Потерянный

      — Ваше место в кабинете за рабочим столом, подальше от оперативной работы, мистер Кёрк, если вы не способны выстоять при виде мертвого тела этого магического существа.       — Но это…       — Оборотень. Я в курсе. Странно было бы перепутать оборотня с единорогом, верно, мистер Кёрк? — Снейп резко рассек палочкой воздух, и труп мохнатого серого зверя превратился в человека. Юные мракоборцы синхронно охнули.       Выждав нужную паузу, Снейп заложил руки за спину и кивнул головой, указывая на банку с раствором и головой волка внутри. По крайней мере, это существо походило на волка, но гораздо больших размеров. В отдел Тайн попадают и не такие экземпляры. Голову волчицы срезали начисто, и теперь она болтается в центре банки, оскалив зубы.       Снейп не намеревался устраивать экскурсию по подземельям Министерства, однако же будущая надежда магической Англии об этом забыла. Достойные назваться разве что школьниками на костюмированной вечеринке в костюме мракоборцев обступили банку как ёлку на утреннике. Ёлка обычно не откусывает головы любопытным носам, однако в этот раз всё могло быть по-другому. Морда врезалась в защитное стекло и грозно зарычала, сощурив янтарные глаза. Звук разошелся над головами волшебников, будто зверь не был заперт в банке, а прямо сейчас прятался в тени и ждал момента, чтобы напасть.       Мракоборцы отпрыгнули назад с воплями. Никому не пришло в голову, что не за чем держать отрезанную часть тела в банке с жидкостью, если только она не живая.       Снейп угрожающе приподнял подбородок и сощурил убийственный взгляд. Только он открыл рот, как его прервал стук палочки по дверному проему.       — Мистер Снейп. Прервите свои занятия ненадолго. — У двери стоял невысокий мужчина в черной мантии. Не узнать в нем еще одного Невыразимца было достаточно сложно.       — Если бы эта голова лежала на земле, а не была заперта в герметичном отсеке, ваши головы полетели одна за другой. Мы с вами больше не увидимся, поскольку мракоборцы, которые лезут носами к потенциально опасному магическому существу, пусть даже от него осталась одна голова, долго не живут. Мы закончили.       Финн дождался, пока молодые ученики покинут кабинет, прежде чем обратиться к Северусу.       — Тебе было поручено их учить, а не издеваться.       — Мне было поручено сделать так, чтобы их не унесли вперед ногами. В противном случае, не понимаю, чего Вы ждали от меня. Отдел Тайн это не «превосходно» по ЗОТИ. Одного из них едва не стошнило при виде трупа оборотня, а он ведь даже не шевелился, в отличие от этой головы, и все равно этим скудоумным идиотам взбрело в голову, что мертвого оборотня надо бояться, а головы в банке — нет. — Снейп круто развернулся на каблуках и сверкнул глазами. — Ты поручил мне обучить их. Я обучаю. Что ты хотел?       — Чтобы ты пошел со мной, — с ухмылкой сказал Финн.       — Мне надо работать, — холодно произнес Снейп, заклинанием левитации оттаскивая банку со взбесившейся головой волка подальше в тень.       — Это и будет твоя работа.       Невыразимец выгнул бровь. Финн, не дожидаясь его, минул дверь и дальше были слышны его твердые шаги. Снейп запер дверь с громким хлопком и последовал за волшебником. Обычно он не задавал вопросов, но и Финн в обычной ситуации не отмалчивался.       Волшебники прошли несколько коридоров, в такой час навстречу не вышло ни единого человека. Незнакомому с работой в отделе Тайн могло показаться, что здесь вообще нет живых людей, но если бы они столкнулись с Невыразимцами, то продолжили бы так думать.       Снейп постарался припомнить, что находится за тем отсеком, около которого остановился Финн, но на ум ничего не приходило. На нижнем уровне Министерства почти все двери напоминали вход в бункер: железные, тяжелые и их трудно взломать даже заклинаниями. На случай, если твари, с которыми работают Невыразимцы, взбунтуются и захотят сбежать. Меры безопасности предписывают закрывать двери, если сотрудник работает непосредственно с чем-то опасным (а в отделе Тайн опасно всё), но иной раз они пренебрегают безопасностью (не столько своей, сколько всех мракоборцев в отделе и Министерстве. Совершенно ясно, что если тварь сбежала, то первый труп тот, кто ее исследовал).       Снейп остановился в проходе и уставился туда, куда указывал Финн одними глазами.       В потоке света над полом висел Сириус Блэк.       Снейп подумал, что зрение его подводит и этот человек просто очень сильно напоминает Блэка. Но сомнения развеялись, стоило Финну пройти внутрь и зачитать файл.       — Сириус Блэк. Упал в Арку Смерти.       Можно с уверенностью сказать, что там написано больше двух коротких предложений, но Финн решительно закрыл папку и продолжил вещать уже по памяти.       — Скажи спасибо Винсу, он и Шифун колдовали над этой Аркой неполных семьдесят два часа, и угадай, кого оттуда вытащили.       Снейп медленно подошел к потоку света. Единственному источнику света в этой комнате. Изнутри комната напоминала темное пространство без стен, окон и других дверей, кроме одной, а бледные солнечные лучи освещали несуществующие пылинки и тело в центре. Мёртвое тело.       — Он жив.       — Душа на месте? — спросил Северус, обходя Блэка по кругу.       — Ты должен это узнать.       Снейп резко повернулся к Финну.       — Из Арки Смерти не возвращаются живым. Из нее вообще не возвращаются, с какой стати Вы взяли, что стоит тратить на это время?       — Пульс есть, сердце бьется, дыхание размеренное, спокойное. Сириус Блэк жив, просто… — мужчина замялся и нелепо взмахнул рукой, как будто ответ мог появится от взмаха волшебной палочки.       — Ставить диагнозы — не самая сильная сторона мракоборцев этого отдела.       — А ты думаешь, почему ты здесь?       Финн вздохнул и швырнул планшет на стол. На секунду Снейпу показалось, что веки Блэка дрогнули.       — Всю информацию узнаешь от Винса и Шифун. — С этими словами Финн так быстро как мог покинул помещение, оставив дверь открытой.       — Нильс.       Мужчина остановился и повернул голову.       — Я не занимаюсь исследованием Арки Смерти. И всего, что из нее выпадает.       — У Вас с ним была связь. Положим, даже если она строилась на ненависти. Босс думает, это поможет делу.       Снейп продолжал смотреть в упор на Блэка, задрав голову. Сначала он пытался поймать выражение лица смертника, потом цепко рассмотрел детали одежды и открытой кожи. А затем задумался, уставившись на волнистые локоны волос. По всем законам Сириус Блэк должен быть мертв. Или…потерян.       Насмотревшись, Северус взмахнул палочкой. Блэк начал медленно спускаться к полу, движимый магией. Сам он никак не обозначил, что он…живой. Снейп медленно выдохнул, стоило Блэку остановиться на уровне живота. Его слегка трясло — Снейпа — но он решил не зацикливать на этом внимания.       Сириус упал в Арку Смерти не так давно, когда мальчишка Поттер с компанией неугомонных друзей ринулся в Министерство из-за ложных видений. После этого Аркой Смерти уже занимались Невыразимцы.       Сейчас Блэк выглядел…точно так же, как когда был затянут Аркой. Ничуть не изменился, кроме того, что кожа стала совсем прозрачной. Исчезли ранние морщины и темные круги под глазами. Снейп сказал бы, что Блэк выглядит на свои двадцать, если бы не знал, что так выглядят люди без души.       Рой мыслей в голове нестерпимо напрягал, что для Снейпа казалось непривычным, поскольку он чутко следил за собственным разумом, иначе не был бы лучшим легиллементом. Очистить сознание, отодвинуть воспоминания, выстроить защиту. Его голова - это бункер, но рядом с Блэком, как всегда, все трещало по швам, и это напрягало даже больше, чем редкая неспособность контролировать волнение.       Мужчина попытался сосредоточиться на другом. Видимо, Винс уже осматривал Блэка, в планшете из информации не было ничего такого, что привлекло бы внимание. Лишь оттенок кожи, общий вид и общий признак «выглядит так, словно спит».       Для проверки Северус склонился над лицом Блэка и прислушался.       Едва заметное дыхание. Не теплое, как у…как у живых, да. Странное, оно не согревает.       Грудь подымается и опускается, на шее и запястье пульсирует артерия. В груди отбивает медленные удары сердце. Слишком медленно, но оно бьется.       Снейп отправил смертника обратно в центр светового столба и направился дальше по коридору, не забыв захлопнуть дверь и запечатать всеми возможными охранными и защитными заклинаниями.       Отдел Тайн был снабжен множеством ловушек и потайных дверей. Жаль они не помогли против компании школьников, всю систему придется создавать заново. Хотя, им повезло не забрести глубже. Зачастую, обо всех потаенных комнатах и дверях знали не все Невыразимцы, лишь самые опытные. Да и тем нельзя было верить. Проработавший слишком долго в отделе Тайн мракоборец неизменно терял рассудок…или это можно назвать странностями. В любом случае, тому, что они могут рассказывать о закрытых и тайных комнатах в отделе Тайн, не каждый Невыразимец верит.       Снейп прошел через нужные двери, не обращая внимания на комнату со множеством банок, из которых на него смотрели пары (а то и по три) глаз. Он миновал их и нашел ручку от следующей двери. Та привела прямиком в просторный красный кабинет. Снейп остановился, а человек, который лежал во весь свой немаленький рост на диване, вскинулся, круглыми глазами глядя на откуда не возьмись появившегося гостя. Дверь за спиной волшебника исчезла, будто бы и не было.       — Снейп, — проворчал Винс. — Там вообще-то дверь есть. Нормальная.       — Так короче, — отрезал Снейп и завернулся в черную мантию. — Как это случилось?       — Случилось что?       — Как случилось то, что вы сумели достать человека из-за завесы? — прорычал Снейп.       Винс соскочил с дивана и в два шага оказался около своего стола, заваленного бумагами и ненужным хламом. Снейп с отвращением взглянул на этот беспорядок. Он бы не удивился, если бы под этим мусором спала хвосторога.       — О чем тебе рассказать? Об Арке Смерти или о Потерянном, которого мы с Мастером* оттуда вытащили?       

*Если сократить имя Шифун, получится Шифу. С китайского «шифу» значит «мастер».

