Услышь мой Рёв!

Всем привет дорогие друзья! Я, увы, не могу вести страничку ВК в виду того, что стараюсь сократить пребывание себя в сети, а ВК... сомнительный с точки зрения анонимности сервис. Сомнительнее многих. Но по совету Саурона, нашего светоча - я создал Гугл-диск, где собрал арты по Эльфу и Рёву (в разных папках). Эльф https://drive.google.com/drive/folders/1be8QnugVkzH1fPei8L8ACtyS-ffbprp2?usp=sharing Рёв https://drive.google.com/drive/folders/1joysfeoLvUrcnC75rquo95deSoG55QrA?usp=sharing Когда я говорил, что Бейлиш и Санса Старк будут содержаться под моим неусыпным контролем – я лукавил. Они скорее содержались под неусыпным контролем Пса, который и наблюдал за этими двумя. А я же – отужинав и умывшись – отправился спать. Так же своих рыцарей выделил Джон Ройс, который пожелал удостовериться, что Бейлиш не уйдёт. И я бы хотел сказать, что сам Джон желает забрать себе Сансу Старк. Однако эта девица – мне нужна самому. Так что ему пришлось своё желание придержать при себе. — Сир Сирион, — кивнул Джон, бросив взгляд на закованных в цепи пленников. — Вы заковали даже леди? — Вполне возможно, — спокойно произнёс я, смотря за тем, как Пёс поставил рядом с ними миски с ложками. — Санса Старк тоже убила Короля. Либо участвовала в интриге. Говорить о том, что она сделала – рано, однако её побег – заставляет меня быть крайне подозрительным. Ну а то, что эта девочка в цепях – всему виной её младшая сестра, которая кинулась на меня с ножом. — Довольно занимательный факт, — спокойно ответил Джон Ройс, сев на стул. Сейчас он пребывал в своём обычном одеянии, без доспеха. Я же пока что доспехи тоже не надевал, всё же не та ситуация сейчас. — Вы убили моего брата и сестру! — нашла в себе смелости леди Санса. — Мою мать! Моего отца! — Я посмотрю, леди, вы нашли в себе определённую долю смелости… Однако, взгляните на всё с моей стороны. Разве они сами не были виноваты в своей участи? Почему взбунтовался ваш отец? Почему ваша мать, ваш брат, ваша сестра – взбунтовались против Королевской Власти? Вы действительно считали, что в нашем мире не существует последствий? Наивное дитя. Это то, что Петир Бейлиш, — кивнул на её товарища по несчастью. — Зовёт хаосом, некоторые люди зовут это игрой… игрой престолов. Выиграй и ты получишь всё… проиграешь – умрёшь. Ваш отец, ваш брат, ваша мать, ваша сестра… ваша семья – стали невольными игроками и сами не смогли потянуть игру. Но знаете в чём несправедливость? Незнание правил, леди Санса, не освобождает от последствий их нарушения. А правила просты… Их нет. — Когда-нибудь, вы ответите за всё, что совершили, — грустно произнесла она. — Когда-нибудь? Отвечу? Всё что я делал, всё что я делаю и всё что буду делать – во имя семьи… Моей семьи, а семьи Старков. Или вы считаете свою сторону универсальным мерилом добра? — спросил у неё. — Поясняю: вы считаете только свой дом правым во всём? — переспросил. — Да, по глазам вижу, что считаете. Я довольно давно знаю вашу Старкову породу. Вы всегда говорите то о стае, то о семье, то о чести и справедливости северян. Но знаете в чём истина? — она покачала головой. — Всё просто – вы маскируете эгоизм и высокомерие сими пафосными словами… Честь… Семья… Справедливость. Ничего, кроме семьи, не важно в этом мире. Достойный мужчина и достойная женщина – делают всё для того, чтобы укрепить положение своей семьи. И разница, единственная меж нами лишь в том, леди Санса: мы не претворяемся. — И при этом вы делаете лишь хуже всем вокруг, — мрачно произнесла она. — Всем вокруг? Нет, ну вы слышали, лорд Джон? — я обратился к Ройсу, на что тот лишь усмехнулся. — Сравните как живёт хлебопашец на Севере и на Западе… Ах да, у нас земли плодороднее и сравнивать подобное нельзя. Извините, виноват. Тогда – что насчёт обычного мещанина у нас и такого же из любого города Севера? Мммм? Кому я сделал хуже? Семье станет лишь лучше, когда вы, Старки и ты, Бейлишь, кончитесь. И простому люду, в том числе вашему, станет лишь лучше. Ваши пресловутые северные традиции – делают вас слабыми. Как думаешь, девочка, почему я так легко одолел твоего брата на поле боя? Потому что вы, Старки, заледенели в своих традициях. У вас, северян, буквально замёрзли две вещи: традиции и честь. И всё это отмёрзло, да отвалилось, но вы, как тупой великан – подхватили всё это, давно сдохшее и не сгнившее лишь от того, что промёрзло и начали размахивать во все стороны. Так что не надо мне говорить о том, что наше торжество незаслуженно, или мы на стороне зла… Всё это нужно лишь для вашего самоуспокоения. Что с тобой делать, девочка, мы решим в Королевской Гавани, когда прибудем туда. — Как раз по поводу Королевской Гавани я и хотел поговорить, — заметил Ройс. — Вы в курсе новостей оттуда? — Нет, — я перевёл взор с Сансы на Джона. — Что-то не то? — Как бы так сказать, — вздохнул мужчина. — Говорите прямо, я Сирион Ланнистер, сын Кивана Ланнистера, а не впечатлительная септа двадцати годков от роду, — мрачно ответил. — Что случилось в столице? — Был Королевский Суд, — ответил он. — Судили вашего родича и кузена… Тириона Ланнистера, судил Тайвин Ланнистер. — Я что-то такое предполагал, — произнёс я, задумавшись. Возможно я успею отменить то, к чему приговорил Тайвин своего сына. А он скорее всего отправит его на Стену. — Я не договорил, — продолжил Ройс. — Проблема ещё в том, что Тирион Ланнистер бежал из-под стражи… Тайвин Ланнистер… убит им же. — ЧТО!? — резко спросили мы с Сандором, оба встали на ноги. — Кто? Кем? — непонятливо продолжил я. — Лорд Тайвин Ланнистер был убит Тирионом Ланнистером, — повторил Ройс. — Тирион сбежал. Вот же… Я схватился за голову, лихорадочно думая. Как так вообще могло произойти? Вполне возможно – Тирион решил не ждать, когда моё расследование закончится, но я ведь вполне мог спасти его от Стены. Вряд ли Тайвин решился бы его казнить… И теперь, получается… Мы лишились нашего лидера и одного из умнейших людей… Всё из-за упёртости обоих, к слову. Но как же так… Как же… — Теперь, получается, я Верховный Лорд Запада, Хранитель Запада, Лорд Утёса Кастерли и Десница Короля… — Ну у вас и самомнение, милорд, — едко произнесла почему-то повеселевшая Санса. — Последний титул, ведь, не передаётся по наследству. — Заткнись, — грубо ответил девушке. — Держи свой гнилой язык за зубами, Старк, если не хочешь увидеться с остальными Старками раньше положенного. Завтра, чуть свет, я отправлюсь в Королевскую Гавань, — я посмотрел на Ройса. — Мне надо принять дела и разобраться с тем, что навалилось. — Об этом я бы тоже хотел поговорить, — Ройс кивком головы указал на Петира Бейлиша. — Вы Мастер над Законами, сир Сирион и не мне вам указывать, однако Петир нанёс огромное оскорбление достопочтимым Лордам Долины. — И гордые Лорды Долины, — продолжил я за Ройса. — Очень хотят определённых действий с Петиром. Последний оживился и бросился бы мне в ноги, если бы его не перехватил Сандор Клиган. — Милорд, я прошу вас, умоляю, — залепетал Бейлиш, — пожалуйста, пощадите меня. — Заткнись, пересмешник, — грубо произнёс Клиган, буквально швыряя щуплого и не сильного Петира на пол. — Он настолько не даёт вам жить, — задумчиво произнёс я. — Неужто вы столь высоко цените свою гордость? — В деле с Бейлишем – уместнее сообщить, что мы ценим её весьма низко, милорд, — ответил мне Ройс. — Однако Хартия желает, чтобы Бейлиш получил то наказание, которое заслужил. — Ну да, — продолжил я. — Это ведь он стравил нас со Старками… Что, леди Санса? Для вас это новость? Никто из Ланнистеров не пытался убивать вашего увечного брата, — хотя выпал он с башни, скорее всего… потому что обнаружил Джейме и Серсею, моих недалёких родичей. Но далее… Произошедшее покушение на инвалида указывало на Джоффри. Именно ему принадлежало валирийское оружие. Однако Бейлиш, как можно догадаться, скорее всего назвал Кейтилин Талли, этой дуре – имя Тириона. И закрутилось-завертелось. — Участь Петира зависит сугубо от того, как он будет сотрудничать со следствием, то есть со мной. Я не могу за то, что он всё расскажет – его просто казнить. Однако могу дать своё слово – что вы в любом случае его больше не увидите. — То есть, должен ли я понимать ваше заявление так, милорд Сирион, — предположил Ройс. — Что вы сделаете так, будто лорд Петир более не появится в Долине? Или в Вестеросе? — В зависимости от того, как он будет сотрудничать, — я перевёл взор на Бейлиша. — Всё зависит от того, как он будет сотрудничать и что мне расскажет. Впрочем, я могу дать слово, что Долина более его не увидит. Завтра, чуть свет, опять же, мы отправимся в Королевскую Гавань. Мне необходимо принять бразды правления. — Вполне вероятно, учитывая обстоятельства, вас там могут не ждать, милорд, — хмуро произнёс Джон. — Что насчёт брака между вашим сыном, Тайвином-младшим и Изиллой? Мне почему-то кажется, что вы сейчас собираетесь пересмотреть позицию относительно данного брака. — После всего того, что произошло – я согласен его пересмотреть, лишь с учётом ваших предложений, Лорд Ройс. Поймите главное – я не нарушаю своих слов и никогда не обманываю. Я согласился на этот брак, пусть и по приказу Лорда Тайвина Ланнистера, однако соглашение, если и будет разорвано, то по вашей инициативе, — я посмотрел мужчине в глаза. — Захотите ли вы его разорвать от того, что чувствуете, будто я не в восторге, или у вас появилась иная