Нарисованное небо

Сидя на водительском сидении, девица вглядывалась в проносящийся пейзаж, пытаясь понять направление куда они вообще едут. — Признайся, что ты просто захотел меня где-то в лесу похоронить, — нервно усмехнулась Меган, краем глаза поглядывая на приборную панель и своевольно крутящийся руль. — Звучит заманчиво, но не сегодня, — последовал ей ответ. Мех молчал, хотя очень хотелось как-то пошутить над бедной и несчастной овечкой, которая плотнее заворачивалась в свою рубашку. Надев простые джинсы и красную старенькую клетчатую рубашку поверх майки, Мег не раздумывая выпрыгнула довольная на крыльцо, как только он позвал её с собой на гонки. Играла какая-то незнакомая песня, заставляя слегка хмуриться, всё внимательнее вслушиваясь в слова. — Чего притихла? — вдруг раздался голос меха. Голос был приятным, но всё же заставил Меган дернуться от неожиданности. — Хочешь, чтобы я безумолку болтала? — с кислой миной ответила та. Привыкнуть разговаривать с машиной до сих пор было трудновато, но она старалась не задумываться об этом. Простой разговор. Пусть и с железкой. — Так у меня будет более веская причина выкинуть тебя где-нибудь в кустах, — хохотнул Джаз, полностью убавляя музыку, желая продолжить разговор. — Будто причины вообще есть, — поддержала она его язвительный тон, неосознанно царапая ноготками обивку сидения, погруженная в разговор. — Пф, конечно есть. Ты меня бесишь. Чем не причина, — бот вовсе повеселел, почувствов себя немного комфортно в её присутствии. — Убери свои пальчики от моей обивки, Мег. — Ой, — вдруг осознала она, что делает и тут же подняла обе руки вверх, показывая, что больше так делать не будет. — Надо же, ты не использовал ни одно из своих противных словечек, а просто по имени меня назвал. Привязался уже ко мне? — Пусть мне глоссу выдернут и серво отсекут, но я никогда не признаюсь, что я к тебе привязался, мелкая, — фыркнул он, чуть прибавляя скорость. — Чего тогда нервничаешь? — усмехнулась она своим мыслям, играя на его терпении. — Я не нервничаю. Просто не хочу опоздать из-за такой занозы, как ты, — Джаз вновь прибавил скорость, вжимая девушку в сидение ремнем. — Ну-ну, — мягко улыбнулась она, не став больше его допекать своими шутками. Ремень больно впился в ребра, вынуждая вцепиться в него руками и оттягивать от себя подальше. — Джаз, задушишь ведь. — А ты против? — музыка в колонке вновь заиграла, заглушая его тихий смешок. — Вау, — пока она боролась с его натягивающимся ремнем, совсем не заметила, что они стали подъезжать к оживленной трассе. Высокие фонари освещали небольшой участок дороги, на котором столпились люди. Повсюду были видны автомобили и мотоциклы выкрашенные в яркие цвета. Все как один приковывали взгляд своими блестящими корпусами и наклейками с номерами. Пахло алкоголем, жженой резиной и похотью. Девицы в неприлично коротких юбках кружили то у одной машины, то у другой, позволяя мужчинам раздевать их глазами и иногда касаться открытых участков тела. — Какая мерзость, — выплюнула вдруг девушка, оглядывая всю эту толпу, положив руки на руль. — Ой, зануда не любит подобные места? Предпочитает сидеть у себя в уголке и наслаждаться жалким времяпровождением за ноутбуком? — яд прямо-таки сочился в каждом его слове, словно желая задеть этим её эго. — Пошёл к чёрту, лейтенант, — усмехнулась она, припоминая подобные гулянки, когда ей было на пару годиков меньше, чем сейчас. — Именно после твоих слов лейтенантом быть не хочется. Слишком противно слышать подобный официоз от тебя, — он вытянул из-под своего сидения единственный металлический щуп, слегка касаясь её коленки. — Фу! Убери эту штуку от моей ноги! — взвизгнула вдруг она, как только заметила гладкий металл у себя на ноге. — Тише ты, — шепнул он, сделавшись абсолютно серьёзным. Щуп пополз по ноге вверх, приближаясь к краю рубашки и слегка запахивая её, чтобы майки вовсе не было видно. — Ты что делаешь? — удивилась она, но замерла, продолжая удерживать руль. — Чтоб другие слюни не пускали, — фыркнул он, осторожно продолжая поправлять рубашку. — Что значит… Кто другие? А кто ещё? — посыпались на него вопросы и она принялась вертеть головой, не желая, чтобы на неё пялились. — Да угомонись ты, человечка, — он немного тряхнул её на сидении и замолчал. — Скоро будет заезд. Постарайся не привлекать внимания и не встречаться ни с кем взглядом. Поняла? — Л-ладно, поняла, — девичий голос задрожал, но она быстро сделалась серьёзной, не желая показывать ему, что она волнуется. — Ой, а кто это?.. — Твою ж… — от меха послышалось какое-то ругательство на кибертронском, как только она обратила внимание на мужчину, что быстрым шагом приближался к ней. — Сказал же сидеть тихо. — А я по твоему