      — Все вместе.       — Лучше пойдем и обсудим это с Мастером. Я так и не понял тонкости, которые она мне пыталась втолковать.       — Я уже здесь.       Молодая черноволосая женщина в фиолетовой мантии и темном костюме вошла в помещение с папками в руках.       — Как раз хотела с тобой поговорить, Снейп.       — Я слушаю.       — Может, чай? — бодро предложил Винс, разводя руками. Шифун и Снейп взглянули на него идентичным взглядом, на что мужчина неловко улыбнулся. — Простите. Привычка.       Шифун медленно оторвала глаза от напарника и посмотрел в свои записи.       — Три дня назад поступил приказ сверху: исследовать Арку Смерти.       — От Фаджа? — спросил Снейп, сощуриваясь.       — Нет. Не от него, Фадж не в курсе, пока, — сказал Винс, облокачиваясь бедром на угол стола. — В Министерстве сейчас неразбериха, никто не станет разбираться с Блэком, в лучшем случае. В худшем, они бы приказали его утилизировать. Ты забыла сказать, что сама уговорила начальство провести исследование.       — Да. — Шифун повернулась к Снейпу. — В Арке Смерти уже много лет никто не исчезал. Я подумала, это хорошая возможность, чтобы понять, куда исчезают волшебники, попавшие за завесу.       Винс скучающе вздохнул и поднес чашку с недопитым кофе к губам. Девушка раздраженно взглянула на напарника.       — Да, Винс, я понимаю, что ты бесишься. И я не просила тебя мне помогать.       — Мы напарники. Я выполняю задания с тобой по определению, — без капли смеха в глазах, но с улыбкой ответил мужчина. Шифун издала полный отвращения звук.       — В общем так, я изучала Арку Смерти и у меня остались кое-какие данные. Мне кажется, волшебника, который попал за завесу, можно притянуть обратно, если прошло не так много времени. И как видишь, — с этими словами темные глаза в упор уставились на Винса, — я была права.       — Что вы сделали?       — Ничего такого, что не делали уже тысячу раз. — Шифун пожала плечами. — По крайней мере я. Одна я бы не справилась, но Винс помог мне сохранять контроль над магическими потоками. Я создала что-то наподобие веревки и пустила в Арку. Заклинание должно было отыскать еще живую душу и попавшую за завесу недавно.       Шифун прошлась по кабинету, увлекаясь собственными мыслями.       — Волшебник, который пропал за завесой три дня назад, и волшебник, который пробыл там достаточно долго, ощущаются по-разному. Под этим я имею ввиду, что — если так будет проще — второй тип уже мертв. Арка Смерти высасывает из человека душу, а потом и жизнь. Волшебники, попавшие в нее, не осознают, что они в Арке Смерти, они перестают осознавать реальность практически сразу же, поэтому не могут оттуда выбраться.       Невыразимцы, которые исследовали Арку Смерти, создали лестницу из тех же потоков магии, которыми я создала веревку. Чтобы волшебник, которые пропал за завесой, мог схватиться за лестницу и выйти наружу.       Шифун сделала паузу, чтобы мужчины почувствовали леденящий душу ужас от этих слов. Снейп привык к таким маневрам, к тому же он не раз слышал и о более кошмарных смертях, а вот Винс отставил стакан и дернул головой.       — Этого не случилось, — ровно закончила мысль волшебница. — Еще раньше в Арку Смерти посылали добровольцев, которым было нечего терять. На самом деле, одного такого хватило, чтобы понять, что души исчезают за завесой таинственным и непонятным образом.       — Я об этом слышал, — сказал Снейп. — Добровольца привязали веревкой и тот шагнул за завесу. Веревка оборвалась, а мракоборец навеки исчез в Арке Смерти.       — Да. Не очень умный ход, но это было давно.       — Что насчет Сириуса Блэка?       — Не торопи меня. Я подумала, что послать за завесу веревку или магический поток недостаточно. Поэтому я применила легилеменцию, а заклинание было моей «веревкой».       Винс фыркнул и его лицо исказилось. Напарник с самого начала не был доволен идеей.       — Все закончилось хорошо, Винс.       — Да, если бы я не поддерживал тебя в реальности.       — Поэтому ты и был мне нужен, — спокойно отозвалась Мастер и вновь повернулась к Северусу. — Заклинание и Винс были моим связующим концом. Я пробралась в Арку Смерти ментально.       Изумление все же отразилось на лице Снейпа. Никто и никогда такого еще не делал, даже не додумался. Шифун была довольна реакцией.       — Потерянный отличался от заблудших душ, которые блуждали в Арке. Я нашла его не сразу, он ушел от реальности достаточно далеко, но не полностью, поэтому я…я не знаю, что это было, но я потянула его на себя. А потом открыла глаза, и я уже лежу на полу.       — Это было не смешно, Шифу, — тяжелым басом произнес Винс, наблюдая как Шифун с восторгом улыбается от собственной проделанной работы. Он не сводил глаз с девушки из-под нахмуренных бровей. — Я думал, твоя душа пропала за завесой. Ты не двигалась и не реагировала, смотрела в пустоту глазами без зрачков, а потом перестала дышать!       — Все закончилось хорошо, Винс! — рыкнула девушка, явно расстроенная тем, что напарник не оценил ее действий по достоинству.       Снейп закатил глаза и почесал переносицу, краем уха слушая перепалку мракоборцев.       — Замолчите.       Не удивительно, что волшебники перестали спорить, стоило слову прозвучать из уст Снейпа. Шифун отвернулась всем телом от напарника, продолжая злобно пыхтеть, а Винс яростно отпил кофейные остатки на дне чашки.       — Как ты оказалась в сознании?       — Просто пришла в себя. Голос Винса вывел меня из Арки, — холодно отозвалась ведьма.       — Мастер вытянула из Арки Потерянного. Потом мы провели обследование и поместили его в отсек С.       Отсек смертников.       — Почему вы зовете Сириуса Блэка Потерянным?       — Миссия засекречена. — Северус наклонил голову и одарил Винса Взглядом. Это была очевидная информация, все миссии в отделе Тайн «засекречены». — Мы должны были как-то обозначить смертника.       Мракоборцы используют кодовые имена к своим…жертвам, чтобы к ним не привязываться. Но Снейп первый раз слышал, чтобы их применяли к мертвым. Обычно их называли «Пожиратель» или «смертник», или «жмурик» и все такое прочее.       — А еще, так легче. Мы знаем, что Блэк — это Блэк, Сириус Блэк, который предал семью Поттеров, сидел в Азкабане тринадцать лет, а потом скрывался от Министерства. Но сейчас он просто Потерянный. Так легче работать, Снейп.       Кому легче?       Возможно, Невыразимцам и будет легче не знать, кто скрывается под таинственным именем «Потерянный», но для Снейпа он остается Сириусом Блэком. Ему придется с ним работать и видеть его лицо до тех пор, пока он не констатирует смерть, вот и все. Невыразимцы отгораживаются от реальности, придумывая кодовые имена, по которым будет легче притвориться, будто они не имеют дел с заблудшими душами без тел или с телами без души.       Шифун сказала правильно. Так легче не сойти с ума.       — Дело поручили тебе, Снейп. Что скажешь? — спросил Винс. Шифун уставилась на Снейпа в упор, ожидая с замиранием сердца, что он скажет. То, что ей — или им двоим, удалось вытащить душу волшебника из Арки Смерти — практически живую — это беспрецедентный случай. Для Шифун это было важным открытием, она работала над загадкой Арки Смерти все свое пребывание в Отделе Тайн.       — Ничего. Он мертв.       Две пары глаз все еще смотрели на него, теперь уже не имея слов. Винс быстро взглянул на застывшую напарницу.       — Ты уверен? Он перестал дышать?       — Нет, но перестанет. То, что вы приняли за дыхание и стук сердца — это остаточная иллюзия магии Завесы. Она уйдет и заберет с собой тень и эхо жизни Бл… Потерянного.       — Ты должен попытаться вернуть его, — твердо сказала Шифун. — Никто никогда не возвращался из Арки. Снейп, я не прошу тебя сделать невозможного, но изучи Потерянного. Попробуй найти связь с реальным миром и вытащить его душу на поверхность.       — Мастер…       — Заткнись, Винс! Душа Потерянного внутри, она где-то внутри, где ее не достать. Арка Смерти вытянула ее не всю, но она потеряла связь с волшебником. Ей нужно помочь найти выход.       — Предлагаешь мне целыми днями и ночами звать душу, чтобы та вернулась оттуда, откуда не возвращаются?       — Да. Ты знаешь, почему я выбрала тебя, чтобы ты изучил Потерянного.       Глаза Снейпа потемнели, он сжал челюсти.       — У тебя есть с ним связь. Потерянный тебя знает, его душа откликнется на твой призыв.       — А что если нет? — прорычал Снейп. Шифун втянула воздух через нос. — Мы с Блэком никогда близки не были. Ни он, ни его душа не потянутся на мой голос, это абсурд. Души двух врагов никогда не поймут друг друга. Ты готова принять провал, Котори?       Шифун долго что-то обдумывала, глядя куда-то мимо Снейпа. А потом шумно выдохнула и тут же собралась. По ее лицу уже невозможно было что-либо прочитать, но Снейп уже видел эмоции, которые не положено показывать мракоборцам.       — Если ты сделаешь всё, что сможешь и даже больше, я лично похороню Потерянного. Сириуса Блэка.       * * *       Снейп вернулся в отсек С. Он сделал это с тяжелым сердцем, долго шел по развилкам коридоров самыми сложными путями, чтобы только оттянуть момент, когда придется столкнуться с неизбежностью.       Сириус Блэк висел в потоке света так же, как Невыразимец его оставил. Ничего в его облике не изменилось. Снейп неплотно закрыл двери и взмахом палочки велел телу спуститься на наколдованную кушетку. С каким-то мстительным удовлетворением мужчина наколдовал кушетку, похожую на ту, на которой вывозят трупы.       Черные волнистые волосы разметались вокруг головы, макушка с тихим стуком опустилась на твердую поверхность. Кожа осталась все такой же прозрачной, веки закрыты, губы сомкнуты, руки расслаблены. Кроме едва заметного дыхания ничто не выдает в мужчине живого человека.       Снейп прочертил линию кончиком волшебной палочки вдоль тела Блэка. Все пуговицы расстегнулись, а затем одежда поползла по телу и оголила кожу. Снейп не смог сдержать глумливой усмешки. Он еще со школы мечтал поставить Сириуса Блэка в унизительное положение, поэтому с тоской и задатками злорадства вспоминал об этом сейчас.       Когда одежда проплыла по воздуху и аккуратной стопкой сложилась на стуле у стены рядом с рабочим столом, Снейп обошел мужчину по кругу, цепко рассматривая каждый кусочек тела.       Что тут сказать… тело Блэка было и остается совершенным. Снейп признал это, скривившись, будто увидел нечто неприятное. Настроение испортилось окончательно.       После Азкабана Блэк выглядел уже не таким худым, за пару лет, просиженных в доме на площади Гриммо, он набрал вес, достаточно, чтобы ребра не проступали сквозь плоть и кожу. И все же, Блэк был красив. Чертовски красив.       Если бы не был так непроходимо глуп.       Снейп заставил себя сосредоточиться на том, чтобы искать подсказки. Кожа была чистой и прозрачной. На правом запястье — правой рукой он держал волшебную палочку — следы синяков. Синяки недавние, им не больше семи дней. Заклинание отрекошетило от запястья Блэка.       Некоторые синяки еще не достигли полной цветовой гаммы и только начали приобретать цвет из красного в фиолетовый. Например, на плече, тоже на правом, которым Блэк защищался от ударов.       Немного сбитые костяшки пальцев.       У Малфоя еще долго будет болеть лицо.       Снейп изобразил мысль туманной усмешкой. Люциус Малфой уже давно перестал ощущать что-то, кроме боли. Скорее всего он даже не почувствовал удар Блэка, Воландеморт регулярно поит Пожирателей смерти круциатусом, а Малфой в последнее время отличился и не раз.       Невыразимец наклонился ближе, почти касаясь носом кожи чуть ниже груди. Потом выпрямился и поднес волшебную палочку к телу. На кончике появилась лупа и позволила рассмотреть едва заметные тонкие линии старых шрамов. Если бы кожа Блэка была не такой неестественно белой, эти шрамы можно было бы рассмотреть, не прибегая к помощи лупы. Какие-то из них оставил Снейп еще в школьные годы.       