Повезло/не повезло...

Пройдя в дом, Винсент скинул с себя кроссовки и тут же про себя отметил, что сразу зайдя к нему можно увидеть грязный пол и кучу коробок и ящиков с инструментами, которые разбросаны как попало. И механик понял, что тот самый час настал и придеться всё убирать, а зная, какой Скотт чистоплотный, он явно не одобрит этого. Зайдет, увидит бардак, развернется — и на том пока! Махнет рукой и уедет. Проходя из коридора дальше к себе в дом, Винсенту разворачивался вид его скромной обители, а по правильному сказать — берлоги. В зале у передней, лицевой стороны находился диван, на котором лежал скомканный плед, а рядом валялись две банки из под пива и тапки. Правее стоял платяной шкаф. На окнах висели желтые тюли, которые никогда не раздвигались. Да и вообще, кажется, их никогда и не трогали. Потолок был натяжной, обычный, небольшая люстра с парой лампочек (которую оставили прежние домовладельцы), ну и здесь под ногами лежал большой, пыльный ковер. На стенах были обои серебристого цвета с черным узором. Справа находилась кухня, где стоял обычный и простой гарнитур. Стол, на котором стояла кружка наполовину наполненная водой; раковина, где стояла также кружка, но уже с недопитым чаем. На столе недалеко чайник, весь заляпанный чем-то. Холодильник полупустой, нормальной еды там уже как неделю нет. Ну и пара стульев у окна, которое занавешено белыми полупрозрачными тюлями. Прохаживаясь и осматривая свое жилище, Винсент оценивал масштаб срача и думал, как бы быстрее всё прибрать. Посмотрев на настенные часы на кухне, он увидел время 17:00. Через три часа к нему приедут. Времени ему хватит, да еще возможно успеет придумать что-нибудь интересное...украсить кухню? В этом плане у него смекалка плохо работала, в голову приходили только цветы в стакане... Подняв голову вверх и посмотрев на потолок, он увидел лампочку, которая одиноко висела на оголенном проводе. Тыкнув на выключатель, свет не загорелся. Да к тому же и нерабочая. Бишоп выключил свет и взяв стул, он встал на него и начал откручивать лампочку, при этом он не видел, как стоит и боялся наебнуться со стула, ведь он может удариться головой об батарею. Успешно открутив лампочку (пока он стоял у него чуть не открутилась голова) он выбросил ее, а сам стал думать, как они будут сидеть вечером без света. На ум пришли только свечи, и на этот раз Винсент не стал смущаться, потому что это вынужденная мера. Но в такой обстановке будет довольно романтично...Или же нет. Возможно они напьются в сопли, в говно, в хлам-дрыбадан, что потом вообще не встанут. Может будут горланить песни, или же заниматься еще чем-то безумным, главное не навредить друг другу, а то Бишоп совсем не был знаком с пьяным Коутоном. Вдруг тот, будучи в нетрезвом состоянии ворчит еще больше? Или вообще...похож на цепную собаку? Представив Скотта, который стоит напротив него в ошейнике, и скалит свои клыки...Кажется у него действительно странные мысли. Но что-то внутри него скрутило от такой картины, и помотав головой, он вышвырнул эту мысль. Ну что-же, самое время приступить к работе. Бишоп переоделся в футболку и штаны, а кепку снял с головы, чтобы ему было удобнее убираться. Набрав ведро воды, взяв губку, тряпку и моющее, он начал от кухни драить всю квартиру. Ползая с мокрой тряпкой и вымывая всё под ковром и столом он чувствовал, как его колени отзываются ноющей болью. Потом он промыл все окна и зеркала, вытер пыль, и отряхнул ковер на улице. После снова затащив его в дом и расстелив, он удивился тому, что он оказывается не серого цвета, а белого! Остался только тот самый коридор. Решив не запариваться уборкой там, он просто скидал всё в сарай за домом, положив всё в одну огромную коробку и утащив разом. Стоя посреди квартиры с тряпкой и оценивая наведенный порядок, он вытирал пыль со лба и одергивал футболку, которая прилипла к телу после изнурительной работы. Бишоп не хотел бы, чтобы Коутон