Спасение «золотого мальчика»

***

Утро у мальчика началось довольно поздно — часы показывали 15:43. Гарри медленно потер глаза, отходя ото сна. Первое, что он почувствовал, было прекрасное теплое ощущение жизни, разливающееся по телу. На лице появилась улыбка. Та, с которой люди просыпаются около десяти, полностью выспавшиеся и понимающиеся, что им никуда идти сегодня не надо. Потом включился разум, упорно твердящий — «Вчера что-то произошло!», что подтверждалось сегодняшней ночью, во время которой он смог уснуть более чем на двенадцать часов. А также тем фактом, что его никто не разбудил, хотя каждый день до этого к нему заходили. По телу пробежала неприятная дрожь. Организм словно что-то чувствовал и предупреждал об этом владельца. Что-то явно нехорошее. «У профессора Снейпа сейчас пары, а закончатся ближе к ужину, поэтому пару часов пожить еще можно». Размышления мальчика потихоньку превратились в разгоревшуюся огнём внутри идею что-то почитать. За все время болезни Гарри стал слишком сильно любить книги, а штуки Рона:  — Тебя Гермиона укусила? — стали нормой. Ожидание профессора одновременно било по нервной системе и пускало в мозг ощущение безопасности и умиротворённости, что было несомненно удивительно, учитывая их взаимоотношения. Это было доверие. После инцидента с порезами Поттер всей душой боялся, что профессор расскажет об этом директору, целыми днями ходя как на иголках. Но жизнь продолжалась в обычном ритме, и Гарри забыл об этом инциденте. Потихоньку доверие укреплялось, особенно — при знании о количестве раз спасения мальчика Снейпом. Гарри не понял, откуда взялось это чувство, но, слава Мерлину, оно не было сильным, что хоть немного улучшало ситуацию.

***

Прекрасный морозный вечер. Эта зима выдалась гораздо холодней и краше, нежели предыдущие, что сказывалось на температуре в Хогвартсе. Это ощущали все, в особенности — слизеринцы. Сырость и влажность добавляла пару градусов к отрицательному значению термометра, из-за чего больше учеников стало простужаться. Большинство простуженных были первокурсниками, ещё не изучившими согревающие чары. Но ослабленному организму Гарри ни одеяло, ни чары не помогли. Поттер простудился. Северус зашел в личные комнаты, глубоко вздыхая. День не задался, так ещё и директор прожужжал все уши по поводу Поттера. «Как там Гарри?»; «Он скоро поправится?». Брр. Но Северусу приходилось огорчать Альбуса отрицательными прогнозами. Мышцы неприятно ныли, ожидая хоть какой-либо нагрузки после нескольких часов, проведённых в сидячем положении. Снейп переоделся в домашнюю мантию — она отличалась от повседневной своей легкостью и меньшей плотностью — и зашел проведать Гарри, по пути прихватив тарелку нарезанных яблок. Однако по приходе в комнату перед ним возникла такая картина: Гарри свернулся калачиком, почти весь укрытый одеялом, и спал, иногда неосознанно ворочаясь. По лбу текла капля пота, а сам Поттер был красным. Северус потрогал лоб мальчика. Он был горячим, а значит Гарри смог простудиться. Снейп глубоко вздохнул, вышел из комнаты, стараясь ступать тихо, подобно большой пантере, и направился искать в своих запасах жаропонижающее и лечебное зелья. Показывать юношу мадам Помфри было в какой-то степени стыдно. С каждым днем тот выглядел все хуже и хуже, а если Гарри заберут от него таким, то это остро ударит по его самолюбию. Вернувшись обратно в комнату к мальчику, Снейп сложил нужные зелья тому на тумбочку рядом с тарелкой еды и посмотрел на пол. Там его привлекло что-то, поблескивающее на свету играющего огня в светильнике. Северус поднял этот подозрительный предмет и несильно провёл по пальцу. Крови не было, но профессор понял, что это лезвие. Он догадывался, что у Гарри их было много, и тот не завяжет, если забрать одно, поэтому Снейп не удивился. Просто сложил лезвие в карман мантии и стал дожидаться пробуждения мальчика.