скакала тут как макака, — не отставала она от него, отводя взгляд от мужчины, делая вид, что его не видит. Когда тот приблизился вплотную к автомобилю, то тут же постучал костяшкой пальца по стеклу, желая что-то ей сказать. — Что он от меня хочет? — Сейчас тебя будут вносить в списки, делать на тебя ставки, а ты должна будешь подписать бумажку, чтобы всё это выглядело адекватно… Думал меня хотя бы не заметят и мы потом так же тихо смоемся обратно, — услышав её шёпот, быстро ответил он ей, открывая окно, так как терпение мужчины начало подходить к концу. — Вечер добрый, — мужчина лет тридцати растянул губы в гадкой улыбке, чуть ли не залезая головой в салон авто. — Вот мы наконец-то и встретились… — Д-добрый вечер, — зеленоглазая в ту же секунду растерялась, бегая взглядом по его телу, желая подметить что-то необычное. Из необычного была только слишком широкая ухмылка, заставляющая вжаться в сидение от нервозности. — Чем могу помочь, сэр? — Так ты и есть та самая неуловимая бунтарка, рассекающая на этой красотке? — мужчина общался спокойно, но его снисходительный взгляд и хитрая ухмылка заставляли шестое чувство вопить где-то у глубине. Джаз же просто про себя фыркнул, явно не обрадованный, что его назвали «красоткой». — Давай договоримся, сегодня нужно тебе прийти хотя бы второй… — Не поняла, — вскинулась вдруг девушка, абсолютно не понимая, что сейчас происходит. — Видишь ли, куколка, — мужчина усмехнулся, словно хотел показать ей какая она глупая и недалекая. — Первое место уже куплено. Ставки сделаны. Деньги почти у нас. — Я похожа на человека, который будет соглашаться на проигрыш, только потому что какой-то Скрудж Макдак решил себе любым способом вновь набить свой узенький кармашек? — Меган начинала выходить из себя. От злости, непонятно откуда взявшейся, задрожали пальцы, а на месте было просто невозможно усидеть. — Так, кукла, давай проясним пару моментов, — вдруг посерьёзнел тип, наклоняясь ещё ниже, наполовину погружаясь в ее машину. — Ты не мешаешь нам делать деньги, а мы тебе отстегиваем… Ну, процентов двадцать. Сечешь тему, малыш? — По твоему мне выгодно брать твои жалкие двадцать процентов? Моя гордость пошатнется, если я проиграю, просто, чтобы подлизать какому-то папиному сыночку. Отскочи от машины, пока я перцовкой тебе глаза не залила, — она нахмурилась и отмахнулась от него рукой, словно от назойливой мухи. Сердце колотилось как бешеное, гнев полностью застилал глаза, а руки дрожали как после фильма ужасов. Она не любила проигрывать. Для нее это было сродни кошмару, который её преследовал на протяжении жизни, и она не хотела с ним вновь сталкиваться лицом к лицу. Как только она закрыла окно, мужчина тут же удалился к другой толпе, что всё это время ее с любопытством рассматривала. Он и сам пару раз обернулся, но взгляд его не предвещал ничего хорошего. От этого взгляда засосало под ложечкой, но девушка только проглотила тяжёлый ком, кладя руки на руль и заводя автомобиль. Детская обида взыграла в ней вновь, заставляя снова и снова облизывать пересохшие от волнения губы. Воспоминания всплывали перед глазами одно за другим, полность перекрывая реальность и вновь погружая ее в пучину отчаяния. Она не любила делиться этим, никогда никому не рассказывала, переживала всё сама. Плакала тоже сама. В одиночестве, чтобы никто не посчитал ее слабой. Ее каждый раз нагибала эта гребная несправедливость жизни, заставляя раз за разом жрать грязь под ногами «победителей» и радоваться малому. Всегда недостаточно, сколько бы она старалась. Всегда была на шаг позади, смотря как хвалят «победителей». Спасала только мама, которая прижимала ее к себе и гладила по голове, в попытке поддержать. И это всегда помогало успокоиться, забыть про неудачу и жить дальше. Но только на время. Потом это вновь возвращалось вместе с чувством ничтожности и слабости. Всегда вторая, и никогда первая. Закон ее жизни. — Меган? — голос бота вывел ее из своих мыслей, заставляя ее слегка дернуться и прийти в себя. Хлопнув себя пару раз по щекам, она с силой потерла глаза. — Тебя чего так размазало? — Просто… — а что просто? Просто она вновь ощутила эту несправедливость. Снова почувствовала на своей шкуре это отношение как к букашке, которая в этом мире ничего не значит. В этом мире всё решает только одно. Деньги. — Если ты думаешь, что я согласен проиграть просто из-за ваших грязных вонючих купюрок, то ты круглая идиотка. Да чтоб их ражвчина съела! — сам мех разгорелся не на шутку. Ещё чуть чуть, и он бы точно не сдержался от трансформации, чтобы сплясать на тех ярких корытах. — Да я и не думала о таком, — потупила взгляд Меган, напряженно стуча пальцем по рулю. — Я их с потрохами сожру, но мы приедем первые.