнь ярче, не говоря уже о чём-то большем. К тому же, у неё, наконец, появилась лазейка свернуть это балаган, и избежать дальнейшего разговора с Порошиной, которая явно не собиралась оставлять её в покое, выплескивая наружу свой яд и годы накопившейся неприязни. Она прекрасно понимала, что Максим — общий знаменатель. Но Маше до сих пор было невдомек, почему Порошина решила, что имеет на него какие-то права. Человек вообщем-то вольная птица, и делает то, что хочет. Даже наличие романтических отношений, не отнимает у него возможность быть свободным в своем выборе. Маша прекрасно помнила, что Максим не отвечал той взаимностью. Может быть симпатия и была, но не более. Маша навсегда запомнила тот его умоляющий взгляд, просящий её образумиться и отклонить просьбу стать друзьями. Ведь это невозможно. Если на то пошло, тот самый взгляд снова озарил его лицо после их закадрового поцелуя во время съемок восьмого сезона, положившего начало их романтическим отношениям. Почему же тогда, двадцать с лишним лет назад, она не распознала этот молящий взгляд? Боялась, или же, просто не хотела обращать внимание. — Ну и? Я жду. — Максим снова подал голос, пока Маша в очередной раз выпала из реальности.  — Мы просто разговаривали, — поспешила оправдаться Порошина. Она хоть и не знала, что ему довелось услышать и его реакцию в целом, но всё равно надеялась, что им наконец-то выпадет возможность откровенно поговорить, и ей удастся выяснить истинную причину его брака с Куликовой.  — Ага, я вижу, — с явным сарказмом заключил он, а затем пробежался взглядом по силуэту жены и понял, что дело неладно. Он вообще не понимал, почему Порошина так взъелась на его жену. Что она ей сделала? Ему было невдомек, если честно. Подойдя к жене, он наклонился к её лицу, а затем, коснувшись губами мочки её уха, прошептал: — Родная, с тобой всё в порядке? — При виде этой милой картины, на Порошину накатила очередная лавина ярости.  Ну почему он так с ней поступает? Вероятно хочет её ранить своим воркованием с Куликовой. Это ведь просто абсурд. Если бы не этот злосчастный ребенок, их брак распался бы, как карточный домик. Это ведь простое увлечение, как тогда, двадцать с лишним лет назад. Благо, он образумился, и решил тогда не форсировать события. Впрочем, хорошего здесь мало, он всё равно решил остаться друзьями с Куликовой. Впрочем, Порошина была уверена, что это временное явление. Скоро его интерес иссякнет, и всё встанет на свои места. К тому времени, её отношения с её очередным поклонником Колей стали очередной статистикой, открыв дверь для отношений  с Максом. Однако, он настолько был увлечен Куликовой аж до окончания своей учебы, что не замечал никого вокруг. Вроде бы они были лишь друзьями, но Максим вел себя иначе. Приглашал её на различные мероприятия, и даже в кино пару раз — по дружески якобы. Учитывая что она училась курсом младше, что между ними могло быть общего? Профессия, разве что. Однако, он все свободное время проводил со своей подругой, а её это совсем не нравилось. Порошина всеми силами пыталась изменить ситуацию, твердя про себя, что они скоро окончат Щуку, и Куликова останется в прошлом. Нужно немного потерпеть. Только вот, в 1997 году на вечеринке, организованной Максом по окончанию их учебы, он немного перебрал, и как это бывает, признался в том, что гложило его изнутри. Она никогда не забудет те фразы, сказанные им перед тем, как он провалился в сон:

«Я не должен был её отпускать.

Я не могу её потерять.»