лицезрел его в таком виде, так что он прошел к себе ванную и смыл с себя липкий пот и грязь. Стоя у шкафа, он долго думал, чтобы ему надеть приличного. Протянув руку вдаль, он достал оттуда стопку с футболками и перебрав, он нашел среди них рубашку красного, почти алого цвета, шелковую и легкую. Он надевал ее только один раз — при приёме на работу, и состояние у рубашки было идеальное. Только вот он купил ее еще когда был пареньком, года четыре назад. Сейчас он возможно вытянулся, в плечах стал пошире. Хотя тогда она на нем висела, сейчас же она либо вообще на него не налезет, либо... Надев ее, он посмотрел на себя в зеркало. Рубашка хорошо была в плечах, да и вообще смотрелась на нем отлично. Поправив рукава и воротник, Винсент надел брюки и и заправив рубашку в них, он посмотрел на себя. Вылитый красавец! Даже гладить ничего не надо, и так сойдет. Напоследок ему осталось причесать волосы, но те были непослушными, так что он просто завязал их в хвост потуже, оставляя снизу, и взяв деньги, с улыбкой на лице побежал за вином до магазина. В это же время Скотт с горем пополам закончил чинить кран в ванной и наконец смог нормально умыться. После он не стал особо заморачиваться и решил надеть белую рубашку, но идея так себе, наверняка он заляпает ее вином или еще чем нибудь...После он расческой убрал волосы на бочок, при этом концы всё равно лохматились, и протер очки. Затянул галстук, почистил ботинки, взял телефон с зарядки, ключи, пачку сигарет и закинул их в сумку. Время 19: 45. Ему ехать десять минут, он как раз должен подойти вовремя. Перед тем как выйти из дома он еще раз посмотрел на себя, и оставшись довольным увиденным, он с серьезной миной на лице пошел на остановку, думая о предстоящей встрече. Ехал Коутон недолго, и высадясь на остановке недалеко от дома Винсента, он посмотрел на свои часы. Время 19:55. Всё с точностью как он рассчитывал. Кстати насчет домов: Бишоп и Фон Гай не зря выбрали себе жилье недалеко от остановки, чтобы успевать на автобус, так как здесь они не часто ходят и их нужно ловить в определенное время, а иначе простоишь еще минут 30-40 и не дай бог опоздаешь, потому что потом, если Виктор прознает об этом, то ему несдобровать и вылетит он за дверь в безработную жизнь бродяги. А еще хуже может быть то, что Винсент не сможет справиться один. Этот распиздяй пока читает свои газеты может не заметить, как Фредди заносит его же гитару над его головой. Ну или же пока он будет пробираться по коридорам, то велик шанс что за поворотом он встретит чью-то страшную морду. Нет, не бухого Винсента, как было один раз, а аниматроника. Подходя к дому, он поправил галстук, чувствуя себя скованно и непривычно. Он впервые у него в гостях, ему даже пришлось привести себя в порядок, надеть всё чистое, ну прямо всё так...торжественно? Ну они будут пить вино, все дела. Хотя они наверное просто налижутся в стельку и заснут прямо на полу кухни. А на утро начнут спешно собираться на работу. Ну или же пропустят дневное дежурство. Стоя у двери, он прислушивался к тому, что происходило внутри дома. Ничего особенного там слышно не было. Еще раз посмотрев на часы, он увидел что подошел вовремя, и глубоко вздохнув, он постучал три раза. Послышались шаги, и тут вовнутрь открылась дверь. На пороге перед ним стоит Винсент Бишоп и смотрит на него немного вниз. Алая шелковая рубаха чуть затрепыхалась от дуновения сквозняка, волосы более-менее прибраны, на брюках затянут ремень. Весь его вид излучал некую развязность и праздность. В ухе блестела золотая серьга, которую Коутон видел нечасто. Обычно там была такая черная маленькая сережка круглой формы, которая будто кнопка крепилась к мочке уха, но сейчас новое украшение так и бросалось в глаза. Бишоп улыбнулся ему и сделав шаг, взял его за плечи и затащил к себе. — Разувайся и проходи. Как всегда ты вовремя, чему я рад и ни капли не удивлен. Будь как дома в общем...