О прелестях наших тайн
7 февраля 2021 г., 23:18
— Когда мы уже скажем ему? — целуя меня, спросил Мёрфи и подхватил на руки, усаживаясь на диван в гостиной. — Мне, если честно, — беря паузы для очередного поцелуя, продолжил говорить парень, — уже надоело скрываться и прятаться от всех.
По телевизору, находящемуся позади нас, шёл фильм с Лиамом Хемсвортом «День независимости: Возрождение», который мы не так уж и долго смотрели, увлёкшись друг другом из-за очередного переглядывания.
— Я ещё не придумала, как… — вздохнув и усаживаясь поудобнее на бёдрах своего парня, я убрала с лица упавшие пряди каштановых волос.
Мы с Мёрфи не так давно начали встречаться, правда, об этом никто из нашей компании не знал, даже несмотря на то, что наши «незначительные» касания и переглядывания нередко происходили у друзей под носом. Никто из ребят даже не подозревал, что мы вместе: ни Хизер, ни Джейсон, ни Тео и уж тем более Эдриан, который вообще ни в коем случае не должен был знать, что происходило между его бывшей девушкой, к которой он всё ещё питал нежные чувства, и его лучшим другом.
Помимо тайных отношений его бывшей и друга, была ещё одна немаловажная деталь — мы трое жили в одном доме — у Эдриана. Из-за того, что мне негде было жить после похищения брата, а вследствие и разгромления квартиры, в которой продолжали «тусоваться» копы, Эдриан был единственным человеком, к которому я могла пойти, что я, собственно и сделала.
Всё началось именно в тот день, когда я переступила порог этого дома по окончании вечеринки. Тогда Эдриан ушёл по своим делам, а мы с Мёрфи остались одни — в той же гостиной, где чуть не поцеловались впервые. Помешала лишь неловкость, возникшая из-за окружавшей нас обстановки, а именно наше местоположение — дом Эдриана. Однако долго закрывать глаза на влечение друг к другу у нас не получилось. Ни для кого не секрет, что любая плотина даёт трещину, из-за которой и случается потоп, ведь так? Вот и наши чувства, что мы сдерживали в себе, хлынули, как из этой самой плотины, удерживающей их. Тогда-то всё и завертелось, пошло через одно место, заставляя нас скрываться от всех, в частности от Эдриана, которому больше всего не хотелось причинять боль.
Иногда мне казалось, словно это наше влечение зарождалось ещё с той первой встречи, после распада нашей компании, на пешеходном переходе во время аварии, когда Мёрф, несмотря на незначительность принесённого ему ущерба джипом, оказался в числе пострадавших, а я, испугавшись за его жизнь, бежала именно к нему, а не к другим людям, ставшими участниками дорожно-транспортного происшествия. В тот день он проводил меня домой, будто никакой аварии и не было вовсе, а после хотел сказать что-то важное, пока его не прервал звонок Тео. Именно тогда у меня появились догадки насчёт темы разговора — мне казалось, он хотел поговорить о том, что чувствует ко мне, в чём я, как оказалось позднее, не ошиблась.
Быстрые и чувственные поцелуи будоражили до кончиков пальцев, проходя по позвоночнику будто электричеством и заглядывая в самое нутро души, желавшей именно обладателя зелёных глаз напротив. Мы целовались, как в первый раз, — жадно и пылко, будто кто-то может отнять нас друг у друга. Тонкие длинные пальцы, пробираясь под рубашку-поло, медленно скользили по позвонкам, касаясь каждого из них и заставляя прижиматься к худощавому, но крепкому телу Мёрфи ближе и тяжело выдыхать.
Чёрт возьми, я и не знала, когда мы успели обзавестись такой наглостью, чтобы прикасаться друг к другу в доме Эда; это, на самом деле, грызло изнутри, вынуждало чувствовать вину огромных масштабов, всё-таки Эд, даже несмотря на то, что это я бросила его год назад, всё равно надеялся, что в один момент я передумаю и скажу, что нуждаюсь в нём, как раньше, как в своём парне, а не лучшем друге. В какой-то момент я даже думала, что готова вновь связать свою жизнь с Эдрианом, думала, что у меня всё ещё есть к нему чувства, вот только вспыхнувшие, как фитиль, чувства к Мёрфи, расставили все точки над «i», добавляя при этом немало забот и одну самую большую проблему, которая могла перекрыть собой чуть ли не все наши отношения, — чувства Эдриана.
Говоря о чувствах Мёрфи, я могла утверждать лишь одно — я была уверена в них, потому что видела, что была небезразлична ему, даже несмотря на его эпатажный образ жизни и флирт чуть ли не с каждой второй студенткой нашего колледжа, что не совсем воодушевляло. Однако взгляд его глаз всегда был прикован именно ко мне, а губы целовали только меня — с присущей только ему страстью и желанием.
