Песнь холодов

Холодно. Ужасно холодно. Ангел никак не мог представить, что внизу настолько холодно. Ветер вместе со снегом, бил в лицо закрывая обзор и чтоб хотя бы видеть свои ноги и вообще куда идти приходиться прикрывать глаза руками. Голему единственное что хотелось в этой ситуации это найти место, где можно переждать бурю и отогреться. Но слишком сильный ветер, да и место в котором парень оказался вряд ли способствовали на это, если вообще способствовали. Но брюнет продолжает надеяться и продолжает идти наплевав на ужасную боль в спине и кровь что от туда чуть ли не фонтаном шла. Кровавый след что оставлял Голем и песнь ветров, поющих о скорой кончине, не особо его радовали, скорее даже пугали, слишком пугали. Ему не хотелось осознавать, что ему конец, что он больше не увидит своего брата и друзей, не увидит тех зеленых полей и не почувствует теплого ветерка. Только сейчас Голем понял, насколько он этого не ценил раньше, когда был в безопасности, когда он был там наверху. Теперь назад дороги нет, его подставили и заставили поверить, что это он преступник и вырвали ему крылья, а после скинули в низ как какой-то бесполезный мусор, которому не место в обществе. Что он тогда испытывал? Боль, разочарование, гнев. Он не был так зол как не на кого другого как на Рафаэля, ведь именно этот ублюдок его подставил, а ведь он ему был другом, хотя скорее больше, чем другом. Голем кричал от безысходности и злости от происходящего, ему хотелось рвать и метать, ему хотелось разорвать и стереть ту ухмылку на лице Рафаэля, которую он краем глаза заметил, когда его скидывали вниз. Но единственное что он добился это сорванного голоса и сломанной кисть руки, он не раз считал свои силы и настолько сильно бил дерево, что попалось ему первое на пути, что сломал себе кисть. Сейчас Голем ослаб, слишком ослаб, ему ужасно хотелось прилечь и поспать, но каждый раз когда эта мысль проскальзывала в его голове он вертел голову из стороны в сторону пытаясь тем самым вытряхнуть ее из своей головы и продолжал идти дальше. В следствии таких бесцельных бродилок, Голем набредает на какой-то каменный дом, на удивление он не был разрушенным и выглядел так как будто там до сих кто-то живет. Поначалу это обрадовало ангела, что он не один в этой глуши. Пока не зашел внутрь. Дом был пуст и ощущение того, что здесь когда-то кто-то жил исчезло в невероятные мгновения. В доме не было ничего кроме поломанной мебели и матраса с тонким одеялом, но единственное что заставляло радоваться это камин, в котором на удивление было небольшое количество веток и дров. Закрыв насколько это возможно плотно дверь, Голем начал поиски чего что могло бы помочь зажечь камин. Голем надеялся хоть что-то что не успели унести из этого дома осталось, он пересмотрел по нескольку раз разные шкафчики, посмотрел несколько раз под матрасом, под диваном и т.д. но ничего, все что когда-то здесь было уже унесли. Ветер за окном дул сильнее как будто напевая свою колыбельные смерти еще сильнее и активнее в предвкушении того, чтоб забрать в свои вечные холода молодую жизнь. И холод что отдавали каменные плиты и ощущение безысходности заставляло тело ангела дрожать, а разум биться в страхе смерти. Ничего что могло бы помочь зажечь огонь так и не нашлось поэтому пришлось использовать довольно старые методы для поджога костра. Голем начал тереть как его учили в школе на уроках по выживанию, тереть палку об палку. Неизвестно сколько терел палки Голем, но даже так они не хотели загораться или хотя отдавать небольшой сгусток дыма. Кажется, судьба так и продолжает кричать ему о том, что ему нужно оставить свои попытки спастись, ведь кажется, что этот дом настолько долго простоял в этом лютом холоде что даже ветки стали настолько слишком холодными, что их теперь никак не зажечь. Но парень продолжал пытаться, он продолжал тереть и