У меня тут бардак был, я прибрался. Надеюсь, хорошо. Коутон скинул с себя ботинки и с осторожностью прошел по коридору, новое доселе незнакомое место немного привело его в растерянность. — Руки там умоешь. — Бишоп приоткрыл дверь слева в ванную, а сам ушел на кухню. Пройдя к столу, он достал из кармана зажигалку и поджигая пару свечек, он расставил их по краям стола. Солнце начинало садиться и в комнате уже был полумрак, так что большие свечи, которые он не задумываясь зажег сейчас, еще не скоро догорят. Порывшись у себя в шкафу, он нашел лишь один бокал (очевидно для себя), и сразу оставляя его Скотту, он достал себе стакан. Коутон как раз зашел на кухню и расправлял рукава, когда Бишоп наливал вино. Усевшись, они некоторое время смотрели друг на друга, после чего Винсент взял свой стакан, наполненный до краев, и подняв его, посмотрел на парня напротив с приподнятыми бровями и легкой улыбкой. Вино в его стакане блестело рубиновым цветом от лучей оранжевого зарева за окном. — Ну что-же. За...давай сначала за наше новое назначение на дневную смену. — Давай. — Скотт протянул бокал, они чокнулись ими с легким звоном и выпили половину, причем Бишоп как мастер в этом залил в себя быстро. Отставив стакан и кинув взгляд на Фон Гая, он увидел, что тому с очками пить не очень удобно. — Тебе кажется неудобно с очками, лучше сними. — Но...я не совсем привык без них. — Коутон отставил бокал и всё же помявшись, снял их и отложил на стол. Увидеть Скотта без очков всё равно что увидеть пролетающую звезду — нечасто такое бывает. Винсент взглянул на друга и поразился тому, как тот выглядит без зеленой оправы и блестящих линз на носу. Лицо будто другое, непохожее на то, которое он привык видеть. Да и Коутон умело скрывал свои эмоции за стеклами очков, потому как глаза человека многое выдавали, а Скотт...всячески старался не подавать виду и скрывать. Почему — только ему одному известно. — Ты хорошо выглядишь без них! — О...спасибо. — лишь ответил Скотт и положил руки к себе на колени. Разговор не клеился. Точнее, он еще даже не начинался. Винсент, видя неловкость друга решил сам разрулить ситуацию и разбавить обстановку какой-нибудь болтовней. Сделав еще глоток, он поставил локти на стол, и от этого движения пламя свечи чуть не погасло, резко дернувшись. — Давай сыграем в карты? Тут Скотт потянулся к своей сумке, которая стояла прямо тут, на полу рядом со стулом. Пошарившись в ней, он удивленно охнул и положил ее обратно. — Я забыл... — Ничего страшного! У меня где-то завалялись настолки...Не против сыграть? — предложил Винсент, поднимаясь со стула. — Ха, давай! — Коутон хлопнул в ладоши и допив бокал залпом, он потянулся к бутылке, наливая еще. Давно он не пил, тем более вино, да еще с кем-то на пару. Скотт, смотря как вино плещется струей в бокал, надеялся лишь, что будет всё помнить на следующий день. Обычно он после одной бутылки уже всё забывал, а потом к нему были разные вопросы и претензии...Ему говорили, что когда он выпьет, то становится развязным и много говорит. Ко всему прочему даже соглашается на безумные идеи. На следующий день он обнаруживал синяки или царапины, порванную одежду и провалы в памяти. Винсент вернулся с большой коробкой и поставил ее на стол. На крышке была надпись "Правда или действие". Судя по всему она была увесистой, и Фон Гай как выяснилось не ошибался на этот счет. — Тут всего 500 карточек...хватит надолго. Мне подарил ее один знакомый, но я ни разу не играл. — налив себе в стакан еще вина, он сделал пару глотков и потянулся к крышке коробки. — Мне просто играть не с кем было...Я люблю творить всякую дичь, так что я буду выполнять все действия. Ну и отвечать на вопросы, что выпадет... Скотт с интересом заглянул туда, и сверху увидел большую бумажку. Это была инструкция, и раскрыв ее, он увидел в верхнем углы большие черные цифры — 18+... — Ого...