идея – меня мало волнует. Хотя я соглашусь с разрывом, опять же. — Понятно, — задумчиво произнёс Джон. — Впрочем, я всё ещё желаю отдать свою дочь за Ланнистера, но в то же время хочу предложить вам подыскать для неё иную кандидатуру. — В чём ваша выгода? — с подозрением спросил. — После смерти Лорда Тайвина – именно я беру на себя всё бремя власти, все его позиции. Почему вы предлагаете пересмотр? — Разумеется, чтобы заручиться вашей поддержкой, — произнёс Ройс. — Вы косвенно, но подтвердили мне то, что вы не в восторге от того, что ваш сын женится на Изилле. Разумеется, вполне наверняка Сирион Ланнистер выполнит соглашение, всё же, вы известный политик и ни разу ещё не обманывали. Могу сказать, что недоговаривали, но не обманывали. Поддержка такого человека, как вы, дорогого стоит. — То есть вы намереваетесь сделать так, чтобы… Я мог оказать вам поддержку? Какого рода? — Я планирую столь же далеко, что и вы, милорд, смею надеется. И, быть может, могу ошибаться, но вы за подобные ошибки меня ведь не казните? Я склонил голову набок, а после пожал плечами, давая тем самым Ройсу сигнал, чтобы он продолжал. — Вы ведь хотите женить своего сына на Мирцелле и отстранить тем самым Томмена от власти? Интересно. Похоже вокруг не все дебилы. Действительно, такой план у меня теплился в голове. Тот факт, что никто не допустит к власти Мирцеллу, пока есть более младший, но именно мальчик, а именно Томмен – легко мной может переиграться. С той мерой власти, что есть у меня, я могу на Железный Трон посадить и шута. Что уж говорить про Мирцеллу, официально Баратеон. Опять же, мой сын – симпатизирует Мирцелле. Ему всегда, как я понял, нравились подобные девушки. Единственное, что заставляет меня сомневаться в реализуемости данного плана – так это тот факт, что Мирцелла слишком уж близкий родственник. Ладно бы она была биологически дочерью Роберта и Серсеи. Но она именно что дочь Джейме и Серсеи… А они – оба мои кузены. Получается… Она мне племянница. Притом ещё с неразбавленной кровью, а мой сын для неё… Троюродный брат. Хотя третью степень можно смело сокращать, ставля приписку «двоюродный»… У этих дебилов была лишь одна задача – достать из Роберта хотя бы одного ребёнка. А они сделали трёх инцестных и не с Робертом. Хотя тут больше виновата Серсея… Но в то же время – я могу и рискнуть. Только что наследника такой пары: Мирцеллы и Тайвина-младшего – мне надлежит воспитывать от и до. Хотя тут уместнее сказать: наследников. Вряд ли они оба остановятся на одном. И… Как самое главное условие – женить его на настолько далёкой по родству леди… На леди из такого Дома, с которым Ланнистеры не пересекались за всю свою невероятно долгую линию. Чтобы банально разбавить кровь… Наверняка Серсея бы заныла, дескать Таргариены женились на своих сёстрах… Дура! К чему их это привело? Тот, кого звали лучшим Таргариеном нашего поколения – сошёл с ума. И его отец сошёл с ума… Да в целом после гибели драконов и до воскрешения нынешних, то есть с момента Танца Драконов – они именно что вырождались. И не факт, что эта девочка, через море, не такая же двинутая, как её никчёмный папаша и старшие братья. Ладно… Я остыл, я спокоен. С Серсеей я разберусь после того, как прибуду в Королевскую Гавань. Сперва запру её в Красном Замке, а потом, наверное, вышлю в Утёс Кастерли. Пусть сидит, отдыхает и отходит. — Допустим, я не могу отрицать подобный вариант событий, — задумчиво ответил я. — Что я действительно желаю, так это сменить имя династии правителей. Таргариены сошли с ума. Баратеоны предали. Лишь Дом Ланнистер хранит верность Железному Трону. И это действительно гораздо удобнее сделать, если я поженю Тайвина, своего сына, на Мирцелле. — Однако, — продолжил Джон. — Именно поэтому я и полагаю разорвать грядущий брак Тайвина и Изиллы… Ведь если мои потомки породнятся не с сыном Хранителя Запада, а, скажем, с детьми первого Короля Семи Королевств из Дома Ланнистер, — так вот что он хочет. — Так вы хотите породнится именно с Королевской Семьёй, — выразил мои мысли Клиган. — Да, с моей стороны было бы глупостью просить о том, чтобы вы отдали нам Томмена. Вы с лёгкостью вытесните Томмена с позиции Короля, усадите на Трон Мирцеллу и жените своего сына на ней. В таком случае я проиграю, милорд. Однако, если вы поступите так, как я описал чуть ранее, можно ли будет заявить о том, что я достиг наивысшей точки, определив судьбу своего семейства, сделав его тем самым одним из важнейших в Семи Королевствах? — Это действительно может даже пошатнуть положение Дома Арренов, если только… Вы не собираетесь выдать одну из своих дочерей либо за Роббина, либо за Гарри-Наследника, — усмехнулся я. — Похоже, что тем самым, честнейшим рыцарям Долины не чужды старые-добрые интриги, лорд Джон. — Что сказать, в таком мире мы с вами живём, Лорд Сирион. Так что? Мне рассчитывать на подобное развитие событий? — Бойтесь людей дары приносящих. Но, с другой стороны, я вынужден признать, что ваши дары выглядят крайне соблазнительно. Допустим… Однако одного этого мало, чтобы я вот так просто пошёл на союз с вами и в будущем даже ввёл вашего прямого потомка в Королевскую семью, а так же, возможно, сделал кого-то из Ройсов членом Малого Совета. Всё это мне под силу, уверяю вас. Но вот что вы предложите мне? То, что вы говорите – можно сравнить лишь с возвышением Хайтауэров и я могу вам дать толику того, что получили Лорды Староместа в своё время. Но возможность женить Тайвина на Мирцелле – всё ещё мала, помните – у меня есть и второй сын, и дочь… В конце-концов – я могу и с Томменом действовать. — В таком случае, что вы скажете на то, что из Долины больше не будет никаких проблем? — спросил у меня Ройс. — Вы говорите о чём-то, что можно описать словом: «гарантия»? — Разумеется, — согласно кивнул Ройс. — Мы могли участвовать в Войне Пяти Королей и доставить вам проблем. Лишь из-за глупости леди Лизы мы этого не сделали. — Скорее уж – Петир Бейлиш посчитал ваше участие излишним, — бросил взор на Бейлиша. — Он хотел, чтобы вы, Рыцари Долины, сохранили боеспособность, тогда как Речные Земли, Запад, Простор, Север, Штормовые Земли, даже Дорн и Железные Острова – поучаствовали в общем хаосе и ослабли. В любом случае – вы хотите сказать, что если я решу идти с вами, назовём сие так, Долина станет… — Верным союзником Утёсу Кастерли и вам персонально. — У вас завышенное самомнение, раз вы считаете, что можете быть именно что союзником. Союз – отношение равных. Вы же – просите у меня брак с Королевской особой… Не требуете, не приказываете, просите. Где тут равенство, Лорд Джон? — И в самом деле… — С другой стороны, если вы действительно станете верными Королевской Гавани и поможете в будущем детям Тайвина и Мирцеллы, тем, кто будет по сути гарантом вашего участия в Королевской Семьи – вопросы снимаются…, — бедные Лорды Вестероса. И этот Ройс, к слову, тоже. Они не понимают на самом деле всё, что я задумал… Я собираюсь не просто поставить на престол Ланнистеров. Я собираюсь превратить Королевские Земли в сильнейший Домен, который способен выстоять сразу против нескольких Королевств. Объединить Королевские Земли, Штормовые, Запад и часть Речных… Создав один огромный «супердомен», который стал бы основой власти Короля с именем Ланнистеров. Вот моя текущая цель. Они все играются с тем прицелом, что ничего не изменится. Что Вестерос останется тем, же, только сменятся хозяева у некоторых доменов, замков и городов. Но у меня нет настроения следовать ожиданиям многих Лордов. И у меня достаточно сил для подобных реформ. — Ваша трактовка верна, — наконец произнёс Ройс, спустя минуту размышлений. — Я действительно могу предложить именно это. — Вы же просто сдаёте Долину, Ройс! — внезапно воскликнул Бейлиш. — Заткнись, сучёнышь, — грубо прервал его Сандор Клиган. — Уже поздно искать в себе яйца. Вдобавок… ты действительно печёшься о ком-то, кроме себя? О Долине? Вестеросе? Ты просто хитрый хлюпик, до которого дошли руки. — Я не продаю Долину, — произнёс Ройс, встав из-за стола. — Я покупаю будущее своему Дому и самой Долине. Не путайте меня с собой, Лорд Бейлиш… пока ещё Лорд Бейлиш. Спасибо за беседу, милорд Сирион. Надеюсь, ваше правление будет долгим и столь же мудрым, сколь и правление Лорда Тайвина. — А я не надеюсь, я знаю, — хмыкнул я. Выдвинулись мы действительно на следующее утро, чуть свет. В течении дня спускались с Орлиного Гнезда и после ночёвки в Каменном Замке. Миновав его лишь на следующий день, мы спустились в саму Долину, где уже ожидали Рыцари Долины и мои Рыцари, кои прибыли ко входу в Лунные Врата. И лишь тогда мы покинули главный замок Долины, территориально. Санса Старк путешествовала в цепях, как и Бейлиш. Стоит ли говорить, что уже к исходу второго дня цепи – девушка демонстрировала крайнее измождение. Похоже, ещё и простыла. Её атаковала лихорадка уже на подходе к Лунным Вратам. Впрочем, я не стал замедлять процессию. Лишь попросил Мейстера Лунных Врат её подлечить в меру сил. И несмотря на то, что он настаивал на постельном режиме – я отказался. Это же Старк… Если Таргариены созданы устойчивыми для огня, то Старки – пусть будут устойчивы к не самым приятным условиям, помимо огня. Простыла? Да. Пусть выкарабкивается… Вдобавок, даже если она подохнет, в Королевской Гавани сейчас события куда более важные. Бейлиш же… Был сам не свой. С каждым