Снейп прекратил свой осмотр, к концу напрочь лишившись удовольствия унижать почти мертвое тело своего давнего врага. Издеваться над покойником довольно скучно.       Затем, Невыразимец без какого-либо выражения быстро осмотрел спину. К тому моменту, как он удерживал Блэка, чтобы перевернуть его, двери открылись и в помещения стремительно вошла Шифун. Молодая девушка застыла, стоило ей увидеть эту сцену. Снейп мог бы закатить глаза, но не свалить Блэка со стола он посчитал приоритетной задачей. Шифун отвела в сторону круглые глаза, всеми силами стараясь смотреть только в потолок.       — Что ты делаешь? — спросила она, запнувшись на начале фразы.       — А на что похоже? — мстительно ответил Снейп вопросом на вопрос. Прикрывать Блэка он специально не стал.       — На надругательство над бессознательным телом.       — Ну, значит так и есть.       — Ну и шутки у тебя, Снейп.       Невыразимец уложил Блэка так, как он лежал в самом начале.       — Что ты хочешь?       Шифун хотела было взглянуть на Снейпа, но снова отвела глаза, покраснев. Легилементы. Они не боятся поддерживать прямой контакт глаза в глаза. На это Снейп и рассчитывал, потому что у Котори была дерзкая привычка все время атаковать ментально. Северус отбивался от атак с грацией и достоинством, но дерзкие попытки ведьмы его раздражали. Он просто не мог не поиздеваться над женщиной, которая постоянно испытывала его на прочность.       — Ты не хочешь его…       — Нет. Говори, что хотела, или уходи. Я тут работаю.       — Ты тут лапаешь тело Потерянного.       — Издержки профессии, — буркнул Снейп.       Шифун специально повернулась спиной, чтобы не пришлось постоянно косить глаза. После этого она глубоко вздохнула.       — Я просто хотела узнать, как дела.       Снейп ответил после паузы.       — Я только начал. Если будешь постоянно спрашивать, не получишь никак результатов.       — Да, но…у тебя есть какие-нибудь вопросы?       — Признаться, есть.       — Правда?       — Что ты чувствовала за завесой?       Снейп видел под лучами света, как волшебница опустила голову.       — Я проникла туда ментально… — Это все, что смогла выдавить Котори, после чего она свесила голову и почесала висок. — Это было ужасно. Там… Души пропавших людей. Они кричали на меня, давили на мой разум, пытались сделать такой же. Я создала магический поток, чтобы он вел меня. Он был как труба, проход, ведущий к двери. Если бы не это, те души вытянули бы и мою тоже.       — Какими они были?       — Что — души? — Немного подумав, Шифун тихо произнесла следующее слово, — бесчеловечными.       В них не осталась ни капли человечности. Они завывали и тянули, рвали на кусочки, кусали и царапали, причиняли боль. В Арке Смерти души волшебников таились вечно, а их тела… Шифун не видела ни одного тела, поскольку пробралась в Арку не телом, а разумом. Она только слышала голоса и видела размытые лица, много, все вытянутые, как кричащие маски. Они нападали на нее, проходили свозь ее разум. Опустошали и нападали снова.       — Это было больно, Снейп. Страх ушел, но они тянули меня, звали меня. Кто-то кричал о помощи, но потом и они словно обезумели. Я не просто так прошла через все это, мне нужны результаты.       Шифун круто развернулась и уставилась прямо в глаза Снейпа. Северус застыл, чуть согнувшись над Блэком.       — Помоги мне. Этот Потерянный… Я не хочу, чтобы все было зря.       Снейп долго смотрел в сильные глаза ведьмы. Он видел в них решимость и…что-то затаенное, темное. Эту женщину не интересовали живые люди, она искала странное, таинственное. То, что нельзя назвать жизнью или смертью. Блэк не интересовал ее как человек, которого нужно спасти, он интересовал ее как разбитая душа, которую нужно отыскать, собрать и вернуть.       И Северус понимал ее. Все, кто здесь работал, понимали.       Мужчина дернул головой и опустил глаза на прозрачную кожу. Он не выискивал раны или шрамы, просто хотел, чтобы ведьма ушла. Шифун правильно поняла намек. Она быстро испарилась, плотно прикрыв за собой двери.       * * *       После осмотра все же встала необходимость искать решение проблемы. Шифун дала неплохую наводку. Для начала нужно попробовать позвать Блэка и для этого нужен кто-то, с кем он был знаком. Таких, кто вызвал бы ряд соответствующих положительных эмоций на свете осталось немного. Снейп подумал «положительных» поскольку сам он уже пытался дозваться до Блэка. Целый первый день звал его, оскорблял, читал учебные пособие и книги — чем дальше, тем скучнее, чтобы Блэк от злости вернулся из чертогов разума.       Но у него даже дыхание не сбилось.              Пробовал взывать ментально. Он склонился над лицом Сириуса и проник в ничем не защищенный разум. Пустой. Слишком пустой…       У живого человека есть мысли, а разум Блэка был похож на комнату, в которой над ним проводили эксперименты.       Северус судорожно вдохнул, выныривая из чужой памяти. Он огляделся и сосредоточился на предметах, лежащих на рабочем столе, чтобы вернуться в реальный мир. Пустой разум Блэка чуть не затянул его. Это как погружаться в воду — все глубже и глубже, пока во тьме не потеряешь ощущения пространства вокруг себя и не перестанешь видеть свет над головой.       Это было опасно.       Снейп быстро смекнул, что это состояние напоминает транс. Он сравнил с теми ощущениями, которые испытывала на себе Шифун, побывав за Завесой. Ведьма перестала ощущать почву под ногами и не могла выбраться, ее вел лишь магический поток, без него — даже с помощью Винса — она бы не выбралась. Но погружение в память Блэка больше похоже на стадию глубокого сна.       Следующая попытка была более плодотворной. Невыразимец положил одну ладонь в центр груди Сириуса, а другой взял его за запястье, чтобы почувствовать малейшие изменения в состоянии. И погрузился в разум.       Вокруг тьма, пусто, нет выходов. Ни единого звука, только…да, под ладонью равномерно бьется сердце. Северус огляделся вокруг. Ни единого проблеска мысли, ни единого сгустка идей, ни внутреннего голоса. Легилементы в первую очередь вслушиваются во внутренний голос, пролезть в память — уже другой уровень. У Блэка не было ни памяти, ни мыслей. Даже у спящего человека есть сны, какие-то невнятные голоса…       Снейп опустился глубже, дальше в память. У живого человека это бы вызвало боль. Сердце все так же мирно билось под ладонью, а все тело неподвижно лежало на столе.       — Блэк.       Голос потух сразу, как появился. Никакого эха, как будто вокруг были стены. Снейп ментально подал сигнал, как будто бы касался стен.       — Блэк. Блэк. Ты меня слышишь?       Никакой реакции, ничего.       — Блэк, иди на голос. Попробуй найти меня. Блэк. Блэк.       Северус еще несколько минут звал Сириуса, стоя на одном месте. Он почувствовал грань, которую не стоит пересекать, поэтому взывал к душе Блэка с того места, с которого ему было не страшно это делать. Невыразимец опустился на стул и привел мысли и дыхание в порядок. Он привык вскрывать голову врагам или с мстительным удовольствием проникать в мысли волшебников, но тьма и пустота на этот раз атаковала его самого. Это оказалось тяжелее, чем Северус думал.       Изо дня в день Снейпа никто не трогал. Начальство угомонилось, хотя у них были дела поважнее, и никто еще не прискакал забирать Блэка в утиль. Северус решил, что — если кто-то все-таки спишет Потерянного — он костьми ляжет, но не позволит унести тело. Вот уже четвертый день Блэк не просыпался, но жизнь в нем не угасала. Для Снейпа разобраться, в чем дело, стало личным.       Каждый день Снейп взывал к разуму Сириуса, не переступая границы. Эта линия словно бы отделяла что-то…что-то, что наводило страх. Там, на «другой стороне» было еще страшнее и еще холоднее. Снейп стоял на краю обрыва и кричал, призывая Сириуса идти на его голос.       Без толку.       Нужно было переступить черту. Душа должна быть глубже, будь она так близко к поверхности, ее бы не пришлось звать.       — Ну что, готов?       Северус прищуренным взглядом коротко взглянул на Винса. Мужчина стоял по другую сторону стола с колокольчиком на медвежьей ладони.       — Скажи еще раз, что ты должен сделать.       — Как только я увижу малейшие изменения в твоем состоянии, мне нужно позвонить в колокольчик или сделать это через двадцать минут, — со вздохом ответил Винс. — Я не тупой. И мне плевать, что ты об этом думаешь.       Снейп сидел на стуле напротив неподвижного тела. Он довольно быстро привел мысли в порядок, очистил разум и погрузился в пустую память Блэка.       Та же граница, за которую страшно переступать. Снейп сделал над собой усилие и пошел дальше. На секунду у него остановилось сердце.       Винс нахмурил брови. Ему показалось… Нет, все еще дышит.       Память была все так же пуста и необъятна, но к Северусу вернулось ощущение, будто он погружается на дно, и путь до него нескончаем. Свет остается далеко позади и с каждой секундой становится все меньше. Невыразимец надеялся на Винса, если он сам не сможет выбраться, потому что тьма затягивала его все сильней.       — Блэк!       Еще глубже. Невероятно, что-то где-то там еще может сохраниться живой человеческий свет.       — Блэк!       Невыразимец с колокольчиком наготове не отрывал глаз от товарища в черной мантии, поэтому тут же ухватил момент, когда он вздрогнул. В остальном Снейп выглядел так, будто спит с открытыми глазами.       Не паникуй.       Снейп остановился, как только ему показалось…да, что-то блеснуло. Он быстро напомнил себе, что находится не в помещении в реальности, а в глубине разума, здесь не должно что-то блестеть. Ступая осторожно, Северус пошел дальше, и перед глазами вдруг вспыхнуло красное пламя. Маленький огонек, почти как настоящий, но все-таки он являлся плодом воображения, поэтому выглядел немного неестественно.       Красный огонек пламени завис на уровне «лица», если бы оно тут существовало. Похож на пламя свечи. Колышется, будто от ветра.       Снейп сделал ментальный выпад. Он направил разум на то, чтобы коснуться пламени, но совсем близко к нему на что-то наткнулся. Что-то не давало приблизиться и все время отталкивало от огонька.       Едва заметные импульсы проходились по тому месту, которого Северус «касался». Он переместил энергию в другую сторону, по кругу, и она также коснулась чего-то, только уже по-другому. Окружавшая красное пламя стена будто бы была не прямой, как защитный купол, а рельефный, словно…       Лицо.       Снейп увеличил дистанцию. Как только он это сделал, совсем рядом с первым вспыхнул второй огонек, точно также, такого же размера и очертаний. Они колыхались в унисон и горели настолько ярко, что очертили невидимые границы…       С самого начала этого не было видно, потому что тьму разрывали только сгустки красного огня, но когда их стало два, они очертили силуэт. Снейп увидел лицо, неподвижное, застывшее, ничего не выражающее. У лица были только эти глаза-огоньки, внутри, на месте зрачков, а с большого расстояния казалось, будто глаза полностью красные. Не было рта и только часть переносицы, слабые очертания. Едва заметные во тьме черты утонченного лица и вихристых длинных волос…дальше все скрывается во тьме.       — Блэк?       Что-то…что можно назвать тенью Блэка, не ответило. Он вообще никак не дернулся и не показал осознание происходящего.       Снейп хотел было обойти тень по кругу, но в разум неожиданно ворвался громкий звук. Он выдернул из глубокого сна, не успел Северус что-либо с этим сделать. Невыразимец видел удаляющиеся огни красного пламени…       Винс посмотрел на часы, а потом на соскочившего со стула Невыразимца. Снейп подскочил как ошпаренный, стоило зазвонить в колокольчик, и от такой реакции мужчина сам чуть не упал.       — Ты всегда так просыпаешься? Вот не повезет кому-то, — пробормотал Винс и подал мужчине стакан с водой. Снейп на него даже не взглянул. — Что ты там увидел?       Северус зачесал пятерней волосы. С удивлением он заметил, что кончики прядей мокрые от пота.       — Я что-то нашел.              Следующий раз не заставил себя долго ждать. Снейп опять погрузился в память Блэка и на этот раз пересек границу без заминки. Это было преждевременным решением, поскольку эта черта не была чем-то выдуманным. Судя по всему, она отделяла от глубинной памяти, и прошедший сквозь нее сразу это чувствует. Граница немного сбивает с толку, поэтому пришлось остановиться и поработать над сохранением равновесия.       На этот раз Винс засечет время на час. Северус сам попытается выбраться из чужого разума, как только сочтет нужным, а до этого Невыразимец должен наблюдать за малейшими изменениями сразу у обоих волшебников.       Снейп, как ему показалось, опустился на достаточную глубину. Подумав об этом, он практически сразу столкнулся с двумя огоньками. Пламенеющие глаза смотрели в пустое пространство. Северус сделал то, что не сделал в прошлый раз: обошел тень по кругу. Маленькие огоньки глаз пришли в движение, когда потеряли из виду неизвестного гостя. И вот уже лицо опять повернуто к Снейпу.       Огоньки дернулись и куда-то поплыли. Как показалось Северусу — не в ту сторону, откуда пришел он. Пришлось идти следом. Еще несколько секунд и пары других огней вспыхнули повсюду. На каком-то определенном расстоянии и они двигались, но, очевидно, это были глаза других теней…       — Сириус!..       Снейп на поверхности вздрогнул.       Не его голос произнес имя, кто-то другой позвал Блэка. Спустя пол минуты, Северус узнал его. Пришлось покопаться в памяти, но он вспомнил голос Джеймса Поттера.       — Мы опаздываем на трансфигурацию!.. Быстрее!..       И две пары огоньков стартанули в другом направлении, а потом вовсе исчезли. Снейп повернулся к сопровождающим его огонькам красного пламени. Должно быть, и этот дух — тоже тень воспоминаний. Ячейка памяти, более поздняя, ближе к настоящему.       Снейп посмотрел на другие огни. Пара сгустков багрового пламени как будто бы сидели на корточках очень близко друг к другу. Еще дальше их в одном круге стало больше. Одна пара держалась гораздо выше четырех других, и казалась намного тускнее… Они горели не красным пламенем, а едва заметным серым.       Снейпу это кое-что напомнило. Ему совершенно не хотелось лезть в память за неприятными воспоминаниями, но стоило подойти ближе к этой сцене, как серые огни высоко над…над «полом», положим, вспыхнули кислотно-зеленым. Так ярко, что осветили все пространство. Снейп отшатнулся и увидел сцену слишком точно, как будто был ее участником.       Он сам подвешен левикорпусом над землей, а Мародеры глумятся внизу.       — Нюнчик! Нюнчик!       — Грязнокровка!.       Снейп холодно наблюдал за сценой, которая развернулась перед ним, пока пламя красного и зеленого света не исчезли во тьме, вместе с образами.       Довольно.       — Снейп?       Северус оттолкнул руку Винса. Видимо, он не рассчитал сил, Невыразимец не ожидал, что его ударят, поэтому раздался громкий шлепок.       Мужчина недовольно взглянул на черный склонившийся силуэт и опустил руки по швам.       — Что ты там увидел? — хмуро спросил Винс и не получил ответа.       Снейп чувствовал такую злость, что хотел разорвать Блэка на куски.       * * *       С того момента Снейп запер отсек С и больше трех дней не ходил туда. Невыразимец восстанавливал самообладание, и только к концу второго дня начал размышлять над тем, что увидел.       Опускаясь на глубину разума, Снейп наткнулся на старые воспоминания. Тень воспоминаний Блэка привела его ко всем прочим. С той границы начиналась память. Раз она еще существует в мозгу Сириуса, значит где-то должно быть все остальное, без души образов, эмоций и памяти не было бы.       В какой-то момент, любопытство пересилило ненависть, которая прожигала в груди дыру с первого проникновения в память Сириуса.       В отсеке С Блэк остался накрытым тонкой белой простыней, Снейп оставил его лежать на кушетке в потоке света, оставив открытым лишь лицо. Никто сюда не приходил, двери были закрыты, сюда имели доступ только Шифун и Винс, если им понадобится что-то исследовать.       Бумаги на столе у стены аккуратно прибрали, Снейп сделал вывод, что Шифун была здесь время от времени. Тело осталось нетронутым.       Ровное дыхание, непрерывное биение сердца.       Снейп почти жалел, что не может самолично вскрыть грудную клетку Потерянного и вырвать сердце.       На этот раз рядом не было Винса, чтобы разбудить в случае чего. Снейп уже понял, что может выбраться сам, если установит связь со своим телом и прикажет разуму возвращаться. В прошлый раз это были практически чистые эмоции, они прервали ментальную связь. В этот раз Снейп надеется, что не прервет связь так скоро и призвал себя к самоконтролю.       Опять граница, опять то же чувство, опять два горящих красных пламени.       Гриффиндорских красных.       Снейп буквально душой почувствовал, как скривилось его лицо.       По разным сторонам, во тьме снова поплыли огоньки и воспоминания. Каждый раз они были другими, хотя попадались и те, которые Снейп уже видел, и он старательно обходил их стороной.       Тень воспоминаний в облике Блэка шел рядом. Или плыл, или возможно он как-то еще перемещался, красное пламя изредка затрагивало плечи, но не весь силуэт.       Иногда во тьме растворялись даже часть воспоминаний. В таком случае два красных огонька смотрели точно на Снейпа, тень снова застывала, как каменное изваяние, но стоило Северусу уйти в сторону, как она шла следом.       — То, последнее воспоминание, — вдруг произнес Снейп в голове, обращаясь к тени. — Я тебя там не помню.       Показалось, будто тень воспоминаний Блэка чуть наклонил голову. Нет, просто показалось…       — Ты следил за мной, ведь так? — Снова молчание. — Хотел сделать какую-нибудь гадость, швырнуть проклятье в спину?       Пламя все еще горело красным и, кажется, немного потускнело.       — Снейп.       Невыразимец вздрогнул и оторвал взгляд от красных глаз. Это был голос Шифун и он раздавался откуда-то сверху…хотя тень воспоминаний не шевельнулась, значит, возможно, голос прозвучал в голове Снейпа.       — Я слышу только то, что ты говоришь и не знаю, что у вас там происходит… Не говори с ним о прошлом. Прошлое никогда не заставит человека вернуться. Нужно быть достаточно сильным, чтобы двигаться вперед, поэтому, когда нас застает выбор между тем, чтобы вернуться к жизни и тем, чтобы остаться в мире, в котором все и так понятно…в котором живы дорогие нам люди, мы всегда выбираем легкий путь. У Потерянного есть только воспоминания прошлого и непонятность настоящего. Если будешь напоминать ему о былом времени, то не дашь душе Потерянного путь к живому миру.       За Завесой волшебник теряет связь с реальностью. У него есть только его воспоминания, он перестает понимать, зачем нужно возвращаться к жизни. Другими словами, если не дать Блэку понять, что есть другой — настоящий — мир, он никогда не найдет дорогу из собственного разума.       Снейп быстро отрезал доступ к своему разуму. Шифун воспользовалась бессознательным состоянием волшебника и проникла с помощью легилеменции в голову.       Хитрая заноза в заднице.       Снейп вздохнул.       — Что ты на меня уставился?       Красное пламя дернулось.       — Ты помнишь Поттера? Разумеется, помнишь… Сын твоего лучшего друга Джеймса. Гарри Поттер. Он увидел воспоминания, связанные с твоей смертью, и отправился якобы за тобой в отдел Тайн в Министерстве.       Не заметив никакой реакции, Снейп продолжил.       — Гарри Поттер — твой крестник. Из-за него ты упал в Арку Смерти.       Краем глаза Снейп заметил движение. На этот раз красных огней было много. Они хаотично носились туда-сюда, но потом одна пара вдруг резко погасла. Кто-то закричал. Так громко, что Северус хотел зажать уши.       — Ты помнишь.       Должно быть, это сцена возле Арки Смерти. Прямо перед тем, как Блэк в нее упал.       — Покажи мне еще раз.       На удивление, память снова воспроизвела этот момент. Чуть-чуть не так, как было до этого, все-таки воспоминания — штука лживая. Блэк помнил, что вокруг него шла борьба, а кто кого бил он не уловил.       Снейп нашел тень воспоминания Сириуса. Встал рядом с ней и посмотрел напротив. Пламя пар глаз — очевидно, это была Беллатриса, — зажглась ярким бело-черным светом, а потом красное пламя Сириуса потухло.              — Каким заклинанием Лейстрендж ударила Блэка?       Шифун замялась, и Снейп все понял.       — Ты забыла сказать мне один важный факт. Перед тем, как Блэк упал за Завесу, Лейстрендж ударила по нему Авадой, — прошипел Невыразимец.       Женщина на миг прикрыла глаза и выдохнула. Снейп широким шагом обошел ее и направился к двери.       — Снейп! Стой! — яростно вскрикнула волшебница. Северус не остановился ни на миг, и Шифун пришлось за ним бежать. — Я хотела сказать, но ты бы не взялся за это дело!       — Ты потратила мое и свое время, чтобы обследовать труп. — Снейп развернулся так резко и уставился обжигающим взглядом на женщину, что та споткнулась.       — Но ведь Потерянный жив! Он здоров и жив, Снейп, не тебе это отрицать!       — Авада Кедавра убила Блэка до того, как он упал за Завесу. Если бы ты приняла этот факт во внимание, то давно бы заметила, что он не дышит. — Шифун дернулась, как будто ее ударили. Снейп безжалостно продолжил. — Его сердце не бьется, это лишь придуманная тобой иллюзия жизни. Ты зациклилась на том, что можно вернуть душу в человеческое тело после того, как Арка пожрала ее, что придумала себе воображаемый мир.       — Ты врешь.       — В таком случае, предоставляю тебе возможность проверить самой, — прорычал Снейп и развернулся. В гневе он сжимал палочку и надеялся разбить что-нибудь в своем кабинете, чтобы унять зуд.       — Ты видел его воспоминания, Снейп! У мертвых не бывает памяти. Кто как не ты об этом знаешь.       Снейп громко хлопнул дверью, отсекая посторонние звуки.              