Ненавижу.

      Для Малфоя всё вновь пошло по накатанной - учёба, сон, оскорбление грязнокровок. Всё, как и каждый год, стандартно. Кроме одного факта - его запястья с каждой неделей всё тоньше. Он приехал в школу после этого долгого лета. Лета отрицания, гнева, осознания, депрессии. Принятия не произошло. Он всё не может, он всё ещё не способен принять этот факт. Он влюблён. Влюблён в полукровку, которого, как он считал до мая этого года, ненавидел. Все считали, что он его ненавидел, Драко сам себя обманывал все эти годы. И вот, спустя столько лет и зим, осознание вдруг нагрянуло ему на голову, сломав его окончательно. И потому он не помнит, когда в последний раз мать постаралась уговорить его на какую-то кроху пищи, но и об этой крохе Малфой теперь жалеет. Сам он до сих пор не понял, чего добивается этой голодовкой, состоящей из воды и больше почти ничего. Возможно, внимания, а может - смерти. "Друзья" едва ли замечали что-то неладное, а если и замечали - считали не своим делом, преподаватели считали это "подростковыми странностями". Широкая, уже давно не по размеру, мантия скрывала угловатое, откровенно костлявое тело. На вторую неделю учебы Малфой перестал появляться на обедах и ужинах, приходя лишь на завтрак. Он для вида съедал около половины блюда и быстрым шагом уходил под странные взгляды однокурсников. Иногда Драко едва ли успевал дойти до уборной - настолько организм не привык принимать столько еды. Ему хватало лишь склониться над унитазом или раковиной и иногда немного напрячь остатки мышц живота, чтобы всё, что он насильно впихивал в себя несколько минут назад, уже готово было выйти наружу. Чувствуя, как ком подкатывает к горлу, он обессиленно падал на колени. Куски царапали горло, забивались в нос, слёзы застилали глаза, Малфой задыхался, но знал, что завтра будет ровно то же самое. Но в один день "то же самое" не случилось. Драко просто не смог встать с кровати. Когда он проснулся, первым делом понял, что проспал совершенно всё, что мог. Это была одна из немногих ночей, когда ему удалось нормально поспать. Он привычно потянулся к воде, всегда стоявшей на прикроватной тумбе, ощутил привычное головокружение, садясь на кровати, выпивая стакан за стаканом около полулитра воды. Привычная тошнота подступила к горлу. Необычным стало только то, что она не исчезла ни через минуту, ни через две, а через три Малфой понял, что просто так она не пройдёт. Он постарался как можно быстрее встать с постели и дойти до уборной, но ноги отказались его держать. Он встал и сразу же упал на колени, и рвотный позыв невовремя настиг его. Он вновь и вновь старался встать, но ничего не выходила, а вода, которую он судорожно пытался выпить, не задерживалась в его организме надолго. В конце концов, через несколько минут он отключился прямо на полу, мокрый от воды, в холодном поту, бледный и трясущийся. И последней мыслью перед забвением была: "Поттер... как же я тебя..." Он очнулся совершенно не там, где ожидал. Он не был ни в больничном крыле, ни в той же спальне. Тёмное, мрачное место, где пахло сыростью и травами... Что делает Малфой в кабинете Снейпа? Самому ему не понять, но вдруг темноту разрезал "люмос", и глаза стали болеть сильнее, чем раньше. В свете палочки показался и сам профессор, а за ним... - Поттер... - Драко переполняла ненависть. Он не подходил к Гарри уже около месяца, он старался не смотреть на него, и вот он заявляется к умирающему, уже готовому к смерти Малфою. Но в голубоватом свете отразились его глаза... Слёзы прокатились по щекам, полукрик-полустон вырвался из уст слизеринца. - Я вас... оставлю, - раздался железный тон профессора, и он удалился. - Как ты смеешь... - едва доносившийся голос Малфоя разрезал тишину, - заявляться сюда?! Ты... ужасен... отвратителен! Уйди, прошу, не появляйся на моих глазах, а то... - А то что? Не смеши. Ты сейчас, дай Мерлин, в состоянии поднять палочку. Не прикидывайся. Ты говоришь совсем не то, что хочешь. Неужели ты действительно считал, что твоя "конспирация" тебе помогает? Смешно. - Поттер... - Да? - Ничего. - Хорошо, я тогда пойду. Я, вообще-то, заходил сдать работы Снейпу, но тут такая ситуация интересная - грех было не глянуть. Это стоило Гриффиндору 15 баллов. Но стоило. Удачного тебе пропуска уроков и дальше, - он уже направился к выходу, но из-за его спины раздалось: - Я... - Драко долго думал над продолжением фразы, - это всё из-за тебя, Поттер! Всё, что я с собой сделал! Всё ты! - он захлёбывался в слезах, истерика накрывала его с головой. - Я? - Гарри подошёл ближе, - что же такого я сделал? - Т-ты... заставил меня полюбить тебя, - Малфой обессиленно вздохнул, закрыл лицо костлявыми руками и в голос зарыдал. - Ну, чего это ты? Ты думал - я не знаю? - гриффиндорец саркастично улыбнулся, - у тебя на лбу всё написано, - но Драко мало что слышал сквозь шум в ушах и свой плач. Ему было так стыдно за признание, хотелось исчезнуть прямо сейчас, провалиться сквозь землю, - скажи это ещё раз. - Ты издеваешься, да, Поттер? Зачем?! Что я сделал тебе?! - Много чего, но сейчас я не издеваюсь - скажи, - Поттер вплотную подошёл к скамье, где лежал собеседник, и сел на корточки рядом с ней, - скажи мне это прямо в глаза. - Я люблю тебя, Поттер, - он озлобленно ухватился за ворот рубашки и сжал его так, что казалось, Гарри сейчас срежет голову. - Это было очевидно со второго дня в этом году, - Гарри взял слизеринца за шею и притянул ближе к себе, - как и то, что я люблю тебя. Я помогу тебе спастись, - он втянул его в поцелуй.