интересно. Спускаясь глазами ниже, он прочитал правила, которые были просто и ясны: 500 карточек, 250 из них вопросы, 250 действия. При отказе отвечать на вопрос есть наказание, приписанное ниже. На карточках вопросы написаны зеленым цветом, действия красным. Нужно перетасовать и положить их лицевой стороной, вытягивая по очереди. Скотт в кратце объяснил правила и Винсент интригующе хохотнул, выпил еще вина и смачно хлопнул в ладоши. — Я готов. Ну что-ж, ты первый... Скотт протянул руку и достал карточку, на которой был вопрос. Прочитав его сначала про себя, он смутился и не знал, как озвучить это вслух... — Охохохохо, что там? — спросил Бишоп, с интересом переводя взгляд со Скотта на карточку в его руке. — "Вы девственник?"...Ну и зачем такие вопросы?..Эм ну эээмнээ...Да. — тут он прикрыл глаза рукой и отложил карточку в сторону. — Хаха...ну я не удивлен! Так, а теперь моя очередь. — Винсент потянулся рукой к стопке карт. — Надеюсь, мне выпадет действие...о кстати, пока я не прочитал. Ты бы...хотел переспать с кем нибудь? — Ну...а с кем? — Скотт смущенно бегал глазами по кухне. — Даже не знаю...девушку не пробовал искать? — Трудно...слишком много нужно для этого сделать. Бегай там за ними, терпи их прихоти, все дела... — А с парнем? Мне кажется куда проще. — тут Бишоп хохотнул и перевернул к себе карточку. — О, действие! "Выкурите одну сигарету". Скотти, одолжишь мне одну, я не курю просто, поэтому у меня нет... — Что у тебя за привычка называть меня уменьшительно-ласкательным... — Эхэхэ!... Коутон протянул ему одну сигарету, и Бишоп поджег ее, после немного затянувшись и выпустив дымок. — Да и вобще...с парнем? — Ну да. — пожал плечами Бишоп. — Найди себе какого-нибудь классного чувака, и вы можете прямо после первой встречи где-нибудь... — Прекрати пожалуйста! Говоришь какую-то несуразицу...я конечно ничего не имею против того, чтобы замутить с человеком одного со мной пола, но я всё же больше люблю романтику, чем... — Ого, Скотти оказывается романтик. Не замечал за тобой ничего такого...может, в глубине души? Кто знает. — после чего он снова выпустил дымок. Фон Гай выпил еще и протянул руку к карточкам. — "Вы должны рассказать один из своих секретов". Ну что-ж...— тут он подставил кулак под подбородок и задумался. — Признаться честно, их немало. И это даже больше не секреты, а ситуации из моей жизни, которые мне стыдно кому-то рассказывать. — Опа. Ну-ка ну-ка. — Винсент придвинулся еще ближе, с прищуром и улыбкой глядя на Скотта, который по всей видимости был сейчас в замешательстве. Этот вечер кажется был хорош на откровения. — Вобщем, я один раз решил подрочить...и делал это на гейское порно...— тут Коутон закрыл глаза и в смущении отвернулся. — О...ОООООО. — Бишоп увлеченно налил себе еще вина, чуть было не расплескав. — Нифига ты...А я то думал, невинный человек! Ах вот оно что...Впрочем, ты не парься, я тоже такое делал. В точности как у тебя. — Что, правда? А я думал ты по девушкам... — Ну как тебе сказать...мне без разницы на пол человека. Ну я имею ввиду, какая разница, кого любить и с кем спать? Ты вот разве любишь человека за то, девушка это или парень? Ну лично я нет...— тут он выпил еще и начал жестикулировать рукой. — Понимаешь о чем я? Человека за душу любят...За всё хорошее и плохое. М-да...— тут он взболтнул стакан с вином. — Что-то я разговорился... — Ничего ничего! Ты можешь рассказывать всё что захочешь. Мы же не просто пить собрались. — Коутон махнул рукой и кивнул на коробку. — Твоя очередь. — Так-с...