счастье любит тишину

за весь день они говорят только немного с утра и почти не смотрят друг на друга, но когда всё веселье подходит к концу, хватает одного кивка в ответ на брошенный издали взгляд. женя оставляет всё на потом, успевает догнать ближе к выходу и пыхтя переодевается уже на заднем сидении её тачки. этери молчит. не то чтобы они на той стадии, когда непременно нужно постоянно хватать друг друга за руки и щебетать о большой и чистой, и на замену всех розовых соплей вполне подойдёт готовность полтора часа потренировать лично её после такого дня. но... женя знает, о чём она думает, и по повороту головы может определить, насколько ей неуютно. волк слабее льва и тигра, но в цирке не выступает, а этого волка притащили в цирк и поставили в центр арены. смех и грех. она наваливается на заднее сиденье и гладит её по плечам до тех пор, пока она не накрывает её руку своей. совсем ненадолго. ей самой, в общем, тоже сказать нечего. в ответ на её "молодец. держись. в инстаграм ещё неделю не заходи" этери может наконец-то прорвать, и крики из оперы "кармен" в ограниченном пространстве женя спокойно переживёт, но лучше от этого никому не будет, а им ведь ещё завтра обратно. поэтому она только ласково щурится. где-то полчаса на разминку, почти самостоятельно. этери возвращается к ней как будто чуть посвежевшая, но от таких её взглядов, как сейчас, зелёная молодёжь обычно начинает переживать. женя столько переживать уже не может. тренировка, разумеется, на прыжки, которых почти нет, но просто так женя не подвинется. сверх того, не она одна в себя верит. может потому что на расслабоне в последние пару дней, идёт не так плохо, на место уместной в позднее время усталости приходит кураж. в какой-то момент она не выдерживает больше, открывает калитку и отправляется к ней. коньки здорово срезают разницу в росте. женя хватает её обеими руками в то, что объятиями даже не назвать, и застывает. этери не двигается. — отпусти. всё нормально. — не отпущу, пока не скажешь, что не всё нормально. да конечно, ни за что не скажет. женя смотрит, как она закатывает глаза, терпеливо ждёт, пока это шоу закончится, пока ей не надоест притворяться самой сильной и равнодушной. конкретно здесь и сейчас точно не самая сильная. женя смыкает руки сильнее. дожидается ответных объятий и вздоха в свою макушку, гладит по спине, закрывает глаза и восстанавливает дыхание. сказать правда нечего. ну, почти нечего. — ты ко мне почаще подходила бы, — жене хочется в просьбу, получается, как всегда, пассив-агрессив. — счастье любит тишину. её выводит на эмоции хотя бы просто от тона голоса, такие настоящие, что хочется спрятать подальше. она и прячет — за дурацкой иронией. — а ты типа счастлива? женя не дожидается ответа, потому что уже втихую добралась ладонью до её шеи как раз там, где заканчивается затылок, она тянет к себе, неа, ей не нужен ответ. это всё не в первый раз, но сильно так же, как в первый, никогда не подготовишься. она отстраняется сама и сбегает обратно на лёд, не оборачиваясь, потому что у неё сейчас дурацкие красные щёки, дурацкая улыбка, всё выражение лица дурацкое. не важно, что этери и так это знает, даже не видя. женя орёт со льда: — в инстаграм ещё неделю не заходи!