Побег из сектора Сецессио

      Потиний сделал первый шаг в Мире Без Света.       Здесь на самом деле было темно, по-настоящему темно, не спасали ни херувимы, ни искусные оптические имплантаты. Пространство вокруг пожирало любой огонёк с жадностью тиранида. Потиний опустился на колени, отложил в сторону силовой топор и ощупал землю.       Гладкое чёрное зеркало, такое же, как на Лотиане.       Артефакт, на котором они с Советником прибыли сюда, пропал во мраке, но не растворился в нём – Потиний всё ещё слышал гул, с которым четырёхлучёвая звезда вращается внутри сферической клетки. Артефакт сначала издавал неприятный свист, но скорость вращения снижалась, а вместе с ней и звук становился тише.       Советник же не страшился за собственную жизнь и отважно шёл вперёд, не растрачивая время на прощупывание почвы. Да и зачем этим заниматься, если у тебя даже не девять жизней, как у иной кошки, а примерно девятьсот? Именно столько осталось в строю боевых единиц мира-кузни.       Для разведки, что неудивительно, Советник занял оболочку сикарийского разведчика. Остальные роботы и скитарии всё ещё охотились на чужаков, которые без присмотра Великого Пожирателя превратились в испуганных животных, потеряли былую ярость и боевое безумие.       Не прошло и нескольких мгновений в полной темноте, как Мир Без Света больше нельзя было так называть. На беззвёздном небе появилось тусклое светило, напоминающее склеру без радужки и зрачка. Теперь Потиний мог идти, не опасаясь падения.       – Подойди сюда, пожалуйста, – позвал Советник.       Сначала магос огляделся. Их корабль завис над огромной круглой площадкой, словно бы и предназначенной для "посадки" подобных летательных аппаратов. Потиний не заметил ничего похожего на диспетчерскую башню, но разглядел вдали сооружения исполинских размеров – колонны, которые были увенчаны кольцами, через которые проходили прозрачные трубки, напоминающие стекло. Внутри магос не заметил жидкости. Он предположил, что это какая-то дорога или же транспортное средство наподобие пневматической трубы.       В воздухе курсировали серебристые шары размерами схожие… да что там, куда более впечатляющие, чем Лотиан. Потинию показалось, что он находится внутри модели некой звёздной системы – пока заводка не кончится, механизм работает, планеты кружатся. Было не похоже, чтобы шары патрулировали местность – двигались они по какой угодно траектории, но не охватывали все земли. Ни один из них даже не собирался пронестись над космодромом, куда приземлился Лотиан.       – Сколько тебя можно ждать? – произнёс Советник. – Скорее!       Потиний, наконец, догнал Духа и встал рядом. Магос увидел какой-то город, укрытый дырявым одеялом низких туч.       Или же это промышленная зона? Или горное ущелье?       Потиний не мог сказать точно. Они находились на вершине этого мира, и то, что находилось ниже, ещё только предстояло изучить.       Изучить Потинию.       Магос размахнулся и развалил скитария надвое. Со звуком рваной струны верхняя половина Советника ударилась о гладкую поверхность посадочной площадки. Нижняя же покачнулась и сорвалась в пропасть, чтобы удивить или напугать местных жителей, если здесь вообще остался кто-нибудь, способный удивляться или… живой.       – Ты сошёл с ума?! – рявкнул Советник. – У меня сотня тел! Что ты хочешь этим доказать?!       – То, что человечество всегда доказывало изуверскому интеллекту, – магос кивнул в сторону Лотиана.       Из артефакта древних выплеснулась волна пламени, ещё спустя несколько мгновений он начал разваливаться. Лотиан рухнул на площадку, из-за чего Потиний едва удержался на ногах, а потом артефакт съехал за край и отправился в полёт.       – Я перенёс со "Злого Рока" не только оружие и броню, – объяснил Потиний.       Советник проводил падение Лотиана молча – металлическая маска не выражала никаких чувств.       Потиний неторопливо зашагал к разрубленному скитарию.       – Что ты натворил?! – воскликнул Советник.       Он бы, наверное, обхватил голову, но был занят тем, что пытался отползти от палача.       – Я думал, ты сильнее догматов!       – Ты ценен, только служа Богу-Машине, – проговорил Потиний. – Как и я, как инквизитор, как все граждане Империума.       – Проклятье, Потиний! Нам не нужны Боги! У нас есть разум, и этого достаточно!       – Тебе достаточно, – кивнул магос.       – О-о-о! – провопил Советник. – Как глупо! Как же ты глуп! Что ты будешь делать теперь?! Ты! Человек!       – Защищать свой род, славить Омниссию и служить Богу-Машине, – ответил Потиний и снёс Советнику голову.       Она со звоном откатилась в сторону. Оптические имплантаты то гасли, то снова загорались. Перед тем, как испустить последнюю искру, Советник сказал:       – Глупо… но хотя бы увидел… нечто… великое.       Если бы у Советника оставались пальцы, он бы показал на небо, но Потиний и так понял, куда смотреть.       У единственного светила этого мира появилась и радужка, и зрачок. Он сузился, вперившись в Потиния.       В следующий миг у мира появилось ещё несколько глаз. И ещё, и ещё, десятки, сотни, тысячи глаз-прожекторов глядели на ссору насекомых, учинивших в доме погром.       Магос потерял дар речи.       А Древние нашли себе новую игрушку.