Финн медленно открыл дверь в темный кабинет, практически сразу натыкаясь на что-то, что мешало дверям открыться. Он сделал шаг внутрь и под подошвами ботинок разбилось стекло.       Снейп сидел в кресле напротив камина. Гнев немного улегся, но это стоило всего нетвердо лежащего в кабинете.       Финн обошел кресло и наколдовал второе, чтобы тоже в него сесть. Он медленно закурил и заговорил только после того, как сделал первую затяжку.       — Есть результаты по делу?       Невыразимец в черной мантии смотрел на огни пламени в камине нечитаемым, темным взглядом. Тусклый свет хорошо выделял морщины на лице и темные пятна под глазами. Снейп облокотился головой на ладонь и сидел неподвижно.       — Я слышал, Котори от тебя кое-что скрыла. Это я ей приказал ничего тебе не говорить.       Черные глаза скосились на мужчину.       — То, что кто-то выбрался из Арки Смерти, уже чудо. Но Блэк попал за Завесу уже мертвым и все равно его душа еще в теле, и по всем признакам он еще жив. Это то, что нельзя исключать из внимания. Я слышал, вы назвали его Потерянным?       — Я не давал ему этого имени, — сухо отозвался Снейп, переводя глаза на огонь. Точной такое же пламя полыхало красным цветом. — Я смог найти воспоминания в глубинной памяти. На первый взгляд у Блэка нет души. Но память осталась, хоть и…глубоко спрятана.       — И это подтверждает, что у него есть душа.       — Его душа разбита и сломлена. Смертельное заклинание, которым Блэка поразила Беллатриса, каким-то образом не убило Блэка раньше, чем это сделала Арка. — Снейп тщательно обдумал следующие свои слова. — Беллатриса убила его, но душу почти убила Завеса, а не заклинание. Завеса сохранила душу в теле Блэка, чтобы разрушить ее.       Каким-то чудом, мистическая природа Арки оставила Блэку шанс застрять за завесой и стать такой же обезумевшей бесплотной тенью, как остальные упавшие в Арку.       — Блэк — крайне везучий человек, — со вздохом сказал Финн. — Работайте, мистер Снейп. У вас не ограничено время, но…кое-что все-таки возьмите во внимание. Боюсь, Министерство Магии в скором будущем ждут огромные перемены.       * * *       Шифун появлялась стабильно, не задавая вопросов. Она видела по выражению лица Снейпа, что дела идут неважно.       — Может, не стоит?       Снейп исподлобья взглянул на ведьму.       — Ты хочешь вернуть ему душу или нет?       Шифун закусила губу, глядя на иголку, занесенную над голенью Блэка.       — Хорошо, давай.       Снейп ткнул иглой в чувствительное место, где кожа была тоньше всего и боль ощущалась острее. Блэк как лежал, так и остался лежать.       Тогда Невыразимец замахнулся иглой и прочертил линию. Тонкая царапина обагрилась кровью, струйки потекли на стол.       — Не калечь его, — упрекнула Шифун и залечила рану.       Снейпу пришла в голову идея. Он снова прочертил линию под тяжкий вздох женщины, и засек время. Кровь свернулась достаточно быстро, а ранка начала заживать через пару дней. Ничего нового, ничего необычного.       — Проведи анализ крови. Не давай этого делать лаборантам, если они обнаружат что-то странное, вся секретность коту под хвост.       Шифун с сомнение взглянула на флакон.       — Снейп, это ведь не наука. Наукой и анализами не понять, как вернуть Потерянному душу.       — Делай, что я сказал, — холодно отсек Снейп. — Необходимо исключить все варианты. Если не хочешь работать, проваливай.       Шифун нахмурилась, но кивнула и ушла из отсека С. Пока Невыразимец занял дотошную ведьму анализами, Снейп накрыл Блэка простыней и покинул помещение. Дверь как обычно перекрыл и навешал чарами, а затем летящей походкой преодолел множество коридоров и оказался в собственном кабинете.       * * *       Снейп вышел из зеленого пламени камина в доме на Площади Гриммо. Он ожидал увидеть толпу спорящих волшебников, но особняк оказался пустым. Единственный его жилец — старый кряхтящий домовик, голову которого предыдущие хозяева не успели повесить на стену. Северус споткнулся об него, а потом, услышав бормотание, отпрыгнул на добрый метр, прицеливая палочкой под ноги. Старый Кричер скептически взглянул на волшебную палочку, пробубнил что-то оскорбительное и преспокойно последовал туда, куда шел.       — Кричер, верно? — волшебник спрятал палочку, уже обращаясь к домовику.       — Кричер, Кричер… Что полукровке нужно от старого Кричера?       — Мне нужно, чтобы ты сказал мне где Ремус Люпин.       — Оборотень… — Снейп усмехнулся. — Что бы сказала бедная хозяйка, если бы видела это. Бедный Кричер, бедная хозяйка. Грязнокровки пачкают этот дом своим присутствием. Мерзкий оборотень. Мерзкие грязнокровки.       Речь домовика напоминала бред сумасшедшего. Снейп начал понимать, почему Блэк сходил здесь с ума.       — Где они сейчас? — практически по слогам спросил Снейп еще раз.       — Кричер не знает. Век бы не видеть этих…       Снейп вышел из дома и, взмахнув рукавом мантии, аппарировал. Раз орденцы не здесь, еще одним местом может быть Нора, дом семьи Уизли. Северус оказался в паре метров от порога и тут же уши оглушили множество голосов. В Норе горел свет, и внутри собралось немало народу. Снейп слышал грозный голос Молли Уизли, бормотание детских голосов, смешки близнецов Фреда и Джорджа.       Если и был какой-то смысл в том, чтобы заявляться в Нору, то теперь он пропал, ровно как и желание Снейпа к дальнейшим действиям.       Дверь в дом была открыта. Такая беспечность свойственна…гриффиндорцам. Нора напоминала пещеру, в которой засело целое львиное семейство.       Невыразимец застыл на линии света. Ночь давно опустилась, волшебника в темноте не было видно. Он нерешительно мялся и смотрел в освещенный коридор. Видимо, семейство собралось в столовой. Снейп еще не видел людей, но голосов явно больше, чем весь клан Уизли.       А потом послышались шаги.       — Подожди, Молли. Я закрою дверь.       Удача.       Ремус Люпин собственной персоной вышел к входной двери. Он взялся за ручку двери и уже потянул дверь, но стоило Снейпу сделать шаг, как оборотень остановился и уставился в темноту. Палочка скользнула в руку, а ее кончик указал Невыразимцу чуть правее живота.       — Кто здесь?       Снейп со злорадным удовлетворением заметил, что Люпин пытался выискать незваного гостя в темноте.       — Не иди сюда, Молли! — вдруг резко крикнул Люпин. Голоса в доме умолкли.       Снейп скосил глаза, и Ремус заметил блеск от радужки. Кто-то еще крался из центра дома, Люпину на помощь. Тихо, почти бесшумно. У него почти получилось.       Решив больше не ломать комедию, Северус сделал шаг вперед. Люпин напрягся, как будто приготовился к прыжку. Как только он увидел черную высокую тень, то испустил вздох и перестал сжимать волшебную палочку так сильно.       Снейп видел, что Люпин силится вспомнить, а Невыразимец не мешал ему в этом, наслаждаясь выражением озадаченности и удивления.       Из Ремуса всегда выходил плохой шпион. Если бы на месте Снейпа был враг, он бы понял, что к двери подошел кто-то еще, по тому, как Люпин случайно кинул взгляд. Мужчина едва заметно мотнул головой, и из-за стены высунулась голова Тонкс.       — Снейп! — воскликнула она в гневе. — Ты нас до смерти напугал, кот облезлый!       Снейп удостоил ее коротким ледяным взглядом, полным безразличия к особе. Тонкс выставила руки на бока, не отпуская палочки.       — Северус, что ты здесь делаешь? — как-то более миролюбиво отозвался Люпин. Он вытянул голову на улицу, огляделся, но в темноте так ничего и не смог увидеть. — Ты один?       — Я один, — ответил Северус, решив сжалиться над волшебниками. — Нужно поговорить. Наедине.       Нимфадора повернула голову с тонкой выгнутой бровью.       — Нам есть, о чем говорить? — осторожно спросил оборотень. Снейп вместо ответа уставился черными глазами. Ремус прекрасно знал это выражение, но не поддался. — Я даже не знаю, чего ты хочешь. И не могу просто пойти с тобой, а тем более впустить в дом.       — Тонкс знает, где я работаю.       Нимфадора, не сводя настороженного взгляда с Невыразимца, прошептала на ухо мужчине:       — В отделе Тайн.       Глаза Ремуса увеличились.       — Это секретная информация, как ты уже мог подумать, — с кривой усмешкой сказал Снейп. У него совершенно не было желания веселиться, но обычно любое выражение, появляющееся на его лице, каким-то образом устрашало собеседника. Неморгающий взгляд тоже внушал страх, но на этот раз приходится быть чуть более подвижным в эмоциях, в противном случае Люпин не выслушает.       — Хорошо. Но в начале пообещай, что не причинишь вред этому дому и людям, которые здесь находятся.       — Обещаю.       Люпин молчал несколько секунд, как будто не ожидал, что Снейп согласится так легко. Оборотень прошептал что-то Тонкс, после чего та, с заметным раздражением и нежеланием отошла в сторону. Ремус пропустил Невыразимца вперед и закрыл за ним дверь. Снейп вошел плавной, гнетущей походкой. Он давно отвык от такого яркого света и примерно представлял зрелище, которые предстало перед высунувшими головы обитателями дома. Долговязый мужчина, обмотанный черными одеяниями, с белой кожей, длинными смоляными прядями и впалыми, непроницаемо черными глазами вызывало ассоциации со смертью.       — Это за тобой, Ронни, — хихикнули близнецы. Младший Уизли мрачно смерил братьев взглядом.       Снейп смотрел строго перед собой, как только вошел за порог. А потом медленно повернул голову, оставшись стоять на месте. Дети Уизли тут же содрогнулись, все как один, в том числе… Поттер и Грейнджер. У всех побледнели лица, а глаза округлились. Перед ними стояли Молли, Артур и Кингсли с волшебными палочками наготове. Кингсли удивленно наклонил голову при виде Невыразимца.       — Снейп? Что ты здесь забыл?       — Простите, Молли, Артур, мы поговорим со Снейпом наверху, вы не против?       — Нет, но… — неуверенно произнес Артур, разглядывая Снейпа. Ремус поспешил отвертеться от всех вопросов и похлопал застывшего, как каменное изваяние, Снейпа по плечу. Северус прожег его убийственным взглядом и начал бесшумно подниматься по ступенькам следом.       — Кто это был? — как только мужчины скрылись на втором этаже, заговорил Рон.       — Дети, идите за стол, — произнесла в ответ Молли. — Дора, с Ремусом все будет в порядке?       — Не волнуйтесь, Молли. Я прослежу за Снейпом.       — Но что он здесь делает?       — Вам лучше знать, Кингсли.       — Я не отвечаю за деятельность Невыразимцев, Артур.       Джордж и Фред одновременно вскинулись. Рон вздрогнул и отшатнулся от братьев, особенно от их общего выражения лица.       — Невыразимец?! — синхронно воскликнули близнецы.       — Те, что работают в отеле Тайн? — опасливо переспросил Рон. Гермиона по левую сторону выглядела не менее взволновано.       — Невыразимцы приносят с собой плохие вести, — неуверенно произнес Артур. –Представления не имею, что заставило Снейпа сюда явиться, но это точно не визит вежливости.       — А вы, Кингсли? — грозно воскликнула Молли, размахивая полотенцем. Мракоборец увернулся.       — Никому не дано понять, что в головах у сотрудников отдела Тайн. Тем более я не знаю, что Снейп здесь делает, но если бы он работал с Орденом, Дамблдор сказал бы кому-нибудь из нас об этом.       — Может он Ремусу и сказал?       — Нет, Ремус был удивлен не меньше, — отозвалась Тонкс, взволнованно глядя на лестничный пролет, где скрылись волшебники.       Гарри наклонился к Рону.       — Если все Невыразимцы так выглядят, то тогда понятно, почему из отдела Тайн никто не показывается.       — Я видел Невыразимцев, Гарри, — шепотом ответил Рон. — Ни один из них не выглядел так, как этот Снейп.       — Он пугает, — прошептала так же Гермиона. — Но похоже, твои родители с ним знакомы, Рон.       — Точно. Кто он такой? — громко спросил Рон, обращаясь к взрослым. Те перестали спорить и разом отвели глаза кто-куда. Взял на себя смелость ответить старший клана.       — Его зовут Северус Снейп. Мы учились вместе в Хогвартсе. После выпуска я видел его лишь однажды, мельком, на суде. Это всё.       — Так он работает в отделе Тайн?       — Да, все Невыразимцы там работают. Вот, что я скажу. Отдел Тайн — самая большая загадка Министерства, и Снейп — его воплощение.       Собраться вместе за ужином не получилось. Золотая тройка в лице Гарри, Рона и Гермионы отправились наверх, по пути столкнувшись с теми, кто спускался.       Поттер поднял голову, чтобы рассмотреть лицо человека и замер. Направленный на него взгляд был холодным, как ледники, и черным, как бездна. Волшебник усмехнулся уголком губ, но его глаза остались все такими же. В них не было тех эмоций, что показывала усмешка.       Снейп вынужден был пройти дальше, Люпин спускался прямо за ним. Гарри смотрел в спину, обтянутую черной мантией, поэтому не увидел выражения лица Ремуса.       — Ремус, ты в порядке? — взволнованно спросила Гермиона.       — Да… Я в норме.       Никто бы ему не поверил, даже скажи он это чуть бодрее. Люпин выглядел еще больнее, чем пару минут назад. Он даже не мог вымученно улыбнуться, как будто разговор с Невыразимцем высосал остаток сил.       Снейп стремительно вышел за дверь и тут же аппарировал. Артур наблюдал за ним из окна.       — Ремус! Что случилось? — Тонкс взяла мужчину под локоть. — Зачем этот гад хотел с тобой поговорить?       — Не сейчас, Дора.              Следующим днем Снейп ждал Люпина в Атриуме Министерства Магии. Как только оборотень вышел из камина, он обернулся несколько раз, находя Снейпа не сразу. Невыразимец терпеливо ждал, пока Люпин минует толпу и подойдет ближе.       Снейп глянул за спину. Следом за оборотнем никто не пришел, а толпа людей вокруг не обращала на них никакого внимания. Невыразимец развернулся на каблуках.       Весь путь волшебники преодолевали молча. Люпин следовал за шагом Невыразимца едва ли не бегом, при этом успевал оглядеться и понять, где они находятся. Это определенно отдел Тайн, и проблема заключалась в том, что Ремус никогда здесь не был. В случае чего, он мог бы только отправить патронус, чтобы позвать на помощь. Несмотря на то, что Снейп поклялся, что никакой опасности нет.       Снейп также взял клятву с Люпина, что тот ни одной живой или мертвой душе не скажет о том, что увидит и услышит от Снейпа или других лиц, связанных с тем делом, о котором пойдет речь. Люпина успокоило только то, что Снейп дал ответную клятву и ему ничего не угрожало.       Хотя худшее было даже не в этом.       Снейп снял чары с отсека С, открыл дверь взмахом палочки и пропустил оборотня вперед.       — Как я могу знать, что это не ловушка?       — Ради Бога, Люпин. Если ты уже передумал, то я не настаиваю, — едко отозвался Северус.       Люпин остался стоять на месте, но увидев взгляд Снейпа, втянул воздух и зашел в темное помещение с потоком света в центре. Потом он уже замер от шока, но в следующую секунду бежал к столу, где лежал Сириус.       — Это правда Сириус?       Снейп пожал плечами.       — Тебе виднее.       Люпин пригладил волосы на лбу Блэка.       — Как он выжил?       — Я уже говорил. Он выпал из Арки.       — Просто выпал? Это невозможно…       — Это неважно, — раздраженно отозвался Северус и встал на свое привычное место рядом с телом, чтобы напротив была дверь. — Он жив, но его душа разбита глубоко в его сознании. Чтобы Блэка не приняли за обездушенный овощ, нужно помочь ему вернуться.       — Что мне нужно сделать? — едва ли не срывающимся голосом спросил Ремус и с надеждой уставился на Снейпа. Тот скрестил на груди руки, заворачиваясь в мантию. Наконец-то к делу, сопли закончились.       — Попытаться дозваться до него.       Ремус нахмурился.       — Мне нужно…я просто должен звать Сириуса?       — Говори с ним, пока я буду находится в его подсознании. Убеди его, чтобы он шел к твоему голосу.       — А ты…ты сказал, пока будешь находиться в его подсознании?       — Душа Блэка — если ее еще можно восстановить — засела слишком глубоко, ей нужен толчок. Я проникну в память с помощью легилеменции. Ты просто сиди и говори. Говори, что хочешь, но упоминай настоящее или будущее. Блэк не должен забывать, ради чего стоит выходить из подсознания.       Люпин заторможенно кивнул. Еще раз взглянул в лицо Сириуса и поджал губы.       — Это…сработает?       Снейп молча сел на стул.       — Легилеменс.       * * *       — Дамблдор мертв.       Красное пламя вспыхнуло. Снейп отошел так далеко как мог, чтобы оно не обожгло. Это был единственный раз, когда тень воспоминаний Блэка предстала полностью очерченным красным силуэтом.       — Быстрее, Сибли! Скоро сюда заявятся Пожиратели смерти.       Винс исподлобья глянул на Снейпа.       — Ты не хочешь сам нести Потерянного? — натужно спросил он и подпрыгнул, чтобы Блэк в одной белой простыне не сполз по спине. Северус посмотрел за угол, он кинул, не оборачиваясь:       — Сам виноват, что потерял палочку.       — Но твоя-то при тебе.       — Я не смогу обороняться, если буду нести Блэка. Более того, я бы посмотрел, как ты в таком случае собираешься сражаться без волшебной палочки.       Винс пропыхтел что-то еще, но Снейп уже выбежал в коридор и проверял двери. Ни в одной из комнат не было каминов, поэтому нужно как можно быстрее добраться до кабинета Снейпа, он находится ближе всех.       — Почему он голый?       — Ты можешь помолчать? — прошипел Северус.       — Зачем ты его вообще раздел? — тем же шепотом отозвался Винс, забегая следом за Невыразимцем в кабинет.       Снейп захлопнул дверь и запечатал заклинаниями, на случай если волшебники заявятся раньше. Потом перехватил Блэка со спины Винса и взял на руки, завернув в простыню.       — И дальше что?       Снейп перешагнул через ограждение камина, с тяжелым безвольным телом на руках не потерять равновесие оказалось достаточно трудной задачей.       — Перемещайся следом.       — Нет, я тебя прикрою.       — Винс.       — Не надо мне тут сейчас угроз и страшных взглядов. Кто-то должен тебя прикрыть.       Снейп наклонил голову. Дело не в нем, и не в Блэке. Шифун — маглорожденная. А это значит, что когда в Министерство хлынут Пожиратели смерти, она попадет под удар.       — Я пошлю весточку попозже, — сказал Винс. Снейп кивнул и назвал место. Паучий тупик.       Прошлый опыт с Люпином ничего не дал, тень воспоминаний Блэка даже не шелохнулась в сторону голоса Ремуса. Оборотня это ничуть не расстроило, он изредка продолжал приходить и разговаривать с Сириусом, тем самым раздражая Снейпа. Несмотря на то что Невыразимец знал, на что шел, присутствие оборотня подрывало всю секретность. Весь прошлый год Ремус приходил едва ли несколько раз, и все же одним только везением они кому-нибудь не попались.       С тех пор, как разошлась новость о смерти Дамблдора, Люпин перестал приходить, да и он не такой идиот. Пожиратели смерти быстро заполонили Министерство, как чума. Несомненно, весть о том, что Сириус Блэк жив (почти) обрадовала бы Белластрису Лейстрендж. Снейп не хотел рисковать шкурой Блэка, и не только из-за нее.       Невыразимцы собрали документы об исследованиях и скрылись вместе с телом Блэка, пока Пожиратели смерти до них не добрались. Документы Винс методично сжигал в камине, пока в кабинет не ворвались волшебники во главе с Долорес Амбридж.       — Мистер Сибли, — протянула женщина неприятный голосом. Улыбка у нее тоже была не из приятных. Винс почти скучал по выражению лица Снейпа.       — Ваша мерзопакость, — отозвался мужчина с радушной улыбкой, выкидывая последний листок исследований в костер. Пламя быстро поглотило бумагу.       Амбридж передернуло. Она тут же поджала губы и сжала кулаки.       — Ваше время оскорблять меня вышло, мистер Сибли. Сдайте вашу палочку и пройдите в кабинет Министра.       Винс облокотился локтями о бедра, склоняясь в небрежной позе.       — Я вам не подчиняюсь, Долорес. С вопросами и приказами обращайтесь к моему начальству.       — Я — ваше начальство! — грозно воскликнула Амбридж так, что у Невыразимца заложило уши.       — Мое начальство — Министр магии. — Винс не стал упоминать Финна Нильса. Амбридж ничего не стоило подвинуть его и посадить в качестве начальника отдела какого-нибудь безмозглого Пожирателя смерти, а этого мужчина допустить не мог. — Раз уж на то пошло, я всегда нахожусь здесь и приберегу для Министра чашечку английского чая.       Амбридж так покраснела, что того и гляди взорвется.       — Мы в кабинете мистера Снейпа! Где он сейчас?       — Работает. — Винс пожал плечами. — Мы не напарники, я не в курсе, где Снейп.       — Недавно из этого кабинета сработала каминная связь, — протянула Амбридж, подходя ближе к волшебнику. Невыразимец выпрямился, чтобы эта розовая квашня не почувствовала вдруг себя главной. — Что вы делаете в кабинете мистера Снейпа и куда переместился сам мистер Снейп?       Винс уставился ведьме в глаза и небрежно стер ладонью воображаемые брызги слюны. Амбридж аж трясло от злости.       — Я сюда переместился по каминной сети и жду Снейпа. Видимо, как и вы.       — Почему бы не переместиться по каминной сети в ваш собственный кабинет?       — Потому что мне нужен был Снейп, я ведь вам сказал. Зачем мне перемещаться из своего дома к себе в кабинет, чтобы потом чесать через весь отдел в кабинет Снейпа? — Долорес вскинула голову. — Если это все, то дайте мне поработать, Долорес. И я бы вам советовал выбирать двери, через которые будете выходить.              Изо дня в день навстречу появлялась все та же тень воспоминаний в облике Блэка. Он неизменно шел рядом, показывая воспоминания (или просто смотрел их вместе с чужаком?). Слабо реагировал на происходящее и никогда не отвечал. Снейп не был болтуном, но иногда ему хотелось выплеснуть желчь.       — Я бы советовал тебе побыстрее прийти в себя, Блэк. Утиль, знаешь ли, дело быстрое, Пожиратели смерти подумают, что у тебя нет души и просто выбросят. А ты останешься навеки запечатанным в собственном разуме. — Снейп огляделся. — Среди этих жалких воспоминаний. Только они ведь у тебя и остались, правда, Блэк?       