тереть, пока не стер свою единственную рабочую руку в кровь. Кажись только сейчас Голем понял, насколько безысходном положении оказался. Он с пустотой в глаза смотрел на свою стертую в кровь руку, за окном так и продолжал бушевать и шуметь вихрь. Что-то внутри Голема в момент того, когда его левая рука отозвалась сильной боль, сломалось, как будто он в тот момент потерял свою последнюю надежду, что у него была. Но все же он не хотел признавать свой конец, все не могло закончиться так ужасно, ангел уже просто не мог сдерживать слезы, и он плакал, сильно, очень сильно. Он скрутился в маленький комочек на холодном полу, он плакал от сильной боли в теле, из за холода от которого ни как не спрятаться и не спастись, но больше он плакал он от боли от предательства. Предательства лучшего друга, которому он верил, ценил и уважал, блять, он даже был уверен доверить ему свою жизнь в отчаянный момент. Но сейчас этой помощи нет и никогда не будет, он один совсем один и от этого страшнее еще сильнее. От слез в глазах стало больно, они как и все это место были слишком холодными и от этого становилось просто невыносимо, но как либо сдерживать их Голем никак не мог. Неизвестно сколько так пролежал брюнет, но достаточно чтобы слезы прекратились лица и хоть каких-либо сил встать и что-либо делать не осталось. Нескончаемые истерики, страх, боль и большое потеря крови сыграло свое делало. У Голема совсем не осталось сил встать, да что там, даже поднять просто руку не хватает сил, да и в целом хоть как-то пошевелиться. За окном так и продолжал бушевать ветер так и напевая ту самую предсмертную песнь с огромным ожиданием того, когда ангел испустит последний вздох, парню даже на минутку показалось что эта песнь стала играть громче и быстрее. Теперь полное безразличие охватило разум Голема. Та ужасная боль что по началу охватило его тело, исчезла, возможно из за холода, который полностью охватил тело брюнета и притупил эту боль. Все те эмоции – страх, гнев, отчаяние и боль они стихли, замененные безразличием, теперь ему без разницы что с ним будет, ведь его последняя надежда ушла, исчезла безвозмездно. И единственное что сейчас способен ангел - это дожидаться своей смерти. Интересно будь бы здесь Люцифер и Михаил, что бы они сделали увидев это? Хах, уверен Люцифер бы в этот момент начал бы ругаться и кричать о том кто посмел тронуть его старшего братца и будет обещать что порвет всех этих ублюдков на части, а Михаил как заботливая мамочка стала бы, ну или попробовала бы чем то обработать и перевязать раны и как он может будет пытаться подбодрить Голема и одновременно с этим затыкать Люцифера. На холодном лице от таких мыслей появилась счастливая улыбка, но она быстра угасла, вспоминая что случилось перед тем, как его скинули вниз. Он помнил их ошарашенные лица, он помнил их крики и мольбы отпустить его, он помнил их попытки спасти его от столь ужасной участи, он помнил их глаза наполненные отчаянием и болью, он помнил все, не только то что было накануне а в целом все моменты связанные с ними от хороших до плохих. И от этих мыслей та боль что только не давно утихла снова проснулась, но как-либо реагировать не осталось сил. Голему все еще хочется жить, ему хочется вернутся и наконец увидеть конец всей этой истории, концовка которой будет важна в целом для Люцифера, Рафаэля и Михаила, а в целом для Райя и так же для самого Голема, но подобное невозможно его конец как оказался будет другим, он никогда не увидит конец своей эпохи и начало новой. Он никогда не сможет почувствовать себя счастливым. Это последнее, о чем успевает подумать Голем пока не начинает погружаться во тьму, час его конца сейчас как никогда близок и от этого вихрь за окном начинает куда быстрее играть свою предсмертную песнь. Голем никак не может противиться этому и в конце концов наконец погружается во тьму небытия.