Порошина тогда списала это всё на пьяную ересь. Мало ли что можно пробормотать в выпившем состоянии? После того вечера, Максим покинул учреждение Щуки, и временно потерял ниточку общения с Куликовой. Счастью Порошиной не было предела, но как бы она не старалась заслужить его близкое расположение, её попытки потерпели крах. Привыкшая получать желаемое, все эти годы, она надеялась обрести ещё один шанс. С ним. И вот её мечта сбылась, она присоединилась к проекту, главной звездой которого являлся Максим. Только вот незадача, Куликова снова перешла ей дорогу. И не просто перешла, но посмела посягнуть на того, кого она потеряла в прошлом по своей глупости. Впрочем, она отказывалась верить в свою неудачу, хоть её убей.  Пока Порошина утопала в своих глубоких мыслях, Маша наслаждалась присутствием мужа.  — Да, всё хорошо. Немного устала только, — прошептала Маша в ответ, попутно проводя рукой вдоль его подбородка, после чего нежно чмокнула его в щечку.  — Машуль, тебе нужно больше отдыхать, и беречь себя, а то наша Алиса Максимовна этого не одобрит. — Максим лукаво прищурился, а затем коснувшись рукой округлившегося живота жены, бережно провел по нему в круговом направлении и добавил: — Слышишь, доча? Скажи маме, что ей нужно больше отдыхать, а то она меня не слушает, — закончив свою фразу, он слегка наклонился и, прижавшись ухом к животу жены, почувствовал небольшой толчок изнутри. — Я так и думал, — Максим расползся в счастливой улыбке. — Вот видишь, наша доча со мной солидарна в этом вопросе, — он хитро подмигнул жене, не замечая с каким призрением Порошина смотрит в их сторону. Маша предпочла проигнорировать её ненавистный взгляд, и сконцентрироваться на настоящем — на любящем муже, окружающего её своей заботой.  — Ну раз такое дело, пойду-ка я отдохну, — Маша улыбнулась, втихаря обрадовавшись перспективе улизнуть от неприятной ей особы.  — Вот и умничка. Я скоро к тебе прийду, хорошо? А ты пока расслабься и отдохни. — Максим ласково чмокнул жену в щечку и указал рукой в сторону гримерки. Через несколько минут Маша скрылась в своей гримерке, а Максим, решил во чтобы то не стало узнать о том, что здесь действительно произошло между его женой и Порошиной. Учитывая, что какие-либо волнения были Маше противопоказаны, не хотелось выяснять отношения при ней. Но он не вчера родился, здесь явно что-то не чисто. И он узнает что именно.  — Ну, а сейчас Маш, давай начистоту, — обратился он к Порошиной, которая обрадовалась уходу Куликовой, и перспективе остаться с Максимом тет-а-тет. — Что произошло между тобой и моей женой, а? И не нужно мне байки рассказывать о том, что вы просто разговаривали. Ты вообще понимаешь, что ей ни в коем случае нельзя волноваться в её положение.  — В гробу я видела её положение, — Порошина и не заметила, как озвучила эту мысль вслух.  Глаза Максима округлились до максимума:  — Не понял, — с неким недоумением ответил он. — Почему ты так на нее взъелась. Она не сделала тебе ничего плохого.  — Ты, должно быть, издеваешься? Всё изменилось в худшую сторону после её появления в нашей жизни. Ты стал каким-то другим. Не видел никого, кроме неё. Помниться, на той вечеринке, я застукала вас целующимся. Допустим, кто в молодости не увлекается, но у тебя это было вроде помрачения рассудка. Ты твердил, что вы просто друзья, но своим поведением по отношению к ней, доказывал обратное. А как же наши отношения? Та химия, царившая между нами? Такое ощущение, что с её появлением, я перестала для тебя существовать. А ведь до этого, ты испытывал ко мне истинные чувства. Как всё могло так резко измениться? — в процессе своей речи Порошина не делала никаких пауз, пытаясь высказать Максиму все что накопилось за последние годы.  — Маш, какая к черту химия? — возразил Макс, не веря своим ушам. Стало быть, ревность, стала той самой причиной её неприязни. Это ведь и выеденного яйца не стоит. К тому же, кто она такая, чтобы диктовать свои условия? Он ей никогда и ничего не обещал, но её поведение говорило об обратном. — Если ты помнишь, ты тогда была не свободной. Помнится, на втором курсе, я не раз приглашал тебя на свидание, и но ты мне ответила — отказом. — Максим выдохнул и продолжил: — К тому же, когда на твоем горизонте появился очередной мажор, я оставил попытку ухаживаний за тобой. Не буду скрывать, одно время, ты мне очень нравилась, но потом я понял, что это было всего лишь увлечение. А понял я это, именно после встречи с Маней. После нашей первой встречи, я не мог выбросить её из головы. Я был знаком с ней без году неделя, но она моментально запала мне в сердце. И если на то пошло, Маня вошла в мою жизнь, а не в нашу, как ты ошибочно полагаешь. Тот поцелуй, о котором ты заикнулась, произошёл в результате моего влечения к ней. Признаю, я был дураком, предложив ей тогда остаться друзьями. Потерял её на долгие годы по своей же глупости. Ну знаешь, от судьбы не уйдешь. Всё так, как и должно быть. И пожалуйста, заруби это себе на носу, Маша — моя жена, я её очень люблю, чтобы ты не говорила, И я никому не позволю её обижать. В противном случае, это значительно усложнит наше с тобой дальнейшее сотрудничество. Всё, разговор окончен. — Максим хотел уже было убраться восвояси, как голос Порошиной снова застал его врасплох.  — Ты ведь с ней только ради ребенка, признайся уже в этом. — Порошина не унималась. Видимо пламенная речь Максима пронеслась мимо её ушей. — Ты совершаешь огромную ошибку. Я знаю, что своего ребенка ты никогда не бросишь, но она то здесь причем? У нас могло бы получится что-то стоящее. — Порошина говорила настолько твердо и уверено, что у Максима создалось впечатление, что она действительно в это верила.  — Ты вообще себя слышишь? — Развернувшись в вполоборота, Максим недовольно сузил глаза: — Большей ахинеи я не слышал за свои сорок с лишним лет. Если ты действительно так думаешь, то тебе впору пойти и провериться у невролога. Я всё сказал, и изволь больше не поднимать эту тему. Мне пора к жене, — сказал как отрезал и без лишних слов скрылся в гримерке жены.  Порошина так и осталась стоять на том же самом месте, словно громом пораженная. 

***

      Войдя вовнутрь гримерки, взгляд автоматически Максима упал на любимый силуэт жены, которая стояла возле окна и смотрела вдаль.  Вот так она отдыхает и расслабляется, да? Ну, что ты будешь с ней делать? Впрочем, если на то пошло, Маша всегда была трудоголиком, и отдыхала довольно редко, предпочитая пахать не покладая рук. Поэтому её нынешнее положение, его вообщем-то, не сильно удивило.  Тихо подойдя к ней со спины, он обвил руки вокруг её талии и, попутно целуя в затылок, прошептал:  — Это вот так ты расслабляешься, да? — озвучил Максим свою изначальную мысль при виде неё. — Прекрасный отдых, ничего не скажешь. Может, ты хотя бы присядешь? Тебе вредно столько времени стоять на ногах. — не дождавшись ответной реакции жены, он ловко подхватил её на руки, и бережно усадил на рядом стоящий диван.  — Максюш, что ты творишь? — Маша будто бы очнулась после временного забытья.  — Беру инициативу в свои руки, а то я тебя знаю. Ещё долгое время будешь вот так стоять. — Максим лукаво прищурился, и удобно расположил ноги жены у себя на коленях. Его руки начали бережно и ловко их массировать, начиная с колен и заканчивая ступнями.  — Ой, как хорошо, — Маша откинула голову назад и блаженно прикрыла глаза. — Продолжай, — почти промурлыкала она, пока её муж продолжал свои настойчивые действия. — Ну и о чём ты таком задумалась, что забыла про свой отдых, а?  — Знаешь, о нас с тобой, как не странно, — правдиво ответила Маша. Ей было интересно, помнит ли её муж события двадцатилетней давности.  — Поворот, а вот с этого места, давай поподробнее, а, — любопытство охватило его, и ему в который раз захотелось узнать о чем идет речь. Продолжая массировать её стопы, тем самым расслабляя их, Максим был весь во внимании.  — Помнишь наше первое знакомство? — она надеялась, что на него, как и на неё, этот событие произвело колоссальное впечатление.  — Такое не забывается, Мань. Мало того, что ты тогда в меня врезалась, так ещё и не удосужилась назвать мне свое имя. Не знаю, чем я заслужил такое предвзятое отношение с твоей стороны. Я ведь не сделал тебе ничего плохого, — он пристально на неё посмотрел в поисках ответа.  — Я не знаю, что на меня тогда нашло, и почему я повела себя с тобой таким образом. Понимаешь, ты очень нравился моей подружке по комнате — Вике. Она спала и видела, как тебя завоевать. — пояснила Маша, не желая ничего от него утаивать. Они никогда об этом не говорили, наверное пришла пора сделать это. — Я считала, что ничего из этого не выйдет, ведь у тебя в то время было много поклонниц, но долго они с тобой не задерживались. Впрочем, после того нашего столкновения в коридоре, что-то изменилось. Я не могла понять, что со мной происходит. Не могла перестать думать о тебе. Даже не хотела тогда идти на твою вечеринку, чтобы лишний раз не пересекаться с тобой. Но Вика меня, можно сказать, вытолкала за дверь. Ну а потом, я по глупости решила выпить спиртного, и полностью потеряла бдительность. — Маша ухмыльнулась и их взгляды встретились.  — Ты поэтому тогда сбежала, да? — оба прекрасно понимали, что он имел в виду их поцелуй.  — Возможно. Тогда мне казалось, что я предаю свою подругу, ведь ты ей очень нравился, а я позволила себе тебя поцеловать. — выложила Маша как на духу. — Всю последующую неделю я тебя ловко избегала, до того дня, пока мы с тобой не объяснились, и ты не предложил остаться друзьями.  — Мань, честно говоря, я до последнего надеялся, что ты обрубишь мою бредовую идею на корню. — признался Максим как на духу. Маша вдруг вспомнила тот его умоляющий взгляд и поняла, что и здесь, интуиция её не подвела. — Но когда ты согласилась, я решил, что для тебя, возможно, это просто увлечение и ничего больше. Если ты помнишь, весь последующий год, я старался проводить с тобой как можно больше времени. Пытался изменить ситуацию, что ли? А по окончанию учебы, когда мы на время потеряли ниточку общения, я о тебе никогда не забывал. — знала бы она, как часто он о ней думал и вспоминал не только ту самую вечеринку, но и их спонтанный поцелуй. — Знаешь, семь лет назад, когда я пришёл на съемки и увидел тебя, скажу тебе честно, я страшно обрадовался. Но ты тогда уже была замужем за Матросовым, и мамой Ваньки, поэтому я понял, что мой поезд снова ушёл. Не поверишь, но мне стоило огромных усилий, оставаться нейтральным в кадре рядом с тобой. Ну во всяком случае, в начальных сезонах. Потом стало чуток легче, когда между нашими героями завязались серьезные романтические отношения.  — Почему ты никогда мне об этом не говорил, а? — поинтересовалась Маша, пытаясь переварить услышанное. Значит, не одна она, чувствовала это притяжение между ними. А их сумасшедшая химия, лишь усугубляла ситуацию.  — Дурак был. Это уже неоднократно доказанный факт. — Максим хмыкнул, а затем продолжил: — Если бы это было не так, я бы никогда тебя не потерял на столько лет. Никогда бы не предложил тебе остаться друзьями, желая большего. К счастью, судьба дала мне второй шанс. Впрочем, я очень хорошо изучил свой урок.  — Знаешь, не один ты тогда облажался, я тоже была глупой, и боялась рискнуть, будучи уверенной, что ничего из этого не выйдет. Видимо самой судьбе было угодно, чтобы мы много лет спустя воссоединились, и наверстали упущенное.  — Ты права. Я не знаю, за какие такие заслуги заслужил твою любовь, но женившись на тебе, я пообещал себе беречь её как зеницу ока.  — Вы всё-таки неисправимый романтик, Максим Викторович. — Маша счастливо улыбнулась. Никакие Порошины им теперь не страшны. Пронеся свою связь через года, они стали одним целым. Пусть та бесится и завидует, ей же хуже. Зависть — плохое качество. Говорят, что завистники могут захлебнуться собственной желчью. Флаг ей в руки.  — А как же, Мария Григорьевна. Ты ведь знаешь, как сильно я тебя люблю? — искренно произнёс Максим, а в его карих глазах можно было прочитать всю степень этих чувств.  — Знаю. Я тебя тоже, — Маша лучезарно улыбнулась, а её небесно-голубые глаза излучали радость и счастье.  — Иди ко мне, Манечка моя, — ей наверное никогда не надоест слышать его ласковые обращения в её адрес. Ловко перебравшись к нему на колени, Маша прижалась к мужу всем телом и разомлела — Обними меня, — руки Максима обхватили спину жены, а его губы коснулись жилки на её шее, которая активно забилась от его касаний. Его руки начали мягко скользить вдоль её тела. Ранее сбросив пальто, предназначенное для съемки, Маша осталась в светлом теплом свитере. Ловко пробравшись руками под свитер, он подушечками пальцев начал нежно скользить вдоль её позвоночника сверху-вниз. По телу Маши моментально побежали мурашки, как в день их самой первой встречи. В процессе его ласковых прикосновений, Маша мягко и тихо застонала. Его прикосновения всегда действовали на неё магическим образом, но с приходом беременности, она ощущала их более остро. Сейчас не имело значения, что они находятся в гримёрке, и даже что — в перерыве между съемками. Существовали только он и она. Посему когда Максим ловко избавил её от свитера и брюк и понёс в ванную, находящуюся при гримерке, у Маши даже мысли не возникло его остановить. 

***

      Держа жену на руках, мужчина закрыл дверь на замок, после чего, включил душ. Когда вода достигла нужной температуры, бережно опустил жену на пол душевой и вышел. Ловко избавившись от своей одежды, которая осталась лежать на полу, он снова вошёл в душевую. Теплая вода приятно обволакивала их тела, тем самым расслабляя их. Взяв в руки мочалку, Максим выдавил на неё немного душевого геля и, полностью пропитав им мочалку, принялся бережно скользить вдоль тела жены, которая слегка уперлась спиной в стену и, блаженно прикрыв глаза, мягко стонала. Слова здесь были не нужны, действия и ласки говорили сами за себя. Проскользнув и помыв мочалкой переднюю часть тела жены, Максим проделал тоже самое со спиной, и нижними конечностями. После этой водной процедуры, мужчина хотел уже было выключить воду, ведь его целью было расслабить жену и он её достиг, как рука Маши накрыла его, тем самым отвлекая его от поворота крана.   — Подожди. Иди ко мне, — хрипло простонала Маша голосом, ставшим таким, после ранних водных процедур с его подачи. Ловко притянув мужа к себе, она коснулась губами его губ, после чего поцелуй моментально углубился, превращаясь в более страстный, неистовый и обжигающий. Отпрянув от губ жены на несколько миллиметров, Максим прошептал: — Мань, я не уверен, — он боялся сделать лишних движений, чтобы не навредить ей, особенно в её положении.  — Зато я уверена, Максюш, — прошептал она и снова слилась с мужем в горячем поцелуе. Ей просто была необходима эта близость. После сегодняшних событий, ей было необходимо ощутить его внутри себя, чтобы убедиться, что он только её. Возможно, её гормоны стали тому причиной, но ей было всё равно. Близость с ним всегда действовала на неё волшебным образом. Это самое лучшее лекарство от какого-либо недуга. Слегка приподняв жену над полом, что снова заставило её спину встретиться со стенкой душевой, и руками поддерживая её за ягодицы, он бережно вошёл в её частное владение. Убедившись, что всё в порядке, и он не перегнул палку, Максим слегка ускорил темп, проникая всё глубже в её горячее и пульсирующее лоно. Громкие стоны жены, благо по причине пришедшего к ней блаженства, заставили его ускориться ещё больше, тем самым продолжая доводить её до полного исступления. Находясь уже на грани оргазма, мужчина совершил последний толчок, что послужило финальной точкой. Одновременно вскрикнув в порыве страсти, супруги встретились взглядами, и утонули в объятьях друг друга. Вода продолжала приятно обволакивать их тела, попутно смывая следы недавнего занятия любовью. В очередной раз приняв душ, они наконец-то выключили воду и, выйдя из душевой кабинки, поспешили обмотаться полотенцами.  — Ну ты даешь, — воскликнул Максим, помогая жене обернуться в махровое полотенце, но потом вдруг резко изменился в лице и добавил: — С тобой всё хорошо? Как ты себя чувствуешь? — Он очень боялся, что в процессе страсти, мог навредить ей.  Маша, дотронувшись до его оголенного плеча, радостно улыбнулась и ответила:  — Всё прекрасно, — она игриво улыбнулась и, проведя рукой вдоль его предплечья, продолжила: — Спасибо тебе, мне было очень хорошо. — ловким движением руки притянув жену к себе, Максим вдохнул запах её волос, наполненный запахом кокоса и ванили, и тихо прошептал: — Мне тоже. — после чего приподнял голову, и произнёс кое-что ещё: — Мать, ну ты конечно авантюристка. А если бы я тебе навредил?  — Это невозможно, — возразила Маша, затем чмокнула мужа в уголок губ и добавила: — Выкинь эти глупые мысли из своей головы. Я знаю свой предел, и не хочу стесняться своих желаний. — не успела Маша закончить свою фразу, как до их ушей донесся отдаленный стук в дверь. Голос Юли Красновой, можно было четко расслышать даже через двойную дверь.  «Дорогие мои, труба зовет. Давайте бегом на площадку. Время-деньги».  Как она вообще узнала, что Максим находится здесь? Загадка. Хотя, если на то пошло, нахождение мужа в гримерке жены — вполне нормальное явление.  — Ну, с легким паром нас, что ли. — Максим лукаво прищурился и отворил дверь ванной.  — Угу, — Маша окинула его игривым взглядом.  — Наше с тобой совместное купание, дало новое значение этой фразе, не находишь? — Максим лукаво прищурился, все еще ощущая на себе следы её прикосновений.  — И не говори, — Маша согласно кивнула головой и принялась одеваться под пристальный взгляд Максима.  — Перестань так на меня смотреть, — Маша пыталась его вразумить, ведь их ранее душевое рандеву, до сих пор стояло у неё перед глазами. Но не время сейчас. Пора возвращаться к труду и обороне.  — Я не виноват, что ты у меня такая сексуальная. Я ведь не железный, — ответил Максим как на духу, а Маша лишь театрально закатила глаза.  — Макс, держи себя в руках. Нам пора, — подняв свою одежду с пола душевой, Максим оделся и привел себя в порядок. Через десять минут супруги вышли за дверь. Так как сцены у них были отдельные, Маше выпала уникальная возможность понаблюдать за мужем со стороны, поэтому на площадку они отправились сообща. Обнимая жену за плечи, Максим продолжил путь на площадку, не подозревая, что за ними следит Сергей Пиотровский, играющий Славу Мартынова, то бишь бывшего Марины, а в недавнем прошлом — лечащего врача Олега, когда тот тяжело болел в восьмом сезоне.  Не лучше, как Порошина, Сергей не желал признавать их брак, поэтому всеми силами стремился оказаться рядом с Машей, на которую уже давно положил глаз. Обрадовавшись, что между их героями произойдет внеурочный поцелуй, он вдруг подумал, что Маша от него никуда не денется. Нужно просто набраться терпения и подождать…