Воспоминания прошлого. Блэк уделял им много внимания, минуя те тринадцать лет, что провел в Азкабане. Иногда Северус замечал вдалеке от прочих одинокие потухшие огоньки. Они быстро исчезали. Счастливые воспоминания держались дольше и проигрывались чаще. Блэк цеплялся за них, и это приводило в ярость. Он давил разумом на силуэты и стирал их, как будто отбрасывал рукой. Тень воспоминаний, преследовавшая его, и на это не среагировала. Точнее, ее реакция была иной… Тень Блэка обернулась, будто бы указывая на другой фрагмент памяти.       Только две пары пламенных глаз, непристойно близко друг к другу… Слово «непристойно» тут действительно подходит двум слишком тесно прижатым друг к другу телам. Снейп не мог бы сказать точно, в отличие от остальных — этот фрагмент был тусклым и размытым, но почему-то показалось, будто человек, который раскинул длинные ноги под длинноволосым юношей с пылающими глазами, не имеет тонких рельефных очертаний, как у женщины. Красное пламя вспыхивало от близости двух тел.       Снейп подошел ближе только потому что не сразу понял, что из себя представляет эта сцена, а когда до него дошло, он тут же попытался отвернуться, краем глаза замечая, как красный свет вспыхивает зеленым…       Снейп не успел понять, что это значит, а когда повернулся, образов и звуков уже не было. Он почувствовал нечто другое…       С самого начала тень воспоминаний появилась в облике Сириуса, остальные образы тоже имели некоторое подобие человеческих. Тогда Снейп задумался, как тень воспоминаний Блэка может смотреть на него? Точнее говоря, видеть.       Черта над глубинной памятью отделяла бесплодный разум от вполне себе реальных образов. Другими словами, до границы Снейп лишь проникал разумом без оболочки, а проходя через нее, чувствовал изменения. Его разум приобретал черты, как у тени воспоминаний.       Вся эта дребедень вела лишь к тому, что Снейп сейчас чувствовал. Он обернулся, поймав в стороне «взгляд» пары вспыхнувших алым глаз. Они мерцали настолько ярко, что освещали вытянутые к Снейпу руки, а от них… Черные тени расползлись, как полупрозрачная вуаль, и потянулись к Невыразимцу. Снейп поздно успел это заметить, тени оплели его, как щупальца.       — Блэк!       Снейп попытался покинуть чужой разум, но лишь столкнулся с препятствием. Каким-то образом тень воспоминаний не давала ему воспротивиться. А между тем, тени странным образом действовали на рассудок…       — А-а…       Снейп стиснул челюсти, если бы мог. Происходило что-то странное. У него не было тела, и именно поэтому «прикосновения» от теней ощущались на другом уровне, но…это и пугало. Ощущения точно такие же, как если бы чьи-то руки гладили по обнаженному телу, ласкали кожу и опускались к чувствительным местам…       Тени затрагивали…душу. Наслаждение просачивалось не физически, а на ментальном уровне, как будто ангельская благодать касалась души. Самое худшее, что это была не ангельская благодать, но бестелесная оболочка, в которой Снейп оказался заточен, начала реагировать на неторопливые ласки.       — Ты.!       Тень воспоминаний следил за ним. Снейп увидел прямо перед глазами зеленый свет. Он осветил очертания силуэта Невыразимца в развевающихся широких одеждах, но сейчас под ними скользили тени, оплетая все тело.       Снейп не ощущал свое присутствие так сильно в прошлые визиты, но сейчас он словно телом находился в чужом разуме. И тени оплели как руки и пробрались туда, где могли дарить больше всего наслаждения.       — А-ах!       Северус повис на тенях, когда они что-то сделали с ним. Все «тело» сначала окаменело, а потом расслабилось и стало мягким. Уже после этого тени задвигались и как будто…толкались. Снейп занимался сексом с мужчинами и ощущения, когда им овладевают сзади, он в жизни не забудет, но это было ярче. По-другому, да, но намного, намного ярче. Тени обтекали душу и рвались в нее, и каждый раз разум Невыразимца содрогался и дрожал, внимая сладости.       — А! А-а! Блэк, перестань! Отпусти!       Странно, Снейп всегда думал, что его стошнит, стоит Сириусу Блэку хоть пальцем его тронуть. Но сейчас он чувствовал, будто к нему со спины прижимается тело. Обхватывает руками и согревает огнем, соединяется бедрами, чуть проникает, чтобы вспышка удовольствия…       Потом снова обволакивает душу и заставляет ее светиться.       Сжимает сильно, что не вырваться, но это только создает ощущение, что разум — один сплошное нерв. Прикосновения теней — рук — обжигают и искрят, проникают в самую глубь, будто играясь, а потом следом — настоящая вспышка удовольствия, и еще, и еще…       -…ещё!.. Ещё!.. Ещё!..       Мысль, что это мог бы Блэк сжимать пальцами плоть, удерживая за поясницу, толкаться бедрами в сопротивляющееся тело, переламывая наслаждением, странным образом возбуждала. Северус не мог выпутаться, да и после нескольких попыток перестал пытаться. Искры все еще били по бесплотному сгустку души, заставляя вздрагивать, как будто кто-то касался поцелуями чувствительных мест.       Снейп мог бы поклясться, что выгнул шею под градом чужих поцелуев и двинул бедрами навстречу, когда забылся в разрывающем удовольствии. Забыл, где находится, и что у него нет тела, лишь обнаженная перед мучителем душа, которой он овладевает.       В какой-то момент тени тронулись внутри, зашли особенно глубоко, и Северус закричал, чувствуя, как растекается в удовольствии и падает…       — Аа-а! А!       Невыразимец соскочил спиной с кресла, опрокидывая его, споткнулся и рухнул на пол, с криками отползая от Блэка к другой стене. Теперь это были настоящие крики, как от кошмара.       Снейп тяжело дышал, прижимая к себе колени и круглыми глазами глядя на неподвижное тело на столе. Установить равновесие сейчас оказалось гораздо сложнее. Возбуждение горело между ног уже на вполне физическом уровне.              Снейп выпивал второй бокал виски, сидя в кресле напротив тела Блэка. До глубокой ночи он только смотрел и размышлял, без желания снова оказаться в заложниках чужого разума.       Несмотря на то что ситуация не особо радовала, она дала пищу для размышлений. Тень воспоминаний не может…проделывать что-то подобное. То, что Снейп по ошибке принял за еще один образ, было душой Блэка.       Ему следовало догадаться раньше. С самого начала этот силуэт отличался от остальных, хотя бы тем, что ничего не говорил и не ощущал. У него вообще на лице кроме глаз ничего не было, а тени воспоминаний больше походили на живых.       Через неделю сквозь стену в доме Паучьего тупика прорвался патронус и низким голосом сообщил, что Шифун лишили волшебной палочки и магических прав, а через несколько часов отправляют в Азкабан.       — В Хогвартсе устроили переворот. Да ты, наверное, и сам газеты читаешь. Недавно Гарри Поттер появлялся в Министерстве, он и еще…компашка подростков, говорят, что-то украли. В общем, не вылазь пока…       Снейп взмахнул палочкой и развеял патронус. Он и без напоминаний понимал, что из дома выходить нельзя, Пожиратели смерти и министерские не накрыли дом в Паучьем тупике только потому что мракоборцы имеют привычку окружать свои дома чарами Фиделиус или кое-чем попроще. Снейп видел людей в черных мантиях в переулке, после этого выходил на поверхность куда осторожнее. Но сейчас ему надо было кое-что сделать.       Невыразимец накрыл себя дезиллюминационными чарами, прежде чем покинуть пределы дома. Слежка наверняка круглосуточная, даже если и нет, Пожиратели смерти и мракоборцы бродят по улицам компаниями.       Заключенных в Азкабан перевозят по воздуху, в карете, запряженной фестралами. Снейп не мог аппарировать, чтобы его засекли в Министерстве, но мог помочь Винсу отбиться у аппарата для перемещения к тюрьме. В Азкабан попасть не так просто, даже по воздуху, мракоборцы — по крайней мере раньше — использовали аппарацию на берегу.       Снейп пробирался через рощу, когда услышал голоса и топот. Он пригнулся к земле и спрятался за деревом, но люди бежали прямо в его сторону. Хорошо, что бежали, в противном случае кто-то из них мог бы заметить дезиллюминационные чары.       Северус разглядел три фигуры. Слишком небрежно одетые и гораздо младше мракоборцев или Пожирателей смерти, они от кого-то убегали.       Егеря.       Одного из троицы Снейп узнал. Поттера вообще узнать нетрудно, он слишком похож на отца. Двое других, видимо, были Грейнджер и Уизли. Следом за ними бежали волшебники постарше, что-то выкрикивая друг другу. Снейп выпрямился, стоило бегущим оказаться за его спиной, и сделал резкий взмах палочкой. Заклинание угодило одному в грудь и сбило с ног. Сразу же следом Невыразимец послал проклятье в другую сторону и подбил ногу другому егерю. Со стороны он увидел, как от волшебника отлетела нога, отсеченная от колена, куда угодило заклятье.       Шорох раздавался отовсюду, и Снейп замер, внимательно вслушиваясь. Егерей было больше трех, скорее всего другие успели догнать ту троицу.       Северус снял чары и пошел дальше. Вскоре путь в роще вывел к дороге, оттуда волшебник переместился уже не боясь, что его засекут. Может мракоборцы и увидят связь с Паучьим тупиком, но вряд ли среди них есть кто-то настолько не обделенный мозгами.       Аппарация перенесла мужчину на берег, и оттуда Снейп прекрасно увидел повозку с фестралами и группу людей. Винса не видно, а Пожиратели смерти выволакивают Шифун из повозки, не грешась парой ударов по лицу. Вот и сейчас…       Заклинание ударило по волшебнику в черной мантии, тот закричал и схватился за воспламенившееся плечо. Снейп тоже вставил свою лепту, своим коронным номером отсекая у вооружившегося Пожирателя голову. Враги не ожидали нападения с двух сторон, и их оборона пала с первой секунды.       Шифун упала на землю, скрученная заклинанием по рукам и ногам. Снейп стиснул челюсти, стоило ему заметить, что ведьма не двигается.       Как только с провожатыми было покончено, первым с другой стороны выбежал Винс. Северус подошел ближе уже когда Невыразимец поднял напарницу на руки.       — Так и знал, что ты тут будешь, — с придыханием произнес Винс. Видок у него был…мягко говоря, не очень. Снейп оценил отросшую бороду и усталый вид, но больше всего ему понравилось отсутствие некоторых пальцев на правой руке.*       Винс, удерживая в коконе бессознательную волшебницу, пожал плечами.       — Ерунда. За это один лишился руки, а другого до сих пор ищут.       Снейп не мог не усмехнуться. Это было все, на что он способен, потому что улыбаться он разучился. Винс наоборот едва ли не смеялся, хотя глаза с последней встречи остекленели.       — Пусть знают, что случается, если иметь дело с отделом Тайн.       — Ты много болтаешь, Винс, — мягко заметил Северус. — Пожиратели смерти проникли в отдел Тайн?       — Разумеется, нет. Половина из них запуталась в нужных дверях и увидела то, что слабым психикой видеть не нужно, а другая больше туда ни ногой. В компании Мерзопакости они успели разрушить парочку комнат…твой кабинет тоже пострадал.       — Давно хотел сделать там ремонт.       — Что Потерянный?       