мигом он становился слабее, потерянее. Впрочем, он не оставлял шансов. В его взгляде порой вспыхивало понимание и надежда. Но она быстро кончалась. Рыцари Долины довели нас до Кровавых Врат, проведя через которые – развернулись. Мы же пошли по Высокой Дороге. Путешествие по этой дороге – всегда опасно. Тирион мне рассказывал о горцах и сумеречных котах. Я же слышал, что даже Лорды Долины суются сюда минимум с полсотней латников. Впрочем – мне было волноваться не о чем. На одном из привалов, Бейлиш изъявил желание поговорить со мной. То было на седьмой день пути, мы как раз расположились на ночлег. На костре – мои рыцари жарили сумеречного кота, которого умудрились подбить во время одного из переходов. Их мясо не очень уж и плохое. Впрочем – крольчатина получше будет. — Вы хотели поговорить со мной, пока что ещё Лорд Бейлиш, — я отхлебнул из фляги сока. Пить в пути я не любил даже перед сном. Алкоголь нарушает концентрацию, особенно в таких условиях. — Милорд… Я просто… хочу вас лучше понять. Да, быть может, я совершал в ваших глазах неприглядные поступки, однако я же помогал и Ланнистерам. Ведь это я помог заключить Лорду Тайвину сделку с Тиреллами. — И подставили Тириона перед Кейтилин Талли, отчего вон, — я кивнул на рассечённую бровь Бейлиша. — Санса Старк заехала вам по лицу цепями. И на мой взгляд – вы ещё легко отделались, — признал я. — Учитывая её замах – вам должно было прилететь больнее. Вам ведь она понравилась? Так похожа на Леди Кейтилин Талли… А ведь знаете – она видела последний миг своей матери. То, как её казнили. И казнили её, Лорд Бейлиш, лишь благодаря вам. Я слышал, нет, даже видел то, какими вы глазами смотрели на ту женщину. Вы её любили и бросили вызов Брандону Старку в своё время. И что же в итоге? Вы же привели её и её семейство – к погибели. Каково это, Лорд Бейлиш, отомстить? Или… вы не хотели никому мстить? — В её гибели виноваты лишь Ланнистеры и немного Тиреллы, — холодно отчеканил Бейлиш. — Верно, ведь это мы, специально сделали так, чтобы Кейтилин поверила, будто Тирион Ланнистер заказал её сына убийце, предоставив тому свой кинжал из валирийской стали. Я и леди Оленна – лично придумывали такой план… А если серьёзно, да без сарказма… Вы издеваетесь, или оправдываетесь? Зачем мне, или леди Оленне – подобная интрига? Всё просто… Вы, верно, ставили себе целью – своеобразную месть Старкам, но при этом, скорее всего, хотели спасти Леди Кейтилин. Увидев Сансу Старк, столь сильно похожую на юную Кейтилин – вы чуть сменили приоритеты. Однако сути это не меняет. Вы просто жалкий предатель. Знаете, Петир, я видел многих людей. Я дружил с Принцем Рейгаром, входил в его свиту… Я много воевал и на людей насмотрелся. Так вот – вы самый жалкий человек на моей памяти. Вас и человеком-то назвать трудно… Вы и пересмешником, которого изобразили на гербе – не являетесь. Правду сказать, я не могу сообщить кем я вас считаю, ибо позабыл уже названия тех, за кого сойти вы сможете, — ну не помню я биологию до девятого класса. Не помню и всё тут. А ведь когда-то Советское образование считалось лучшим в мире. Пока не пришлось заряжать воду через телевизор. — Но вы бы не стали вести со мной беседы, если бы не хотели мне что-то сказать. Да и оскорбления вряд ли бы стерпели. — Я бы хотел… Признаться в убийстве Джоффри Баратеона, — сообщил он. — Я хочу выдать вам всё, в обмен же – вы гарантируете мне свободу. Или хотя бы жизнь. — Очередное доказательство того, что вы самый жалкий из людей. Кейтилин Старк и Робб Старк – погибли, считая, что вы сможете обыграть меня… Меня! Я ведь помню, что они осознали кто был игроком, кто скрывался за их спинами и кто ими играл, но не выдали вас. Вы же так легко сдаёте своих… Хмф… Я знаю, кто помог вам убить Джоффри Баратеона. Санса Старк. Перед тем, как покинуть Королевскую Гавань, я нашёл сеточку для волос, которой она укладывала волосы, — вообще её нашёл один из моих Ассасинов, о чём я получил сообщение с одним из Рыцарей, которые ожидали нас в Лунных Вратах. — И я вспомнил, кто тогда поправил сеточку для волос, а после пошёл к вину. И ведь ответ лежал на поверхности. Моя милая Джоанна… Я бы убил каждого ублюдка на пути своей доченьки. И если бы ей было суждено стать женой Джоффри – я бы сам его прирезал, лишь бы моя миленькая дочка не стала супругой этого урода. Что же касательно Джоффри, то это сделала Оленна Тирелл, верно? — Бейлиш кивнул. — Пишите признание, Лорд Бейлиш. Полагаю, данные сведения, будет рада услышать леди Оленна. Мне, если честно, даже как-то жаль. Я считал её прекрасным игроком, однако мы даже полноценно не столкнулись сейчас, а она уже проиграла. — Просто, милорд, никто и никогда не может предсказать именно ваших действий. Сейчас я… я могу признать это, что настоящую лестницу строите именно вы, а я не я… Хаос — это лестница, а вы её строитель и… быть может я смогу помочь вам в её строительстве? — Нет, — покачал я головой. — Вы правы насчёт хаоса, в период хаоса всегда много шансов взять власть самым неожиданным людям. Вот только вы в корне не понимаете, почему я достигаю успеха. И это не потому, что я бесконечно создаю хаос то тут, то там, ловя земли, золото и титулы. У меня всего этого и так с избытком. Для того, чтобы победить – надо найти того, кого вы считаете врагом, а после, во время партии с ним – перевернуть доску. Тогда как вы строите лестницы вокруг вашего врага, надеясь, что какая-нибудь из ступеней отвалится и ударит ему в голову, я просто переворачиваю доску. Этого достаточно для победы. Делаю так, чтобы враг оказался в самой неудобной позиции. Мне нет нужды создавать бесконечные интриги, искренне надеясь и стараясь через них добраться до моего противника. Я просто ищу позицию, которая ему максимально неудобно и затем ставлю его в эту позицию. — Воистину, мудрый подход, — оценил Бейлиш. Я передал тому бумагу, чернильницу и перо. Писать в пути не очень удобно, однако Петир, очевидно, обладал опытом. Увидев текст, я удовлетворённо кивнул. Он описал всё. В том числе даже свои мотивы, финальные, в виде Робина Аррена на Железном Троне и себя в роли Регента… Пожизненного. Стиль прослеживается, он не хотел прямой узурпации в свою пользу. — Теперь же я готов предложить свои услуги вам. — Милорд, — позвал меня один рыцарей. — Они пришли, как и условились. Наши разъезды отыскали их. — Хорошо, — я встал и посмотрел на Бейлиша. — Ведите их сюда. Спустя минут десять ко мне подошла целая группа. То были Горцы из Долины Аррен. Представители Горных Кланов, из числа тех, кто заключил союз с Тирионом. Я смог выяснить у него конкретные кланы, которые дружелюбно относятся к Ланнистерам. — Ланнистер, — произнёс один из горцев. — Нам бы хотелось знать, что происходит в вашей столице. Наши воины, что ушли с маленьким львом сообщали, что лев старший бросил маленького в темницу. — В столице не происходит ничего хорошего, каменный ворон, — сурово произнёс я. Выглядели эти дикари преотвратно. В одежде не лучшей. Чумазые, грязные, но в то же время – тела присутствующих были жилистыми и мощными. — Однако, вас не должна волновать столица. Я разберусь что там, как только прибуду. — Мой Вождь, Шагга, сын Дольфа, должен быть в столице, Лев, — обратился мужчина. — И мы хотели бы знать, что с ним. — Я услышал всё с первого раза, — мрачно произнёс я. Пёс, рядом стоящий со мной, почувствовал напряжение и его рука легла на рукоять меча. — Ещё раз, я вернусь в столицу и узнаю, что с вашими людьми. Теперь же… Мы должны сотворить то, на что условились. Мой посланник жив? — Тот, кто пришёл скрытый за капюшоном покинул нас, — подтвердил мужчина. — Мы должны это сделать? — он посмотрел на Бейлиша. — Верно. О цене мы условились, — хорошо выкованное оружие их кланам. — Вы получите его спустя неделю, может месяц, я вернусь в город и сразу же вышлю вам всё, что вам полагается. — Хорошо, — каменные вороны подошли к Бейлишу. — Что? Нет… нет-нет-нет-нет! Я могу полезен быть вам, милорд! Прошу! — явно понял, к чему всё идёт Бейлиш. — Я же дал вам сведения! Они не все! Я могу большее! — Я знаю, — кивнул я. — Но у меня нет ни времени, ни сил выбивать из тебя крупицы знаний. Кроме того, ты прекрасно понимаешь, что всё равно был бы жив, пока делишься знаниями со мной, посему делился бы очень мало, либо лживо. Что ставит в зависимое положение уже меня… Я не люблю быть зависимым от чего-либо, или кого-либо. — Но вы обещали! — пытался вырываться он. — Обещали мне то, что вы не тронете меня! — Верно, — усмехнулся я. — Я так же клялся в том, что не убью вас, Петир. Но, вот так заковыка… Не я вас убиваю, а он, — кивнул на ворону, который достал нож. — Видите ли, милорд Бейлиш, — мягко произнёс. — Я никогда не обманываю! Это верное выражение. Однако, всегда есть подвох. Везде он есть. Я никогда не обманываю, недоговариваю, но не обманываю. Понимаете теперь? Удивительно, что вы смогли понять это после моего детального объяснения, или всему виной то, что вы верите в то, что сможете выжить? Разубедите его, — кивнул воронам. — Всегда хотел посмотреть кто лучше ворона, или пересмешник. — Пересмешник может лишь смеяться и копировать, — ответил каменный ворон. Он полоснул ножом Бейлишу по горлу. Плеснула алая кровь. Санса Старк вскрикнула от ужаса, когда Бейлиш рухнул на землю, истекая кровью. — Петир Бейлиш… Я вёз тебя на суд в Королевскую Гавань, но вот так