***

Гарри медленно открыл глаза, потягиваясь. Он не мог вспомнить, когда успел уснуть. Сон днем - штука коварная. Ты можешь проснуться как ни в чем не бывало, не помня, где ты находишься, и какое сейчас время суток. Поттер присел на кровати, соображая что да как, пока не услышал голос откуда-то сбоку: — Поттер. — Гарри не понял, с чего бы стулу начать говорить, но, повернув голову, увидел человека. Осознание того, что это Снейп пришло только спустя пару секунд. — Вы как-то умудрились заболеть, Поттер, поэтому рекомендую не вставать с кровати. — Гарри усмехнулся - он с нее и в обычное-то время не встает. — А так же выпейте зелья на тумбочке. — продолжил Снейп, глазами проходясь по каждому миллиметру тела Поттера. Гарри медленно потянулся за зельями и выпил их. Они были горькими и отдавали цитрусом с каким-то корнем. Спустя пару секунд сразу стало легче, головная боль постепенно уменьшалась и холод уходил. — Мистер Поттер, вчера я обнаружил кое-что. — по телу Гарри прошла дрожь, а разум помутился. — Под тумбочкой. — сердце ушло в пятки. Тут даже ошибки быть не может. Он нашел лезвие. Северус потянулся в карман. Прошло всего пару мгновений, для Гарри же они казались вечностью. Он не хотел выслушивать упреков в свою сторону. Он хотел, чтобы время остановилось. Северус продолжил сидеть с рукой в кармане, но его взгляд был глубоким, глаза — черные океаны - смотрели, будто прокрадываясь в душу, пока рука медленно поднималась из кармана, аккуратно держа то самое лезвие. На нем было несколько капель засохшей крови, а в некоторых местах ржавел металл. — Кажется, я уже говорил вам своё отношение к этому, также забирая лезвие. — начал медленно Снейп, сжимая предмет в кулаке. Гарри почему-то был абсолютно уверен, что тот не поранился. — Не буду читать вам лекции о колоссальном вреде для здоровья, но это. — показывая на лезвие, говорил Снейп. — Конфискую. — и положил его обратно в карман. — У вас еще есть? — Поттер отрицательно помотал головой. — Не думайте, что я вам поверил. — добавил Северус. Гарри положил лицо на ладони, еле слышно застонав. Только этого ему не хватало, в его и без того «прекрасной» жизни. Хотя, тот факт, что Снейп ни в чем не упрекнул его, приятно удивлял. — Дайте мне ваши руки. — потребовал грозным голосом Снейп, вставая с кресла и протягивая свою ладонь. Гарри, зная, что терять уже нечего, закатил рукава, оголяя свое «кровавое творение». Поднялся с кровати и протянул их профессору. Северус положил палочку между руками и прочитал какое-то заклинание, после чего порезы стали более менее очищенными. Не без боли, конечно. Как будто всю руку облили перекисью, а может, и тем же спиртом. Поттер зашипел от боли. Только после фразы профессора «все» он лег обратно. Когда боль ушла, Гарри начал осознавать, что чувствовал тепло рук Снейпа, не касаясь их. Рон был неправ, говоря что он - змей с холодной чешуей. Ладони профессора были даже мягкими, что можно было ощутить уже после легких касаний. Бледными, но приятными и красивыми… Последняя мысль ввела Поттера в ступор. С каких это пор он говорит так о собственном ненавистном профессоре? Мальчик начал споро отгонять эти мысли, но те накатывали по новой, заставляя Поттера смущаться. — И вчера ночью, когда я навестил вас, — начал Северус, но, заметив выражение лица Гарри, остановился. — А что вчера было, сэр? - начал Поттер, переводя медленно взгляд на профессора и обратно. Снейпа это в какой-то степени удивило, хоть он и предполагал подобный исход событий. — Вы вчера кричали во сне. — быстро проговорил Северус, ожидая эмоций Гарри, всматриваясь в каждый изменяющийся мускул на его лице, которые не заставили себя ждать. На лице проявился страх и ужас, глаза кричали, беззвучно, а рот медленно начал открываться. — А, это был небольшой кошмар, ничего страшного, сэр, все в порядке, — промямлил Поттер, стараясь придать голосу уверенность и чёткость. — Поттер, вы же знаете, что врать мне невозможно. — с глубоким уставшим вздохом сказал Северус, задумчиво переводя взгляд на потолок и обратно. Гарри сжал губы в тонкую полоску и молчал. В комнате витала тишина, подобно невидимому куполу окружившая Поттера. Не дождавшись ответа, Снейп решил пойти на крайние меры, которые до последнего не хотел использовать. — Вы же знаете, что я владею великолепной легиллименцией? Если Директор Дамблдор позволит, все ваши секреты всплывут наружу. Поэтому в ваших же интересах мне все рассказать. Поттер никак на это не отреагировал. За сегодняшний день произошло слишком много шокирующих для него событий, поэтому он просто выжидал, что же будет дальше. Северус последний раз угрожающие взглянул на Гарри. Получилось, правда, не очень. Последний увидел в этом взгляде волнение за него. Хоть это и было мимолетно, как последний язык потухающего пламя. Снейп вышел из комнаты, оставляя Поттера с собственными тараканами в голове.

