Просто подруги?

Декабрь в жизни айдолов весьма противоречивый месяц. С одной стороны, впереди долгожданные новогодние выходные, встречи с семьей и друзьями. С другой же, менее приятной стороны, декабрь — это череда премий, чуть ли не еженедельно сменяющих друг друга. Каждый год, группы прикладывают неимоверные усилия, чтобы не пасть в грязь лицом и продемонстрировать достойные их имени выступления. Твайс не были исключением. После очередного трудоемкого дня, девушки возвратились в общежитие, практически валившись с ног. Наён даже не удивилась, когда на ее приглашение «где-нибудь повеселиться», ответом послужили многоголосые вздохи и отмазки. Порой девушке казалось, что ее статус в группе ошибочный. Она совершенно не чувствовала себя самой старшей. Особенно, когда Цзыюй и Дахён, которые были младше нее на добрых четыре года, отнекиваясь от ужина и фильма, посеменили в свои комнаты к любимым кроватям. В этом доме у Наён была надежда лишь на одного человека. Огибая Сану, которая весело пререкалась по телефону с очередной из своих барышень, Наён вальяжно присела на подлокотник кресла, где уже расположилась ее лучшая подруга. Момо, нехотя, оторвалась от ласк любимого щеночка Бу и одарила старшую заинтересованным взглядом. — Момо, ты же не хочешь спать? — Скорее утвердительно, нежели вопросительно, проговорила Наён. Хираи прекрасно знала эту манеру поведения и улыбку, после которой вечер обещал быть веселым. — Мы же не вляпаемся в неприятности? Наён лишь заговорчески улыбнулась.

***

Подпольная кальянная встретила девушек задымленным помещением, неоновыми красками и ярко выраженным запахом табака. Бордовая отделка мебели и стен, по своему стилю, скорее напоминала бордель или стриптиз-клуб. — Сомнительное местечко, — прошептала Момо на ухо подруге, хватая ее под локоть, — если менеджеры узнают… — Не узнают, — перебила Наён, втягивая младшую вглубь помещения. Людей вокруг оказалось немало, но из-за густого дыма сложно было встретиться с кем-то лицом к лицу, что являлось скорее плюсом, учитывая рискованное положение девушек. Страшно было представить, что же будут гласить заголовки желтой прессы, если участницы Твайс попадутся в подобном заведении. А уж в реакции корейских нетизенов можно было даже не сомневаться — смешают всю группу с грязью, а вишенкой на торте станет очередное напоминание об их «бесталанности». Момо тяжело вздохнула с надеждой на то, что, именно сегодня, здесь не рыскает какой-нибудь журналюга. Напряжение окончательно покинуло девушку где-то на третьей рюмке дорогого соджу. Наён же, которая была навеселе с самого прихода в кальянную, сделалась еще более раскованной и уверенной. Ее слегка порозовевшие щеки и яркая красная помада превратили девушку в настоящую матрешку, вынуждая Момо любоваться чужой красотой сквозь пелену алкоголя. Они беседовали о прошлом, настоящем и будущем, не заботясь о том, насколько быстро опустошаются их рюмки. Момо наблюдала, словно в замедленной съемке, как грациозно поднимается на ноги подруга, даже несмотря на количество выпитого алкоголя. Наён засучила рукава черного пиджака, поправила ремень брюк и, по-джентельменски, протянула руку младшей, заманивая ее в танец. Хираи ничего не оставалось, кроме как неуклюже подняться, доверяя себя ловким рукам старшей. Момо было невыносимо жарко в тоненькой кофточке и джинсах и, неясно, виной тому стал соджу или наглые руки Наён, скользящие по ее телу. — Онни, что ты делаешь? — Прошептала Момо, ощущая, как ладони Наён опускаются ниже и уверенно сжимают ее ягодицы, а горячее дыхание обжигает тонкую шею. — Ммм? — Чужие руки покинули тело Момо, вынуждая ту прижаться к стене, потому что единственная опора внезапно оставила ее. — Я делаю что? — Притворилась дурочкой Наён, как она умела это делать абсолютно всегда, когда не хотела отвечать. Момо, также, сделала вид, словно ничего не было. Хотя в области шеи все еще отчетливо ощущалось рваное дыхание старшей. — Можно мне тоже? — Попросила Хираи, перекрикивая