Только чёрная водолазка Мёрфи упала на пол, оголяя бледную кожу торса, как где-то из прихожей раздался скрип открывающейся двери, из-за которого мы молниеносно отпрянули друг от друга, усевшись на противоположные края дивана, пока парень впопыхах натягивал на разгорячённое тело верхний элемент одежды.
Я же, поправив волосы и избавившись от размазавшейся помады, уставилась в телевизор, совершенно не понимая, что происходит на экране и пытаясь восстановить дыхание. Мёрфи же, стерев следы поцелуев и неуклюже взъерошив волосы на затылке, поджал губы и нервно обернулся, смотря, кто вернулся домой — Эдриан или его мама.
К нашему стыду и очередной волне неловкости, в дверном проёме показалась фигура измотанного Эда, который, кинув рюкзак куда-то в угол гостиной, устало опустился на диван между нами.
— Привет, ребят. Что смотрите? — протянул парень, обняв нас обоих за плечи и притягивая к себе так, что мы едва не задыхались от вины, которую испытывали в этот момент.
— Ты чего такой уставший? — проигнорировав его вопрос, спросил в ответ мой тайный молодой человек.
— Завалил контрольную. Сказали, если не перепишу, — не спасёт даже то, что я капитан футбольной команды, — брюнет жалобно посмотрел на меня, а после перевёл взгляд на Мёрфи. — Заехал буквально на пару секунд, перекушу и поеду на тренировку. Мёрф, тебе, кстати, тоже не мешало бы появиться там, скоро же будет игра с командой из Буффало.
— Да-а… Как раз об этом… — парень неловко почесал затылок и на секунду задержал взгляд на мне. — Я пока не могу, но к концу недели вернусь на поле, честное слово.
Если бы он сказал правду именно сейчас, я не знаю, что бы нас ждало. Всё-таки Мёрф пропускал тренировки из-за меня — чтобы побыть со мной наедине хотя бы в отсутствие Эдриана, который и пропадал на тренировках всё то время, что мы были вдвоём в его же доме. И мы оба прекрасно знали, что это неправильно, что так нельзя, что это, возможно, считается предательством, но что мы могли сделать… Да, мы могли всё рассказать, но мы совершенно не знали, как к этому отнесётся Эдриан. Ещё не было подходящего момента, чтобы во всём сознаться.
— Тц, ладно, я скажу ребятам, — добродушно улыбнулся Эдриан, выпустив нас из объятий и начиная вставать с дивана. — Ты ведёшь себя так, словно у тебя кто-то появился. Обидно, если это так, а ты нам ничего не рассказываешь, — если бы Эд знал, что он чертовски прав на этот счёт, клянусь, он бы не говорил об этом так радушно. — Эй, Андреа, не хочешь сегодня поехать со мной в бар? Расслабимся, поиграем в бильярд, а то эта учёба в могилу меня сведёт, — друг уже обратился ко мне, смотря на меня с некой надеждой, в которой и виднелся весь смысл этого приглашения.
Мёрфи поднял на меня недовольный взгляд, в котором я видела море ревности, дающую понять, что он категорически против моего согласия на предложение Эдриана, которое я, по сути, давать даже не думала. Этот парень ревновал меня ко всем, даже к Хизер, что даже забавляло, ведь мы с ней были лучшими подругами, которые никогда не выходили за рамки дружбы.
— Прости, я не могу, мне нужно будет поехать в участок, мистер Маршалл звонил, сказал, что у него есть ко мне пара вопросов касательно друзей Тома… — я виновато опустила взгляд, чувствуя, как краснеют собственные уши от лжи, что я только что выдала. У полиции уже как месяц нет никаких зацепок…
— Если хочешь, я могу поехать с тобой, — Эд пожал плечами как ни в чём не бывало, а по моей коже пошли мурашки от досады, — идеи отмазок закончились. — А хотя нет, извини, я не смогу, мама просила заехать к ней в офис. Чёрт, времени нет на обед, упустил его с вами, ха-ха, ладно, народ, я погнал, удачи вам.
Неловкое молчание между мной и Мёрфи повисло сразу же, как только Эдриан покинул гостиную, а после и сам дом. Мы несколько минут смотрели друг на друга с сожалением, пока Мёрфи не поднялся с дивана и не протянул мне руку.
— И всё же он имеет право знать о нас, что бы не случилось, — тихо пробормотала я, идя вслед за зеленоглазым и держа его за правую руку, на которой красовалось изящное тату чёрной змеи.
— Сегодня за ужином мы расскажем ему, — ответил парень, открывая дверь в свою комнату, где царил полнейший порядок. — А сейчас я хочу просто побыть вдвоём и послушать музыку.