***

Нервное утро ни разу не заснувшего за всю ночь человека. Гарри, смотря на часы, резко упал на кровать, притворяясь спящими. С минуты на минуту должен прийти профессор, чтобы проверить его. После осознания всего того, что произошло вчера, Поттер начал побаиваться Снейпа. Ведь он сможет в любой момент пробраться к нему в разум и узнать все сокровенные тайны, спрятанные на протяжении полугода им и его друзьями в надежде, что они уйдут в могилу вместе с троицей. Простуда потихоньку уходила, здоровье улучшалось, но не в плане анорексии. Хоть на нем и продолжали находиться согревающие чары, Гарри уже не чувствовал такого сильного холода и мог лежать без одеяла. Вдруг раздались шаги. Поттер закрыл глаза и в комнату вошел Снейп. Хотя мальчик этого не видел, но уверенность в этом была. В комнате повисла тишина, прерывающаяся тиканьем часов. Гарри боялся, что прямо сейчас Северус взмахнет палочкой, произнесет вербально заклинание и проникнет к нему в сознание. А может, он прямо сейчас по нему гуляет? Возможно ли получить за ночь соглашение от Дамблдора? Хотя, все возможно в этой магической жизни. К великому счастью Гарри спустя пару мгновений дверь захлопнулась, и Поттер вздохнул с облегчением. Казалось, что он затаил дыхание, прислушиваясь к любому движению и только сейчас мог вздохнуть спокойно.