незадача, на наш отряд напали кланы Лунных Гор, мы отбились, но Петира они убили, — усмехнулся я. — Хорошо, — наконец кивнул. — Всё, о чём мы договаривались – вы, вскоре, получите. — А у вас есть хорошая девица, — хмыкнул один из воронов. — Не хотите ли вы обменять мой топор на её? Я согласен взять её, а не топор, что вы готовите для меня. — Велт, — позвал его лидер воронов. — Имей честь. — К сожалению, она не продаётся, я не могу быть уверенным, что её ждёт та участь, коей она достойна, — ответил я Воронам. — Вы сделали то, что я желал. Вскоре вам придёт ваша плата и я выясню что стало с вашим Шаггой и не только с ним. — Доброго пути, тебе, Лев, — отозвался ворон. — А тебе добрый полёт, ворон, — хмыкнул я. — Похороните его, — кивнул рыцарям на труп Бейлиша. — Постарайтесь сделать могилку максимально незначительной, ни к чему такому человеку иметь что-то значительное… *** Тайвин Ланнистер мёртв… Мёртв… Эти слова гулом отзывались в голове Серсеи Ланнистер. Она теперь совсем одна… Тирион, этот ублюдок сбежал, поставив их семью в не самое благоприятное положение. На Джейме надежды нет, а Сирион… Её кузен тоже отсутствует в городе, сбежав чтобы отловить Бейлиша. Она никогда не понимала зацикленность Сириона на Бейлише. Ведь понятное дело – наибольший урон им приносит именно Тирион. Теперь же… Королём станет Томмен, её маленький и миленький Томмен. И никто не сможет повлиять на него. Опять же, Сирион вне города, а отец – умер. Из значимых людей, кто действительно мог бы бросить вызов лишь её власти – Эшара Ланнистер, бывшая Дейн, супруга Сириона, Тайвин-младший Ланнистер, сын самого Сириона. Они оба командовали первым легионом, вернее – первый легион Армии Ланнистеров подчинялся Тайвину. А где Тайвин, там и войска Дома Ланнистер, которые в большинстве своём послушают сына Сириона, чем её саму. И это, к слову, угроза. Как и Оленна Тирелл с Маргери. Но Эшара и Тайвин, вроде как, её родня, пусть и не совсем родная. А ещё есть Дорнийцы. Оберин Мартелл с его выводком… Живущие в борделе. Серсея даже слышала, что Тайвин сошёлся с Тиеной Сэнд, одной из дочерей Оберина. Впрочем, сейчас главнее побеседовать со своими перспективными союзниками. Так кто ей ближе? Тиреллы, которые уже в Джоффри пытались вцепиться? Или родня? Пусть Серсея и не очень любила Эшару, не очень её ценила, но именно Эшара стала, фактически, леди Утёса Кастерли, ведь именно Сирион был указан в отцовском завещании, как наследник. И сейчас, пока ещё не прибыл Сирион – нужно как-то уживаться в городе. Эшара станет отличным подспорьем, если поддержит её. Армии Дома Ланнистер, не только те самые знаменитые легионы, что сокрушили стены Риверрана – были собраны и обучены Сирионом Ланнистером. И если бы они делали выбор, а они сделают, все лидеры этих легионов, армий и лорды Запада – между ней и Сирионом – они бы выбрали Сириона. Это однозначно. И в то же время – у неё проблемы могут возникнуть даже с Тайвином-младшим. С его матерью она сейчас и должна поговорить, тем более что Малый Совет ничего не дал. Ей банально показалось, что власть, будто крупицы песка, уходит из её рук. Особенно внимание приковывало странное объединение черни вокруг религии. Варис-Паук сбежал с Тирионом, очевидно помогая ему в убийстве отца. Так что на его должность пока что назначили сира Кивана Ланнистера, отца Сириона. И вот тот донёс о том, что в Королевской Гавани начало формироваться движение, крайне странное и чем-то напоминающее верующих нищих. Кто за этим стоит пока что неизвестно. На фоне всего этого – в Речных Землях всё ещё наблюдаются проблемы с Братством без Знамён, а по ту сторону Узкого Моря, в Эссосе – появились известия о том, что Эйгон, по прозвищу «Юный Гриф» собирается пересечь море. И это ещё на фоне того, что Дейнерис Таргариен поставила под власть несколько рабовладельческих городов. Она точно захватила Миерин и Астапор. Её враги набирали силу, а она не могла править так, как ей следует, так, как должно… Возможно, нет, точно, Сирион вернётся в город и начнутся проблемы. Он, со своей странной политикой окончательно уничтожит их Дом. И как только отец всего этого не понимал? Почему он сделал кузена наследником? Очевидно же, что она, даже несмотря на то, что она женщина – куда лучший наследник Тайвина Ланнистера! Сирион только мешает, своими играми с простолюдинами и всяческими научными фокусами… Лучше бы его отдали в Мейстеры, раз уж он так любит всякие исследования. Супруга же Сириона в какой-то степени раздражала Серсею. Дорнийка вела себя, обычно, как новая леди Утёса Кастерли, даже когда таковой не являлась. Однако, именно Эшара могла бы повлиять на Тайвина Ланнистера, младшего. Ведь он её сын и именно сын Эшары и Сириона сейчас имеет наибольший авторитет в войсках. Что, к слову, довольно странно – Тайвин-младший слишком уж молод. Ему всего пятнадцать. Конечно, сам Сирион и Джейме в эти года набирали воинский авторитет тем же сражение с Братством Королевского Леса. Но всё же… Тайвин-младший рос тихим и задумчивым. Серсея не увидела в старшем сыне Сириона и доли своего отца. Поэтому она считает, что сможет управлять им через Эшару, если с ней договориться. Леди Эшара Дейн не растеряла красоты, как и Серсея Ланнистер. Чёрноволосая, с прекрасными пурпурными глазами, она была стройна, держала ровную, гордую осанку и одета в синее платье. Женщина эта была известна тем, что порой могла надеть мужскую одежду и заниматься тем, что известно, как физические упражнения. Особенно Эшара известна стрельбой из лука, в Утёсе Кастерли под неё даже создали специальное стрельбище. Ходили слухи, что стреляет женщина просто превосходно. И не то чтобы Серсея могла осудить Эшару за занятия, не свойственные дамам. Она сама понимала, что после родов последствия могут быть самыми разными. Вполне можно располнеть и утратить былую красоту, пусть и считается, что наиболее лучшие леди для воспроизводства потомства: пухлые, в последнее время, Академики Ланниспорта, ещё одни странные мужи, которых привечает Сирион, точнее – он их буквально создал, связывают ряд хворей именно с пухлостью. И физические упражнения помогают согнать пухлость… особенно если не пить много. Вдобавок, она помнит Роберта Баратеона. Каким он был красавцем, сразу после уничтожения Таргариенов. И каким он стал… Дошло до того, что он утратил былую мощь и не смог выстоять, пусть мертвецки пьяный, против кабана. — Ваше Величество, — картинно поклонилась Эшара, блюдя минимальный этикет. — Доброго вам дня, — она спокойно села. — Рада видеть вас в добром здравии, учитывая события. — Леди Эшара, — кивнула Серсея. — Благодарю за то, что нашли время побеседовать. Речь пойдёт не много, не мало – о будущем Государства. — Как интригующе, — чуть прищурилась Эшара Дейн. — Даже интересно. — Пожалуй, вам да, — кивнула Серсея. — В конце-концов – вам редко проявляет шанс проявить себя, каковой я могу вам дать, — Серсея налила себе вино. — Вина? — Дорнийского, будьте добры, — ухмыльнулась Эшара. Приняв кубок с вином, она отпила. — Не всегда люди хотят проявлять себя. В конце-концов – у меня есть великий супруг. И меня вполне устроит просто быть рядом с ним и исполнять необходимую часть своих обязанностей, к примеру, леди Утёса Кастерли. — Однако всегда есть нечто большее, — отметила Серсея, отпив из своего кубка. — В конце-концов – дела государства… — Лучше оставить тем, кто в этом разбирается, — перебила её Эшара. — Ваш отец погиб, — продолжила она. — Теперь Сирион Ланнистер должен возглавить Семь Королевств в роли Десницы. — Прошу меня простить, но назначение Десницы Короля – это воля Короля, а не Великого Лорда, — процедила Серсея. Разговор уже шёл не по плану. Эшара не начала отвечать так, как она полагала. Почему? Ведь Серсея полагала распалить в ней жажду власти и повлиять через неё на её сына, который может влиять на легионы. Знаменитые два легиона Ланнистеров, являющиеся тем, что ужаснуло Вестерос. Их всего четырнадцать тысяч шестьсот в совокупности. Но это – лучшие воины, как гласила молва. Экспериментальные орудия войны, именуемые пушками – сокрушили стены Риверрана, а сами легионеры захватили вместе с Сирионом эту, казалось бы, неприступную крепость. Именно их хотела заполучить Серсея, чтобы надавить на Тиреллов, а там, возможно, и на самого Сириона. Если бы только Эшара купилась на разговор. — Только Король может назначить Десницу. А мой сын… — А ваш сын сделает так, как ему скажет мой супруг, — резко произнесла Эшара, посмотрев в глаза Серсеи. Пурпурные глаза даже немного пугали. — И никак иначе. Позволю себе напомнить: Дом Ланнистеров обеспечивает власть вас и ваших детей, Ваше Величество. А глава Дома Ланнистер – сир Сирион Ланнистер, сын Кивана Ланнистера и Дорны Свифт. Так что, моя Королева, — он произнесла с издёвкой. — Мне решительно не понятна изначальная тема разговора. Я желаю, чтобы вы поняли: мы здесь и сейчас должны дождаться Сириона, который прибудет из Долины, а не плести интриги. — Но дело касается Тиреллов, — возразила Серсея. — Разве вы не понимаете, Эшара? Они вцепятся в моего сына, как змеи и начнут им управлять! — Если вы теряете контроль над собственными детьми, то почему это должно быть моей проблемой? Вдобавок, позволю вам посоветовать не волноваться. Мой супруг успокоит всех, кого положено. И с Оленной Тирелл договорится. — Если мы не начнём действовать, ему придётся