Прямиком в неизвестность

Патриция бешено горящими глазами уставилась на Шона. Нет, она не поведётся на этот глупый трюк. Заглядывая в его пронзительно зелёные, словно свежескошенная весенняя трава глаза, она старалась тщетно найти в них свое отражение, чтобы убедиться в лживости слов мальчишки. Она держала его за шиворот, держала так, что тот из последних сил старался не заплакать от боли в шее и ужаса осознания тщетности положения. Взмахи ногами становились слабее, руки перестали сжимать запястье нечто, что завладело его сестрой. В горле ужасно саднило, и он кашлял из раза в раз, чтобы избавиться от этого ужастного ощущения. Патриция смотрела на брата, и их взгляды вцепились друг в друга. Она заглядывала в каждый уголок его чёрного, как уголь зрачка, и вот, она нашла свое отражение. Там, во мраке ночи, она увидела себя от лица Шона: яростную, с горящими от ненависти глазами и острыми белыми клыками. Детское круглое лицо стало старше, и на вид девочке уже было не одиннадцать, а все пятнадцать или шестнадцать лет. Но то, что она заметила далее, поразило и напугало её: те самые рога, о которых мальчик говорил совсем недавно. Нельзя было сказать, что они были действительно огромными: приставив линейку, можно было спокойно отсчитать семь сантиметров. На середине они плавно приобретали алый цвет, а на концах, казалось, были совсем чёрными. Узкие вертикальные зрачки девочки сузились от шока, от осознания того, что монстром сейчас является она, а не Шон, который сейчас просто хотел бросить все, зачем пришёл, и убраться восвояси. Патриция медленно поставила мальчика на землю но он, ослабевший, тут же упал на холодный камень. Посмотрев по сторонам и не находя помощи, она быстро вскочила и, подхватив ребёнка на руки, побежала в сторону группы, из которой на их стороне остались Эмма, Рей, и ещё пару детей. Шон тихо поскуливал на руках у девочки, заставляя ту бежать быстрее. И вот, уже черноволосый парень обернулся, чтобы встретить Патрицию, но был ошарашен её взлохмаченым видом и новым нечеловеческим атрибутом во внешности. Не подав вида, что сильно удивлен, он перехватил Шона и закинул его поддатливое от слабости тело себе на спину, предварительно закрепив. Набравши полные лёгкие воздуха, он вцепился в палку и полетел на верёвке на другой конец огромного рова. Патриция молча наблюдала за ним и вскоре сама же очутилась рядом с Реем на Свободе. Казалось, тут даже воздух был не тем, каким он был там, на ферме. Глубоко вдохнув, Пат побежала сквозь рощу с распростертыми руками и заливистым смехом. Вот она выбежала на вершину холма, и теперь с интересом сморрела вниз, на верхушки зелёных деревьев. Вдалеке сверкала река и казалось, будто она была жидким серебром. «Патриция, где ты?» — донеслось из глубины чащи, и девочка поспешила вернуться к ребятам. Рей опермя на одно колено и повязывал на шею Шона лёгкий белый шарф. Приглядевшись, Патри невольно вздрогнула, увидев на ней темно-бордовые следы от сжимания горла воротником. Потерев от нервозности плечо, она проморгалась и весело затараторила, не давая никому вставить и слова: — Сегодня мы выбрались. Сегодня мы встречаем рассвет на свободе. Мы дойдём до Человеческого мира, и остановим производство детей, словно скота! — Она победоносно в кинула руку вверх.