— Бишоп отставил стакан с вином и потянулся за карточкой. Взяв ее, он перевернул и быстро пробежал глазами по тексту. — Ого! А вот это мне нравится. "Спойте песню". Ты не против? — парень поднялся и направился в свою комнату за гитарой, собираясь показать всё своё мастерское умение. — Конечно! Ты очень красиво поешь. — на этот раз Коутон действительно был в предвкушении и не ожидал от Винсента песни, которые он обычно поет в офисе. Вечер для них был вроде как особенным, поэтому Скотт задорно подлил себе еще вина и тут же выпил треть, после смотря на цветы в стакане. В это же время Бишоп в комнате улыбнулся на последнюю фразу друга и смахнул пыль с гитары. Возвращаясь на кухню и садясь, он начал настраивать струны, проверяя звучание. Невольно Скотт залюбовался его видом: алая рубаха шла ему ничуть не хуже, чем фиолетовая, серьга и корпус гитары поблескивали в полумраке, а в темных глазах отражались огни свечей. Такой образ подходил пылкой и эмоциональной натуре парня. Закончив настраивать, он прокашлялся и резко ударил по струнам. Песня была о тяжелой жизни молодого парня, о друзьях и врагах, о безответной любви и цыганах. Пел он громко, не жалея связки. В общем, чёткий репчик прочитал. И сыграл. Закончив, Бишоп глубоко вздохнул и поставил гитару у шкафчика. Он чувствовал, что ему нужно смочить глотку, и потянувшись к стакану, он выпил до дна. — Ну как? — спросил Бишоп друга. Тот лишь похлопал и покачал головой. — Вобще здорово! Я же говорю, красиво поешь. Слушаешь и не налюбуешься. — Коутон отпил вина из бокала и протянул руку ко второй бутылке. — Хехе, уже вторая, глянь. Знаешь, мне нормально так по голове дало с первой... — Мне тоже...— протянул Бишоп, после достал карточку и протянул ее Скотту. — Пока не наливай, выполни действие сначала. —Не факт что там действие. — Коутон поставил бутылку на стол и взял протянутую ему карточку. Пробежав глазами по тексту его брови поднялись в немом удивлении. — Эээ...ааа...эмнэ...— Коутон перебирал карточку в руках и переводил взгляд по комнате. — Что там такое? — с интересом произнес Бишоп. Кажется, его другу сегодня не везло — ему приходиться отвечать на вопросы смущающие его. И сейчас там кажется тоже самое. — Я не буду озвучивать вслух, давай ты прочитаешь...— парень распустил немного галстук и кинул карточку на стол, пододвигая другу. Бишоп опустил взгляд и прочитав про себя, хохотнул, подняв бровь. — Фигня, на раз два можно сделать. Не парься, сейчас найду что нужно. — Бишоп полез в холодильник и достал оттуда плитку шоколада. Развернувшись обратно лицом, он начал разрывать шуршащую фольгу, поблескивающую в темноте. — Конечно же это должен сделать ты, в этом действии я лишь помогаю тебе закончить начатое. Пока Бишоп распаковывал шоколад Скотт вдруг перестал чувствовать неловкость и сейчас он с неподдельным интересом смотрел на Винсента, наливая себе вина и делая глоток. Он вдруг ощутил, что страх, неловкость и неуверенность куда-то пропали, а на их место пришла безбашенность, которая появилась вследствие выпитого алкоголя. Скотт взял стул и поставил его рядом со стулом Бишопа, после чего сел и протянул руку, выхватывая шоколад из пальцев парня. — Как думаешь, сколько раз нужно сделать? — Хаха, сколько хочешь. Но вообще тут не говорится конкретно. Вроде один раз. — ответил Винсент, развернувшись на стуле прямо к Скотту. Менеджер отломил один кусочек и зажав его в зубах, развернулся к Бишопу. В его глазах всё же была некая нерешительность, и он будто ожидал действий Винсента, что тот сразу понял и помотав головой, он тут же повторил: — Это действие должен выполнить ты! По крайней мере, первый шаг. А дальше всё будет легче. Ой да ладно тебе, не парься. Всё будет нормально! — Бишоп выпрямился и положил руки на колени. — Ладно ладно, я даже глаза закрою, ну. — прикрыв глаза он замер, чувствуя, что что-то будет не так. Кожей он ощущал, что Скотт тянулся к нему и становился всё ближе, вот он уже слышит его глубокое дыхание. Невозможность что-то увидеть заводила его. Он ощущал Коутона совсем близко к себе, и вот кончики пальцев задрожали, выдавая его волнение. Вроде бы что такого, да?..