<center>***

</center> Профессор Снейп направлялся прямой походкой к Директору. Это происходило после завтрака, поэтому Северус был уверен в том, что директор на своем посту. Но изначально нужно продумать все в голове : сам разговор и все варианты развития событий. Казалось бы, в этом нет ничего такого - воспользоваться легилименцией. Но главным аргументом против был факт необходимости узнать его секреты, которые юноша так тщательно скрывал. Из какого места появилась в нем человечность, Снейп не знал, но эта мысль продолжала витать рядом прямо до кабинета Альбуса. — Лимонная шипучка. — произнёс Северус, и горгулья уступила вход для Снейпа. Со стороны это выглядело смешно: взрослый сорокалетний мужчина, Ужас Подземелий, своим низким и строгим голос говорит : «Лимонная шипучка». Слава Мерлину, никто не видел Снейпа, когда тот шёл к директору. Северус поднимался по ступенькам, гулко переступая с одной на другую. Мантия сегодня была длинной, поэтому закрывала ноги полностью. Иногда могло показаться, что Снейп не идет, а парит над полом, что вот-вот взлетит до потолка к своему самолюбию со своим принижающим взглядом. Но так казалось только со стороны. Северус медленно подошел к двери и ударил по ней три раза. — Входите. — Здравствуйте, Альбус. - Сказал Снейп, входя в кабинет. Все вокруг стояло как обычно: шляпа на шкафу, омут памяти, лакричные конфеты на столе. — Ох, Северус, мальчик мой! Здравствуй, здравствуй. — сказал директор, вставая в знак приветствия и приглашая своего гостя присесть. — Чай? — Нет, спасибо, Альбус. — мягко отказался Северус. Не любил он этот, с позволения сказать, напиток, что пьет Дамблдор. Но он не отказался от приглашения присесть на мягкое кресло перед столом. — Какова цель вашего визита, Северус? — спросил Дамблдор, поглядывая на Снейпа из-под своих знаменитых очков-половинок. — У меня есть некое предложение по поводу Гарри Поттера. — сказал профессор, ожидая, что эта тема завлечет директора. И не ошибся. Тот сразу придвинулся ближе, положил руки на стол, собирая их в замок, и устремил на Снейпа глаза, в которых пылал неподдельный интерес. — Я слушаю, Северус. — Можно ли воспользоваться легилименцией к Поттеру? — после такого прямого вопроса Альбус призадумался, вновь облокачиваясь на спинку стула и смотря в потолок. — А зачем это вам? — аккуратно поинтересовался Дамблдор. — Это поможет в его лечении. — Да! Эта была ключевая фраза, после которой Альбус не сможем противостоять этому и разрешит. Даже не просто разрешит, а понесет на руках к мальчику и заставит сразу же использовать на нем легилименцию. — Ну, раз такое дело, Северус, - я разрешаю. — сказал Альбус, чуть приподнимая подбородок. — Если это все, то можешь идти. Снейп качнул головой в знак прощания и направился к выходу, развевая края своей мантии. Ох, как же он ждет этого вечера!

***

Гарри лежал на кровати, с ужасом глядя на часы. В особенности на среднюю стрелку. Та все ближе и ближе приближалась к девяти, а значит, скоро придет профессор. Мальчик надеялся, что те брошенные вчера слова по поводу легилименции были простой манипуляцией или угрозой без весомых оснований. Руки чуть подрагивали, из-за чего мальчик решил перевести свое внимание на что-нибудь другое. Например, книга, опять же посоветованная Гермионой. Интересно. «Я хоть одну книгу прочитал, непосоветованную ей?» Поттер достал из-под кровати книгу с названием «Анимагия». В школе они это почти не изучали, но для Гарри она представляла интерес. И Гермиона, узнав это, подарила ему большую справочную книгу. В ней объединялись такие темы: как стать анимагом, все когда-либо известные анимагические формы, известные анимаги древности и нашего времени, наказание для незарегистрированных анимагов и т.д. Обложка была объемной, с рельефом, а материал напоминала кожу крокодила. Цвет ее был темно-зеленый. Гарри открыл книгу и стал внимательно вчитываться, не пропуская ни одного слова. Поттер не заметил, как наступило девять часов вечера. За чтением время всегда летит быстро, если тема или сюжет вам интересны. В чувство его привел хлопок двери. Снейп пришел. Поттер быстро убрал книгу, ложась на кровать и умоляя Мерлина, чтобы он ничего не узнал. Но у профессора были другие планы. Спустя четверть часа после возвращения профессора тот зашел в комнату к Гарри. — Мистер Поттер, не притворяйтесь спящими. — сразу начал Снейп, садясь в кресло, оставшееся тут после прошлого разговора. Гарри, недовольно простонав, поднялся и сел, откидываясь спиной на подушки. — Надеюсь, вы решили сами все рассказать, потому как разрешение на легилименцию от директора у меня уже есть. — после последних слов сердце начало биться, как бешеное. Нет!.. Он не мог, он этого не сделает. Глаза заметались по сторонам, а кулаки инстинктивно стали сжиматься, ногтями впиваясь в ладони. В комнате была тишина, прерванная вздохом Снейпа, который тот пытался скрыть: — Как вижу, вы не хотите ничего мне рассказывать, поэтому мне придется воспользоваться этим правом. — сказал Снейп, поднимаясь. У Гарри перехватило дыхание. Хотелось кричать, брыкаться, но голос пропал, а тело не подчинялось. Оставалось только сидеть, пытаясь привести свое обрывистое дыхание в норму, усмирить ритм сердца и выжидать… Взмах палочкой. —  Легилименс!

***