договариваться с позиции более слабого. — С чего бы это? — Разве вы не видите усиление Тиреллов в Малом Совете? — резко спросила она. — Мастер над Оружием и Мастер над Кораблями – происходят из Простора. И Тиреллы хотят назначить Матиса Рована на пост Десницы. — Но разве Десница не воля Короля? — ехидно спросила Эшара. — В чём тогда смысл того, что вы мне говорили? — В том, что мы сами должны проявить силу. Сейчас фактическим Мастером над Законом является ваш сын, — начала Серсея. — Весьма сильное достижение стать в столь юном возрасте Мастером над Законом. И, как я слышала, он является вполне себе успешным Мастером над Законом. Вы смогли воспитать достойного сына. — Его воспитывала не я, а Сирион, — грустно произнесла Эшара. Серсея успела заметить лёгкое разочарование в глазах женщины. Разочарование? С чего бы это? Будто бы супруга была недовольная Сирионом, хотя, они оба любят друг друга и сам Сирион ни разу за всю свою жизнь не был замечен с иной женщиной. Некоторые Септоны и Септы приводят его в качестве образца благонравия, чести и достоинства именно по этому факту. Серсея Ланнистер не знала от чего грустит Эшара. Тайвин-младший никогда не имел нормального детства. С самого рождения он был проектом его амбициозного отца. Он выстраивал характер Тайвина, словно строитель, но никогда не давал ни Эшаре, ни себе вести себя с Тайвином-младшим, как родитель. В итоге у него получилось. Тайвин-младший – умный, хитрый и харизматичный. Идеальный наследник самого Сириона. Женщина согласилась на это, хотя всё её естество протестовало против сего надругательства. Но она всё же хотела, чтобы Дом Ланнистеров – смог жить дальше и после ухода Сириона Ланнистера по старости. А для этого – Дом должен быть возглавляем кем-то, кто не хуже супруга. — И что же вы хотите? — Назначить нового Десницу, который смог бы обуздать Тиреллов. Допустим, Хариса Свифта, — предложила Серсея. — Дед Сириона? — осведомилась Эшара. — А почему не его отец? Сир Киван Ланнистер вполне себе достойная фигура. Если уж кандидат от Тиреллов, лорд Матис Рован, вам не подходит. — Я хочу отправить дядю с почётным эскортом, — сообщила Серсея. — Мой отец должен упокоиться в родных землях. — Лучше бы отправили сира Хариса, — задумчиво ответила Эшара. — По крайней мере он бы не допустил того, что тело Лорда Тайвина атаковали бы трупные черви, — хихикнула она. Это она так подшутила над Свифтом. Его герб был петух… Хотя для петуха – Свифт был слишком труслив и слаб. Эшара, очевидно, поняла, что Серсея хотела назначить Свифта лишь из-за того, что он лизоблюд. Хотя такое решение спорное. Свифт является именно больше союзником Кивана Ланнистера, отца Сириона. Но, если подумать, он трусливый и глупый лизоблюд. А Король стоит выше того же Кивана. — В любом случае, что думаете о моём предложении? — спросила Серсея. — Будете ли вы меня поддерживать? — Боюсь, что нет, — покачала головой Эшара. — Я не вижу причин делать подобное. Вам нужно просто подождать Сириона, а не делать что-то. — Да как вы не понимаете!? — Серсея утратила контроль и резко вскочила. Эшара оставалась спокойной. — Тиреллы возьмут власть, если мы ничего не сделаем! — Проблема не в том, что они жаждут власти, мы все знаем, что пока жив Сирион Ланнистер – они ничего не сделают. А мой супруг жив… Проблема, Ваше Величество, в том, что вы сами, отчего-то, хотите оттеснить Сириона от власти. Для чего вы это хотите? — спросила Эшара. — Мне решительно не понятно. — Слишком долго за меня решали другие люди, — хмуро произнесла Серсея. — За вас – тоже. — За вас решали, Ваше Величество, не потому, что вы женщина. А потому, что вы не можете жить иначе… Есть такие люди, которые, даже правя – не имеют власти. Вы считаете, что она у вас есть? И почему вы говорите, что за меня кто-то решает, будто это что-то плохое? Я верна тому, кто действительно разбирается во многом, если не всём. К вашему сожалению – это не вы, — она вздохнула. — Вы верно предположили то, что я могу повлиять на Тайвина, однако – я не буду влиять на него в вашу пользу. На этом, полагаю, можно закончить нашу беседу. — Вы ещё пожалеете об этом, — сурово произнесла Серсея. — О да, эту фразу мой супруг слышит чаще, чем хотелось бы… В итоге жалеют лишь те, кто её произносят о том, что они её произнесли… *** Раздавая милостыню можно не только приобрести сторонников среди простого люда. Те, кто не может обрести сторонников средь аристократов – пытаются приобрести власть за счёт поддержки простого люда. Что и пыталась делать Маргери Тирелл. Она понимала, как и её бабушка, что аристократия Вестероса уже давно переделенное поле. Она станет Королевой, через брак с Томменом Баратеоном, однако не будет обладать достаточной власти. А становиться верным питомцем Ланнистеров она не хотела. Поэтому решила действовать от обратного. Ланнистеры уже давно самый влиятельный благородный Дом. Который имеет огромную поддержку средь аристократов Вестероса. А значит ей надо придумать то, что даст ей такую же поддержку, но не привлечёт внимание Ланнистеров. Тут судьба сильно помогла Маргери Тирелл. Лорд Тайвин Ланнистер погиб от рук собственного сына, а его наследник – сир Сирион Ланнистер даже не вступил в наследство, так как уехал в Долину Аррен, дабы пленить Петира Бейлиша. А ведь именно Сирион способен был прижать всех, исключить любые игрища. Неспроста его назначили наследником Лорда Тайвина, учитывая то, что он лишь племянник почившего льва. Хотя тут вина ещё и в том, что Тирион Ланнистер – карлик и наверняка могущественный Тайвин не мог позволить себе такого наследника. Банально не захотел. И дабы сейчас завладеть влиянием, Маргери отправилась в Блошиный Конец. Тиреллы долго раздавали продовольствие беднякам, по её приказу. Бабушка благосклонно смотрела за тем, как внучка набирает власть. Блошиный Конец – это особое место в Королевской Гавани. Именно сюда начали стекаться Воробьи под руководством таинственного Его Воробейшества. То были фанатичные верующие, которые веровали чересчур истово. Они прибыли из разорённых земель, пострадавших от войны. Хотя подобных людей было не так много – война вспыхнула, но Робб Старк был быстро подавлен Сирионом Ланнистером. Однако – даже так прибывшие «воробьи», как их окрестила молва, быстро набирали влияние за счёт бедняков и нищенствующих в Блошином Конце. А возглавлял их всех Его Воробейшество. Таинственный, странствующий септон. Он проповедовал о том, что Вера погрязла в грехе. И что война не иначе, как кара Богов. О многом чём он проповедовали и надо сказать – весьма умело. Воробьи же… Набирали силу. Уже были известия о том, что бедняки появлялись у Септ и начинали скандировать цитаты Воробейшества. Самый громкий случай был у Септы на Мучной улице. Тамошние бедняки раздобыли картину Верховного Септона и демонстративно сожгли её. Золотые Плащи под руководством Тайвина-младшего, сына Сириона – арестовали всех зачинщиков и посадили в темницы. Говорят о том, что Тайвин собирается казнить всех без исключения, в том числе и женщин. А детей, что участвовали в подобном, отправить в работный дом – особые дома, которые открылись благодаря Ланнистерам. Работники работных домов – это по сути те же бедняки, но те, кто согласился на так называемое предложение: «хочешь кушать – иди работай». Ланнистеры ещё до смерти Лорда Тайвина – учредили три таких дома в границах Королевской Гавани. Работники этих домов получали крышу над головой, еду, но в то же время и работу. Они могли работать почти весь день. Не все бедняки откликнулись на предложение Ланнистеров. Многие считали подобное несправедливым. Ведь, почему они должны работать за еду? Куда удобнее – молиться с каким-то пришлым септоном об улучшении своих жизней и ждать подачки от сердобольных аристократов. — Ваше Высочество, — Его Воробейшество был самым обычным стариком, с залысиной. Одет он был, несмотря на похолодание в рубище. Хотя его поклонники уж точно могли обеспечить своему повелителю одёжку получше, да и сама Маргери, пытаясь купить его – предлагала ему одежду, однако тот отказался, оставшись в своём сером и убогом рубище. За спиной Маргери вновь виднелись телеги с едой, которые уже начали было обступать бедняки. — Я безмерно рад тому, что кормите вы вновь нас, — сообщил мужчина. — Ваша помощь открывает вам путь к Семерым. — Я тоже рада, что вы заботитесь об этих людях, — кивнула Маргери. — И видеть то, как люди сии голодают, но не сломлены – великая радость для меня. Раздайте еду, — кивнула она своим стражником. На площади перед рукотворной септой виднелись Золотые Стражи. Стражники Королевской Гавани в последнее время начали постоянно патрулировать Блошиный Конец. Более того – не так давно были привлечены инженерные отряды, как их называли, с Ланнистерских легионов. Они были привлечены для уничтожения совсем уже еле-еле стоящих домов тупика. Бедняки же, получив молчаливое одобрение, бросились к еде. Стражники Маргери отошли от телег, в то время как Золотые Плащи наоборот подошли поближе. Маргери видела, что стражи города пытались регулировать толпу. Для чего? Наверное, чтобы не дать толпе выйти из-под контроля. Тем не менее – всем, кому было надо – раздали еду. — Нужно ли ещё что-то, Его Воробейшество, вашей пастве? Обращайтесь ко мне, я всегда рада услышать чаяния моего народа и исполнить их… — Вряд ли вы сможете повлиять на что-то, однако, мои