Но ему казалось, что момент нес в себе что-то особенное. В это же время Скотт наблюдал за трепетавшими ресницами Бишопа и чувствовал, как его сердце гулко бьется. Боясь того, что оно совсем остановится от неловкости, он решил поскорее закончить с этим. Действие заключалось в том, что выполнявший должен был передать что-то съедобное без рук другому игроку, который также должен был принять без рук. Был только один способ сделать это — губами. Надо же было Винсенту взять именно шоколад...Ничего побольше не нашел что-ли? Скотт сократил расстояние между ними до минимума, и положив руки другу на плечи, он как бы дал понять, что уже можно. Парень напротив него без слов всё прекрасно понял и раскрыл губы, впиваясь зубами в шоколад. И тут они оба почувствовали мизерное касание, отчего у Коутона предательски заалели щеки. Он не планировал этого! Но так получилось... Медленно открыв глаза, Бишоп прожевал шоколад и шумно проглотил его. Они так и остались в таком же положении, ощущая витавшее в воздухе неловкое молчание. Лишь свечи горели на заднем фоне, да звезды мерцали за окном. И тут всё резко изменилось. Скотт приблизился к Бишопу и припечатал его губы своими, на что тот сперва опешил, но после ответил и прикусывая нижнюю губу Коутона, он приобнял его со спины, захватывая в кольцо рук. После они встали и прижав друга к себе, Винсент начал проводить дорожку коротких поцелуев от шеи к щеке, после плотно накрывая чужие губы своими. Не сразу отстранившись, он нежно гладил Скотта по спине, вторую руку запуская в волосы парня. Тот лишь неуверенно приобнял за талию и так же неуверенно отвечал на поцелуй, совершенно не зная, что делать. Тут он понял, что его сердце от всей этой ласки упало прямо в пятки, потому как он его совсем не чувствовал. Напоследок Винсент отстранился и прикусил мочку уха, отчего Коутон вцепился в его ткань рубашки. Было приятно до невозможности. Сейчас им совсем не хотелось ни о чем думать. Бишоп посмотрел в глаза Скотта и недолго думая, поднял его на руки и вышел с ним из кухни, направляясь в зал. Аккуратно положив его на диван, он продолжил покрывать его поцелуями, нежно и осторожно. После он снял с него галстук и бросив его, он начал медленно расстегивать пуговицы на его рубашке, оттопыривая белую ткань. Наклонившись, он продолжил целовать ключицы, немного прикусывая кожу и оставляя красные отметины от зубов. В это время Скотт лишь прикусил губу от приятной боли в том месте, где оставались засосы, и руки на спине Бишопа готовы были разорвать рубашку. Немного отодвинув от себя Винсента руками, он приподнялся и снова впился в его губы, которые мало того что были мягкими и теплыми, так еще и имели привкус от шоколада. Оба парня совсем забыли, где сейчас находятся и вообще ни о чем не думали. Отстранившись, Скотт сам опрокинул Бишопа и наклонился над ним, ухмыляясь и смотря искрящимися глазами. Они поменялись местами, и сейчас Коутон хотел проделать всё то же самое. Он буквально сходил с ума от одного только вида механика, его глаз, манящих губ и сильных рук, которые обхватывали его талию и плечи. Не долго думая он начал кусать шею Бишопа, оставляя то тут то там красные отметины, которые на немного смуглой коже не было так сильно видно. Но это пока, немного позже они проявят еще цвет и эти отметины будет очень сильно видно. Коутон начал расстегивать рубашку Бишопа, но на второй пуговице Винсент взял его за руки и покачал головой. — Чш-чш-чшш...Пока не надо... Парень привстал, тем самым заставляя Скотта сделать также, и они оба облокотились на стенку, сидя рядом друг с другом. Бишоп не был настолько пьян и понимал, что если бы они сейчас переспали, ничего хорошего потом бы не было. Но даже после этого...он не знал, что делать. Его друг конечно первый потянулся для поцелуя, но всё же он пьян. Будет неловко, если он будет помнить это на следующее утро. Да и Винсент так же будет ощущать себя. Сейчас он попробует поговорить с ним, может Коутон всё же не настолько пьян и может нормально поддержать разговор? Нервно проведя рукой по шее, он поводил взглядом по комнате, после оборачиваясь к другу. — Скотт...