И только я села на широкую кровать парня, как в заднем кармане джинсовых шорт завибрировал телефон. Звонил мистер Маршалл, о котором я вспоминала буквально пару минут назад.
— Алло? Андреа? — раздался ровный голос на том конце провода, как только я поднесла мобильник к уху.
— Добрый день, слушаю вас, мистер Маршалл, — взволнованно посмотрев на Мёрфи, который, услышав фамилию полицейского, тут же насторожился.
— У меня для вас хорошие новости, — молодой человек говорил серьёзно, впрочем, как и всегда. — Вы можете с этого дня вернуться в свою квартиру.
— Ох, правда? Это здорово, спасибо большое, — и только я собиралась попрощаться с полицейским, как он продолжил говорить, и то, что он сказал, очень не понравилось слышащему наш разговор азиату.
— У вас есть какие-нибудь планы на вечер?
Мёрфи тут же напрягся, смотря на меня с ещё большей заинтересованностью и даже обидой, которую я бы назвала скорее ревностью. Парень скрестил руки на груди и вперил в меня недовольный взгляд, так и кричащий, чтобы я завершила этот чёртов звонок.
Я давно замечала неоднозначные взгляды молодого детектива, который не один раз шёл мне на уступки, разрешив мне однажды забрать пару своих вещей из квартиры после осмотра места похищения Тома. Он был ко мне более благосклонен, нежели его напарник Райдер — мужчина старого порядка, годившийся нам обоим в отцы. Мне даже что-то подсказывало, будто в день исчезновения Тома Маршалл не заменял Райдера на допросе, а сам напросился допросить меня. Это смущало в какой-то степени.
— Эм, да, простите, мне пора. Ещё раз спасибо, что сообщили о моей квартире, — я поспешила завершить диалог и, даже не дождавшись ответа детектива, сбросила.
— По-моему, мы должны рассказать о нас не только Эдриану, — протянул Мёрф, сдувая со лба мешающие пряди густых чёрных волос.
Я же поднялась с кровати и, отбросив телефон на подушку, подошла к парню, обнимая того и прижимаясь к нему всем телом. Любимые мной руки обвили мою талию, а подбородок Мёрфи опустился на макушку, пока тот тяжело выдыхал.
Мы стояли так около минуты, пока я не подняла взгляд на своего парня, чьи губы тут же накрыли мои, завлекая в нежный поцелуй. Руки Мёрфи снова скользнули под мою рубашку, в этот раз вообще снимая её, отчего я, отвечая на его поцелуи и чуть ли не задыхаясь от его холодных прикосновений, чувствовала подступающую дрожь возбуждения.
Брюнет снял свою чёрную водолазку, открывая вид на подтянутое тело и завлекая меня в страстный поцелуй, от которого голова буквально шла кругом. Мёрфи отлично целовался, это факт. Он был способен возбудить меня одним только своим поцелуем, потому что, чёрт возьми, меня привлекало в нём абсолютно всё: начиная от родинки над правой щекой и заканчивая, чёрт, даже нечем закончить, потому что этот парень умел переворачивать всё внутри одним лишь своим присутствием.
И если бы месяц назад кто-то сказал мне, что я стану девушкой Мёрфи, я, клянусь, ни за что бы не поверила в это. Мёрфи всегда флиртовал со мной и Хизер, правда, с ней ровно до тех пор, пока она не совершила каминг-аут перед нами, сказав, что ей нравятся девушки.
Опускаясь на кровать и не разрывая поцелуя, мы продолжали раздевать друг друга, и было в этом что-то волнительное для меня, потому что наши отношения и уж тем более близость, оставаясь чем-то тайным, заводили не на шутку, на некоторое время отключая все мысли, словно по щелчку.
Руки Мёрфи исследовали моё тело будто впервые — с очевидной заботой и нежностью. И где бы они не коснулись меня, внутри всё трепетало, это буквально сносило крышу, потому что именно с этим парнем любое совершённое им действие было будто впервые произведено.
В какой-то момент я поняла, что испытываю лёгкий страх, страх быть замеченными, рассекреченными, и это никак не воодушевляло, и тут, как бы то странно ни было, Мёрфи озвучил мои мысли:
— Хотя, знаешь, меня больше заводит, когда о нас никто не знает и всё, что мы делаем, — мы делаем тайно, при этом боясь, что о нас узнают. Это добавляет непредсказуемой остроты в наши отношения.
Протяжный вздох, сорвавшийся с моих уст, как только пальцы парня скользнули ниже, заставляя меня выгнуться в спине и коснуться шеи зеленоглазого, оставляя на ней багровые пятна, так ярко выделяющиеся на бледной коже. Я, быстро дыша, томно посмотрела на Мёрфи и прошептала в его губы:
— В таком случае, никому не говори.