люди весьма часто страдают от пренебрежительного отношения со стороны Золотых Плащей, — сообщил мужчина. — Они отчего-то считают, что проповедование перед борделями и тавернами есть нарушение порядка общественного. Девушка на этих словах вновь посмотрела на Золотых Плащей. Их возглавлял Ланнистер, ну конечно, кто же ещё. Его золотые волосы она бы узнала где угодно. Это хорошая возможность поставить себя перед народом. Всё же она ищет поддержки именно таких слоёв населения. Она пошла именно к командиру Ланнистеров. Стража расступалась перед ней, подобно волнам моря. Золотые Плащи замешкались, но всё же пропустили их к Ланнистеру. Чуть позже она поняла, что командиром был не Ланнистер, именно что формально. — Ваше Величество? — вопросительно посмотрел на неё юный Ланнистер. Формальный командир отряда был рыцарем с каштановыми волосами и странным наручем на левой руке. Он был будто больше и каким-то нетрадиционным. Командир бросил на Маргери взгляд, но быстро отвёл взор. — Вы что-то хотели? Маргери успела официально стать Королевой. Ведь её таковой признали до смерти Джоффри. И в ближайшее время она хотела стать супругой уже Томмена. Милый мальчик, если честно… — Пожалуй, я бы хотела, чтобы Золотые Плащи обращались с простым людом попроще, Ланнистер. — Меня зовут Мартин Ланнистер, — представился парень. — Я брат лорда Сириона. — Так и быть, Мартин, — мягко улыбнулась Маргери пареньку. — Мы же не хотим, чтобы народ сей создавал проблемы. — Ежели народ сей создаёт проблемы, леди Маргери – мы можем их вырезать, — тихо произнёс Мартин. — Только скажите и я всё организую. — Вы этого не сделаете, меж тем вы попросите Тайвина Ланнистера, вашего племянника, чтобы он относился с простыми людьми мягче… — Сии простые люди мешают движенью рядом с Септами в городе, нарушают порядок рядом с борделями, тавернами, кабаре, — сообщил Мартин. — Людям ни к чему получать удовольствия в сих заведениях, — послышался вкрадчивый голос Его Воробейшества. — Всё это – есть нарушение заповедей. Излишества лишь развращают мораль народа. Мартин с раздражением посмотрел на нового собеседника. — Хлебопашцу после дел благих на поле хочется выпить пива, или эля за здоровье Королевской четы, за здоровье своей семьи, сыграть в карты, али в кости, — раздражённо произнёс Мартин. — Побиться на кулаках и выиграть пару десятков грошей, дабы купить детям своим добротные сапоги на грядущую зиму. Так же и остальным мещанам и крестьянам. Не вам указывать что им делать, Ваше Воробейшество. О свободе людей говорите вы, ну так свободны они вольное время своё проводить так, как им угодно. И не вам им мешать. — Отдых людей рабочих должен быть в духовном единении с Семерыми, — возразил проповедник. — Ежели люди предаются разврату и неправильным увеселениям – они лишь слабеют в глазах Семерых. И вы, сир, должны наоборот показывать все пример. — Лишь мой племянник, командир стражи и Мастер над Законами – может говорить мне, что я должен, — холодно отозвался Мартин. — В таком случае я поговорю с Тайвином, раз слова Королевы вам малы, — сообщила Маргери Тирелл. — Как вам угодно, — холодно произнёс Мартин. — Как вам угодно. *** — Чем я обязан столь странному посещению? — спокойно спросил пятнадцатилетний Тайвин Ланнистер. Сын Сириона был невысок и щупл, но при этом имел красивое, правильное лицо. Золотистые волосы ниспадали на плечи, подобно гриве. Под носом располагались редки усики, судя по всему – он старался их отрастить. Тем не менее – он не выглядел нескладно. Тайвин Ланнистер, внучатый племянник того самого Тайвина Ланнистера, недавно погибшего, выглядел, как тот, кто привык требовать ото всех подчинения и получать его. Маргери знала, что Тайвин умён, как ей докладывали. Бабушка говорила, что воспитанием занимался сам Сирион Ланнистер. В принципе, было понятно, что он достойный юноша, который в отсутствии отца быстро завоевал авторитет среди легионов Ланнистеров. Две армии, именуемые легионами, содержали в себе четырнадцать тысяч мечей, при этом это были прекрасные воины, которые даже в таком количестве, как говорят, могут разбить куда большую армию. Именно легионы Ланнистеров уничтожили крепостные стены Риверрана и взяли его. Легендарный замок Талли считался неприступным, наравне с Утёсом Кастерли, Штормовым Пределом и Орлиным Гнездом – пал. И теперь все в ужасе от того, что могут показать Ланнистеры. Маргери же надо было заручиться поддержкой простого народа. Да, она, к сожалению, не может использовать знатных Лордов. Бабушка учила не доверять даже вассалам Тиреллов, которые спят и видят смещение её Дома. И сейчас она хотела добиться признания через связи с Его Воробейшеством. Если она сможет подчинить себе этих людей, предстать благородной леди, которая заботится о бедняках. Вполне возможно, аристократия будет отодвинута. Постепенно, улица за улицей – Маргери сможет сделать город своим. И уже не важно будет что скажут в Малом Совете, она будет полноценным игроком. Тайвин сфокусировал взгляд своих зелёных глаз на Королеве… Почти Королеве. Формально, она ещё не вышла за Томмена, но скоро будет его супругой. — Есть некоторые вопросы, которые я бы хотела с вами обсудить, — мягко произнесла Маргери Тирелл. — Как с Мастером над Законом, пусть временным. — Мартин докладывал о сути ваших вопросов, — мягко произнёс Тайвин, однако Маргери почувствовала дрожь от его слов. — Вы якшаетесь с жалким сбродом, что странно для леди вашего положения. — Сбродом? — удивлённо спросила она. — Я бы не назвала сих добрых людей сбродом, — она присела напротив Тайвина. Его стол не был завален бумагами. В центре стояла доска для шахмат, слева лежала книга, кажется правление четырёх Королей. — Пожалуй, я бы назвала их страдальцами, те, кто пострадали от бессмысленной войны. — Ваш Дом был в числе тех, кто её устроил, — напомнил Тайвин. — Не надо говорить мне о том, что они страдают. У нас есть работные дома. И не только они. В гильдиях – можно пойти и податься в подмастерье, либо слуги. Возможностей сим людям заработать на корку хлеба достаточно. А сброд они лишь потому, леди Маргери, что работать не хотят… Они только и делают, что ноют, причитают, клянут бордели, кабаре, работные дома, места, где могут работать такие же, как и они сами. Отец учил меня не милостыню раздавать, а возможности создавать. — И в чём же всё это проявляется? Как ваши возможности отменят страдания простых людей? — Не просите меня верить, что хлебом и жалостью решится то, что требует труда и порядка, Ваше Величество, — сурово произнёс Тайвин Ланнистер. — Потому что единственное от чего они страдают – это от лени. Они голодны, накормите их. Они грязны, вымойте их. Им холодно – раздайте дома им… Аппетиты будут расти, ежели вы забудете простую истину – человеку всегда мало. Вас сие тоже касается. — Я, позволю напомнить, милорд, что я Королева, в том числе ваша, — ответила ему Маргери, нахмурившись. Изначально она создала вполне хорошее впечатление о Тайвине Ланнистере младшем. Но теперь… Он явно раскусил её игру и сейчас активно пытается её порушить. — И что же Королева будет делать? — спросил он. — Заставит крестьян Простора работать ради горожан Королевской Гавани? — едко. — Хах, смешно… Жизнь последних будет бессмысленна для всех, ибо они ничего не делают и никому не служат. — Но служить они будут, ежели мы дадим им продовольствие… — Таков ваш план, — пожал плечами Мастер над Законами. — И я не могу препятствовать вашему плану. Однако смею заметить, Ваше Величество – заигрывание с этим ленивым сбродом до добра не доведёт, — Тайвин обратил внимание на доску, а после передвинул одну из фигур. — Вы полагаете использовать Его Воробейшество, так? Глупая затея, честно скажу, — вздохнул он. — Он не из тех, кто позволит вам творить что вздумается, но скорее сам сие будет творить. — Значит мы не договоримся, — мрачно произнесла Маргери. — Не вижу для этого общего, — покачал головой Тайвин, явно намекая на то, что спор с ним пустая трата времени. — Возможно, вы считаете их приемлемыми лишь оттого, что они могут компенсировать вам вашу власть. Мы, Ланнистеры, очень влиятельны при дворе. А вы решили стать популярными у нищих… Вот только вы оттого станете лишь Королевой нищих оборванцев, но не Королевой Семи Королевств… Королевство же это нечто большее, чем всякие нищуки из столицы. Вдобавок – подумайте сами, будут ли эти оборванцы считать себя обязанным вам. Мыслить лишь вам. Однако учтите, что ежели ваши новые друзья поставят под угрозу стабильность в столице – мы ответим так, как надобно, — сурово произнёс Тайвин-младший. На том разговор и завершился. Впрочем, Тайвин Ланнистер младший явно недооценил угрозу. Потому как Серсея Ланнистер, Королева Семи Королевств, если быть точнее – Королева-Регент, решила перетащить спешно собираемую поддержку средь простых людей Маргери на свою сторону. И сделала она так, что все Лорды, которые хоть что-то смыслили, особенно Западные, да и сам Тайвин-младший – знатно удивились. И это была ещё более-менее мягкая вариация того, что выразили сии люди. Потому как Серсея Ланнистер назначила Его Воробейшество новым Верховным Септоном. Она считала, что может поставить Веру под свой контроль и столь быстро возвышенный ею Верховный Септон сможет стать тем, кто будет диктовать её волю. Ещё она полагала, что вытащила весьма умело сию фигуру из рук