музыку, когда увидела, как Наён наливает себе очередную рюмку, расслабленно пританцовывая. Момо ожидала чего угодно, но явно не того, что Наён попытается напоить ее соджу из своего собственного рта. Едва их губы соприкоснулись, Момо, от неожиданности, дернулась назад, и половина содержимого рюмки в руках старшей оказалось на ее кофте, скоротечно стекая и на джинсы. Она почувствовала, как холодный напиток, мгновенно, просочился через ткань и липко коснулся кожи. Ощущение было не из лучших. — Ох, Мо, мне так жаль! — Залепетала Наён, абсолютно игнорируя «поцелуй» и хватая со стола салфетки. Ее пьяный взгляд бегал от пачки салфеток к Момо и обратно, пока она старалась вытащить хотя бы одну из них. В конечном счете, с матом, салфетки были отброшены в сторону и скрылись в клубах дыма. Наён гордо заявила: — Пойдем! Я должна тебе новую одежду. — Это мелочь, онни, не стоит, — безуспешно уверяла Момо, пока Наён тянула ее к эскалатору. Все мысли возвращались к губам старшей поверх ее собственных, но Момо упорно игнорировала их. — Здесь наверху, — Им указала пальцем на огражденный атриум, — круглосуточный дизайнерский магазин. Момо прекрасно знала, что подруге не стоило бы ничего купить ей дорогущие шмотки, но стыд все равно врывался в сознание девушки, вынуждая ее сопротивляться. Но любой, кто знаком с Им Наён хоть немного, подтвердит, что переубедить ее в чем бы то ни было — практически невозможно. Именно поэтому, уже через несколько минут, Момо топталась в огромном магазине, пока Наён рыскала между рядами с внушительным количеством вещей, подбирая что-то на свой взгляд. Хираи была уверена, что если попытается последовать за подругой, то завалится на пол после первого же шага и повеселит тем самым весь персонал магазина. Корейская водка была для нее серьезным испытанием, чего не сказать о рожденной в Корее Наён, которая, наверняка, уже привыкла к действию этого напитка. — Идеально! — Услышала радостный крик Момо и принялась гадать, что же ей предстоит надеть. Момо едва ли смогла осознать, где она находится, когда дверь примерочной захлопнулась, и Наён облокотилась на стену, складывая руки на груди и прожигая ее взглядом. — Ну? — Наконец выдала Им, — ты собираешься примерить костюм? — А ты… Будешь здесь? Наён громко усмехнулась и закатила глаза: — Мо, я видела тебя в нижнем белье сто-о-олько раз, и ты решила задать именно этот вопрос? «Но тогда ты не лапала мою задницу и не пыталась засунуть свой язык мне в рот» — хотела было сказать Момо, но лишь мило улыбнулась в ответ. Она стянула кофту, наконец-то, мокрая ткань отлипла от ее кожи. С досадой, она заметила, что и на черном бюстгальтере осталось влажное пятно. — Его можешь тоже снять, — засмеялась Наён, хотя Момо отчетливо слышала, как внезапно низко зазвучал ее голос. Не без удовольствия, Момо наблюдала краем глаза за тем, как раскрылся в изумлении рот старшей, когда она стянула с себя джинсы (при этом едва не свалившись), а под ними оказались черные стринги с кружевами. Глаза Наён жадно блуждали ниже головы Момо, а сама она, вероятно, разучилась моргать. — Онни? — Иронично позвала подругу Момо, — ты подашь мне топ? Серый молодежный костюм, который выбрала Наён, состоял из юбки, топа и пиджака. Это, конечно, не одно и то же, что джинсы с кофтой, но Момо была не против. Наён прочистила горло и быстро сунула в руки младшей вещь, старательно избегая взглядом ее тела. Давалось ей это с огромным трудом, ведь в примерочной, размером два на два, смотреть было особо не на что. Момо даже не удивилась, когда в ее руках, вместо топа, оказалась юбка. Она усмехнулась, поворачиваясь к Наён. — Онни, но это же юбка! — Эмоционально выдала она, наблюдая за тем, как смущается от собственной невнимательности Им. Они обе прекрасно знали, что же отвлекло Наён. Момо вернула свое внимание зеркалу во весь рост. В отражении она ловила взгляд Наён снова и снова, пока неторопливо наклонялась и натягивала на себя короткую юбку. И если сначала Им быстро разрывала