Давай поговорим? — О чём? — тут же откликнулся он, прямо смотря на него. Его взгляд скрывал настороженность и интерес. Сложив руки в кулак, он уставился перед собой, задумываясь о чем-то своем. Коутон явно нервничал, кажется он всё понимал. Но тут он резко вскинул голову и сжал кулаки. — Я тоже хочу с тобой поговорить. Точнее...ох я даже не знаю...Видишь ли, я никак не могу понять, что...ну..что я испытываю к тебе? Я не хочу, чтобы это прозвучало грубо, но мне не всегда с тобой комфортно, но в то же время...ты мне очень нравишься! Или же...блять я правда не знаю и не могу это понять, вроде бы я что-то испытываю, но в тоже время может, это просто близкая дружба? Ну...как к другу. Я не понимаю и не хочу в какой-то степени думать об этом, но в то же время моя неопределенность не дает мне покоя. Я то скучаю по тебе, когда у меня отпуск, то находясь рядом с тобой ничего особенного не ощущаю, или же ощущаю пиздец как сильно! Ощущаю вот это...до дрожи в коленках, до головокружения, до сладкого томления в сердце. Прямо чувствую что мне лицо от улыбки порвет... — Хочешь помогу разобраться? — Бишоп повернул голову к парню, и серьезно посмотрел на него впервые за долгое время. — Если ты колеблешься, то просто подожди. Со временем ты должен понять. Да и вообще, ты меня сейчас поцеловал так-то...— тут он поднял указательный палец. — Заметь, это между нами было. Ты первый потянулся. Ну неужели ты и правда не можешь понять? Тут всё не так просто! Очевидно же, что мы...— тут Винсент запнулся и мысль продолжать не стал. Впрочем, Скотт и сам прекрасно его понял. Да, между ними возможно что-то есть. Но связь до невозможности хрупкая и неустойчивая. Ниточка, которая колеблется и временами кажется, что вот вот разорвется. — Скотт...давай ты подумаешь, и скажешь мне как-нибудь, что же ты всё таки понял, хорошо? — Угу... Тут Винсент привстал и захватив его в охапку, посмотрел ему прямо в глаза, при этом касаясь лбами. — Я давно хотел тебе это сказать. В общем, ты мне нравишься. И...а впрочем, мне нечего добавить. Просто знай, что я ради тебя способен многое сделать. Мне с тобой приятно и хорошо. Ты конечно иногда скучный и нудный, но ты...чем-то привлекаешь меня. В общем, вот. Винсент приобнял Коутона и потрепал за волосы, после чего он наклонился вбок и улегся с ним на одеяло, не отпуская из своих объятий. — Я думаю, что уже поздно и пора спать. Завтра возможно еще поговорим...Спокойной ночи! — Угу...и тебе. Скотт нашел ладонь Бишопа и положил свою руку на его, неуверенно просовывая свои пальцы между пальцами Винсента, на что тот в ответ ухватился покрепче, и они оба взялись за руки. Уткнувшись в теплое плечо друга, Коутон раздумывал над своими чувствами. У него был эдакий синдром "Дружба/любовь", когда два состояния чередовались или смешивались, и он не мог или не хотел понимать, что же это? Вроде бы нужно забыть и забить на это, но ведь...Он хотел любви, но боялся торопиться с признаниями и начать встречаться раньше, чем осознает свои чувства. Но ведь любовь не поезд — ждать не будет. Прямо сейчас он лежит в теплых объятиях Винсента, держит его теплую руку крепко-крепко, счастье было тихим, но пьянило душу и сердце лучше вина. Поглаживая большим пальцем палец Бишопа, он смотрел на его спящее лицо и ощущал, как душа его металась меж двух огней. И дружбу вроде сохранить хотелось, потому что обстановка непринужденная, но и хотелось получать и дарить тепло в ответ, ведь в отношениях мы становимся сильнее за счет поддержки друг друга, и это тоже хорошо. Но алкоголь в конечном счете взял вверх над всем его существом, и он заснул, кротко улыбаясь. Всё же он этим вечером старался наслаждаться настоящим в полной мере и жить здесь и сейчас, а не отягощать себя тревогами о будущем. Ведь если хорошо подумать, то рядом с ним ему комфортно, как ни с кем другим, и прижимаясь к нему и держа за руку, он не хотел отстраняться. Сейчас он был счастлив — это факт, и это единственное, что он понимал.