Маргери Тирелл. Однако, последующие недели показали, что Его Воробейшество умело пользовался противоречиями, что возникли меж двух Королев. Первое, что он сделал – это восстановил Духовные Ордена. Честные Бедняки и Сыны Воина появились в Королевской Гавани и начали теснить в этом Золотые Плащи. В исполнении правосудия. Первая стычка не заставила себя ждать. Городская стража с боем отбивала конюха весьма дурных нравов, в плане отношений. Мужчина любил захаживать ко второму такому же – грузчику в порту. Занимались они развратными делами друг с другом. Однако же… Мало чем они мешали конкретно гражданам Королевской Гавани. Связи осуждались, но за них не судили. Сыны Воина вломились в портовую квартиру во время… процесса. И отряду Золотых Плащей пришлось буквально отбивать двух граждан от одетых в довольно странную экипировку. Тайвин же имел весьма неприятный разговор с Серсеей, Маргери и Воробейшеством после. — То, что вы творите – неприемлемо! — возмутился Его Воробейшество на одном из Малых Советов. — Сие есть связь противоестественная. Быть может у вас, на Западе… — У нас на Западе – сие максимум порицается, но за это не убивают, — резко произнёс Тайвин Ланнистер. — И в законах Семи Королевств ничего не сказано о том, что за сие следует убивать! С чего бы вдруг вы накинулись на этих людей? Они воровали? Убивали? — Они любили не то, как учила Святая Вера, — ответил Воробейшество. — Ведь власть Королевская дана Богами, и именно Боги определяют как надлежит жить. — Власть дана Богами Монарху, но Монарх правит людьми, а не Боги. Сие есть во всех законных уложениях. Ведь по словам Короля всё определяется, — Тайвин встал. — Я не позволю превратить Королевскую Гавань в огромную Септу. — Тайвин, — позвала его Серсея. — Сядь. Совет всё ещё идёт. Тайвин тяжело дышал, оглядывая советников. Никто из них пока что не мог возразить Королевам. Да и Его Воробейшество… понятно. Именно вокруг него надобно формировать положенную фракцию противодействия этому уроду. Был бы тут отец – его авторитета уже хватило бы на то, чтобы народ сам повесил Воробейшество на собственных кишках. А сейчас… Он весьма умело пользовался своим влиянием и тем, что отца тут нет. Как же всё неудачно совпало. — Моё слово остаётся прежним! — провозгласил Тайвин-младший. — Сыны Воина и Честные Бедняки должны быть распущены немедля! Септа не имеет права на то, чтобы создавать свои отряды со времён последнего выступления Веры против Государства. — В то же время, мы не выступаем против Государства и Государя, — мягко ответил ему Воробейшество. — Наша задача состоит в том, чтобы привнести людей на сторону Его Величества Томмена. Людей праведных и чистых. — В таком случае – вам следует раздать бочки с водой и щёлоком? — донёсся голос Оленны Тирелл. — Вместо миллионов бушелей пшеницы и хлеба, коих мы раздали вам. Будете мыть своих людей, дабы они были не только праведными, но и чистыми. — Вы зря пытаетесь так говорить, леди Оленна… — Так я пытаюсь? — с удивлением спросила Тирелл, изогнув бровь. — Люди грязные оттого, что им не построили того, чего они достойны, но если бы Король больше бы уделял вниманье Вере, больше бы финансировал, мы бы… — Всех поселили бы в Небесных Замках, каждому по Лордству и знатной даме в виде супруги, — донеслось от Рендилла Тарли. — Ведь так? — Вера, Лорд Тарли, это нечто большее, чем замки, титулы и леди. Она очищает, возносит, — Воробейшество воздел глаза к потолку. — Но явно мешает вам купить достойную одежду, — вставила ремарку Оленна Тирелл. — Может вам вместо пшеницы теперь одежда нужна. — Хватит, — прервала спор Серсея. — Его Воробейшество получил полную поддержку со стороны Его Величества Томмена. Посему вам придётся подчиняться ему, как будто бы были слова Короля… И ситуация лишь накалялась. Спустя ещё несколько дней от разговора и скандалов произошли погромы в борделях, а после у ростовщиков. Нищенствующие чуть не прорвались в филиал Золотой Биржи. А после послышались призывы громить в целом всех богачей. Король же, науськиваемый Серсеей и Маргери, которые считали, что могут контролировать Его Воробейшество – всё более дозволял Вере и всё больше закрывал глаза. В принципе Томмен был не обученным парнем, который сам не понял, как им начали играть. Все беседы с ним были бесполезны. В итоге Лорды и более-менее зажиточные граждане начали покидать город. Их сопровождали Золотые Плащи и армии Ланнистеров, да Тиреллов. Потому как их банально не могли полноценно мобилизовать для противодействия Его Воробейшеству. Понял, что всё пропало сир Джейме Ланнистер одним из первых. Он же и предпринял единственную попытку изменить ситуацию. Однако потерпел неудачу. Его арестовали прямо посреди Красного Замка… Притом последнее Маргери Тирелл восприняла, как свою победу, но… Следом возникли вопросы уже к ней. Оказывается, её брат, Лорас Тирелл – был весьма близок с некоторыми мужчинами. И Маргери солгала, якобы, о том, что это не так. Про это вновь узнали, тут поработали люди Серсеи и ограничили Маргери и Лораса. Следом под такое же ограничение попала и Серсея… Обе Королевы слишком поздно осознали то, что натворили. Столица планомерно превращалась в радикальный оплот религии. Многие Лорды Простора и Запада – не сумев вовремя купировать проблему – бежали из столицы, а после начали думу думать – что же делать. В итоге армию начали собирать неподалёку от города под эгидой Тайвина Ланнистера младшего и Рендилла Тарли. Его Воробейшество же призвал от лица Короля же начал собирать свою армию. Если запустить ситуацию ещё хотя бы на месяц, то всё придёт к столкновению. *** Что действительно смог сделать весьма опасное Воробейшество, так это захватить Эшару Ланнистер, супругу Сириона Ланнистера. Тайвин эвакуировал мать, едва всё начало клониться к бунту, однако – Честные Бедняки смогли не только найти это, но и перебить её охрану. Не спас её даже Оберин Мартелл, который тоже оказался вне закона и даже устроил настоящий бунт. Мартелл правда победить не смог, однако он почти прорвался отряду с Эшарой. В итоге – Мартелл был ранен и со своими дочками покинул Королевскую Гавань. Ситуация после захвата Эшары складывалась весьма странная. Помимо неё смогли захватить ещё ряд знатных дам и нескольких рыцарей. Однако… Эшаре Ланнистер, в девичестве Дейн, было действительно нечего предъявить по законам Веры. Она была верна своему мужу, добра с простым народом, о чём были многочисленные свидетельства и не грешила в понимании Веры вовсе. Посему Воробейшество отвёл её в Септу Бейлора. Огромный зал Септы Бейлора освящался лампадками. Только она и Его Воробейшество находились посреди зала Септы… её, к слову, лишь чудом не изнасиловали бедняки. Слишком уж она была красива. Только появления Оберина, а следом Ассасинов – спасли её от роковых событий. — Леди Эшара, — противный старик всё так же ходил в рубище. Актёр, не более. — Мне прискорбно оттого, что вы решили покинуть столицу тем образом. — А мне стало всё понятно сразу, — надменно произнесла Эшара. — Я лишь жалею о том, что не покинула её ранее. И теперь, видимо меня ждёт участь Серсеи, или Маргери… Однако же странно. Вы не боитесь гнева Тиреллов? Гнева Ланнистеров? Гнева моего супруга? — она посмотрела в глаза Воробейшества. — Сир Сирион Ланнистер, несомненно, считается образчиком Воина, — грустным тоном сообщил Его Воробейшество, подойдя к изображениям Семерых. — И мне будет прискорбно и то, что он не приемлет Семерых. Однако, возможно Король сможет убедить его… — Ха-ха… смешная шутка, — заливиста рассмеялась Эшара. — Вы думаете, почему Король является Королём? Семеро даровали ему власть, как говорите вы в своих проповедях? Нет. Он правит, пока Ланнистеры говорят то, что он должен править. Нам… не хватило смелости, возможно решительности. Однако же, поймите вот что… Мой супруг прибудет сюда. И он будет в подлинной ярости от того, что вы сделали с сим городом. А когда Сирион Ланнистер в ярости – мало кто живёт хорошо. — Так, или иначе, но я рассчитываю на то, что сир Сирион… Лорд Сирион проявит благоразумие во имя Семерых и поговорит со всеми нами, услышит чаяния народа и примет правильную позицию… Во Имя Семерых. — Чтобы у всех всё было, но никому за это ничего не было, — радостно хмыкнула Эшара. — Не смотрите на меня так. Я не Серсея и не Маргери. Я не буду кричать, прикрываясь титулом. Но вижу лишь глупца перед собой, возомнившего себя дланью Богов. Довольно грязной Дланью Богова. — Знаете, — он повернулся к ней. — Когда-то я был лишь сапожником. Весьма преуспевающим, который мог позволить себе устраивать праздненства для себя и своих друзей. Но утром как-то после оргии неприемлемой я посмотрел на своих друзей… на женщин… на всё, что мы устроили и задал вопрос себе: в чём смысл всего этого? — Нашли бы себе супругу и поняли. — Но я решил искать истину в другом. — В вине? — В Священной Книге… — Плохой выбор, — прокомментировала Эшара. — Отнюдь, — он подошёл чуть ближе и она поморщилась. — Пока бедняки голодают, вы, благородные, просто делаете, что жируете, что устраиваете войны. Бессмысленные и беспощадные. Вы отринули Богов. И даже сделали так, что наместник Богов при жизни – отринул их. Но мы исправим сие. Вашему супругу придётся принять соглашение с нами, ведь вы сейчас у нас. Он распустит гильдию Ассасинов. И передаст карающие гром-орудия тому, кто действительно их