зрительный контакт и смущенно переводила внимание на стены, то теперь она принимала брошенный вызов со свойственным ей высокомерием. Пальцы не слушались Момо, пока она застегивала ширинку короткой юбки, что уж говорить о тугой пуговице. — Ох, Момо, — практически зарычала Наён в нетерпении. Через секунду, она оказалась позади младшей, притягивая ее бедра к себе. Момо выдохнула, когда неожиданно прижалась к паху Наён своим задом. Она не поворачивалась к подруге, лишь через отражение наблюдала, как тонкие пальцы Наён отбрасывают ее черные длинные волосы с груди на спину и скользят ниже прямо к ширинке юбки. По телу предательски побежали мурашки, когда ногти старшей скользнули по ребрам и плоскому животу. Момо сама не заметила, как тяжело хватала воздух, которого в примерочной стало невыносимо не хватать. — Вот и все, делов-то, — гордо проговорила Наён у самого уха Момо, обжигая ее горячим дыханием с запахом мяты, той самой жвачки, которую дала ей сама Хираи. Девушки не спешили отдаляться. Что-то притягивало их друг к другу, как магнит, и с этим не хотелось бороться. Наён аккуратно убрала прядь черных волос за ухо брюнетки, вызывая у той новую порцию мурашек, и шепнула ей на ухо: — Так хочется поцеловать тебя, Момо. — Но мы же подруги, — ответила младшая отражению в зеркале, только непонятно — своему или чужому. — Это же просто формальность, — нетерпеливо выпалила Наён. Она, по-хищному, обхватила подбородок Момо длинными пальцами и повернула к себе ее голову, затягивая младшую в поцелуй. Не встречая сопротивления, Наён продолжила натиск. Ее язык раздвинул розовые губы, врываясь внутрь. Вскоре, Момо уже активно отвечала на поцелуй. Красная и розовая помада смешались друг с другом, размазываясь вокруг губ девушек, но это никого не смущало. Момо прижалась к Наён всем телом, словно это то, чего она так давно желала. Руки обеих девушек безразборно затерялись на телах друг друга. У Наён, учитывая, что Момо стояла полуголая, было куда больше привилегий. Ее влажные губы беспощадно скользили по обнаженным частям тела Момо, от шеи до груди, и оставляли повсюду следы красно-розового цвета. Первый легкий стон вылетел изо рта Момо, когда старшая грубо обхватила ее грудь прямо поверх бюстгальтера, всасывая нежную кожу. Момо была вынуждена привстать на носочки и зарыться руками в длинные каштановые волосы, пока Наён по-хозяйски орудовала на ее груди. Как объяснить Сане, которая живет с Наён и Момо, откуда у брюнетки столько засосов на груди, вскоре станет актуальным вопросом. А пока руки Момо стягивают водолазку с Наён и отбрасывают ее куда-то в сторону пиджака. С ширинкой на чужих брюках младшая справилась куда лучше, чем на своей новенькой юбке. Момо опустилась на колени, помогая подруге избавиться от брюк. — Прекрасно, — нагло прокомментировала Наён, пока Момо сидела перед ней на коленях и возилась с брюками. Она запустила свою руку в черные волосы, направляя голову младшей к своему центру. Момо ничуть не удивилась такой наглости со стороны Им, но играть по ее правилам не намеревалась. Девушка медленно провела языком поверх шелковых трусиков Наён, вынуждая ту выгнуться, а затем быстро поднялась на ноги. Наён нахмурилась, поджимая губы, как обиженный ребенок, и Момо не смогла сдержать улыбки. — Ладно, — внезапно рявкнула Наён, и в ее глазах затанцевали дьявольские огоньки. За долю секунды, Момо оказалась прижата грудью к зеркалу, ощущая его холодную поверхность. Наён задрала вверх новенькую юбку девушки и, не церемонясь, обхватила ладонью ее вульву. Даже сквозь белье было очевидно, насколько сильно возбуждена младшая. Из ее рта вырвался жалобный стон, бедра сами собой дернулись на встречу руке старшей. — Ох, Момо, мы же просто подруги, — издевалась Наён, пока ее большой палец отодвигал край стрингов Момо, - тогда что же ты творишь? Момо намеревалась что-то ответить, но не смогла, потому что пальцы Наён уже пробрались под белье, вынуждая ее хватать ртом воздух. Тонкие длинные пальцы скользили