Могло быть лучше, чуть-чуть

      Это то, как должно было произойти…       Их встреча должна была быть другой. Не во время геноцида, когда жизнь может оборваться в любой момент. Если бы не происходящие события и безграмотность господина Исаямы в этом вопросе, все сложилось бы совсем по-другому. Здесь не решает мой личный вкус, пара была достойная, не было бы столько хейта…       Пускай это произойдет на два года раньше описанных событий, восемьсот пятьдесят второй год.

***

      Армин в очередной раз решил посетить Энни. Эта особа в кристалле уже два года, но кажется такой живой… Хотя, это так и есть. Арлерт уверен, Леонхарт не мертва, но остается два вопроса: Слышит ли она его? Может ли сама освободиться? Ответов пока нет, есть лишь надежда.       Практически все забыли про Энни, вспоминает про нее лишь изредка командор Ханжи, но у главнокомандующего слишком много дел… В заточении девушки бывают лишь Арлерт и Дрейс. — Знала бы ты, что происходит в мире… Даже без твоей помощи мы начали добираться до правды этого мира. Но с тобой было бы легче всем… И мне…       Нельзя верить в чудо в мире шингеков, но оно действительно случилось… Кристалл раскололся пополам и начал исчезать. По полу подвала разлилась вода, на нем лежала Леонхарт. Она была слишком бледной. Кристалл ежедневно на протяжении двух лет высасывал у нее жизненную энергию…       «Она жива, и это главное. Ее помощь сейчас кстати.» — подумал Арлерт. — Кхя, кхя, кхя — девушка начала откашливать воду. Влага в огромном темпе исчезала. Пока Армин в шоковом состоянии приходил в себя, влага исчезла.       Наконец парень подбежал к девушке. Та уже пришла в себя, но похоже не особо жаждала общения. — Энни, ты меня слышишь? — девушка кивнула, — ты можешь разговаривать? — Да. — ее голос был немного хриплым, скорее всего из-за долгого отсутствия напряжения на связки. Удивительно что она не потеряла голос, иначе бы дела были совсем плохи. — Как ты себя чувствуешь? — Терпимо, бывало и хуже. — свойственное ей безразличие. Внешне от обычного состояние ее отличала только растерянность. — А правда что Бертольд мертв, а колос теперь ты? — первый ее вопрос, а уже про Берта. Если бы на месте Армина был бы другой влюбленный в Энни парень, то бы уже взбесился. Но Арлерт понимал: Леонхарт нужна информация для представления событий, ей нужна уверенность в его рассказах. — Да. — по какой-то причине он говорил очень тихо. Возможно из-за атмосферы царившей между ними, а может из-за того что привык в этом помещении так разговаривать. — все, что я говорил было правдой. Да и соврал тебе лишь однажды. — Но эта ложь перевернула всю мою жизнь. Хотя, ты ничего сделать не мог, мы находились и находимся по разные берега. Ладно, хватит вспоминать то, отчего тошнит. Твои слова о любви были правдой. — Абсолютной. — Тогда, повтори их для меня пожалуйста, меня есть возможность ответить. — Энни, я люблю тебя. — Я тоже тебя люблю. — девушка прильнула к губам парня. Но стоят ли эти слова хоть чего-нибудь? В мире где правит нечто ничего не имеет ценности. Так сложилось. Оба это прекрасно понимали, но чувство, называемое любовью терзало их сердца. — Любовь убивает. Ты знал? — как бы невзначай спросила Энни. — К сожалению да. Но нам не запрещено любить. — А ты что, законы читал? — неумело пыталась ослабить атмосферу девушка. — Ну да, было дело. Когда ты один из самых близких помощников командора, не только такого рода литературу приходится читать… — Армин посмеялся. Он даже не догадывается о том, что будет дальше…