достоин. — Вряд-ли вы тут подрузомеваете моего сына, хотя он, без сомнений, достоин. — Ваш сын, Тайвин, ответит за всё, что наделал. За все те смерти, что причинил он и его люди за всё время. И за то, что сейчас собирает войска за городом. Но говорить я буду с вашим супругом, скорее всего он вскоре прибудет. И вы будете помогать мне в этом. — Сириону, — она отвела взгляд, будто что-то вспоминая. — Нет дела до ваших слов. Он просто придёт и сделает то, что посчитает нужным. В этом он очень похож на своего дядю – Король без Короны. Вот кто он. И вам придётся подчиниться. Либо же… Вас ждёт ужасная участь. Это всё, что я могу вам сказать. *** Двигались мы достаточно быстро. Единственная, кто нас замедляла – Санса Старк. Девушку лихорадило в пути. Оставлять я её даже не думал… Слишком уж Старкам, порой, везёт. Ещё оставлю её где-нибудь, а она сбежит и после появится в совсем неожиданном месте. Нет, пусть кашляет, пусть хрипит от болей в лёгких, выхаркивает их… мне всё равно. Доберётся до Королевской Гавани и там ей помогут. Путь до предместий Королевской Гавани занял почти неделю. Пусть мы и старались с Сандором и моим отрядом ехать как можно быстрее, были ещё и объективные возможностей коней. Остановились мы у гостиницы Молот Короля, что была неподалёку от деревни Белый Шиповник. Заметив знамёна золотого льва на алом поле – деревенские тут же стали куда более почтительными. Внутри гостиницы было битком всякого народа. Я тут же взором выцепил несколько ассасинов, которые не спешили публично проявлять ко мне уважение. Оно и правильно, вполне официально – я имею весьма опосредованное отношение к ним. Внутри находилось человек десять, одетых в простенькие доспехи, но при мечах. На их доспехах реяли знамёна Сынов Воина – представленных в виде меча, что был выкрашен во все цвета радуги на чёрном поле. Завидев меня, один из них даже поперхнулся тем, что пил. — Тавернщик, — я обратился к лысому, пухловатому мужчине. — Мне надо помыть и почистить лошадей, покормить их. Ещё я требую лекаря, ежели тут есть какой. Один из моих путников заболел. — Сейчас, милорд Ланнистер! — засеменил мужчина. — Я всё сделаю. — Эти знаки на ваших знамёнах, — я обратился к отряду. — Я встречал их изображения ранее. Что же в владениях Короля забыли Сыны Воина? Разве Святое Воинство не было расформировано Мейгором Жестоким? Запрет ещё действует. Как Мастер над Законом, всё ещё, я хотел бы получить объяснений. — Мастер над Законом? — спросил один из мужчин, вставших из-за стола. — Для мелкого Тайвина Ланнистера ты слишком стар. А значит ты… Сирион Ланнистер. — Раз вы знаете, кем я являюсь, значит понимаете, что ответ мне нужен прямо сейчас, — я положил руку на рукоять валирийского клинка. Сзади послышался ляг доспехов, Клиган тоже положил руку на меч. — Что-то странное творится здесь. Орден, что был давно запрещён и не разрешён, вдруг появляется неподалёку от столицы. Определённо, мои стражники слишком уж расслабились, допуская такое. — Нас восстановил в положении новый Десница Короля, от его имени. — Новый Десница Короля? — спросил Сандор Клиган. — Ты назначал Десницу, Сирион? — Нет, я не помню, чтобы назначал нового Десницу. Я даже не успел вернуться в этой роли в столицу. И вас бы я никогда не стал бы восстанавливать в положении. — Новый Десница – Его Воробейшество! — громко провозгласил один из отряда. — Покайся во грехе, Ланнистер! Таверна стала напоминать кладбище. Редкие шепотки, что звучали с моего захода сюда – исчезли, казалось, в мире вообще пропал какой-либо звук. — Покаяться? — я пошёл в их сторону. — Кто этот человек, который требует от меня… покаяния!? — мужчина, что требовал покаяния от меня – был вставши перед своим выкриком и это определило его судьбу. В следующую секунду я выхватил меч из ножен и рубанул его по горлу. Не тратя времени, я нанёс ещё один удар, задев сразу нескольких мужчин. Оставшиеся Сыны Воина достали было мечи. — Всех убить, одного оставить. После моего приказа – ринувшиеся рыцари и Клиган буквально перебили всех, кроме одного. Послышалось несколько криков, как от участников, которых рубили мои стражники, так и от постояльцев. Тавернщик был похож на привидение. Оставшегося в живых поставили мне на колени. — Говори, — потребовал я. — Или я выпущу тебе кишки и заставлю на них смотреть. — Пожалуйста, милорд… пожалуйста, не надо. — Так говори, мешок требухи! — прорычал Клиган. — Его Воробейшество… Это всё он. — И кто это? — Он… взял власть, его Её Величество Серсея назначила Десницей Короля. Он… постановил то, что всё погрязло во грехе. И… Он повелел благородным пройти путь покаяния! — То есть, как я понял, представителя какого-то сброда назначили на должность Десницы каким-то образом и этот ублюдок решил, что он вправе что-то требовать в моём Королевстве!? — резко спросил я, наградив пленённого пощёчиной. А так как я был в латной перчатке – мужчина тут же был вырублен на корню. — Что нам с ним делать? — спросил у меня Клиган. — Повесить, — отмахнулся я. — Посмотри на знак, — я кивнул на его обножившиеся предплечье. — Это знак Тамблтона. Этот кретин – вор, каким-то чудом избежавший отправку на Стену. То есть его просто клеймили, даже руку не отрубили, что он посмел поднять её на меня. Таверну прибрать. Прошу прощения за то, что мы доставили вам неудобства, — обратился к тавернщику. — Н… н… ни чего, м… милорд, — заплетающимся языком произнёс он. — Тем не менее, — я смахнул кровь с меча. — Вот, держите, вам хватит в качестве компенсации. В былые времена – за каждого из Сынов Воина давали по золотому дракону. Здесь два десятка… По золотому дракону за каждого и извинения от Дома Ланнистер. — Х… благодарю, милорд, вы столь великодушны, — он поклонился, приняв кошель. — Хорошо. Я жду ваших объяснений, — обратился к четвёрке Ассасинов. — И мне хочется услышать всё максимально подробно. И то, что я услышал – мне не понравилось. Городские, точнее сказать – столичные Ассасины не справились от слова совсем. Они недооценили Его Воробейшество. Тот взял власть слишком сильно… Единственные, кто пытались что-то сделать: Тайвин, мой сын, да Оберин Мартелл. Последний прорывался спасти Эшару, которую… Схватили эти религиозные уроды! Услышав последнюю новость, я взбесился по-настоящему, ударом оставив вмятину на столе. Как они вообще посмели тронуть мою жену!? Убью… самым мучительным способом в этом мире! Отдыхали мы всего ничего. Стоило рассвету вступить в свои права, как мы отправились в Королевскую Гавань, теперь уже не щадя лошадей. Неподалёку от города нас встретили уже разъезды армии Рендилла Тарли и моего сына – Тайвина Ланнистера. Как выяснилось – их банально прогнали бедняки и горожане… Понадеялись, бедолаги, на изменения, вот только… Не были готовы граждане к тем изменениям, что встретили их. Врата в рай не разверзлись, да и святым духом питаться… нельзя. Как же там та штука биологическая называлась? Фотосинтез? Так вот и его они тоже не освоили. В итоге – я не стал особо медлить. — То, что вы сейчас видите – недостаток решимости, — выговаривал я благородным. — Мы были изгнаны из собственной столице, оставив ребёнка-Короля, двух Королев – вон там, — указал я на город. — Это не порядок. — Так что нам делать, отец? — спросил Тайвин-младший. — Штурмовать город? — Никто, ничего штурмовать не будет! — резко произнёс я. — Десница Короля вернулся в столицу, — сообщил я. — И мы вправе войти туда. Хотя я лукавил. Перед каждыми вратами показались наши воины. Мои легионы входили через врата Богов и Львиные врата. Врата, что нам открыли, едва завидев знамёна. Судя по вскрикам – на стене города случился локальный бунт. На деле же Ассасины – пытались загладить свою вину. Я уже некоторых разжаловал до того, что они отправятся обратно и… скорее всего больше никогда не будут оперативными агентами. А ведь последнее считалось самым хорошим в их службе. Всё же Ассасины – довольно децентрализованная гильдия. И чем дальше от центра, тем свободнее. Но тут я был непреклонен. Город встретил меня унынием и надеждой. Оба чувства витали в воздухе Королевской Гавани. Люди расступались, казалось освобождая мне путь к чему-то, вернее кому-то. На площади Сапожников мне предстал вид, который меня ужаснул. Моя кузина Серсея Ланнистер, остриженная, голая, в чём мать родила, была грязной вся в слезах. А рядом стояли они… те, кого по одеяниям можно было бы назвать «септонами и септами». Находились тут и Сыны Воина, в куда большем количестве. Видимо – организаторов всего этого не успели предупредить, что я вошёл в город. Я прикусил губу от ярости… — РАЗОЙТИСЬ! — громко произнёс я, толпа окончательно отступила, дав мне пройти к Серсее. — В сторону, Сирион…, — только и успела произнести женщина в одеяниях септы. Я обнажил меч и, проводя серию вращательных движений, подошёл к ней, а после прямым ударом врезал ей гардой. Она тут же упала на землю, были заметны выбитые зубы. — Если кто из вас скажет хоть слово, или сделает шаг – тотчас лишиться жизни! — опять же громко произнёс я. — А теперь, — я вложил меч обратно в ножны, сняв с себя алый, дорожный плащ и подошёл к рыдающей Серсеи. Игнорируя запах, что идёт от неё, а бросали в неё не только грязью, я укрыл её наготу. — Королева – представляет народ. И вы так обращаетесь со своей Королевой? Кто сказал вам, что это правильно!? Отведите меня к нему! Я объясню ему как живёт этот мир.