От делать нечего друзья

      Без сил. Абсолютно.       Последние несколько дней в городе творится какая-то чертовщина, из-за чего у Детективного Агентства, естественно, прибавилось работы, как оперативной, так и ненавистной бумажной. Проблем доставляла и неожиданная командировка директора, в следствие этого, все тяготы жизни главы свалились на заместителя Фукудзавы — Куникиду Доппо.       Бывший учитель математики в понедельник пообещал, что выполнит все обязанности в наилучшем виде. Проблемы начались в тот же день. Случайное совпадение или нет, но с отъездом Фукудзавы в городе начался какой-то фестиваль мелкой преступности, иначе не скажешь. И так всю неделю без остановки…       Сегодня пятница, рабочий день давно закончился, а Доппо только вышел из здания, где располагался офис Агентства.       Все дела на сегодня выполнены, все отчёты заполнены, все соки выжаты. Несмотря на колоссальную усталость, спать не хотелось.       Детектив просто шёл по тротуару, не глядя куда, а в голове прокручивались события прошедшей недели.       Основную массу проблем ему доставил даже не временный пост директора, и не разгул «мелкой нечисти», а напарник, который просто обожает доводить Куникиду до точки кипения, причём по несколько раз в день. Сколько Дазай не получал, сколько Доппо не бросал его через стол, Осаму всё равно находил новые способы позлить напарника. А Куникида, всё так же вёлся на советы записать в блокнот очередную ересь. Он понимал, что это бред, но каждый такой совет отказывался на страницах блокнота, а после был яростно перечеркнут. И почему он постоянно на это ведётся?! Было причиной внутреннее желание надеяться, что ему не врут или детская доверчивость, которой многие удивлялись? На этот вопрос даже сам идеалист не знает ответа.       Вот ведь упырь! Только сегодня его суицидальную задницу пришлось три раза вытаскивать из последствий неудачных попыток покинуть этот мир!       Нет, не подумайте, Куникида не желал смерти своему напарнику, он вообще никому не желал смерти, просто… Просто, когда кто-то достаёт тебя изо дня в день, невольно, да проскакивает мысль: «Лучше б ты уже сдох»…       Тем временем, ноги привели Доппо к какому-то бару. Особо не раздумывая над тем, почему он пришёл к такому месту, детектив толкнул дверь. Над головой негромко прозвенел колокольчик. Куникида оказался в небольшом помещении, залитом неярким тёплым светом. Из людей здесь был лишь бармен за стойкой.       Доппо занял одно из мест и умиротворённо вздохнул, вслушиваясь в негромкие звуки какой-то приятной мелодии, и слегка улыбнулся.       Именно для этого он иногда и захаживал в подобные места, чтобы в таком теплом пустом помещении просто послушать звуки фортепиано или саксофона. Не сказать, что Доппо был ярым любителем музыки, но привычкам обычно не находится объяснений.       Неизвестно сколько он находился в прострации, пока его не окликнули.       «Какие люди», — насмешливо протянул смутно знакомы голос за спиной. Сомнений не было, новый посетитель обращался к Куникиде, ведь кроме него людей в баре не было. Доппо обернулся и устало взглянул на вошедшего.       «Действительно, какая встреча», — подумал детектив, рука его рефлекторно потянулась к нагрудному карману, где всегда лежал листочек с надписью «пистолет».       «Не тушуйся, детектив, я здесь не за этим» — развязно протянул Накахара Чуя (а это был именно он), неприкрыто насмехаясь над идеалистом.       — Ты ведь Куникида, верно? — продолжил Мафиози.       — А ты Накахара Чуя — исполнитель Портовой Мафии.       — Верно, — всё в той же манере протянул Накахара, падая на стул рядом с детективом, — А я смотрю, мистер Идеал, не так уж и идеален, — ухмылка на лице Чуи стала шире.       — Не ровняй окружающих по себе, я здесь не для того, чтобы пить.       — А с чего ты взял, что я здесь, для этого? — Накахара либо оскорбился, на то что его назвали алкоголиком, либо просто прикалывался.       — Когда ты сел, ты взмахнул рукой, будто зовя бармена, и почти одновременно с этим, окинул взглядом ряды бутылок, полагаю, выбирая, что заказать, — пояснил Куникида.       — Что ж, ты прав, — подтвердил догадки детектива Чуя, — А сам-то ты здесь зачем?       На это Доппо неопределённо пожал плечами.       — У тебя под глазами, кстати, пятна, как у панды, неуж-то работа доконала?       — Угу, работа, — буркнул Куникида, — Или одна бинтованная башка, — сказав это, он широко зевнул.       Вообще, Куникида не собирался кому-то, а тем более потенциальному врагу, рассказывать, о том, что его допёк Дазай, но слова как-то сами сорвались с языка.       — Ты про Дазая, что ли? — поднял брови Чуя.       — А ты знаешь, кого-то ещё, кто подходит под это описание?       — Воу, да мы язвить умеем, — хмыкнул рыжий, — А, так, я тебе искренне соболезную, — сказал он спокойнее и вдруг прокричал: «Бармен, два стакана, пожалуйста!» — и ук      азал на одну из бутылок, стоящих на полках. Бармен безмолвно выполнил просьбу и через минуту перед каждым из мужчин стоял стакан, наполненный темно-янтарной жидкостью, в которой плавали кусочки льда.       — Зачем? — спросил Куникида, тупо глядя, то на свой стакан, то на странно расщедрившегося Мафиози.       — Пей — приказным тоном произнёс Накахара.       — Я не собирался…       — Пей!       Поняв, что спорить с собеседником бесполезно, Доппо поднял свой стакан и сделал глоток. Напиток обжёг горло и оставил неприятное послевкусие. Детектив закашлялся.       — Да ты, действительно, святоша — присвистнул Накахара, отпивая из своего стакана, — Могу поспорить что пьёшь ты впервые.       — Можно сказать и так, меня пытались напоить пару раз, но безуспешно.       — Выходит, я превзошёл тех кто пытался это сделать?       — Зачем ты вообще… — начал Куникида.       — С Дазаем ты рано или поздно с катушек съедешь, по крайней мере, если будешь молча всё это терпеть.       — Кто тебе сказал, что я молча терплю его выходки?       — Правильно, — улыбнулся Чуя, — Ты ему руки ломал?       Куникида отрицательно покачал головой.       — А я вот ломал, — гордо произнёс Чуя, начиная пьянеть, — И знаешь, когда сделал это впервые?       — Даже интересно, сколько ты вытерпел — пробормотал Доппо.       — Где-то через несколько минут, после того как впервые увидел.       — Быстро — оценил Куникида.       — Если бы на этом всё пошло кончилось, — стал вспоминать Чуя, После этого Мори создал из нас дуэт…       — Сколько вы работали вместе?       — Три грёбаных года! — воскликнул Накахара, — И, скорее всего, проработал бы дольше, если б эта скумбрия бинтованная не ушла из Мафии!       — Почему скумбрия? — удивился Куникида.       — Если честно, не знаю — помотал головой Чуя, — Меня больше взбесило и одновременно обрадовало, что он свалил.       — В деле он хорош, но в остальное время, есть желание его придушить — высказал свои мысли Куникида.       — Именно! — согласился Накахара…