по влажной пульсирующей коже. Наён медленно задерживалась на каждом миллиметре, собирая подушечками пальцев приятную влагу. Момо держалась до последнего, прижимаясь бедрами к руке старшей. Она прогибалась, напоминая дикую кошку, и Наён наслаждалась великолепным видом: острые лопатки слегка выступали, мышцы спины были напряжены, а широкие бедра бесконтрольно прижимались ближе к Наён, требуя разрядки. — Аааах, онни, — протянула Момо, сильнее прогибаясь в спине, когда пальцы Наён добрались до клитора. Самодовольно ухмыляясь, Им лишь усилила давление, заставляя младшую хныкать от желания. Момо всячески извивалась под ее рукой, в надежде получить большее. Она положила свою руку поверх пальцев старшей, направляя ее к своему скорейшему оргазму. — Ну нет, малышка, — с улыбкой, прошептала Наён и убрала руку. Момо лишь разочарованно замычала, поникнув головой. Тогда Наён отодвинула в сторону белье и резко вошла в девушку сразу двумя пальцами. Момо выгнулась и закричала от неожиданности. — Тише, Мо, ты же не хочешь, чтобы нас отсюда выгнали? — Злорадно проговорила старшая, не вынимая пальцев из девушки. Она чувствовала, как пульсируют стенки вокруг ее пальцев, в общем-то, как и все тело Момо. Несмотря на грубое начало, движения Наён были осторожными и плавными. Она «распробовала» девушку, водя пальцами по ребристым влажным стенкам и сканируя реакцию младшей на каждый толчок. А реакция была невообразимой: Момо стонала, стараясь делать это негромко (как казалось ей самой), ее потные ладошки скользили по зеркалу, оставляя на нем полоски, а бедра податливо двигались навстречу пальцам, принимая их в себя полностью. В некоторые моменты девушка настолько сильно зажимала пальцы Наён в себе, что старшая побаивалась, что они сломаются. — Ты не против? — Поинтересовалась Наён перед тем, как толчки резко усилились, и ноги Момо предательски подкосились. Им расположила вторую руку на талии младшей, помогая своим пальцам сильнее врываться в девушку. Удовольствие от того, как Момо стонет, как остро ощущается ее реакция на пальцах и как много становится влаги вокруг них с каждым новым толчком, затуманило разум Наён. Ей казалось, еще немного, и она сама взорвется от ощущений, наполняющих ее. Девушка уже не заботилась о том, что Момо, вероятно, слышат все, ей хотелось лишь одного — довести ее до пика удовольствия. Желание Наён не заставило себя долго ждать. Момо выгнулась, подстать черной пантере, выкрикивая имя Наён в последний раз, ее тело охватила судорога оргазма, и Наён была уверена, что младшая не устоит на ногах. Подхватывая девушку свободной рукой, она потянула ее на свои коленки, пока пальцы правой руки все еще пребывали в путах ее оргазма. Они просидели так около минуты, и сердце Наён не могло угомониться. — Онни, ты не могла бы… — прошептала Момо, когда до Наён, наконец-то, дошло, что ее пальцам больше не обязательно находиться в девушке. Наён улыбнулась, сдувая мокрую челку с лица Момо, пока младшая, сидя на ее коленях, старалась надышаться, словно у нее год было кислородное голодание. — Ты была так красива, — заговорила Наён. Момо ухмыльнулась, не скрывая своего удовлетворения от услышанного. — Я думаю, твоя очередь показать мне красоту, — сказала Момо, поднимаясь на ватных ногах. Она подала руку старшей и, недолго думая, прижала ее своим телом к ближайшей стене. Вся оставшаяся одежда разлетелась по сторонам. Важны были лишь Момо, придерживающая ногу Наён на своем бедре одной рукой и врываясь в нее пальцами второй руки, и Наён, царапающая плечи младшей в экстазе.

***

— Почему вы постоянно закрываетесь? — Поинтересовалась Сана, сверля взглядом Наён и Момо, которые снова схватили один ключ от номера в отеле. — Мы просто секретничаем, — ответила Момо, пожимая плечами. — Ну да, мы же лучшие подруги, — добавила Наён, приобнимая брюнетку за талию и притягивая к себе. «Из номера лучших подруг всегда раздаются стоны по ночам?» — Собиралась спросить Сана, но дверь перед ее лицом уже захлопнулась.