Побег из сектора Сецессио

      Чтобы спасти выживших с "Пояса Мордвиги", забрать воинов Караула с останков отравленных пустотных хищников, а потом обогнуть планету, у эскадры Classis Libera ушло почти два часа.       Последние минуты отчаянной гонки оказались самыми нервными – закончились снаряды, и единственным, кто ещё огрызался, был лёгкий крейсер типа "Стойкость" под названием "Стервятник" капитана де Бальбоа. Батареи излучателей заряжены лишь наполовину, но хотя бы заряжены, и "Стервятник" клевал пустотных хищников ослепительно синими лучами.       Лас не мог припомнить другого такого же боя. Даже при Скутуме или Норайе адмирал не сгрыз себе ногти так, как в этот раз. Алкоголь не спасал – Лас просто перестал пьянеть.       За час "Амбиция" уничтожила больше целей, чем за несколько лет Нагарской кампании. Преследователи закончились – со стороны звезды Мордвигу-Прайм окружало не так много прожорливых тварей. Быть может, они всё же чувствовали жар, несмотря на толстую шкуру.       – Подорвать заряды! – приказал Лас.       Эскадра Classis Libera как раз "ныряла" под металлическое кольцо орбитальной станции, когда та начала разваливаться на куски. Пространство вокруг наполнилось таким количеством обломков, что Лас мог сравнить его с облаком шрапнели или даже с астероидным полем. Много врагов ещё погибнет в вихре космического мусора, но настоящее опустошение ещё не начиналось.       – Пустить вирус, – Лас Руиз заколотил последний гвоздь в крышку гроба Мордвиги-Прайм.       Орбитальную станцию разрушали не стихийно, а в строгом соответствии с планом, одобренным техножрецами. В каждом мало-мальски крупном отсеке взорвалась бомба, начинённая вирусом "Пожиратель жизни". Пусть из-за разгерметизации часть совершенного оружия пропадёт втуне, но если хотя бы один обломок с газом войдёт в атмосферу, то начнётся Экстерминатус. Начнётся самоподдерживающаяся реакция, всеобъемлющее гниение любых форм жизни настолько мощное, сколько этой самой жизни ещё осталось на Мордвиги-Прайм. А Великий Пожиратель успел отправить на бой с демонами миллиарды.       – Вот и всё, – проговорил Лас и вздохнул.       Он задрожал, закружилась голова. Адмирал едва удержался на ногах, вцепившись в поручни площадки, нависающей над мостиком. То ли вся тяжесть войны легла на его плечи, то ли, наоборот, внезапно спала, и пришла долгожданная пьянящая лёгкость – Лас не знал. Он очень сильно захотел, наконец, выспаться. Хотя бы четыре часа.       Лас сверился с показаниями авгуров, ознакомился с проекцией тактического голостола и убедился, что эскадру никто не преследует. Адмирал ещё раз посмотрел, как около голубоватой полупрозрачной планеты кружатся обломки орбитальной станции, и еретики бьются с чужаками, а потом отключил моделирование и перевёл когитатор в ждущий режим. Лас спустился к офицерам и проговорил:       – Благодарю за работу, господа… товарищи… братья и сёстры, – адмирал переходил от одного к другому и жал им руки. – На нашу долю ещё не выпадало таких испытаний, но мы справились. Я справился. Я справился потому, что руковожу лучшим экипажем в Империуме. Каждый из вас готов и достоин стать капитаном собственного корабля, но я буду рад, если вы продолжите служить на "Амбиции". Спасибо вам. Вы – молодцы.       – Спасибо вам, адмирал! – воскликнул адъютант.       – Ура! – подхватил офицер связи.       Раздался недоверчивый шёпот:       – Победа?       Однако уже через несколько мгновений прогремел целый хор:       – Победа!       Лас Руиз выдавил из себя несколько улыбок, похлопал кого-то по плечу, а потом пошёл, пошатываясь, в каюту.       Он смертельно устал.       Хотя бы четыре часа…