***

      «А ещё знаешь, что он сделал? Этот засранец взорвал мою машину!» — за то время, что они здесь сидели Накахара рассказал едва ли не обо всех случаях, связанных с Дазаем, а Доппо делился своими проблемами по тому же поводу.       — Слушай, святоша, а ты хороший собеседник, — сказал Чуя, спустя пару минут молчания и кивнул на всё ещё не опустевший стакан Куникиды, — А ты пей, пока не опустошишь стакан, я от тебя не отстану!       — Ладно, как хочешь, — сдался Доппо и залпом опрокинул в себя остаток напитка. После, снова закашлялся и, взглянув на время попросил счёт. Всё-таки уже перевалило за полночь и пора бы уже расходиться.       Когда бармен принёс счёт, мужчины, не сговариваясь, положили каждый по половине суммы и ушли, едва ли не в обнимку.       — Давай, каждую неделю здесь встречаться? — неожиданно для себя предложил Куникида.       Как ни странно, ему понравилось общение с этим нахальным Мафиози, и не смотря на алкоголь, Доппо был не против повторения этой встречи.       — А, давай, — ухмыльнулся Чуя и, слегка пошатываясь, пошёл домой, — Бывай, святоша! — бросил рыжий, перед тем как скрыться за поворотом.       — До встречи, приятель — тихо хмыкнул детектив и пошёл в свою сторону.