Если бы Снейп не выглядел бескровным вампиром, то побледнел бы.       — Я работаю над этим.       Винс взглянул на напарницу. Шифун выглядела плохо. Еще хуже, чем борода на лице Невыразимца.       — Ты сжег все исследования? — спросил Снейп, отвлекая волшебника от печальных мыслей.       — Да. Пока никто не знает о Потерянном, и Финн тоже не болтает. Финн кстати все еще заведует, и не позволяет Пожирателям смерти занять его пост. Славный парень.       — Вам есть где спрятаться?       Мужчина кивнул.       — Я смотрю ты выскакиваешь из своей норы время от времени. Будь осторожен.       — Ты тоже, Винс. И передай Шифун, что дела идут неплохо.       Невыразимцы разошлись в разные стороны. Снейпу ничего больше не оставалось, кроме как вернуться в Паучий тупик. Дом он оставить не мог, если только нежелание больше не сталкиваться с Блэком не пересилит желание спалить дом.       * * *       Находясь по ту сторону, в привычной тьме, Снейп вспомнил, что в его воспоминаниях глаза Северуса из Хогвартса из серых стали зелеными, стоило подойти ближе. Поэтому первым делом он опустил взор и коснулся разумом поднесенных к «лицу» рук.       Если даже вместо зрачков у Невыразимца были огоньки зеленого пламени, а лицо — маска с глазами, то он этого не чувствовал. От тьмы отделились линии, зеленый свет очертил пятипалые конечности, хоть и не так явно, но Снейп мог видеть хотя бы неясные очертания. Остального тела он по-прежнему не видел.       — Моя душа.       Снейп поднял голову. Душа Блэка так же, как и всегда, глядела на него полыхающими красными огоньками.       — Я знаю, что мне нужно сделать, Блэк.       Душа Блэка двинулась с места и в считанные секунды оказалась совсем близко. В таких случаях можно почувствовать дыхание, но этот мир не располагал подобными возможностями. Снейп почувствовал, как ладонь коснулась его души. Снова то же ощущение…       Блэк коснулся ладонью «груди» и втиснул руку во тьму, захватывая пальцами душу. Прикосновение было едва заметным, осторожным, Северус все равно почувствовал это слишком ярко. Он скривился, зажмурившись на секунду. С того раза душа как будто стала…чувствительней, хотя как такое может быть. Но она тянулась за чужими прикосновениями и моментально посылала импульсы наслаждения, когда Блэк пытался ладонью поймать свет, исходящий от ядра.       Снейп перехватил запястье. Мягкое, но осязаемое. Блэк поднял «глаза».       Слушая тишину в собственном старом доме, Северус задумался, почему Люпин в этом помочь не мог. В том, чтобы дозваться до души Сириуса. Тот слышал голос оборотня, но не пошел за ним.       Почему?       — Ты должен пойти со мной.       Красное пламя колыхнулось. Северус потянул Блэка за собой, но тот воспротивился, и Снейп начал злиться.       — Черт подери, Блэк! — прорычал Невыразимец и дернулся к силуэту, прерывая сопротивление. Блэк такого не ожидал, поэтому не успел увернуться, и Снейп в него врезался, тут же пробираясь рукой в центр груди.       Тишину разрезал какой-то непонятный звук, Снейп не смог его истолковать. Он потянулся пальцами к душе и сжал ее, как недавно это делал Сириус. Блэк согнулся пополам, красное пламя всколыхнулось и загорелось. Теперь Снейп видел, как задрожали руки мужчины. Душа ощущалась в руке как мягкий теплый пушистик, отдающий светом и теплом.       Снейп разжал пальцы и уже нежнее коснулся ладонью энергии, после чего дернулся вперед.       Красное пламя неожиданно оказалось слишком близко. Снейпу всегда казалось, что у этой тени нет губ, но резко столкнувшись лицом, он их почувствовал.       Если понадобится выдернуть твою душу из этой оболочки, чтобы вытащить тебя отсюда, я, мать твою, сделаю это, Блэк!       Снейп упал с кресла, но понял это только через пару минут. И боль в плече подсказала.       Пока Невыразимец пытался справиться с головной болью от резкого прерывания заклинания, сверху на него что-то упало. Ну как «что-то».       Снейп зашипел, уворачиваясь от волос, которые лезли ему в лицо. А потом их обладатель дернул головой. Северус чувствовал дрожь навалившегося на него тела. Пока Блэк не согнул локти, опираясь ладонями о пол, грудью Невыразимец ощущал бешеный стук сердца. Он так и остался лежать, ожидая, пока Блэк придет в себя и поймет, какого дракона только что разбудил своей тушей.       Сквозь завесу растрепанных волос мелькнули серые глаза и тут же исчезли за веками. Радужка бегала в разные стороны, наводя фокусировку. Потом Блэк несколько раз моргнул, пошатнулся, но Снейп удержал его за плечи, и тогда первый пришел, наконец, в себя, фокусируя затуманенный взор на лице Невыразимца.       — Снейп?..       — Привет, сладкий, — притворно добрым голосом мстительно отозвался Снейп, тяжело вдыхая воздух. Туша Блэка наглым образом лишала его возможности дышать беспрепятственно.        — Какой еще?.. — успел было возмутиться Блэк, буквально подскакивая, но снова падая. Снейп оттолкнул его от себя и со всей силы ударил лбом по лбу. Теперь они оба упали на пол со стоном и новой головной болью. — А-ахаха!.. За что, ублюдок?       — За то что лапал, козел, — прорычал Снейп и, собравшись с силами, скинул с себя волшебника, подымаясь на ноги.       — Я что, в Аду? — простонал Сириус, скручиваясь на полу в позе эмбриона.       — Возможно, — ответил Северус, одергивая сюртук. — Посмотрим, как хорошо будешь себя вести.       — Какого черта, Снейп? Где я? И где Гарри?       Сириус сначала силился подняться на дрожащих ногах, как новорожденный олененок, а потом его шатало по всей комнате. Снейп оскалился и перехватил мужчину за плечи, помогая удержать равновесие.       — Ты хочешь, чтобы я тебе врезал, Блэк? Опять?       Сириус поморщился, разглядывая Снейпа, а потом вдруг заметил, что одет чуть больше, чем ни во что.       — Я без одежды! Что ты со мной сделал, ублюдок?       — Раздел и положил посреди комнаты на стол для аутопсии, а ты что подумал?       Лицо Блэка исказилось. Снейп посадил его на стол и кинул в него простыней.       — Расслабься. Нахер ты мне не сдался.       — Вот именно, что нахер… — пробубнил Сириус, заворачиваясь в простыню. Снейп одарил его убийственным взглядом и ушел в другую комнату, за зельями. Вернулся с целой коробкой на руках, потому как выронил палочку, пока падал с кресла.       — Что я здесь делаю, Снейп? И где я вообще?       Северус дернул головой, сбивая пряди с глаз, и опустился в кресло перед на голову свалившимся гриффиндорцем.       — В Паучьем тупике, у меня дома. Сначала ты отвечаешь на мои вопросы, а потом я решу, рассказывать тебе все или нет.       — Чего?       — Только голова болит?       — Да, — растеряно ответил Блэк на вопрос.       — В висках?       — В том месте, где мой лоб встретился с твоим.       — Нигде больше? В затылке?       — Нет, сказал же.       Снейп надавил двумя пальцами на виски, обеими руками проверил затылок на предмет синяков, к великому неудовольствию Блэка. Тот ворчал весь процесс.       — Не дергайся, Блэк, — строго сказал Северус, и Блэк тут же оторвал от себя пальцы. Снейп оставил их растопыренными в воздухе, закатив глаза. — Что на этот раз?       — Я не буду дергаться, если ты тоже разденешься, Снейп. — Глаза Невыразимца остекленели. — Чтобы не только я тут чувствовал себя идиотом.       — Идиот — это призвание, Блэк. Его заслужить надо. У меня нет твоей одежды и сходить за ней или купить новую я тоже не могу. Выбирай: или простыня, или ходи голым.       — Если ты не можешь выйти из дома, а я тем более, то кому из нас будет хуже, если я буду ходить голышом по твоему дому?       Снейп медленно придвинул лицо с бесхитростной улыбкой.       — Я привыкну, Блэк. Для сравнения зрелище не столь отвратительное.       — Откуда ты знаешь? — с той же улыбкой и загадочным шепотом отозвался в ответ Сириус.       Снейп опасно сощурился.       * * *       Рассвет нового дня осветил развалины Хогвартса. Несмотря на безжизненные тела друзей, товарищей и семьи, у всех было спокойно на душе.       Эта ночь закончилась.       Гарри с улыбкой прислонился виском к плечу Гермионы. Рон по другое плечо сделал тоже самое, а Грейнджер устало приобняла парней и уложила голову на рыжую макушку.       В Большом зале, сейчас порушенном до основания, волшебники что-то тихо друг другу говорили. И было так спокойно…       Гарри приоткрыл веки, глядя на черные от грязи и копоти руки. В голове гулял ветер, приятное умиротворение. До тех пор, пока впереди не вспыхнул огонек. На секунду он показался красным.       Это было всего лишь вспыхнувший конец сигареты. Поттер усталым, ничего не выражающим взглядом уставился на едва заметную искру. Этот процесс наблюдения затягивал. Мужчина, который закуривал сигарету, сидел между двумя телами у их голов, скрестив ноги. Он низко склонился, так что длинные волосы скатились с плеч и чуть накрывали щетинистое лицо.       Одной рукой волшебник придержал сигарету, медленно выпустил струйку дыма в потолок, снова склонился и свободной рукой пригладил волосы на лбу покойника. Плавными, точными движениями. Мягко, скорбя.       Запоздало пришла мысль, что волшебник скорбел по Ремусу и Тонкс. Ремусу и Тонкс, у которых остался малолетний сын. Которые положили свои жизни за спасения чужих.       — Ты свободен, мой друг…       Гарри прочитал по губам. Волшебник сказал это так, чтобы слышал только Люпин, если бы мог. Он повернулся к Тонкс и тем же движением убрал локоны с лица.       — Красивая. Я верю в тебя, брат. Ты достоин ее, как бы сильно в этом не сомневался.       Гарри приподнял голову с плеча Гермионы. Подруга приоткрыла веки, искоса сквозь ресницы глядя на Поттера. После того, как она увидел встревоженно нахмуренный брови, то посмотрела в то место, от которого не отрывает глаз Гарри.       Волшебник несколько раз затянулся и замер в скрюченной позе. Огонек вспыхнул, снова потух.       Мальчик поднялся со ступенек и нетвердым шагом пошел по пустующей тропе между мертвецами, не спуская глаз с мужчины. Волосы накрывали часть лица, красивого, как помнил Гарри. Тонкие пальцы свесились с колен.       Волшебник приподнял голову, когда Поттер обошел Ремуса и встал в шаге. Рон, крепко удерживающий ладонь Гермионы, почувствовал, как та сжала его руку. По лицу Гарри трудно было что-то понять, но потом брови на его лице искривились, а дрожащие губы сжались в тонкую линию. Мужчина поднялся на ноги и улыбнулся мальчику.       Гарри пришлось поднять подбородок, чтобы увидеть лицо Сириуса. И как только это произошло, как только Поттер понял, что не ошибся, Блэк протянул одну ладонь, потом другую. Стер грязь со скул, потрепал по темным волосам. Гарри сморгнул слезы, и Сириус широко улыбнулся, притягивая к груди мальчишку.       Поттер стиснул футболку на спине пальцами и засмеялся. Блэк поцеловал его в макушку, непрерывно поглаживая пальцами волосы. Снейп наблюдал за этой сценой из проема, который создал в стене взрыв. Весь зал тоже смотрел, поэтому они не видели Невыразимца. И не видели, как тот бросил последний теплый взгляд и развернулся, растворяясь в тени.